Панацея

Фальшивый эпилог

Утром следующего дня мы собрались в дорогу. Ну как собрались? Положили в одну небольшую сумку одежду, не уничтоженную в перестрелках, кинули в машину сумку с деньгами, ну и почти все…

— Оружие надо оставить… — растерянно предложил я Маше, глядя на остатки былой роскоши, разложенные на диване.

Чуть меньше десятка разномастных пистолетов и два коротких автомата сиротливо смотрелись на покрывале по сравнению с тем, что лежало там до нашего последнего боя.

— Ну да, надо. Мы же мирной жизнью жить собираемся? — подтвердила Маша.

И задумчиво взяв пустой магазин, принялась забивать его патронами.

— На всякий случай… — кивнул я и сунул один пистолет в наплечную кобуру. А потом, подумав, добавил под вторую руку еще один, для симметрии. — Вдруг по дороге что случится.

— Точно! — улыбнулась девочка и, сбегав на кухню, принесла пустую сумку. А потом взяла и ссыпала в нее лишнее оружие. — В багажник бросим, потом выкинем!

— Точно! — с облегчением кивнул я. — Пошли, что ли, посидим на дорожку?

Дорога прошла ни шатко ни валко… Мы просто ехали, слушали музыку, глазели по сторонам, думали о чем-то своем. Разве что обсудили способности, да и то после того, как я сделал машину невидимой, проезжая мимо поста ДПС.

— Ого! — воскликнула Маша. — Ты и так теперь можешь?

— Ты знаешь, — осторожно признался я, — у меня такое ощущение, что теперь я могу все. Ну, в разумных пределах, конечно… Хотя какие пределы в этих делах разумные?

— Да офигеть… А почему?

— Не знаю. Мне просто нужно было что-то сделать, чтобы тебя не убили. И я сделал…

Маша замолчала, покачав головой, а еще через час предложила провести эксперимент, попытавшись вживить мне красный кристалл. Ничего не вышло. Организму эти костыли были больше не нужны. А рана на руке затянулась почти мгновенно.

— Мутант, блин! — буркнула на это Маша, не то завидуя, не то удивляясь.

Я же только рассмеялся, вспоминая фильм, а потом подумал было, что, наверное, смог бы как Росомаха. И быстро отогнал от себя такую мысль. Уж больно этот герой плохо кончил.

Через три дня, три спокойных, хороших дня мы прибыли по нужному адресу и, свернув в частный сектор, остановились у нужного дома. Не совсем напротив, скорее чуть в стороне, но это уже по привычке.

Я припарковал машину, заглушил двигатель и застыл на сиденье, не зная, что делать дальше.

— Страшно? — посочувствовала Маша.

— Очень! — признался я. — Мы, перед тем как мне выстрели в голову, скажем так, не очень ладили. Она тогда сильно нервничала… Ну и я тогда слишком увлекся всем этим…

Закурив, я сидел и размышлял, как вернуться к семье и что им сказать, Маша же просто молчала, посматривая на меня с непонятным выражением.

Наконец решившись, я потянул ручку двери, и в это время в доме открылась калитка. Замерев, я уставился в ту сторону, жадно ища глазами жену или детей…

Нашел. Не сразу, правда. Сначала показалась двойная коляска для близнецов, а потом уже вышла Рита, катящая перед собой эту коляску.

— Как так-то? — ошарашенно пробормотал я, высчитывая месяцы на пальцах.

— Вот это номер! — выдохнула рядом Маша. — А ты не говорил, что у тебя дети такие маленькие.

— Да я и сам… — пробормотал я и выдохнул, закончив подсчеты. — Так вот почему она такая странная была!

— Ты о чем?

— Нервная была очень… А оно вот в чем дело… Да и Алексий говорил, мол, узнаю для себя что-то новое, встретившись с семьей. А я все гадал, что такое мог знать священник, что не знал я. Почему мне-то не сказала?

— Забавно… — задумчиво протянула Маша.

Некоторое время мы молча сидели. Я осознавал новости, Маша что-то обдумывала… А потом нехотя достала из кармана пистолет.

— Посмотрел? — хмуро спросила она, щелчком досылая патрон в патронник. — Ты же понимаешь, что стал слишком опасен?

— Ты думаешь? — хмыкнул я. — А не боишься, что не успеешь выстрелить?

— Не боюсь, — просто пожала плечами девочка. — Действуй.

— Ну-ну… — покачал головой я, поворачиваясь к девочке. — Пусть Рита в дом обратно вернется, а там решим.

— Ты только не обижайся… — замялась Маша, а потом скривилась, сообразив, насколько глупо это звучит. — Я ведь еще в самом начале обещала тебя убить.

— Кому обещала?

— Себе. Еще до того, как встретила тебя.

— Забавно…

— Да как-то не очень…

— За что, я спрашивать не буду, — кивнул я. — Семью не трогай.

— Само собой, — кивнула девочка.

Еще некоторое время мы сидели молча. Я курил, Маша кусала губы, сдерживая слезы…

А потом с прогулки вернулась Рита с детьми. Мы проводили взглядами женщину, и в какой-то момент я не поверил своим глазам: какое-то крупное насекомое подлетело к коляске и тут же сгорело, испепеленное небольшой молнией, прилетевшей от детей.

— Это как?

— Способности по наследству передаются? — удивилась Маша. — Как у мутантов?

— Да охренеть! — пораженно выдохнул я.

— А знаешь что? — улыбнулась Маша чистой, радостной улыбкой, быстро убирая пистолет под куртку. — Это будет весело!

Я удивленно оглянулся на довольную девочку, не совсем понимая ход ее мыслей.

— Чего смотришь? А кто за этими детьми присматривать будет? — требовательно заявила моя напарница. — Если мы не воспитаем из них нормальных героев, они же такое устроят… Ну что смотришь? Пойдем скорее знакомиться!

Вместо ответа я только усмехнулся и наконец вышел из машины.

— Рита! Это я! Я вернулся, здравствуй…