ГЛАВА 52

Телефонный звонок вырвал агента Спаркли из глубин сна.

Спаркли издал глухое ворчание, как бульдог, у которого отнимают кость, и, взглянув на будильник, нахмурился.

Чарлин потянула к себе простыню.

— М-м-м? — сонно пробормотала она.

— Ничего, дорогая. Спи.

Он встал.

Будильник стоял на ночном столике, рядом с кобурой, где отдыхал «Глок-17». Мобильный звонил из кухни — вчера вечером Спаркли забыл захватить его в спальню.

Если этот чокнутый жаворонок не перестанет названивать, то перебудит весь дом!

Спаркли пересек комнату, по дороге чуть не споткнувшись о робота из подразделения «Пауэр Рейнджерс», вышел в коридор и на мгновение остановился перед комнатой Скотта. Заглянув в приоткрытую дверь, он убедился, что сын по-прежнему спит. Шэннон обычно вставала на рассвете, но Скотта в это время не заставило бы подняться даже землетрясение.

Телефон все звонил.

— Сейчас, сейчас, — пробормотал Спаркли, — иду…

Он вошел в кухню. Оказывается, Шэннон уже проснулась и сейчас стояла с трубкой в руке.

— Алло?

Спаркли обошел стол.

— Нет, это Шэннон Спаркли.

— Шэннон, дай мне телефон.

— Да, папа здесь.

Он взял у дочери трубку.

— Спаркли.

— Дэвид Уэлш.

Бульдожье лицо Спаркли вытянулось. Еще немного — и он бы проглотил телефон.

— Одну минуту. — Он прикрыл трубку рукой. — Иди к себе, Шэннон. Еще рано.

У нее за спиной уже висел школьный рюкзак, но при этом она была по-прежнему в пижаме и ее глаза все еще были сонными.

— Ну-ууу, пожа-алуйста…

Обычно она выпрашивала что-то до тех пор, пока не получала желаемое. Но на этот раз что-то в отцовском выражении лица убедило ее, что лучше этого не делать. Шэннон преувеличенно громко вздохнула и пошла к двери. Спаркли машинально следил, как ее маленькие ягодицы постепенно удаляются. Потом он тоже вздохнул и снова заговорил в трубку:

— Черт возьми, как вы узнали этот номер?!

— У меня есть некоторые связи, — ответил Уэлш.

— А который час, вы знаете?

— Мне хотелось бы узнать нечто более важное.

— О чем?

— О Сете Гордоне и Викторе Крампе. О взрыве. Что в точности произошло?


Доктор Уэлш положил трубку через три минуты и облокотился на перила террасы.

Над заливом всходило солнце. Внизу какой-то тип совершал утреннюю пробежку в компании собаки. Со своей террасы доктор Уэлш мог наслаждаться великолепным видом, хотя сейчас красота Венеции была лишь слабым отблеском прежней.

Через пару часов станет очень шумно — уличные торговцы начнут торговать сувенирными безделушками, а заодно включат на полную громкость музыку всех стилей: джаз, южноамериканский рэп, песни индейцев, кантри… У каждого разносчика свой любимый стиль и свое время для обхода территории, и они не обращают внимания на ту какофонию, что получается в итоге…

Дэвид невольно подумал, что примерно то же самое происходит в головах шизофреников. Множество голосов. Какофония. И для того чтобы понять ее скрытый смысл, нужны были настоящие специалисты — до недавнего времени он считал себя одним из лучших. Но сейчас, набирая телефонный номер, он спрашивал себя, не совершает ли самую большую ошибку в своей жизни.

Он звонил Сету. Со вчерашнего вечера он проделал это множество раз. Три гудка — и он отсоединялся. Оставлять сообщение бесполезно. Если Сет не отвечает, значит, не хочет его слышать — предыдущие сообщения он наверняка стирал, не читая.

Один гудок. Два. Три…

— Да? — внезапно произнес голос с той стороны.

— Сет?

— Дэвид? (Смешок.) Рад слышать тебя по телефону!

Ему показалось, что он различил шум мотора. Сет ехал в автомобиле.

— Где ты?

Пауза.

— О, извините, док. Плохо слышно. Все время треск…

Дэвид Уэлш почувствовал, как его сердце забилось сильнее.

— Что там за история с Крампом?

— С Крампом? (Новый смешок.) Ну, это мои дела.

— Речь никогда не заходила о…

— Стоп, — оборвал его Сет. — Кроме шуток — никто не должен знать о том, где я и чем занят. Я не должен нигде засветиться. Договорились?

— Это угроза?

— Нет, конечно. Просто рекомендация. Кстати, тут кое-кто хочет с тобой поговорить.

Снова пауза — собеседник передавал кому-то трубку. Внезапно доктор Уэлш ощутил леденящий холод дурного предчувствия.

— Папа? — почти прошептал голос Карен.

Загрузка...