Охотница. Игра на жизнь. Книга четвёртая

Глава 18

* * *

─ Слушай, а по секрету, сколько жизней у тебя ещё осталось? ─ в шутку спросил Крис, помогая Нелл накладывать на истерзанного Громова исцеляющий компресс, а сам мысленно ужасался состоянию друга. Ради своей женщины, разумеется, можно и умереть пару раз, но, по его мнению, с точки зрения гуманности вампира было легче сейчас просто добить. Получить порцию яда из рук любимой – прекрасная альтернатива смерти, однако как-то это всё было чересчур. Даже хорошо, что у мелкой охотницы проблемы с памятью – зная её, можно было с уверенностью заявить о том, как девчонке будет паршиво, если она вспомнит. Вернее, когда, ведь это всего-навсего вопрос времени.

─ А что? ─ прохрипел страждущий, у которого вся спина уже пузырилась волдырями, и их становилось лишь больше. ─ Хочешь обменяться опытом?

─ Не-не, ─ отмахнулся Кристиан. ─ Так, интересно стало.

Когда старик ин Виарре самолично приволок окровавленного вампира в покои, Ник ещё держался на ногах, не позволяя увидеть его истинное состояние. Крис и Дамиан как раз в тот момент сидели в гостиной между их покоями, а Нелл пряталась от них обоих в спальне, готовя свои зелья, поэтому появление Громова в таком виде и в такой компании шокировало только мужчин.

─ Я не ошибся в вашей семье, ─ только и сказал старый охотник на их вопросительные взгляды.

По словам Ника, венценосный дед вообще непомерно много болтал по пути и, кажется, был доволен ситуацией, вот только не была понятна причина его радости. Вроде бы злорадства в охотнике не ощущалось, но какая-то иррациональная гордость неясно за что, пробивалась сквозь прочную броню этого интригана, а это как минимум казалось странным. Хотя, куда уж чудесатей – они в самом сердце врага, притворяются его союзниками, и если хоть что-то пойдёт не так, они застрянут в Инреме, возможно, уже посмертно…

На этой мрачной мысли вернулся Дамиан, привычно сходивший на разведку, и Залесский не мог не отметить, как стойко у него ассоциируется со смертью этот древний охотник.

─ Какие новости?

─ Охотники шляются по всему замку, а завтрашнее испытание будет с иллюзиями, и я не знаю, как наш дружок с ним справится, если у него начнутся галлюцинации, ─ досадливо протянул Дамиан, косясь на лежачего. ─ Жена, ─ глянул он на Нелл слишком откровенно, что она постаралась не воспринимать вообще, ─ ты обязана поставить его на ноги.

─ Без тебя знаю, ─ огрызнулась ведьмочка, едва ли спавшая за эти дни нормально. Не то чтобы два одержимых размножением муженька ей как-то сильно докучали, но из-за этих мыслей о ребёнке и их странном союзе, она просто не могла уснуть. К тому же, это был первый раз, когда они с Лексом разделялись так надолго, и ей не нравилось думать, что теперь так всегда и будет – брат значил для девушки слишком много, если не всё.

─ А ребёнок? ─ спросил Крис, заставив Нелл нервно вздрогнуть, только с запозданием поняв, что вампир имеет в виду не их ближайшее будущее. ─ Он не может просто мысленно потянуться к нему?

─ Я не буду… отнимать силу у них, ─ уже с трудом вымолвил Ник, и взгляд его начал казаться затуманенным, то и дело почти полностью становясь чёрным. ─ Я справлюсь… Должен.

Тревожно переглянувшись, троица поняла, что ночь им предстоит непростая.

* * *

С каждой секундой я чувствую себя загнанным зверем всё больше, и натянутые до предела нервы грозятся лопнуть, как струны. Меня заперли. Стоило только попытаться открыть дверь в коридор – и по пальцам ударило очень болезненным зарядом, окончательно выводя меня из себя, заставив впасть в настоящее отчаяние, какого со мной ещё не бывало в этих стенах.

Я мечусь по спальне, кусая губы до крови, и почти физически ощущаю боль охотника на расстоянии, понимая, что мне нужно отвлечься от этих мыслей, иначе они сведут меня с ума. Переключиться, потому что это невыносимо, а творящиеся со мной метаморфозы, уже откровенно беспокоят, как и пробел в воспоминаниях, мешающий понять обстановку. Мне просто необходимо разложить всё по полочкам, чтобы хоть немного приблизиться к разгадке всего этого безумия.

Я беру листок бумаги и, опустившись на кровать, начинаю записывать всё, что успело произойти – по крайней мере, всё, что я ещё в состоянии вспомнить.

Во-первых, меня точно собираются похитить, и этот слизняк-советник вместе со своей ручной вампиршей считает, что у него получится.

Во-вторых, хотя, это должно было стоять первым и самым важным пунктом, мой ребёнок нужен не только моему деду, но и кучке каких-то незнакомцев, а значит, похитить меня могут, в принципе, все, кому не лень, включая то чудовище с рогами, но из этого вытекает третий пункт. Магия жрецов, кажется, буквально запечатала нас всех на территории замка, следовательно, никто не сможет меня выкрасть, если они не узнают способ прорваться незамеченными. А у Орловского явно есть такой способ, что плохо для меня и малыша…

В четвёртых, я до сих пор не выяснила, где остальные девчонки, а других охотниц из нашего семейства я почти не вижу – на первом этапе отбора их даже не было, а к тому, кого держат в подземелье и скармливают жертв, мне теперь, похоже, не попасть. Элайна тоже меня вряд ли навестит в ближайшее время, и сдаётся мне, тётушку так же временно заперли – дед, видимо, прекрасно знает, что делает, но складывается впечатление, будто и у него не всё под контролем.

Короче говоря, всё хуже некуда.

Мне снова хочется рвать на себе волосы, а взгляд яростно мечется вокруг, будто вот-вот найдётся выход, которого я прежде не замечала, но натыкается на кое-что полюбопытнее очередного тайного хода… Край ковра отогнут – это я в порыве злости сбила его – а теперь заметила странный след на полу под ним, и тут же подскочила, чтобы полностью снять покров. А там я вижу круг с символами, кажущийся смутно знакомым, и на ум приходит нужное слово.

Пентаграмма…

Но она не нарисованная, а будто выжженная, глубоко впечатанная в пол, и уже не имеет силы, словно когда-то давно её использовали, однако при определённых условиях, можно напитать её магией вновь. Я с осторожностью протягиваю руку, несмело касаюсь рисунка и тут же куда-то проваливаюсь, оказываясь всё в той же спальне, только теперь мои руки сдерживают цепи, а живот такого размера, что сперва мне думается о недалёком будущем. Но упавшие вперёд чёрные пряди длинных волос, говорят о том, что тело это не моё, да и три родинки на левой кисти точно не принадлежат мне.

Эта девушка здесь не просто пленница – я могу считать её мысли и чувства, прекрасно понимая этот дикий страх за своего ребёнка, даже не за себя. Тут мы с незнакомкой в равных условиях, только вот ей гораздо хуже, поскольку тело почти истощено отравой, а магия, ещё недавно струящаяся по венам, заперта, как и её физическая сила.

В следующее мгновение в комнате появляется охотница, скрывающая лицо под капюшоном, и страх девушки, сменяется ужасом, когда неизвестная энитири тянется к ней в попытке расстегнуть кандалы.

─ Нет, я никуда не пойду! Вы его не получите… ─ рычим мы, стараясь чем угодно навредить той, кто, судя по всему, собиралась отвести вампиршу – а я уже поняла, что оказалась в теле совсем юной Высшей – в место, гораздо более жуткое, но девушка в красном балахоне спешно закрывает рот пленнице, призывая молчать.

─ Тихо! Я выведу тебя отсюда, но ты должна успокоиться и довериться мне, поняла?

Особого шока её слова не вызывают – мы знаем, что рано или поздно он бы смог прийти, но недоверие повисает в спальне, и когда возможность говорить возвращается, вопрос срывается с губ вспуганной птицей.

─ Это очередная ловушка?

─ Я не собираюсь причинять вред ни тебе, ни твоему ребёнку. Дамиан просил передать тебе это, ─ в мою-чужую ладонь ложится красивая и тяжёлая подвеска в виде дракона, при одном лишь взгляде на которую хочется с облегчением расплакаться, и мне почему-то тоже. ─ Времени очень мало. Надевай, ─ протягивая балахон, торопит охотница, а после я начинаю видеть всё уже издалека, включая то, как две фигуры покидают комнату через уже известный мне ход в стене…

Возвращаясь в свою реальность, я не успеваю поразмыслить об увиденном, когда вдруг чувствую, что чужая боль становится гораздо сильнее, обжигает, и просто перетерпеть не выйдет при всём желании. Кажется, даже ребёнок это ощущает, призывая меня сделать хоть что-нибудь, но я теряюсь на короткое время, пытаясь хотя бы отдышаться, после чего встаю на дрожащие ноги, судорожно размышляя.

Как же мне быть, если мне буквально перекрыли любую возможность передвигаться?

А любую ли?

В тот раз я смогла переместиться из своей спальни каким-то чудом, значит, у меня есть эта способность, но вот как ей воспользоваться? Думай, Рина, думай… Я должна хотя бы попытаться как-то помочь ему!

Тело реагирует на каждую новую обжигающую вспышку, мысли начинают путаться и меня всё-таки подхватывает эта сила, унося вместе с лепестками, а потом я оказываюсь прямо в покоях охотника, что сейчас лежит на постели лицом вниз, мучаясь от яда. Стараясь вести себя бесшумно, несмотря на то, что меня качает после такого стремительного перемещения, тихо подхожу к постели и осматриваю мужчину, покрытого испариной с ужасающими ранами, и совершенно не представляю, что предпринять.

Однако приглядевшись к нему чуть лучше, я вдруг вижу, что под его внешностью явно скрывается что-то ещё. Кто-то ещё. Я точно могу разглядеть необычные шрамы на сильной спине, напоминающие крылья, а волосы мужчины вовсе не тёмно-серебристые, а угольно чёрные и длинные, и чем дольше смотрю, тем явственнее проступают истинные черты хищника, прячущегося под личиной. Да кто он такой?

Я делаю ещё шаг, не в силах бороться с желанием прикоснуться к незнакомцу, и, становясь совсем рядом, наклоняюсь, дотягиваясь до красноватых шрамов. У меня колет пальцы и отчего-то губы, стоит лишь прикоснуться к выступающим отметинам, а кожа его ощущается раскалённой больше обычного, но я осознаю свою ошибку слишком поздно – только когда уже лежу на спине, а надо мной нависает настоящий зверь с горящими глазами и расползающимся по лицу и телу чёрным узором.

─ Рина… ─ в изнеможении выдыхает он моё имя, а я даже не верю, что его можно произнести вот так. В этом звуке всё – необходимость, жажда, страсть и горечь тоже, но мне слишком трудно понять причины. Огни его глаз держат в плену. ─ Кажется, у меня и правда бред.

На моём месте любая бы просто умирала от ужаса, видя такое, но я как будто там, где должна быть и всё, что волнует это усиливающаяся боль мужчины, которую он терпит, ничем не выдавая свои эмоции, а я всё знаю.

─ Не бред, ─ отвечаю, касаясь его лица с острым рисунком, напоминающим какое-то природное явление. Молнию. Грозу…

Он рычит, и я вижу показавшиеся изо рта острые клыки, но даже тогда не испытываю и доли страха, не в состоянии прекратить трогать это незнакомое, но такое родное лицо. Неужели он пришёл за мной? Тот самый вампир, о котором я столь часто размышляла и чей наследник сейчас так хорошо себя чувствует внутри меня?

Вот ты какой, значит…

─ Тебя не должно быть здесь, Ветерок, ─ наклоняясь к шее, выдыхает он, а потом его губы ложатся на бьющуюся жилку, а ладонь на живот, поглаживая его сквозь рубашку.

Мои эмоции в тот момент трудно описать, потому я и не стараюсь их понять – просто доверяюсь им.

─ Я там, где и должна быть, ─ заявляю упрямо, вновь встречаясь с его взглядом. ─ Я тебя чувствую, и если ты делаешь вид, что всё хорошо, то мне известна правда.

─ Вот как? ─ хмыкает в ответ, и мне кажется, что он до сих пор думает, будто я ему мерещусь, поэтому решаю это срочно исправлять. Обхватываю мощную шею руками, потянув на себя, и касаюсь сухих губ своими. Отвечают мне весьма живо, да так, что я на секунду сомневаюсь в том, насколько вампиру плохо, ведь мой рот просто захватывают в заложники. ─ Какие интересные эффекты у этого яда… ─ отрываясь и снова целуя, тянет мужчина, а потом увлекается, явно забыв о том, что вроде как должен мучиться и дальше.

Проворные пальцы начинают стремительно расстёгивать пуговички, обжигающие ладони ложатся на кожу, скользя вверх, накрывают ноющую и часто вздымающуюся грудь, сжимая соски, заставляя меня стонать, а зверя надо мной порыкивать. Что-то во мне отзывается на этот рык, тянется ближе к хищнику, стремясь показать свою готовность полностью ему принадлежать, и мысль только на секунду пугает.

А потом становится идеально.

Я совершенно не противлюсь, когда длинно лизнув мою шею, вампир проходится кончиками клыков по вене, а сам, устроившись точно между бёдрами, двигается так, что я прекрасно чувствую его каменную плоть, но это совершенно правильно. Почему этот мужчина действует на меня таким немыслимым образом? Почему мне не хочется сейчас взять и заколоть его кинжалом, ведь это моя прямая обязанность?

А потом его клыки вспарывают кожу, и я перестаю размышлять совсем. Первая боль оборачивается тянущим удовольствием, эйфорией, разливающейся по телу, а мне хочется укусить его в ответ, забывшись в вихре этих новых ощущений, но мужские руки не дают мне двинуться, пока их хозяин неспешно пьёт мою кровь, ни на секунду не замедляя движений. Я полностью теряюсь, чувств разом становится слишком много, а перед глазами калейдоскопом проносятся обрывки памяти, но мне не удаётся за них ухватиться.

Вампир вдруг резко останавливается, прекращая терзать меня собой, и явно приходит в себя, чтобы едва ли не с ужасом взглянуть на дело своих губ.

─ Рина? ─ неверяще разглядывая меня уже более осмысленно, удивляется он, после чего отстраняется, нахмурившись, а я больше не вижу в нём того охотника. Иллюзия для меня полностью исчезает, и тот, кто предстаёт на месте наследника им Тайши, самую малость пугает. ─ Ваше Высочество, что Вы здесь делаете?

Я не успеваю ответить, когда в комнату без стука врывается охотница, которая, скорее всего, ей не является вовсе, как и вбежавшие за ней двое мужчин, и мне совершенно не по душе это вмешательство.

─ Вот же троллья задница! ─ изрекает женщина, разглядывая нас, и исцелённый вампир тут же загораживает меня собой, отчего я испытываю необъяснимый трепет.

А ещё понимаю, что выражение весьма и весьма подходит к ситуации, ведь если кто-то из магов или жрецов здесь залезет ко мне в голову, они поймут, что эти четверо не те, за кого себя выдают. Если, конечно, дед заранее не знал, что так случится…

─ Как Вы здесь оказались? ─ интересуется один из охотников, пытаясь рассмотреть меня из-за спины зарычавшего Высшего. ─ Ладно, я понял. Не пялюсь.

А я застываю от чудовищной догадки, по инерции застёгивая рубашку, и продолжаю осознавать всю степень надвигающейся беды.

─ Ваше Высочество? ─ оборачивается ко мне брюнет, чувствуя моё замешательство. ─ Что…?

─ Мне кажется, король всё знает о вас. В смысле, он наверняка предвидел это, ─ глядя куда-то перед собой, роняю я, и на несколько секунд в комнате становится неестественно тихо, а вот потом мужчины выражаются так витиевато и в то же время понятно, что я бы не смогла подобрать слов лучше.

Сама ситуация странная. Я среди незнакомцев, но они почему-то не вызывают и толики страха, как все остальные в замке, включая деда, а это уже хороший повод задуматься.

─ … То дерево, ─ вдруг озвучивает вампир мою недавнюю догадку. ─ Оно ведь впитало мою кровь, да и старик был подозрительно доволен. Что он мог понять?

─ Что твоя кровь почему-то показалась умирающему священному дереву питательной? ─ хмыкает один из блондинов. ─ Возможно, он узнал всё, что ему требуется именно в тот момент, а может, ещё до нашего прибытия сюда. Это же ин Виарре. ─ И уже мне: ─ Не обижайся, принцесса.

Я лишь отмахиваюсь, по-прежнему сидя на кровати рядом с вампиром, но он предпочитает держаться на расстоянии, и это меня обижает. Однако его внешний вид радует, и тот факт, что мужчина полностью избавился от яда, перекрывает мою досаду на это демонстративное равнодушие. Отголоски его желания я чувствую до сих пор и с трудом сдерживаюсь, чтобы самой на него не наброситься.

─ Если всё так, почему он позволяет нам этот спектакль? Почему сразу не приведёт в исполнение свой план и не убьёт всех охотников? Мы же все здесь, в его лапах… ─ недоумевает второй блондин, и мне всё больше кажется, что он тоже Высший.

─ Возможно, потому что сам в ловушке, ─ удивляет всех мой хищник, а я в очередной раз поражаюсь, насколько наши с ним мысли могут совпадать. ─ А мы единственные, кто ещё хоть как-то может вмешаться.

Теория ошеломляет, но в то же время, это пока самое логичное объяснение поведению короля.

─ Опять же, ─ вмешивается женщина, которую одновременно пожирают сразу две пары глаз, ─ этот отбор. Какова его истинная цель? Можно было его и не проводить дальше… ─ Она поворачивается к одному из охотников. ─ Ты же сама древность. Неужели не знаешь, что там происходит в самом конце?

─ Спасибо, жена, ─ хмыкает он в ответ. ─ Всегда приятно знать, как ты меня воспринимаешь, но ты права. Обычно подобное мероприятие заканчивалось сражением оставшихся участников друг с другом на смерть, но…

─ Что?

─ Я не уверен, ведь я не был свидетелем каждого отбора – а их итак проводилось немного – однако победителю ещё требовалось достать какую-то семейную ценность, сразившись с самой опасной тварью, что эту реликвию охраняет. У каждой семьи свои сокровища. Какое скрывает ин Виарре?

Они переглядываются, а я опять думаю о том, кто ждёт в подземелье. Неужели это с ним придётся сразиться победителю? Что же он такое?

─ Сложно сказать, но я, кажется, знаю, с кем стравят того, кто доберётся до конца, ─ говорю, встречаясь с вопросительным взглядом вампира, и приходится всё рассказать с самого начала.

Мне хочется им довериться, поэтому сперва делюсь подробностями знакомства с пугающим существом, и нисколько не удивляюсь тому, что сами они уже успели о нём узнать, а вот то сборище незнакомцев в балахонах, чей разговор я подслушала, интересует моих новых друзей гораздо больше. Опрометчиво не касаюсь темы беременности, но, подозреваю, компания и без того в курсе, ведь все они так или иначе, косятся на мой живот.

─ Мы найдём девушек, ─ уверенно заявляет тёмный блондин после всего, мною перечисленного. ─ А вот тебе, принцесса, надо быть осторожной. Кто знает, в какой момент этот советник опять решит устроить похищение. Да и вообще, его мотивы, да и сам он какой-то мутный.

─ Пусть эта падаль рискнёт, ─ рычит рядом зверь, хватая мою руку и не отпуская, а по моему телу разливается привычное тепло от этого простого жеста. ─ Я до него доберусь.

В это верится охотно, и ярость мужчины наполняет пространство спальни, но мне кажется, что я чувствую лишь его аромат – тот, что теперь постоянно меня преследует даже во сне.

─ Есть ещё кое-что…

Я не уверена, стоит ли говорить о моём видении, но как только я упоминаю о вампирше, что держали в моей комнате, охотник напрягается, и в помещении уже два разозлённых хищника. Они даже чем-то неуловимо похожи с вампиром, и это замечаю не только я.

─ Ты видела её? Как выглядела девушка? ─ спрашивает мужчина, а в глазах бездна тоски. ─ Что они с ней делали?

─ Я видела её глазами, поэтому знаю только, что у неё чёрные волосы. Из всего я поняла лишь то, что им нужен был ребёнок, но кто была та охотница, я не знаю. И вряд ли охотница.

Разговор меня изрядно измотал, и, пока компания делала свои выводы, брюнет заметил моё состояние, обратив, наконец, свой взор ко мне.

─ Вы сможете вернуться обратно?

Неужели так не терпится от меня избавиться? И вообще, может уже хватит «выкать» после всего, что между нами было?

─ Не уверена. Я просто переместилась, когда подумала о том, что Вам плохо. Тебе, ─ вложив в свой взгляд уверенность и, сдерживая неуместную злость, отвечаю, заставив его дрогнуть.

─ Тогда останетесь здесь, а утром я разбужу – сейчас лучше не бродить по замку. Ложитесь, Ваше Высочество, ─ отогнув для меня край одеяла, почти приказывает он, когда другие как-то незаметно покидают комнату. ─ Я буду в гостиной.

У меня нет слов, хоть подсознательно и понимаю, почему вампир увеличивает дистанцию между нами, только мне от этого в разы больнее, и возникает неприятное чувство, что меня все просто бросили.

Тем не менее, суровый воин уходит, не оглядываясь, а я устраиваюсь в постели, пропахшей его ароматом, и становится чуть-чуть легче, будто он всё ещё здесь. Разговор я ещё долго прокручиваю в мыслях, пытаясь ещё хоть что-то для себя вычленить, но усталость берёт своё, и вскоре погружаюсь в сон. Правда, долго в одиночестве меня всё равно не оставляют…

Спустя время я просыпаюсь от ощущения прижимающегося ко мне тела и знакомого запаха. Рука обнимает осторожно, бережно, но я знаю, сколько в ней силы, а ещё мне нестерпимо хочется вновь увидеть его лицо. Рассмотреть каждую чёрточку.

─ Нет, не поворачивайся, ─ просит вампир, как только я начинаю шевелиться. ─ Если снова взгляну в твои глаза, уже не сдержусь. Спи.

Я умею ждать. Потому, когда мужское дыхание за спиной становится размеренным, всё равно оказываюсь на другом боку и весь остаток ночи наблюдаю за спящим, даже во сне хмурящим брови хищником. У него под левым глазом глубокий шрам, напоминающий ожог, и стоит мне его коснуться, как в голове взрывается поток картинок, наполненных болью, огнём и отчаянием. Мои глаза наполняются слезами, которые я не могу сдержать, переживая его недавнее прошлое.

Он пришёл за мной, невзирая на то, что я, похоже, стала виновницей этого кошмара…

Значит, и я должна сделать всё, чтобы мы выбрались отсюда вместе. Живыми.