Охотница. Игра на жизнь. Книга четвёртая

Глава 29

* * *

Когда ты заранее знаешь, что любой в твоём окружении может оказаться не тем, за кого себя выдаёт, ты готов принять даже самую ужасающую правду, но лично я не понимаю, как реагировать на то, что твоя бывшая одноклассница, с которой у вас вроде бы даже наладились отношения, тоже оказывается втянута в этот кошмар.

Мы даже предположить не могли такого исхода, да и Дима намекнул на совсем других существ, но эта правда тоже шокирует, правда, эффект длится недолго.

─ Ну, привет, мамуля! ─ Смерть машет ей рукой, скалясь, как любой зверь, встретивший старого врага, хотя и она смотрит на него с не меньшей радостью, а я с небывалым облегчением осознаю, что Алиса по-прежнему внутри своего тела – остаётся только верить, что вторженка не останется там навсегда.

─ Дай угадаю, ─ шепчет Ник, наклоняясь к богу, ─ Тьма?

─ Ах, ну простите, ─ привычно кривится мужчина, ─ не у всех мама с папой такие потрясающие!

И мой вампир польщён, не в силах скрыть гордость за родителей.

Я рада, что даже в такой ситуации у них находится тема для спора, но что мы будем делать сейчас, когда всё уже вышло из-под контроля, даже не представляю – тут либо пан, либо… всё хуже некуда.

Женщина в теле Алисы тем временем медленно двигается вдоль нашей нестройной компании, и в этой плавной, хищной грации едва ли ощущается хоть что-то от Алисы, но что ещё немаловажно, она будто не может подойти достаточно близко. Или не хочет.

─ Я уж думала, не увижу тебя в теле, ─ улыбается она Смерти. ─ Тебе удалось меня удивить.

─ Ага, тебе тоже. Не ожидал, знаешь ли, удара в спину.

Видимо, в далёком прошлом у них остались небольшие разногласия, но если бы мне это было интересно, я бы обязательно послушала, однако я чувствую, как Лекс пытается что-то творить, и это что-то, возможно, может нам помочь. От него исходит незримый призыв, потянувшийся прямо ко мне, и такой же он кидает Аде, связывая нас одной нитью.

─ И в какой момент это случилось? ─ намекая на её нынешнее состояние, интересуюсь я, делая рукой неопределённое движение и отвлекая на себя внимание. ─ Когда ты пробудилась?

И она рада поделиться, ведь всем им, так или иначе, хочется выговориться, рассказать свою историю, потому что долгое время не с кем было поговорить. Одиночество – та ещё отрава.

─ Когда твой безумный братец воткнул в меня кинжал, охотница, ─ переводя на меня свой тёмный взгляд, говорит она. ─ Я почуяла эту одержимость, этот голод… Да и в девчонке было столько интересного! Вы знали, что её предки тоже из Инрема, и она уже раз десять пыталась покончить с собой из-за постоянного зова крови? Впрочем, неважно. Я не сразу нашла в себе силы отобрать контроль. Сложно. Очень сложно бороться, когда где-то рядом эта светлая сука Антаррэль, и в неё снова верят с небывалыми силами. Верит какая-то мелкая девчонка! ─ имея в виду меня, вопит богиня, и сила её голоса, вернее, голоса сирены, скидывает с полок тяжеленные фолианты, а мы с трудом остаёмся на ногах. ─ А потом и остальные уверовали! ─ Она мрачно смотрит на Ника, и мне не нравятся эти глаза, обещающие все кары на свете.

Интересно, а она знает, что я знаю, что мой ребёнок в теории способен её убить? Но как только попытается вытянуть силу из Илли, она умрёт, а вместе с ней может пострадать и Алиса… Здесь нужна настолько тонкая работа, что я понятия не имею, кто может с ней справиться, не причинив вреда девушке.

─ Ты всегда была слишком тщеславной, ─ упрекает её Смерть, осторожно двигаясь в её сторону, и к нашей неожиданности богиня материализует в ладони кинжал, от которого во все стороны расходятся чёрные дымчатые ленты. Лекс позади смачно ругается, заставляя Тьму победно расхохотаться, и я узнаю в оружии кинжал Мары – точно такой же у меня отобрал Смерть. ─ О, добралась до сестрёнкиного ножичка?

─ Может быть, но это чувство позволило мне выжить и, без обид, но ваша сестра дура, каких поискать. Да и сынок мой, умом скорбный, неудачник ещё тот! ─ Она ранит ладонь и слизывает с лезвия кровь, а затем вновь обращает взор на меня. ─ Давай не будем терять время, прелесть, и пойдём уже со мной – тогда, возможно, никто не пострадает. Хотя, мы можем и поиграть, но тогда я сделаю всё, чтобы эта девочка умерла самой мучительной смертью, как и остальные, ─ ведёт остриём почти до сгиба локтя, и выступившая кровь превращается в чёрный налёт, ─ а потом найду новое тело… Скажем, твой вампир выглядит весьма аппетитным. Как считаешь? В нём столько вкусных эмоций… ─ облизывается она.

Лисица не согласна ни с одним исходом, оттого и рык прорывается наружу яростной волной небывалой силы, отчего по воздуху проходит рябь, но Ник вовремя удерживает от опрометчивых поступков, задвигая к себе за спину.

─ У вас нет выхода, ─ печально вздыхает богиня. ─ Никто не сможет сюда прорваться, потому что ловушка была выстроена заранее. Вам давно надо было сдаться и понять, что из этой затеи ничего не выйдет, а тебе, Высший, ─ говорит моему хищнику, ─ лучше было бы оставаться мёртвым – тогда ты быстрее бы встретился со своей охотницей и дочуркой. А так зря силы тратили. Инрем вам не отбить.

То, как зол сейчас мужчина, не передать словами, и я знаю, насколько показательна его сдержанность, только вот чувствуется в его эмоциях что-то, чего мне пока не постичь, а это значит, без моего ведома наверняка затеялся какой-то план.

«Зверь Ады что-то знает… ─ подсказывает чудище, явно стараясь забраться в голову подруге, но не может пробить барьер. ─ Они тоже готовились к этой встрече».

─ Так ты хочешь единоличной власти? ─ вновь лезет Смерть, дразня мать тем, что каждый раз подходил всё ближе, а потом опять отступал, словно танцор перед опаснейшей гадюкой. ─ Правда надеешься, что расплодившиеся твари – идеальные питомцы для нового мира?

─ Тварей всегда можно подчинить! Жрецы прекрасно справляются с этой миссией, а охотников давно пора списать со счетов, как мы сумели избавиться от Высших, ─ презрительно хмыкает она. ─ Высшие… Кто вообще вас так назвал? Вы же облажались по полной программе! ─ Тьма хохочет, резко поднимая голову в сторону Лекса и, кажется, наконец, замечает, что парень исчерпывает свои силы для удара. ─ А я ведь ставила на тебя, малыш. Стоило ли так стараться, если всё равно не сможешь меня убить, глупенький? Я же сверну твою тонкую шейку!

─ Кто сказал, что я хочу тебя убить? ─ мрачно улыбается друг, удивляя не только нас, но и её. ─ Пожилых женщин обижать не стоит, ─ всё ещё шутит он, а потом вся напускная весёлость слетает. ─ Ты ведь не пощадила мою бабушку, верно?

Неужели на этот Верховная пострадала серьёзно? Возможно ли, что остальные не успели спастись?

─ Ну, она не хотела отдавать кинжал, ─ разводит руками богиня. ─ Вцепилась в него, как псина! Пришлось успокоить старушку… Но как сильна… Жаль, вы не встретитесь, ведь я отправлю тебя прямиком в своё царство!

Она вскидывает ладонь, но я успеваю перехватить атаку, как сделала с Тёмным, отводя её от друзей, и в этот момент вокруг нас быстро загорается огромная октограмма, активированная кровью Лекса. Ада прокусила ему запястье в последний момент, щедро орошая алыми каплями пол, где на всё помещение расползлось огненное кольцо, отрезая любые пути отступления.

─ И что дальше? Вы ведь тоже теперь в ловушке, ─ справедливо замечает нисколько не впечатлённая «старушка».

─ Эта ловушка персонально для тебя, ─ скалится Смерть, бросая кинжал Тёмного прямо в Алису, и та падает на колени. Из её рта вырывается глухой вой, а вместе с ним пытается вырваться и чернота, но богиня борется, не позволяя освободить тело.

Именно тогда в библиотеке появляется Нелл с Крисом, правда без своего третьего спутника, и подруга словно сплошь состоит из пламени. Она оказывается рядом с девушкой, хватая ту за плечи, и вот тогда вой сменяется визгом, бьющим по ушам, потому что огонь феникса жарче вампирского в разы. Но помимо него брюнетка, за чьей спиной виднеются крылья, использует и заклинание, медленно избавляя сирену от чужой воли, в то время как Лекс вторит её словам, а за дверями слышится другой голос, повторяющий за близнецами.

Здание сотрясается и, кажется, такой мощи это место ещё не видело. С потолка сыпется каменная крошка, книги слетают с полок снарядами, а мы с Ником держимся друг за друга, как утопающие. С последним криком Тьма перемещается в кинжал, а Алиса обессиленно выдыхает, ловя ртом воздух, поднимает с трудом сфокусированный взгляд и изо всех сил старается не упасть в обморок. Смерть подходит к ней, осторожно, без резких движений вынимая из плоти оружие, и когда мужчина исчезает, Нелька исцеляет огромную рану, мило улыбаясь блондинке.

─ Ну, привет, дрянь.

─ Привет, стерва, ─ возвращает улыбку, вымотанная сирена, а потом смотрит на меня. ─ Давно не виделись, кудрявая.

─ И я по тебе скучала, селёдина.

Мы с вампиром устало переглядываемся, после чего меня скручивает приступ боли, и я осознаю, что Смерть опять отжал у малышки силу, только на этот раз непомерно много – так, что я не сразу прихожу в себя.

─ Он переместил её в свой мир, чтобы там разобраться. Но за эту боль я его урою, ─ почти безразлично сообщает мужчина, пока я уютно лежу на его руках, а вскоре волнения моей крохи сходят на нет.

─ Хочу развода. ─ Мои слова явно настораживают самурая, но я тут же поясняю: ─ Мне не по душе его родственники, впрочем, как и он сам.

─ Мы разберёмся, Ветерок, ─ обещает мой хищник, и я знаю, что когда-нибудь так и будет, но пока главный враг не уничтожен, вряд ли можно рассчитывать на отдых…

Двери, наконец, открываются, впуская импозантного незнакомца в строгом костюме, за спиной которого виднеется Роланд едва ли не под ручку с Повелителем, а рядом с ними неизвестные мужчины, но аура у всех троих специфическая.

─ Это ректор, ─ шепчет Ник, помогая мне подняться. ─ Я было решил, что обманулся в нём.

─ Прости, парень, ─ извиняется тот. ─ Пришлось приложить усилия, чтобы сохранить всё в тайне. Мы знали, что эта тварь где-то вреди нас, а значит, наверняка способна залезть в головы самым уязвимым. Именно поэтому пришлось договориться со своими родичами и разместить всех учеников на их территории – а как ты можешь помнить, сидхе никогда не вмешиваются в дела других народов – но Инремские боги наворотили дел не только в вашем мире, поколебав магический фон так, что это сильно отразилось на других. ─ Мужчина глянул на Лекса с Нелькой и поспешил заверить их: ─ Все живы, никто не пострадал. Ваша бабушка тоже, но и нам всем тоже нужно уходить. Остальных отправили.

─ Что с пленными? ─ интересуется мой вампир.

─ Она выпустила нежить из подвалов. Всю. А заодно и Тёмного – видимо, он ей всё же нужен. ─ Алеар хмур, как никогда, но бегло оглядев меня и убедившись, что всё хорошо, он немного расслабляется. ─ А ещё где-то спрятала кристаллы, выкрав их.

Возможно, Алису во сне преследовал вовсе не отчим, а именно Орловский в его обличие, почувствовавший в девушке родственную силу и жаждущий её отобрать? Как же у меня плавится мозг от всего этого хаоса… Кстати, а где он?

─ Уходим, ─ решает Кристиан, подхватывая под руку Нелл, а ректор открывает портал, куда мы по очереди заходим, готовые, наверное, уже ко всему, но явно не встретить пейзажи с цветущими садами, пестрящими зеленью лугами, летающими в воздухе бабочками и феями, а ещё искрящимся впереди морем.

На секунду, всего на мгновение наша компания теряется, потому как наверняка не одной мне кажется, что мы под сильными психотропными или галлюциногенами – даже трава кажется мягкой, словно облако.

─ Это газ или пыльца? ─ шепчет рядышком Ада.

─ Скорее, второе, ─ подхватывает Залесский, и нас ведут по каменной тропинке, а над головами распутываются ветки деревьев, шепча что-то о новых гостях, который стало слишком много, но в этих голосах нет злобы. Им любопытно, что принесли с собой чужаки, и я не могу удержаться от того, чтобы не потянуться своей силой к изящным незнакомым стволам, поймав в ответ волны удивления.

«Слышащая?»

«И даже говорящая»,─ с лёгкой улыбкой отвечаю я, не веря, что передо мной природа, полная жизни. Мне даже не хочется заходить в огромный дом, который нас уже ждал, приглашающе распахнув двери.

Нам выделили целое поместье – ни больше, ни меньше. Белый мрамор так напоминает дом Мастера на Земле, что в первый миг у меня ком стоит в горле от воспоминаний, и я обещаю себе, что мы обязательно вернёмся домой.

А потом настаёт момент, когда нужно, просто жизненно необходимо поговорить с Ником, но он почему-то решает, что можно всё это отложить, о чём я слышу, едва мы переступаем порог.

─ Родная, мне следует кое-что обсудить с Повелителем и остальными, ─ удерживая меня за плечи, убеждает он меня, хотя, эти слова явно больше нужны именно ему.

Значит, не показалось… Ладно, не стоит на него давить – всё же ему было гораздо хуже, чем мне.

─ Иди. Я буду в порядке.

Наверное, буду. Была же как-то до этого, не ныла, а значит, и сейчас потерплю, но немного. Иди. Только не закрывайся от меня на тысячу замков.

Он легко читает все мои эмоции по одному лишь взгляду, с сожалением уходя, будто собрался на войну, а я иду к друзьям, и вместе мы ищем укромное место, а потом располагаемся в саду, разбитом на заднем дворе, где кроме нас ни души, и даже цветы молчаливы. Зато в одной из многочисленных оранжерей словно специально для нас уже накрыт стол, куда мы с радостью присаживаемся, и какое-то время молчим. Я просто не могу надышаться этим упоительным ароматом, в котором не чувствуется примеси мертвечины, и всё ещё пытаюсь не дать ядовитым мыслям о наших с Ником отношениях отравить меня.

─ Ну, ─ смотрю на Нелл, ─ и куда тебя уволокли твои мужья, и где потерялся второй?

Она выпивает залпом свой бокал с вином, и в некотором роде я ей завидую.

─ Я думала, сгорю заживо, ─ делится подруга. ─ А эти двое ещё и угрожать принялась – мол, не угомонишься, сделаем тебя беременной. Что один, что второй… Даром, что бог.

Издаю нервный смешок, но друзья – последние, кто бы меня вообще осудил за такое проявление эмоций.

─ Что будешь с этим делать?

─ Я не знаю, ─ качает головой она. ─ Кажется, я запуталась.

Подруга торопливо рассказывает всё, что с ней случилось с тех пор, как я попала к ин Виарре, выговариваясь, наконец, и я ещё раз убеждаюсь, что все мы, так или иначе, многое вынесли за столь короткий период.

Всё это время Лекс внимательно смотрит на сестру, точно понимая, что она испытывает к обоим мужчинам, а я радуюсь, что моя ситуация даже близко не напоминает эту. Потому что для меня это неприемлемо. Ни в каком из вариантов, даже если это будет единственный выход… И мысли снова начинают клевать меня, возвращаясь к вампиру, поэтому я переключая внимание на Аду.

─ Что там у тебя? Не упусти ни одной детали.

─ Я думала, мы послушаем о твоих приключениях, ─ пытается отнекиваться вампирша, но этот номер не пройдёт.

─ О своих приключениях я даже вспоминать не хочу – не то что говорить, поэтому выкладывай.

И мы требовательно смотрим на девчонку, которая никому не рассказала о своих трудностях, но сейчас, когда мы вновь вместе, она не может сдерживаться, и вскоре подробности коварства богини всё же звучат. Для меня по-прежнему странно воспринимать Таню, как Антаррэль, и то, что она воспользовалась силой моего брата, но при этом поставила его перед таким выбором, не укладывается в голове.

─ Самое обидное даже не в том, что она это сделала, ─ выдыхает девушка. ─ Я могу понять причины, но не могу смириться с мыслью, что он даже не попрощался.

─ Просто Дем всегда поступает только так, как считает нужным.

─ Да, как и мой братец, ─ соглашается она. ─ Но от этого ещё хуже.

─ За любовь, ─ иронично хмыкает Лекс, поднимая бокал, и, похоже, наши мысли приходят к общему знаменателю, поскольку подозрения отчётливо отражается на лицах.

─ Любовь, значит, ─ тяну я, а у друзей такой вид, словно они лично знакомы с очередным божеством, и зародившийся было вопрос, так и повисает в воздухе.

Мы сидим в молчании, не следя за временем, и даже больше не обсуждаем происходящее, просто потому что всех слов не хватит. Эта тишина – самая лучшая передышка, и её не хочется нарушать новыми загадками, обидами на богов и кучей ненужных вопросов. Иногда наступает момент, когда нужно просто остановиться. Перестать сотрясать воздух всеми этими «почему», обращёнными к Вселенной, и просто выдохнуть, даже если страшно. И сейчас мы, похоже, впервые за все годы проживаем этот момент…

Я не знаю, сколько получается просидеть в этой отрешённости, но как только сгущаются сумерки, расцвечивая небо неизвестными созвездиями, хочется только одного – выспаться. Правда, я вскоре осознаю, что мне вряд ли это удастся, стоит увидеть Камиллу, неслышной тенью ступившую в сад. Охотница останавливается у одного из деревьев, прислоняя свои ладони к стволу, и стоит так недолго. Друзья решают, что это идеальный момент, чтобы слиться, и быстро покидают меня, в то время как женщина вскидывает взгляд, встречаясь с моим, после чего медленно подходит.

─ Не помешаю?

─ Располагайся.

Она присаживается, молчит, и я позволяю ей собраться с мыслями.

─ Знаешь, я кучу раз прокручивала в голове речь на случай, если всё-таки встречу тебя, но все слова вылетели из головы, как только до этого дошло. Идиотизм…

─ Скажи, как есть, ─ предлагаю я. ─ Не держи в себе.

Камилла по-прежнему подбирает слова, а затем чертыхается и всё же произносит:

─ Когда я узнала, что беременна тобой, я была в ужасе, потому что прекрасно понимала, какая тебя ждёт судьба. Поэтому сделала всё, чтобы ты не выросла в Питомнике… Всё, что было в моих силах. ─ Она делает пару глубоких вдохов, стискивает кулаки и продолжает, хотя выглядит так, словно охотнице под рёбра заталкивают острые пики. ─ Как только удалось прорваться на Землю, роды начались почти сразу, а твой отец… Алеар словно провалился, и всё, что оставалось юной идиотке вроде меня, это просить помощи.

Я воображаю, как совсем молодая энитири-ши с кинжалом у горла Мастера «просит» помочь ей, и не сдерживаю усмешки, которую повторяет женщина, явно понявшая всё правильно.

─ Всё прошло на удивление быстро, но самое сложное для меня было после. Я не хотела брать тебя на руки, Рина, ─ признаётся она, глядя в глаза. ─ Не хотела, потому что знала, что стоит взглянуть в твои глаза – и я не смогу уйти, но Верховная буквально силой заставила это сделать. Она сказала, чтобы я запомнила, для чего всё это затеяла, вернее, ради кого, и, поверь, с той ночи я никогда не забывала.

─ Наверное, раньше я не смогла бы тебя понять, но теперь, ─ невольно кладу руку на живот, чувствуя ощутимый толчок магии, ─ мне всё ясно. Не знаю только, смогла бы я так же, если бы пришлось.

Вру, и она это знает. Если бы у меня имелся только один выбор – отдать дочь, чтобы росла в безопасности или подвергнуть её всем ужасам жизни среди ин Виарре, я бы даже не колебалась.

─ У тебя замечательная семья, Дарина. ─ Кажется, Камилла вновь набирается смелости для очередного признания, и я чувствую, что это будет неприятно. ─ И если о чём-то я и жалею, так это о том, что сама не отнесла тебя им, не рассказала всё, как есть, но это было опасно для всех. За мной объявили настоящую охоту, даже травлю, и когда поймали… Отец не вмешивался. Я не знаю, был ли он в те моменты Дереком или этим странным созданием, но жрецы полностью управляли им. Он молча смотрел на все мои пытки, смотрел, как меня лишают малейшей возможности иметь детей в будущем, а любимая сестрёнка с радостной улыбкой помогала шаманке, подавая инструменты.

У меня внутри всё переворачивается от такой правды, и я никак не могу принять её, не желаю поверить.

─ Хочешь сказать, Элайна…

─ Та Элайна была настоящей сукой – истинной дочерью нашего папочки, а та, которую я встретила в замке, извинилась передо мной за всё. Понимаешь, к чему я?

Да как тут не понять? Только, выходит, все её слова были враньём, и я даже не знаю, в какой момент она изменилась.

─ Интересно, кто она?

─ Не знаю, но я так понимаю, что кто-то весьма могущественный. Мне хочется верить, что это сама Амирран, и это по её воле после моих многодневных мучений вскоре у охотниц почти перестали рождаться дети. Плач новорождённых всё реже слышался в замке, а потом наступили времена тишины, но к тому моменту я уже была далеко.

Так вот почему я ни разу не видела младенцев? Интересно, богиня таким образом прокляла всех охотников или только нашу отвратительную семейку?

─ Думаю, это справедливо, ─ сама себе киваю я. ─ Такие, как дед не должны размножаться, и этот поступок нельзя оправдать ничем.

Камилла какое-то время смотрит на меня, а потом срывается с места и обнимает, а я не препятствую, ведь испытываю ту же потребность. У меня нет к ней никаких претензий, никаких обид или ненависти. Она моя мать, и это ничто не изменит.

─ Спасибо, ─ тихо шепчет она. ─ Спасибо, что выросла такой.

─ Это тебе спасибо. Не у каждого ребёнка может быть по два набора классных родителей, ─ шучу, пытаясь разрядить обстановку, и женщина тоже улыбается. Я чувствую эту улыбку, полную облегчения, и радуюсь, что чужой груз слетел с её плеч, ведь он достаточно тяготил.

─ Не у каждого.

После беседы мы обе опустошены, но это чувство, скорее, приятное. Оно не давит на душу, не вызывает болезненные спазмы в груди, и дышится от этого в разы легче, поэтому мы с охотницей расходимся, обещая друг другу разговаривать время от времени. Мне тоже хочется узнать её, и я искренне верю, что мы наверстаем упущенное, впрочем, как и с Алеаром. Осталось только с мужем разобраться…

«С каким?» ─ вкрадчиво шепчет лисица, когда служанка провожает в выделенные покои, и на этот вопрос у меня нет ответа, а когда я становлюсь заложницей своих тревог, у меня есть только одно средство.

Я дожидаюсь, когда останусь в одиночестве, и отпускаю себя.

Внутри зарождается вибрация, тело, отвыкшее от всяческих трансформаций, сперва протестует, но жажда моего зверя сильнее, и спустя несколько томительных минут ожидания, хрустящих суставов и недовольного рыка, я вижу свои серебристые лапы.

Дверь, ведущая на балкон, открывается легко, и магия, охраняющая дом, поддаётся в два счёта. Я легко спрыгиваю на землю со второго этажа, пружиня, как кошка, и все девять хвостов игриво покачиваются позади, напоминая об одной потраченной жизни, которую отдал мне Ник.

Я думаю о вампире, когда бегу, легко приминая траву и просыпающиеся в ночи цветы, светятся всеми возможными оттенками, миную фей, пытающихся задержать меня, чтобы поиграть, но у меня сегодня другая цель, и я не останавливаюсь. Перепрыгиваю препятствия, несусь всё быстрее, обгоняя ветер, и только почуяв знакомый запах, останавливаюсь в паре метров от холма. А там, в свете яркой, холодной луны возвышается мой хищник.

И когда он, заметив меня, медленно подступает, не сводя своего гипнотического стального взгляда, меня пригвождает к месту.

«Ждал?» ─ не верю я.

«Ты долго», ─ упрекает большой чёрный кот, и только тогда я нахожу в себе силы преодолеть оставшееся между нами расстояние.

Эти шаги к нему я должна совершить сама.

______________________

Всем продуктивной недели))

P.S. Спасибо за награду замечательной Юлии Волохонович, мне очень приятно ^^