Мой брат-боксер и ласточки

И-ишка-а!!!

Народу перед Зимним стадионом полно. Ходят и выпрашивают лишний билетик. Шумят, толкаются, смеются. Я бегаю в толпе как угорелый и ищу Валерку.

— Ну, чего ты бегаешь? Чего ты бегаешь? — успокаивает меня Гога.

— Ай, отстань? Где Валерка?

— «Где, где»! Он же в восемь обещал.

— А сейчас, по-твоему, сколько? Смотри, девятый час уже.

— Ну, сейчас приедет. Ты с ним где договорился?

— У главного входа.

— Думать было надо, сам знаешь, сколько народу бывает.

— Ай, иди ты, — злюсь я.

— А с этим… с Семкой где договорился?

— Да здесь же. За него я не боюсь. Раз обещал, — значит, приедет. А Валерка знаешь какой — увидел значок и пропал.

— Ладно, ладно, — говорит Гога. — Я их дождусь. Иди, звони Лидии.

Да, это самое главное… Оттого я так и нервничаю. Я объясняю Гоге, как выглядят Валерка и Семка — она ведь их не знает, — и снова бегу звонить Лидии. И позавчера, и вчера, и сегодня я забегал к ней, но ее все не было — какие-то дежурства в больнице. Георгий Анисимович дал мне сегодня телефон больницы, и вот я, наверное уже в двадцатый раз, звоню туда — и все зря: то занято, то ее нет на месте, то еще что-нибудь.

Я набираю номер и снова вызываю Лидию.

— Ее нет, — слышу я. — Она куда-то вышла. Тебе, мальчик, не надоело звонить, а? Может, ты еще будешь?

— Буду, — говорю я, — не надоело. Понимаете, мне ее очень, очень, очень надо.

— Ну что, сходить за ней, что ли?

— Если можете! Уж вы не сердитесь на меня.

На том конце кладут трубку, и я начинаю ждать. Толстый молодой человек стоит возле меня и прямо в душу мне смотрит — нужно позвонить.

— Мне человека вызывать пошли, — говорю я ему. — Мне очень надо, очень.

Он дуется и отходит. Я отворачиваюсь и вижу — Гога ведет за руки Валерку и Семку. Уже подружились. Ай да Гога!..

— Вы идите, идите, — гоню я их, — я скоро. Вы меня у контроля подождите. Алло! Алло! Лидия?! Это я! Я! Алеша! Узнала? Я тебя плохо слышу. Ты что делаешь? Уходишь?! Уже кончилось дежурство?

— Да, а что? — едва слышно.

— Слушай, Лидия! Я с Зимнего стадиона звоню! Сегодня здесь весенний кубок города!

— Ну и что?

— Скоро Ишка драться будет! Совсем скоро!

— Ну и что же?

— Приезжай, пожалуйста, поскорее! У меня билет для тебя есть! Я тебя третий день ищу!

— Нет, я не приеду.

— Почему?!

— Я не хочу.

— Лидия! Лидия! — кричу я. — Послушай! Сейчас нельзя так! Его из института выгнали!

— Как?!

— Да, да. Приезжай!

— Н-нет.

— Приезжай, пожалуйста! Здесь все! И Гога, и Валерка, и Семка здесь, и мама будет!

— Алеша, — слышу я. — Ну зачем мне-то, ты ведь знаешь, как он…

— Дура! — кричу я. — Он тебя любит!

— Что?

— Любит, любит!!

— Я слышу.

— Ну, Лидия!

— Хорошо. Я скоро…

— Давай скорее. Я тебе билет у контролера оставлю. Слышишь?!

— Да, да.

Я вешаю трубку, бегу к контролю и машу своим, чтобы они проходили. Я оставляю на контроле билет для Лидии — и скорее к рингу. Гонг! Неужели Ишкин бой начался? Я догоняю своих, и мы начинаем пробираться к себе на место. Я гляжу на ринг. Нет, это другой гонг был, какая-то незнакомая пара работает. На нас шикают, пока мы пробираемся. Мама уже сидит на своем месте. Семка знакомит ее с Гогой.

— Когда Пряжников работает? — спрашиваю я у кого-то из соседей.

— Следующая пара.

Ага! Значит, не опоздали. Скорей бы Лидия приехала. Публика аплодирует, но я не смотрю на ринг.

— Интересно, с кем Ишка будет работать? — говорю я Гоге.

— Не пижонь.

— Дура.

— Алеша, — говорит мама. Услышала ведь.

— А чего она?

— Смотри, смотри, — говорит Гога.

Я гляжу на ринг. Маленький загнал большого в угол и — раз! раз! — левой в голову… Публика кричит. Гонг.

— Ну, паренек, — говорю я. — Вот это да! А какая левая!

— Не пижонь, — шепчет мне Гога.

Я наступаю ей на ногу.

— Смотри, я скажу Лидии, — шепчет Гога, а глаза у самой хихикают. — Пригласил бокс смотреть, а сам на ноги наступает.

Но я уже не слушаю ее. Скорей бы Лидия приехала.

«…пара полусреднего веса», — слышу я. И тут же аплодисменты. Ишка в халате ныряет под канаты. Я гляжу на маму. Где же Лидия? А второй кто? «В синем углу боксер первого разряда Владимир Котов…» А, Котов. Ишка у него выигрывал. Где же Лидия? Хотя разве так быстро доедешь? Опоздает, значит.

— Во, во, смотрите, — говорит Валерка.

Гонг!

Ишка, как обычно, начинает атаку первым. Он движется по рингу легко, будто танцует, он даже не проводит разведки, а сразу: левой — левой — левой! — все в голову, наверное, хорошо знает Котова. Котов пониже Ишки, но чуть поплотнее. И шея — будь здоров! Я отлично вижу его глаза и широкую, спрятанную в плечо челюсть — сегодня хорошо видно, у нас седьмой ряд.

Котов классно уходит от Ишки, потом сам проводит пару ударов в голову, но хотя при этом получает сильно справа от Ишки, двигается спокойно и твердо.

О-оп! — Ишка еще раз попадает Котову в корпус. Аплодисменты.

— Ничего попал, а? — смеется Семка. Я гляжу на него. Каждый раз, когда Ишка начинает атаку, Семка в такт нападению кивает головой, будто помогает Ишке. Какой парень! Я на секунду вспоминаю, как я прибежал в проходную фабрики, вызвал Семку и попросил прийти на бой. Он меня ни о чем не расспрашивал и остановил меня, когда я стал его уговаривать. Он молчал совсем недолго, пока вытирал грязные руки какой-то тряпкой, а потом сказал просто:

— Я приду, Леха, — и хлопнул меня по плечу.

Бой идет равный. Ишка и Котов с самого начала не занимались разведкой и сейчас показывают все, что умеют, хотя, я думаю, пока не в полную силу. Я внимательно приглядываюсь к Ишке, и мне вдруг начинает казаться, что он стал немного другой. Все вроде бы так: и удары, и защита — и все-таки он, по-моему, какой-то вялый. Неужели? Или я ошибаюсь?

Та-та-та! — Ишка пропускает в корпус…

Гонг.

«Где Лидия, где?» — думаю я.

Мама улыбается, глядя на меня.

— Здорово ваш Ишка дерется, — говорит ей Гога.

— Много ты понимаешь, — вставляет Валерка.

— Молчи, — говорит Гога, — я тебе покажу как-нибудь.

Мама и Семка смеются.

«Ну где же она? — нервничаю я. — Где Лидия?»

— Эй, — Гога толкает меня и кивает головой в сторону ринга.

Ишка смотрит на нас.

Гонг! Второй раунд.

Сначала мне кажется, что я ошибся, — так бойко Ишка начал раунд. Он зажимает Котова в углу и нападает резко и точно. Котов уходит кое-как от Ишки; уходя, он неожиданно сильно проводит Ишке прямой в голову, и тогда я понимаю, что не ошибся. Все-таки Котов попал не так уж сильно, и, если бы Ишка был совсем в норме, он бы не скис так сразу. Котов работает как машина. Он нападает бурно, но с умом. Он работает в левой стойке и каждую серию заканчивает левой, занимая в конце серии позицию, в которой он плотно закрыт от противника — Ишка когда-то говорил, что так верно.

Ишка скис. Я это ясно вижу теперь.

Та-та-та! — нападает Котов. — Та-та!

Ишка уходит в глухую защиту.

Где Лидия, где же Лидия?!

Левой! Правой! Еще правой! Левой! — Котов нападает.

Та-та! — слабо отвечает Ишка.

Публика ревет.

Неужели он проиграет?!

Где же Лидия, а?!

Я ни на кого не смотрю. Только на ринг и в сторону прохода.

— Ко-тов! Ко-тов! — кричит публика.

— Лидия! — кричу я, заметив, как она пробирается к нам.

— И-ишка! И-ишка! — громко кричу я. Лидия садится, красная, запыхавшаяся.

— И-ишка! И-ишка! — кричим мы все: мама, Гога, я, Семка, Валерка, Лидия. — Иш-ка!! Иш-ка!!!

Гонг! Конец второго раунда.

Мы все не смотрим друг на друга.

— Как только будет гонг третьего раунда, кричите, — шепчу я. — Только сразу.

Лидия трогает меня за плечо.

— Почему так долго, а?

— Я машину искала. Нет такси, и все. Как он?

— Проигрывает.

Я подымаю голову. Ишка глядит на нас и тотчас отворачивается. Ему о другом нужно думать. Я хорошо вижу, как ему трудно. Котов — это не просто так, не новичок какой-нибудь, а Ишка…

Гонг!!!

— И-ишка! — кричу я.

И все подхватывают, из наших:

— И-ишка!! И-ишка!!! И-ишка!!

Ишка бросается вперед так, будто это ему, ему нужно добить Котова.

Стадион ревет.

— И-ишка!! И-ишка!! — кричим мы.

Та-тата… о-оп-па! — проводит серию Ишка.

— Ко-тов!! Ко-тов!! — ревет стадион.

— И-ишка!! И-ишка!! — громче всех кричу я. Я знаю, почему Ишка так начал раунд. Я знаю, что если Ишка не выиграет нокаутом, то он, скорее всего, проиграет бой. Я знаю даже, на сколько ему хватит сил и что нокаута он не сделает. Но я все равно кричу, кричу громче всех, чтобы ему было легче.

Раз-раз-раз — уходит Котов.

Та-та-та-та! — нападает он сам.

— Ко-тов! Ко-тов!! — кричит публика.

И вот все меняется.

Левой! Левой! Правой! Левой! — проводит серию Котов.

В корпус! В корпус! В голову! В корпус! Р-р-раз!

И еще раз!

И еще!

— Ко-тов!! Ко-тов!! А-а-а!!

Гонг!

Это все.

Публика кричит и аплодирует.

— Вставай, Лидия, — говорю я, — пойдем.

И мы начинаем пробираться к проходу.

«Победил Владимир Котов!» — слышу я.