Охотница. Игра на жизнь. Книга четвёртая

Глава 17

Я никогда прежде не была в этой части замка. Кабинет деда располагается в другом крыле, но туда нас ведут всё теми же тайными ходами, при этом король молчит, и в его молчании всё – от разочарования мной до эмоций, спрятанных гораздо более глубоко, чтобы я распознала их вкус так сразу. А мне важно знать, что старик чувствует по поводу нашей ситуации.

Тем не менее, мы оказываемся в мрачном помещении, заставленном книгами, только втроём, без сопровождающих, оставшихся за дверью, и мне кажется, это неспроста. Дед опускается в массивное кресло за столом, не сводя с нас внимательного, препарирующего взгляда, а потом, нервно и задумчиво побарабанив по деревянной поверхности, выносит приговор.

─ Я обязан вывести вас обоих перед всеми и наказать в назидание. По законам вы должны получить десять ударов ядовитой плетью, ─ звучит непримиримо. ─ Но я так же могу дать выбор.

Мы с охотником, готовым вот-вот броситься в атаку, переглядываемся и как-то интуитивно понимаем, что это будет вовсе не тот выбор, который бы хотелось иметь, однако за неимением иных вариантов, готовы рассмотреть всё.

─ Ваше Величество, ─ обращается к деду мужчина, ─ не наказывайте принцессу. Я готов понести это наказание за неё.

Мне хочется вмешаться, и я даже смотрю на хищника предупреждающе, но судя по его упрямому взгляду и напряжённым скулам, своё он будет доказывать до последнего. Почему он меня выгораживает? Почему он сказал, что вытащит меня, будто знает, что я здесь в ловушке? Впрочем, спроси я об этом ранее, наверняка не ответил бы…

─ Примете двадцать ударов за неё? ─ с сомнением тянет король. ─ Ваше Высочество отдаёт себе отчёт в том, что не сможет двигаться после такого количества яда? Как Вы будете участвовать в отборе, лёжа на кровати и борясь с галлюцинациями и болью? Другие и после пяти не могут подняться.

─ Я уверен, что справлюсь.

У меня замирает сердце. Он не может пойти на такое ради моей безопасности! А я? Что я могу сделать? Мне следует думать о ребёнке, но и участь этого мужчины мне небезразлична.

─ Дедушка, ─ сама обращение к нему меня коробит, словно я прежде никогда не произносила этого слова, а если и произносила, то точно не в его присутствии, ─ неужели нет другого способа? Я виновата, что зашла туда, значит, моё любопытство тоже должно быть наказано.

Мне кажется как минимум непонятным, почему дед не интересуется тем, что охотник делал там же, но ему, видимо, и не требуется ответ. Всё слишком очевидно для самого хитрого и коварного стратега, как Дерек ин Виарре.

─ Что ж, раз вы оба такие самоотверженные, ─ почти искренне усмехается он, ─ то у меня есть предложение.

Мы выжидательно смотрим на него, как на вершителя судеб, что сейчас может отправить нас в самое пекло или облегчить страдания, но последнего не происходит.

─ Он получит свои десять ударов, ─ как назло делает паузу король, наслаждаясь нашей медленной агонией, ─ но плеть будет в твоих руках, Дарина.

На секунду время останавливается, и я надеюсь, что мне послышалось, вот только всё происходит на самом деле. Взгляд деда пронизывает насквозь, проверяет на прочность мои нервы, от которых, кажется, уже мало, что осталось, а я беспомощно смотрю на стоящего рядом воина.

─ Всё в порядке, ─ успокаивает охотник. ─ Это не смертельно, а рука у Вас, я уверен, лёгкая. Мне даже завидовать будут, если другие наследники узнают.

─ Да что за мазохисты могут такому завидовать? ─ возмущаюсь, вызывая у мужчины намёк на улыбку, пока моего ответа ожидает Его Величество, и мне остаётся только едва слышно произнести: ─ Хорошо. Я это сделаю.

Старый изверг поднимается, довольный поворотом событий, а через пару мгновений нас вновь сопровождают двое мужчин, только теперь мы выходим на улицу. Холод не ощущается так сильно, как тупая боль от осознания того, что мне всё-таки придётся причинить вред кому-то, но я просто должна, иначе охотнику будет гораздо хуже. Я стискиваю зубы, пока мы идём, креплюсь, как могу, а когда добираемся до страшного и знакомого на вид дерева, от которого исходит запах гнили и тлена, король останавливается именно здесь.

─ Тут не будет свидетелей, ─ сообщает он, а после с охотника срывают рубашку, обнажая его по пояс, и моему взору предстаёт жилистая спина.

Я не знаю, что привлекает внимание больше – необычное, явно умирающее дерево или всё же мужчина, опущенный на колени в окружении снега, но как только мне в руки отдают плеть, всё внимание концентрируется на ней. Хвосты выглядят смертоносно с острыми шипами на каждом, и мне делается физически плохо, стоит лишь представить, как они вопьются в его кожу. А ноги, будто преодолевая невесомость, делают шаги, пока я не останавливаюсь, рассматривая эти напряжённые в ожидании мышцы.

─ Десять, Рина, ─ напоминает дед. ─ Я буду считать. Приступай.

Охотники крепко удерживают хищника за плечи, и всё внутри меня протестует против таких мер, но ладонь стискивает рукоять, я замахиваюсь и делаю первый удар. Он только дёргается, не произнося ни звука, а мне от этого не легче – хочется, чтобы кричал и лучше всего оскорбил меня, однако вместо этого молча терпит пытку. Я только краем уха слышала о яде терновника, но могу сказать, что уже сейчас мужчина испытывает ужасающее жжение в венах, а вот после будет ещё хуже, и потому я стараюсь закончить всё быстрее. Ради нас обоих.

С каждым новым замахом тёмные капли летят на снег, впитываясь в него, и во мне зреет необъяснимая уверенность, что это дерево их пьёт, вбирая корнями. Мысль пугает, но я всё больше уверяюсь, что дед выбрал это место не просто так. Почему? Он проверяет охотника? Но что хочет доказать?

─ Десять, ─ возвращает меня в реальность его голос, и я роняю плётку, кажущуюся неподъёмной, как и моя рука. ─ Можешь считать, что прошёл дополнительный этап отбора, ─ бросает напоследок король, а потом говорит мне: ─ Тебе запрещается бродить вне своей комнаты. Уведите её. Я провожу нашего гостя сам.

Я бросаю последний взгляд на окровавленного мужчину, едва держащегося на ногах, позволяя утянуть себя, и не даю слезам сорваться до тех пор, пока меня не отводят обратно в комнату. А вот там меня просто накрывает лавиной чувств. Я бессильно опускаюсь на пол, впиваясь пальцами в ворс ковра, из моего горла вдруг вырывается настоящий вой, а ногти становятся когтями, и глухая ярость затапливает сознание. Но даже в таком состоянии я понимаю, что ничего не могу сделать. Пока не могу.

А должна.

* * *

Роланд метался по залу, нервируя присутствующих, и не находил себе места. Изредка из его рта вырывалось рычание, беспокоящее застрявшего в шкуре зверя Северьяна, который совершенно неожиданно обратился, и теперь никак не хотел возвращаться, сколько бы Иллиана его не уговаривала. Оставалось ждать и успокаивать снежного барса, но это было не так-то просто рядом с такими беспокойными вампирами.

─ С ним что-то происходит, ─ уверенно заявил Высший. ─ Иллюзия держится хорошо, но с Громовым явно не всё в порядке.

─ Сдаётся мне, ты не только его сейчас чувствуешь, ─ заметил Повелитель. ─ Кто-то другой не даёт тебе покоя, приятель. А на счёт Ника не волнуйся – если что-то произойдёт, ребёнок его исцелит. Я в этом уверен. Не будь моей дочери, я бы просто умер тогда, а не впал в сон Вечности.

Алеар горячо взглянул на Камиллу, и та закатила глаза, убеждая мужчину, что на сей раз его приёмчики абсолютно бессильны, ну а он сделал вид, что безоговорочно поверил женщине.

─ Почему бы просто не переместиться в академию? У вас же ещё достаточно кристаллов, ─ предложила Иллиана, не отходя от барса ни на шаг – вернее, это он не отпускал девушку от себя, надёжно зафиксировав охотницу лапами, а если она и собиралась отойти куда-то, упрямо следовал за ней.

─ Риск слишком огромен, ─ упорствовал Роланд. ─ Что если понадобится моя помощь? Я не могу…

Договорить ему не позволила разрывающая боль в области груди, и вряд ли он сам вообще когда-либо испытывал подобное.

─ Это точно не вампир Дарины, ─ сделала вывод Камилла, поигрывая кинжалом.

─ Птичка, мне показалось или ты говоришь так, будто мы для охотниц лишь собственность? ─ шутливо приподнял бровь мужчина, сдерживая улыбку.

─ Не показалось. Так и есть, ─ ухмыльнулась она, а потом мстительно добавила одними губами: ─ Упырь.

Они бы и дальше пикировались, словно возраст не имеет значения, если бы не предупреждающий рык Северьяна и новый приступ Роланда.

─ Вернись в академию, ─ сменив тон на приказной, велел Алеар, бросая вампиру кристалл. ─ И это не обсуждается. С Истинными не шутят, даже если твоя пара ещё не родилась.

Собирающий отпираться до последнего Высший, знал, что с Повелителем спорить бесполезно, потому, сжав зубы, последовал его воле, исчезая открывшемся портале.

А перенёсся прямиком в крыло, где жила семья Рины, и сегодня здесь царило напряжение, что мужчине не понравилось сразу. Его встретил ректор, словно зная, что вампир появится, и сидхе выглядел слишком встревоженным для того, кто обычно не позволяет себе и тени лишних эмоций.

─ Через Верховную, кажется, начали действовать, ─ сразу же сообщил Эгьярд. ─ Похоже, в ней кто-то пробуждается, но что удивительно, не рождённая малышка каким-то образом удерживает чужую силу. Наверное, это ты и почувствовал.

Высшему хотелось огрызнуться и напомнить господину ректору, что он вообще-то Ядовитый Тёрн, его боятся многие, и он точно не может быть чувствительным к чужим эмоциям, но старый сидхе понимал слишком многое, так что Роланд воздержался и спросил другое.

─ Детишки до сих пор не вернулись?

─ Как видишь. Уже сто раз пожалел, что пошёл у них на поводу.

А потом они вынуждены были прервать разговор, войдя к утомлённой Анастасии Валерьевне, вокруг которой собрались остальные, и стоило ей увидеть вампира, она мгновенно подобралась, однако, несмотря на интуитивный страх перед ним, охотница никогда не показывала, как боялась Высших на самом деле. А теперь один из них связан с её малышкой. Опять.

─ Почему Вы здесь? Дарина…

─ Там всё пока без изменений, ─ успокоил он, заметив, как напряглись мужчины семейства Лисицыных. Здесь так же присутствовали несколько магистров, но они выглядели ещё бледнее беременной женщины. ─ А вот Ваше здоровье мне не нравится.

Он вопросительно взглянул на магов, и один из них, сокрушённо качая головой, признался:

─ Ребёнок никого к себе не подпускает, словно на нём мощный непрогляд. Это феноменально и, честно говоря, пугает.

─ Думайте, что несёте! ─ осадил того Роланд, а потом спокойно обратился к Анастасии: ─ Могу я…?

Она устало кивнула, и вампир осторожно приложил ладони к животу женщины, мгновенно ощущая поток сокрушительной энергии, хлынувшей в его сторону – будто эта кроха собралась его прогнать, чтобы не мешал… А потом всё изменилось. Почувствовав что-то близкое во внезапном вторженце, ребёнок начал пить его силу, явно пришедшуюся по вкусу, пока сам Роланд не просто с необъяснимой радостью ей делился, но ещё и увидел нечто, ошеломившее мужчину до онемения.

У вампира не было способности заглядывать в разум, как у Повелителя, и это могло значить лишь то, что малышка сама показала ему всё, сама забралась к нему в голову… Вот только которая из них?

Он резко отпрянул от охотницы, едва держась на ногах, и не сразу понял, отчего его так накрыло – от оттока магии или той картины.

─ Это двойня, ─ откашлявшись, сообщил он, поражая будущую мать. ─ Две девочки.

«И какая-то из них принесёт мне личный ад», ─ подумал вампир, внутренне содрогаясь, в то время как его зверь уже предвкушающе облизывался, топорща усы. ─ Или я ей, что вероятнее…»

─ Но они в порядке? ─ спросил отец Рины, переглянувшись с сыновьями.

─ Они забрали у меня достаточно силы, чтобы противостоять магии Верховной или кому бы то ни было ещё. А я должен вернуться назад. ─ Пошатываясь, Роланд отошёл, дабы хотя бы случайно не коснуться женщины снова. ─ У Вас всё будет хорошо.

И он поспешил выйти, провожаемый слегка недоумёнными взглядами.

«Трус…» ─ презрительно протянул зверь, однако Высший даже не собирался спорить, полностью согласный со своей половиной.

Но он всё равно будет держаться подальше от этой семьи.

Теперь уж точно…

* * *

Пустыня с чёрным блестящим в свете трёх солнц песком была неприветлива к тем, кто не умел здесь выживать, а те, кто знали, как, совались сюда исключительно по делу. Демьяну был непонятен язык кочевников бандитской наружности, наткнувшихся на чужаков явно из другого мира, но вот их намерения были охотнику вполне ясны. Они хотели купить у него черноволосую вампиршу, приглянувшуюся главарю, и предлагали за Аду такое количество драгоценностей, что любой другой на его месте уже давно бы перестал ломаться. А он их просто раскидал – и мужиков, и камни.

Как назло забросило их с девчонкой сюда не в том количестве, в каком они исчезли из клиники, и где носило остальных, было большим вопросом, но и состояние мелочи не радовало. С сестрой Громова творились какие-то пугающие метаморфозы, и Дем в очередной раз почувствовал себя бесполезным. Почти никчёмным. Даже то, что он в одиночку уделал этих магически одарённых агрессивных бедуинов, не порадовало мужчину, а их угрозы насчёт таящейся в песках смертельной опасности не показались ему веской причиной отдать Аду – её здоровье волновало Демьяна гораздо сильнее.

Вот уже несколько дней, как они выпали сюда из портала, набредя в итоге на заброшенный шатёр у совсем крохотного водоёма. Сперва наличие трёх светил в небе их не обрадовало, ибо жара стояла просто жуткая, невыносимая, иссушающая, но с наступлением ночи путников ждало невероятное открытие – темнота не наступала, разбрасывая по пустыне лишь лёгкие тени сумрака, но над головой вместо луны неизменно оставалось одно солнце. Чёрное, однако не прекращающее светить и греть, а это означало, что тварей некромага здесь точно быть не могло. Вероятнее всего.

─ Что же мне с тобой делать? ─ убирая очередной компресс со лба девушки, сам себя спросил Дем, почти отчаявшись. Один он бы мог выжить здесь. Его учили выбираться и не из такой задницы. Но как быть теперь, когда он даже перенестись не может, не понимая даже, где они находятся?

─ Закопать поглубже и иногда вспоминать, ─ попыталась пошутить вампирша, тут же закашлявшись, и охотник вгляделся в её лицо, стараясь скрыть беспокойство. ─ Наверное, уже жалеешь, что не продал меня им, а?

─ Ты несёшь глупости, значит, ещё жива, ─ вернул ей ухмылку он, но подозревал, что вышла злобная гримаса. ─ Поверь, тебе бы не хотелось знать, что эти типы с тобой бы сотворили. Я видел девушек, попадавших в рабство, и большинство просто не знали, как жить после… Чёрт, это не то, о чём я бы хотел с тобой разговаривать! ─ удар кулаком в землю отдался в сердце Ады болезненной дробью, и она поняла, что стоит сменить тему. Ей было тяжело смотреть на такого Дема, хотя он держался достойно. Ни разу за это время не сорвался, не накричал на неё, несмотря на то, что вампирша их явно тормозила.

─ Знаешь, пока я была в бессознанке, мне кажется, я видела прошлое, ─ призналась она, неосознанно сжимая мужскую ладонь, но он не только не убрал руку, а начал успокаивающе поглаживать её ледяные пальцы.

─ Ты была кем-то или собой? ─ В проницательности брату Рины нельзя было отказать, но брюнетка не уставала удивляться ему и всякий раз открывала новые стороны.

─ Я была собственной прабабкой. И, похоже, видела первого охотника. ─ Девушка поморщилась от очередного приступа головной боли. ─ Он не зря назвал меня Ясмирой – я её почти идентичная копия, и сдаётся мне, у них был не просто роман. Мне показалось, я задохнусь от того, как сильны их чувства друг к другу.

─ Это не сложно представить. Ты действительно привлекательна, ─ сказал мужчина, осёкшись, но не собирался делать вид, что это произошло случайно. Обычно скупой на комплименты по отношению к женщинам, Демьян никогда не думал, что захочет говорить их кому-то кроме своей бывшей, но даже с ней он предпочитал не тратить слова, а эта заноза вытягивала из него эмоции.

У Ады вырвалось что-то похожее на довольный рык, стоило ей услышать такую искренность, и, тем не менее, продолжила рассказ, даже если взгляд Дема казался девушке обжигающим.

─ Они от кого-то бежали, причём, моя родственница была уже в интересном положении.

─ Похоже, Вы с этим охотником ближе, чем думаете, ─ вовсе не удивился шатен. ─ Но ты ведь не из-за этого завела разговор?

Вампирша опять закашлялась, прежде чем продолжить.

─ Это был не просто побег. Они помогали скрыться ещё какой-то девушке, и поймали их именно в тот момент, когда незнакомка перенеслась вместе с Ясмирой, ─ недоумённо протянула Ада. ─ Я не понимаю, что там могло произойти такого, что после отношения между охотниками и вампирами испортились окончательно… Мне как-то не особо верится, что вся эта война и вражда между нами началась из-за женщины.

Дем задумался на мгновение, анализируя сказанное.

─ Может, и не из-за женщины. Но она могла стать лишь одной из причин, а правду знает только сам Дамиан.

─ Наверное, мне этого уже никогда не узнать… ─ глухо ответила вампирша, ощущая, как сознание вновь куда-то ускользает.

─ Прекрати, мы выберемся! Я думал, ты оптимистка, а ты, оказывается, тот ещё нытик, ─ хмыкнул охотник, убирая с её лба прилипшие пряди, а потом отчаянно зашептал: ─ Продержись ещё, зайка. Просто продержись… Не бросай меня так, ты же сильная. Я знаю…

Наверное, Ада не смогла остаться равнодушной к этой мольбе, а потому с трудом приподняла тяжёлые веки.

─ Помнишь, ты попросил кое о чём, когда мы были в Ковене? ─ Он кивнул, воспроизводя в памяти их поцелуй в темноте, и брюнетка спросила: ─ Можешь снова это сделать?

Дем без слов наклонился к девушке, накрывая её губы своими, а потом уже не смог остановиться. Вбирал её горячее дыхание, ласкал пальцами шею, ключицы, ныряя под прилипшую к коже кофту, и Ада выгибалась в его руках. Она чувствовала, как внутри неё что-то нарастает, пытается пробиться, и чем больше мужчина её касался, тем сильнее становилась эта жажда, а охотника хотелось ощущать безо всякой одежды.

Повинуясь своей жажде, вампирша разодрала когтями его футболку на спине, привлекая к себе мощное тело так близко, как это вообще было возможно, и Демьян не противился, сам будто заразившись этим безумием. Целовал девушку под собой ещё неистовее, а когда она вдруг оказалась сидящей на нём со светящимися глазами, показавшимися изо рта клыками, рычащей и почти не похожей на себя, он залюбовался этим зрелищем.

Сперва они оба застыли, пойманные в ловушку взглядов друг друга, Дем разместил свои ладони у неё на талии, медленно ведя вверх, накрывая тяжело вздымающуюся грудь, и маленькая хищница напала на его губы, пытаясь подчинить мужчину себе. Они целовались так, словно это и правда мог быть последний раз в жизни, ни о чём не думали, кроме пронзившего обоих обоюдного желания, срывающего маски и обнажая давно прячущиеся истинные эмоции…

Чувствуя под собой его каменную твёрдость, Ада ёрзала на охотнике кошкой, вызывая у него единственный порыв – сделать её своей, как давно хотелось, как говорила ему поступить та тьма, что просыпалась всё чаще, и, видимо, не только в нём одном. Девчонка даже собиралась укусить Дема, уже дразняще водя по его шее клыками, касаясь языком и явно примеряясь к пульсирующей жилке, одновременно стараясь расстегнуть ремень на его штанах. Но она не успела.

Земля вдруг задрожала, заставляя обоих немного прийти в себя, и где-то рядом послышались голоса. Демьян напрягся, вслушиваясь в шаги, и готовясь отбиваться, а после полог их шатра открылся, являя улыбающееся лицо Лекса, одетого в стиле арабского шейха. За ним виднелся и феникс вместе с Димой, а ещё весьма пугающий мужчина, чем-то неуловимо напоминающий демона, на руках которого виднелись чёрные рисунки.

─ Так и знал, что вы тут всякими непотребствами заняты, ─ подмигнул парень. ─ Собирайтесь. Мы отправляемся обратно.

И именно в этот момент вампирша потеряла сознание.