Панацея

Глава 10

Жив, пока бегу

Дорога на юг отняла у меня довольно много сил, даже несмотря на усиленный после заражения организм. Шутка ли, почти полторы тысячи километров верхом на мотоцикле, с короткими перерывами на дозаправку как железного коня, так и меня самого. С той только разницей, что транспорт питался бензином, а я пил кофе. Есть не хотелось совсем, буквально кусок в горло не лез, пожалуй, впервые с того времени, как моя жизнь круто поменялась и организму стало требоваться больше топлива. Нет, в этом плане ничего и сейчас не поменялось, и обычно есть хотелось часто, даже не есть, а жрать… Но не сейчас.

Конкретно сейчас мне хотелось найти виновного в срыве моих планов и бить его голыми руками до тех пор, пока… В общем, злоба перла из меня просто через край, настолько, что мне даже очередь на заправках уступали, невольно отступая в сторону, стоило мне пристроиться к кому-нибудь у кассы. Нервы были натянуты как струна, а в голове не раз и не два мелькала мысль послать все к черту и рвануть к семье. Останавливало от этого шага только врожденное упрямство. Ну и четкое осознание того, что, пока все не закончится, я ходячий магнит для неприятностей, а притягивать их, находясь рядом с семьей — скотство.

Разумеется, такие мысли хорошего настроения не добавляли. А масла в огонь подливал предстоящий разговор с отцом Маши. Сумею ли я с ним договориться — еще большой вопрос. Но и альтернативы не видел, разве что попробовать попросить помощи у руководства Алексея… Если это, конечно, не они все организовали.

А в целом конкретно этот член команды вызывал все больше вопросов, а доверия к нему и раньше не было. Правду ли он говорил, рассказывая о том, как исчезла Виктория? Или сам же ее и сдал? А потом еще и в поисках поучаствует, подбрасывая в качестве целей неугодных конторе людей. Скорее всего, так оно и будет, но конкретно здесь и сейчас он незаменим.

Курортный город встретил теплой погодой, как будто на календаре уже давно не весна, а вполне себе лето, и узкими дорогами, наполненными припаркованными машинами по принципу как смог, так и поставил. И вот тут я даже порадовался, что отправился в путь на мотоцикле, ибо в некоторых местах на машине было бы сложно проехать, не сложив зеркала.

Вообще здесь все напоминало огромный рынок. Все куда-то спешат и повсюду уличные торговцы, либо рекламные щиты, зазывающие в очередной магазин. Самое место для человека, который стремится затеряться. А для мошенника, по чью душу я приехал, так и вовсе рай. Даже не представляю, как Дмитрий пытается здесь работать…

Хотя, имея возможность чувствовать, где находится конкретный человек, может быть, это и не так сложно осуществить. Возможно, именно поэтому его сюда и откомандировали. Но тогда получается, что он здесь что-то сильно задерживается.

Впрочем, возможность выяснить, в чем причина, у меня есть, и ждать ее осуществления осталось минут пять, вряд ли больше. Скорее уж меньше.

— А ты, я смотрю, живучий, и непотопляемый, как говно в проруби, — поприветствовал меня полицейский, усаживаясь за стол летнего кафе как раз напротив меня. — И вот в тебе проснулась совесть, и ты решил помочь мне вырасти в звании. Хотя откуда у такого, как ты, совесть?

— И тебе привет, — кивнул я, оглядываясь. Как это ни странно, но нигде по соседству не кучковался спецназ, не ревели сирены наряда полиции, и даже «случайных посетителей» в штатском за соседние столики не набежало. — Да, решил вот сделать тебе подарок под старость.

— Ты собрался скопытиться от старости? — криво ухмыльнулся Дмитрий. — Давай только чуть позже, ладно? Через час, например, чтобы я успел тебя в камеру упаковать. А там потом старей, дохни, что хочешь делай, а я пойду звездочки обмывать за твою поимку.

— Фу таким быть! — покачал я головой и подтолкнул меню к собеседнику. — Завтракал уже?

— Ты еще спроси, спал ли я сегодня, — поморщился полицейский. — А что, ты собрался угостить меня завтраком?

— Угу, — хмыкнул я. — Ты себя в зеркале видел? Как упырь выглядишь, прямо похужал и возмудел.

— Зато ты цветешь и пахнешь. — Тут Дмитрий прервался и, принюхавшись, удивленно продолжил: — Слушай, а ведь от тебя не пахнет зараженным! Научился закрываться?

— Так ты чуешь их по запаху? — удивился я. — Забавно… Прямо ищейка.

— Ты мне зубы не заговаривай!

— Да я и не заговариваю, — пожал плечами я. — Как думаешь, зачем я тут? Да еще и не опасаясь того, что ты прямо здесь кинешься меня арестовывать? Может быть, потому, что мне есть что тебе предложить?

— Тогда выкладывай и не тяни кота за хвост! Иначе я решу, что в камере с тобой разговаривать удобнее и практичнее.

— А я ничего от тебя и не скрываю, — пожал плечами я. — Это ты тут на меня бочку катишь. А время, между прочим, тикает.

Я демонстративно поднял со стола меню и закрылся им от собеседника, делая вид, что выбираю, что заказать. Нет, есть мне все так же не хотелось, а вот позлить наглого полицейского — очень. Еще больше, конечно, хотелось опрокинуть на него стол, а потом попинать как следует до тех пор, пока он не перестанет смотреть на меня, как на существо второго сорта… Но это вряд ли поможет. Профдеформация — страшная штука. Я в его глазах преступник, а значит, крыса, с которой по-людски нельзя. И ничего тут не изменишь, хоть наизнанку вывернись. И самое противное, что я его прекрасно понимаю, сам бы так себя вел, наверное… Но бесит, да.

Пауза затянулась. Сначала Дмитрий сверлил меня глазами и явно раздумывал, не осуществить ли угрозу. Потом подошла официантка и приняла заказ, который ограничился лишь двумя чашками кофе. А уже потом я решил, что хватит играть на нервах собеседника, и продолжил:

— Ты все правильно понял, мы нашли способ лечения зараженных, и я живое доказательство этому. Интересно? Не знаю, как ты сам, но вот Машу вылечить наверняка мечтаешь, так?

— Что за лечение и что ты за это хочешь? — вмиг насторожился Дмитрий. — Если вопрос в деньгах, то придется подождать, быстро я не соберу.

— Ой, да брось! — отмахнулся я. — Ну какие деньги? Кому нужны сейчас эти фантики? Вон им разве что…

Я кивнул в сторону прогуливающейся уже с утра толпы туристов, азартно разглядывающей что-то на прилавках и витринах.

— Что тогда?

— Помощь нужна, — признался я. — Видишь ли, без целительницы ничего не выйдет, а ее, как назло, опять похитили. Как и сам рецепт лекарства.

— Так ее уже давно кто-то похитил, ты же сам ее искать в прошлый раз кинулся?

— И нашел, — кивнул я. — И ее нашел, и лекарство, которым меня укололи. И упустил опять.

— Так дело не пойдет. Либо ты мне сейчас все рассказываешь, либо иди на хрен со своими мутками, — скривился полицейский. — Давай по порядку, а потом я решу, помогать тебе или упрятать за решетку и успокоиться.

— Ну слушай тогда…

Рассказ вышел достаточно долгим, Дмитрий цеплялся, постоянно перебивал и придирался к деталям, то ли просто по привычке, то ли пытался всерьез поймать на противоречиях, но я на это почти не реагировал. Так, злился немного за сквозившее в его взгляде явное недоверие, но и только. Рассказывал в основном правду, разве что про участие Маши не сказал ни слова. Сама девочка сейчас как раз улаживала школьные дела, исправляла оценки и старательно изображала из себя паиньку, готовясь к приезду отца. А по поводу ее прогулов все решилось просто. Всего лишь небольшая сумма денег в местной поликлинике — и вот она, нужная бумажка, подтверждающая, что девочка не прогуливала, а честно болела.

— Так, поправь меня, если я что-то неправильно понял. — Дмитрий отхлебнул давно остывший кофе и, глядя на меня поверх чашки, продолжил: — Вы, четверо идиотов, решили поиграть в героев и самостоятельно решить проблему ни много ни мало государственного уровня… так?

— Ну… — Я закурил и, отпив немного из уже третьей по счету чашки, наконец ответил: — Может быть, и так. Может быть, и идиоты… Но скажи, много ты знаешь честных людей в верхах?

— Я в верхах вообще никого не знаю, — пожал плечами Дмитрий. — Это тут при чем?

— Да при том! — отрезал я. — Поставлю вопрос по-другому. Много ты знаешь чиновников, живущих на зарплату? Какова вероятность встретить среди них честного бессребреника?

— Давай к сути!

— Даю… — поморщился я. — Что будет, если это лекарство попадет в руки старого, не особо честного, но имеющего власть человека?

— Намекаешь на то, что он начнет им торговать? Как ты в свое время кристаллами? — усмехнулся полицейский.

— Говорю прямо, что тебе придет писец! И мне. И Маше, и всем зараженным, кого я знаю и не знаю.

— С чего бы это?

— С того, что если это пришло в голову мне, то придет в голову еще кому-то, — пояснил я. — Ты что, реально не понимаешь? Если такому, как я, вживить красный кристалл, это даст мне лет двадцать-тридцать жизни, не меньше. А десять кристаллов даст сколько? Триста лет! Десять жизней в обмен на века!

— Тише, громкость убавь! — зашипел Дмитрий. — Понял я. Группа людей, имея власть, может получить настоящее бессмертие…

— Именно! А вот теперь спроси себя, откажется ли твой начальник, например, от такого соблазна? Поставить вам задачу, мотивировать нужным образом, и вы ему кристаллов натащите столько, что он еще несколько тысяч лет проживет.

— Вас проще грохнуть и самому застрелиться при таких раскладах… — задумчиво протянул полицейский. — Не так больно будет.

— Либо рискнуть и вернуть нормальную жизнь твоей дочери и таким же, как она.

— Я так понимаю, тебе нужна помощь в поисках целительницы?

— Угу. Я помогаю тебе поймать ясновидящего, а ты поможешь мне с моими поисками. По рукам?

— Откуда ты узнал про него? — нахмурился Дмитрий.

— Земля слухами полнится… — пожал плечами я. — И он бы мне реально пригодился. Есть, знаешь ли, вопросы…

— Хрен тебе, а не ответы, — скривился Дмитрий. — Он не из этой сказки.

— В смысле? — не понял я.

— Без смысла! Он не ясновидящий. Просто прокачанный аналитик. Он видит, просчитывает варианты событий вокруг себя и оттого кажется чертовски удачливым, но и все.

— И потому вы столько времени его поймать не можете?

— Говорю же, все выглядит как везение. Он играючи ускользает и бегает от нас.

— Значит, я зря сюда так торопился? — расстроился я.

— Не зря. Чтобы найти вашу целительницу, нужно не чудо, а грамотная работа.

— То есть ты мне поможешь?

— Ну… — развел руками полицейский. — Ты же видишь, я занят поисками этого урода.

— А если я помогу его поймать?

— Каким образом?

— Есть возможность нейтрализовать его способности. А уже после этого можно будет упаковывать вашего ясновидящего.

— А, этот ваш Алексей? Ему можно верить?

— Скорее всего, в итоге он сдаст нас своему начальству, — пожал плечами я. — Даже наверняка сдаст. Но с этим я сам разберусь.

— Тогда по рукам. Записывай адрес. — Дмитрий продиктовал название и адрес гостиницы, в которой предположительно сейчас находился преступник. — Фотки сброшу тебе на телефон.

— Если все так просто, то почему он до сих пор на свободе?

— Потому что стоит нам туда нагрянуть, и он исчезнет, причем в последний момент и так, что мы только по камерам его путь отследить сможем. Он везучий, как дьявол.

— Ладно, тогда жди звонка.

— Хорошо. Сделай это, и дня через три я займусь твоей пропажей.

— Это слишком долго! Мне нужно, чтобы искать ее начали прямо сейчас.

— Хорошо, я решу этот вопрос, — после недолгой паузы согласился Дмитрий, а потом, подумав, добавил: — И вот еще что… Этот урод не в тех руках тоже будет опасен. У тебя же богатая фантазия, да? Думаю, ты и сам понял, о чем я.

— Я тебя услышал, — подтвердил я, поднимаясь.

Можно было, конечно, повозмущаться, мол, я не наемный убийца… Или поторговаться… Но мне было плевать. Причем одинаково плевать и на ясновидящего, и на Дмитрия. Его пожелание лишь упростит мне работу и поможет быстрее закончить ее. Только и всего. Просто работу.

Расплатившись по счету, я надел шлем и молча вышел из кафе, на ходу набирая номер Алексея и объясняя, что нужно делать. А сам сел на мотоцикл и, вбив в телефонный навигатор нужный адрес, неспешно покатил в сторону цели.

Навигатор привел к массивному трехэтажному зданию с примыкающим к нему небольшим парком, куда я и направил мотоцикл, припарковав его совсем рядом с деревьями. А затем, сняв с транспорта кофр для удочек, неспешным шагом направился в глубину парка, отыскивая кусты погуще, но такие, чтобы из них был виден вход в гостиницу.

Время у меня еще оставалось, так что я не спешил, прикидывая, как и куда бежать, после того как работа будет выполнена. И чем дальше шел, тем меньше мне нравилась местность. Как назло, деревья в парке росли достаточно редко, и совсем укрыться в зарослях не получится, а значит, стрельба из засады исключена. Меня увидят намного раньше, чем я начну стрелять.

Вернувшись к мотоциклу, я еще раз огляделся, но так ничего подходящего не увидел. Значит, план придется еще больше упростить, совсем до предела, и действовать быстро. Приторочив кофр обратно к мотоциклу, я отыскал взглядом лавочку и, сев на нее, закурил, рассеянно глядя вдаль. Раз неоткуда стрелять, то и винтовку, спрятанную в кофре, собирать не надо, а значит, пока есть время просто отдохнуть.

Откинувшись на спинку лавочки, я потер лицо ладонями и на какое-то время остался сидеть с закрытыми глазами. Накатила чудовищная усталость. Нет, не из-за бессонной ночи в дороге, да и усталость не физическая, скорее моральная. Я вдруг осознал, как же устал от этой гонки со смертью. От убийств, от невозможности просто расслабиться. Когда-то давным-давно по телевизору показывали передачу про акул, и в ней рассказали, почему эти рыбы все время находятся в движении. Все оказалось на удивление просто, у них так построен дыхательный аппарат, что они не могут останавливаться, иначе задохнутся. Вот так и я с начала всей этой истории. Все бегу и бегу… Потому что если остановишься — сдохнешь.

Мои размышления прервал завибрировавший телефон, на котором высветилась одна строчка: «Мы выходим».

Не знаю, что там наплел Алексей ясновидящему, но по плану он должен был вырубить его способности, а потом выманить на улицу под мой выстрел. Если я все понял правильно, то без способностей жертва не заподозрит ничего и будет спокойна.

— Ну… — Я хотел было сказать «с богом», но тут до меня дошло, насколько нелепо это бы прозвучало, и аж поперхнулся, проглатывая окончание фразы.

А потом молча захлопнул зеркальное забрало шлема и завел мотоцикл. Мне нельзя останавливаться, потому что я не хочу сдохнуть. Потому что с некоторых пор я как та акула. Вот только те, кто сделал меня таким, забыли, что акула не просто все время движется. Она охотится!

Мотоцикл негромко заурчал двигателем, трогаясь с места, а я уже нашел взглядом выходящих из здания гостиницы Алексея и его спутника, обычного мужчину средних лет с ярко-рыжей бородой. Похожего на фотографию, присланную мне Дмитрием.

Разогнавшись километров до тридцати, я направил железного коня мимо вышедших людей и не спеша достал пистолет. Шелест шин по асфальту скрыл негромкий щелчок предохранителя и вот уже ствол пистолета уверенно находит цель. Выстрел.

На груди рыжебородого появляется алая клякса, а я, замедлив мотоцикл, повторно навожу пистолет на цель, на этот раз в голову. Выстрел… Вот и не попадет такой умный мошенник не в те руки. Не будет у кого-то гениального советника, помогающего обстряпывать грязные делишки и не попадаться… А пистолет продолжает движение, находя мушкой голову второго человека. Выстрел. Выстрел. Выстрел…

Рука выкручивает ручку газа, и мотоцикл рвет вперед, быстро увеличивая скорость. Вперед! Я живу, пока двигаюсь…