Панацея

Глава 17

Затишье перед бурей

— Серег, ну извини! — Маша посмотрела на меня глазами кота из популярного мультика и, поставив на столик поднос с чашками, села напротив. — А я вот кофе сварила…

— Офигеть! — картинно изумился я. — Ты даже мое имя помнишь?

— Не, ну реально, хватит, а? — попросила Маша, потупившись. — Ну с кем не бывает?

— Да почти ни с кем! — усмехнулся я. — Ладно, проехали. На самом деле уже даже смешно…

— Ну так-то да, — несмело улыбнулась девочка. — Ты бы свою рожу видел!

— Ты сама радуйся, что зеркала рядом не было! — уже от всей души улыбаясь, отмахнулся я. — Увидела бы себя, неделю спать не смогла бы!

— То есть я такая страшная? — тут же нахмурилась моя напарница.

— Э-э-э… Грозная? — растерялся я.

— Ой, да ладно, шучу! — расхохоталась девочка. — Мне еще рано за такое скандал устраивать!

— Фух! — выдохнул я и присоединился к странному веселью с нездоровым оттенком…

На самом деле смешного было мало, если задуматься.

Все началось еще на рассвете, когда я, проснувшись, поплелся курить и увидел, как Маша спит за столом, уронив голову на клавиатуру. А на мониторе отображена карта города с красными отметками.

Заработалась девочка, прикидывая маршрут на новый день, и вырубилась. Это я старый со своей дурацкой бессонницей, а у нее молодой растущий организм. Отдыхать нужно…

В общем, я решил отнести девочку в кровать, чтобы хоть пару часов поспала нормально. Вот только стоило мне прикоснуться к напарнице, как я тут же врезался лбом в столешницу, а кресло с Машей откатилось куда-то назад, мне за спину. И сразу же хлопнули два выстрела, и мою голову осыпало битым стеклом.

Уже с пола, сквозь прицел пистолета я наблюдал, как девочка приоткрыла второй глаз, зевнула, а потом с недоумением посмотрела на оружие в своих руках… Свой пистолет я успел спрятать раньше, чем она успела сфокусировать глаза на мне. Поэтому было не так стыдно. А уж когда девочка увидела простреленный монитор и расколотую моим лбом клавиатуру…

— Я, конечно, понимаю, что у каждой принцессы должен быть свой единорог, — громко возмутился я тогда, ощупывая стремительно набухающую шишку на лбу. — Но я на эту роль никак не гожусь!

Вот так мы и встретили очередное утро. И тогда же я понял, что все. Если мы не сделаем перерыв, то, как говорится, фляга совсем засвистит. А потому…

— Собирайся, — еще раз все обдумав, решил я. — Поедем в город.

Сам же откинулся в кресле и, закурив, приготовился неспешно наслаждаться свежесваренным кофе…

— Я готова! — буквально через минуту выскочила из дома эта оторва, на ходу пряча в сумку автомат со сложенным прикладом…

— Трындец… — вздохнул я и даже лицо ладонью накрыл, отображая всю глубину… Короче, просто что-то отображая. — Мелкая, нормально собирайся, без автоматов и гранат! Выходной устроим, пока окончательно не охренели с этой охотой!

— А что, гранаты видно? — Маша машинально лапнула себя по карманам, и только потом до нее дошло, что я сказал. — Как выходной?

— Вот так! — категорично буркнул я, указывая на дом. — Марш переодеваться!

— Тиран! — проворчала девочка, но ушла.

На этот раз ее не было намного дольше, и вышла она, когда я уже допил кофе. В этот раз Маша оделась нарядно, даже платье надела, разве что куртку застегнула уже на веранде, пряча под ней рукоятки пистолетов.

— Маша!

— Блин, что, совсем без оружия идти? — возмутилась она. — А если война?

Наконец через полчаса мы все же покинули дом, направившись в развлекательный центр. С собой взяли только по одному пистолету и инъектору, сложив все это в сумочку к Маше.

— Лучше я косметику не возьму, но пистолет пусть будет! — категорично заявила девочка, ну а я не стал уже спорить.

Разве что, когда все же приехали в развлекательный центр, настоял на том, чтобы сдать сумку в камеру хранения. На хватало еще где-нибудь на рамке спалиться.

А дальше мы отправились развлекаться. Позавтракали в какой-то кафешке, побродили по магазинам… Впрочем, магазины ни меня, ни Машу не заинтересовали от слова совсем. Разве что в отделе, где находилась выставка детских конструкторов, я задержался, не в силах пройти мимо.

— Ты прямо как ребенок! — не то всерьез, не то в шутку возмутилась Маша, стоя над душой, пока я рассматривал гигантский подъемный кран на батарейках.

— А знаешь, в чем между нами разница? — усмехнулся я в ответ и тут же пояснил доверительным шепотом: — Я не делаю вид, что я взрослый.

Девочка сначала вскинулась, чтобы возмутиться, потом задумалась, а потом улыбнулась и расслабилась, и превратилась в почти обычную девочку. Почти… Разве что если кто-то оказывался у нее за спиной, Маша заметно напрягалась. Но тут и я от нее недалеко ушел, сам грешен. А еще взгляд у напарницы оставался все таким же тяжелым, словно девочка сквозь прицел тебя изучает.

Следом культурная программа предполагала посещение океанариума, и тут уже мы словно поменялись ролями. Мне было откровенно скучно, а Маша радостно перемещалась между огромными аквариумами, изучала пояснительные брошюрки и наслаждалась экскурсией. А я… В какой-то момент перестал следить за рыбами и начал изучать людей. Простых людей, беззаботно гуляющих с семьями и наслаждающихся отдыхом. В общем, настроение мое стремительно рухнуло вниз…

И этот факт не удалось скрыть от напарницы, и потому вскоре она решительно повела меня из этого царства рыб и праздношатающихся людей наверх, в парк аттракционов, где мы оплатили максимальный абонемент и принялись азартно резаться в аэрохоккей. Глупая, если честно, была затея… Забить так никому и не удалось — реакция наша заметно превышала нормальную, и поэтому каждый из нас успевал среагировать вовремя, до того как шайба окажется в прорези. Но минут пять мы азартно резались в игру, что есть, то есть.

Потом я уговорил девочку покататься на аттракционах, а сам не спеша отправился курить на улицу. Пока шел, поймал себя на том, что кручу головой во все стороны, пытаясь увидеть в толпе ауру зараженных. Просто по привычке. А рука нет-нет да тянется к карману, в который я тайком от Маши сунул инъектор.

И как это ни странно, несмотря на то что город мы за прошедшие недели зачистили весьма качественно, зараженного я обнаружил на подходе к уборной, куда завернул по пути. И судя по тому, как мужик метался от указателя к указателю, это был не местный.

Проследив за ним до кабинки в туалете, я спокойно подошел к раковине и принялся мыть руки, дожидаясь, пока не уйдут лишние свидетели.

Наконец мы остались в помещении одни и я, достав револьвер, быстро наклонился и выпустил дротик под дверцей кабинки в ногу зараженному. А потом спокойно вышел из помещения и отправился на улицу.

Разумеется, камер в туалете не было, но вот в коридоре они были аж в двух экземплярах, и надолго задерживаться в развлекательном центре мне как-то расхотелось. А потому, вернувшись, сразу же отправился разыскивать Машу. И надо сказать, долго не пришлось, встревоженная девочка уже спешила по второму этажу к лифтам.

— Серег, пойдем домой, а? — скороговоркой протараторила она. — Что-то мне тут надоело…

— Что-то случилось? — даже не удивился я. — Все живы?

— Ну… — отвела глаза она. — Там на первом этаже человеку плохо стало. Двум…

— Где?

— Ну вон там. — Маша мотнула головой в сторону ресторана, в котором вовсю суетился народ, аккурат под одним из аттракционов.

— Твоих рук дело? — уточнил я, уже двигаясь к выходу.

— Там зараженный был… — покаялась девочка. — Причем, по ходу, бандит…

— А почему тогда плохо стало двум? — не понял я.

— А ты видел, какое там расстояние! — тут же возмутилась Маша. — Пока дротик летел, этого гада официант закрыл спиной.

— Короче, ты наплевала на уговор и пронесла сюда оружие, да?

— Ну…

— Эх ты…

Забрав сумку из камеры хранения, мы быстрым шагом уже торопились к выходу, когда напарница ойкнула и вдруг исчезла.

— Маша? — буквально через пару секунд послышался впереди знакомый голос.

— Вообще-то, Сергей! — сделав морду кирпичом, возмутился я.

— Рядом с тобой же шла… — растерянно заявил подошедший ко мне Дмитрий.

— Дим… Ты бы это, спал иногда, что ли… — с сочувствием проговорил я. — Вон она, рядом с тобой же идет.

Дмитрий растерянно посмотрел на свою спутницу, потом огляделся и с сомнением покачал головой.

— Решили устроить выходной? — поспешил сменить тему я. — Правильно, а то девочка скоро забудет, как папа выглядит.

— Это ты меня учить будешь? — зло огрызнулся Дмитрий. — Заведешь своих детей, тогда и поговорим.

— У меня двое, — ледяным тоном поправил я полицейского.

— И какого хрена тогда ты не с ними?

— Разгребаю… — отмахнулся я.

— Угу… — немного растерянно пробормотал Дмитрий. — А тут какими судьбами?

— Разгребаю, — пожав плечами, повторил я. — И теперь мне надо валить, пока этих придурков не обнаружили.

— Убил? — насторожился полицейский.

— Спят…

— Угу… — Дмитрий задумался ненадолго, явно решая, говорить или нет, а потом продолжил: — Ты прав, валить тебе надо. Вообще из города. Езжай-ка уже к семье, мы тут дальше сами, практически все сделано уже.

— Неожиданно! — удивился я. — Отойдем?

— Маш, сходи пока наверх, я подойду, ладно? — отослал перевертыша Дмитрий и, махнув мне в сторону парковки, первым вышел на улицу.

Мы подошли к стоявшему неподалеку внедорожнику и, сев на передние сиденья, не сговариваясь, опустили окна и закурили.

— Все плохо? — первым продолжил разговор я. — Начальство засуетилось?

— Да если бы… — поморщился полицейский. — Эти просто изъяли несколько ампул с лекарством, и все. Вставляют палки в колеса, но открыто действовать не рискуют.

— А кто тогда?

— ОПГ, — вздохнул Дмитрий и пояснил: — Все группировки зараженных, все эти дурацкие кланы и прочие… сообщества. Все они сейчас стягиваются в город. Как будто их кто-то направляет. Я потому дочку и решил сегодня погулять сводить, скоро, чую, совсем не до того будет.

— Думаешь, по наши души? — засомневался я. — Не много ли чести?

— Ты просто не видишь всей картины целиком. Пока ты бегал за нелегалами, мы снабдили почти всех зарегистрированных зараженных лекарством.

— И?

— Что и? — скривился Дмитрий. — Кормовая база этих кланов как раз из таких и состояла. Они спокойно охотились на одиночек, продлевая себе таким образом жизнь. А мы с тобой почти уничтожили эту возможность. А еще они понимают, что за них следующих возьмутся. И если меня достать будет сложно, то за тебя теперь примутся по-настоящему.

— Значит, говоришь, почти всех нормальных зараженных мы вылечили? — задумался я. — Остались в основном бандюки?

— Именно, — кивнул полицейский. — Но тут ты в одиночку только сольешься без толку. Потому и предупредил. Ты меня, конечно, бесишь… Но добро я помню.

— Взаимно! — ухмыльнулся я и, пожав на прощанье руку полицейскому, вышел из машины.

Следовало как можно скорее добраться до дома и как следует подумать. Маша появилась рядом с мотоциклом только минут через десять, хмурая и с подозрительно поблескивающими глазами. Ревела, скорее всего… Наверное, стоило бы сказать ей что-то ободряющее, оптимистическое… Но вместо этого я только кивнул и указал на сиденье. Девочка же в ответ улыбнулась сквозь набегающие слезы и, усевшись на мотоцикл, прижалась к моей спине. Иногда слов не нужно, они лишние.

Уже дома я хотел было пересказать Маше наш разговор с ее отцом, но как оказалось, она и сама все слышала.

— И что будешь делать? — сев в кресло и поджав под себя ноги, поинтересовалась она.

Я же с ответом торопиться не стал. Просто потому, что и сам не знал ответа. А потому, достав сумки с оружием, принес из комнаты ветошь и масло, взялся приводить в порядок наш рабочий инструмент.

Не спеша отсортировал патроны по калибрам, после, взяв в помощники «Гугл», принялся чистить оружие. Маша, так и не дождавшись ответа, немного посидела, видимо, раздумывая, обидеться или принять мое молчание и подождать, вскоре не выдержала и присоединилась ко мне. Так до вечера и сидели, искали в интернете, как разбирается очередная игрушка, чистили ее и собирали обратно. Ну и сразу набивали патронами магазины.

— А пулемет? — уточнила Маша уже вечером, когда я отложил последнюю стреляющую игрушку и встал, с наслаждением выпрямив спину.

— Думаешь, понадобится? — засомневался я, а потом все же принес агрегат в зал и, закурив, принялся разглядывать старого знакомого, пытаясь вспомнить, как с ним обращаться.

Почему-то, может быть, из упрямства, а может, азарта, но подсматривать в интернете не хотелось.

Впрочем, пулемет, как и я сам, родился еще в СССР, а потому разобраться с ним методом научного тыка оказалось несложно. И вскоре он блестел, надраенный и смазанный, а заодно, увлекшись, я пересобрал обе ленты по двести патронов, аккуратно протерев каждый.

— Все, наигрался? — когда я наконец поставил оружие в шкаф, с улыбкой спросила Маша. — Так что ты собираешься делать?

— Не знаю… — честно признался я. — У нас еще девять человек в списке, на завтра работа есть.

— А потом?

— А потом… — Я задумался. — А потом, наверное, действительно отправлюсь к семье. Не, ну а что? Дмитрий прав, эти уроды — не моя уже забота. Не будь сверхспособностей, они бы все равно пошли по кривой дорожке, гнилой натуре повод не нужен.

— Может, ты и прав… — поджала губы девочка и, резко поднявшись, вышла на кухню.

Я же, посидев немного за заваленным оружием столом, вздохнул и пошел следом.

— А у тебя какие планы? — поинтересовался я, поставив на плиту сковородку с ужином.

— Ничего нового, — просто пожала плечами Маша. — Это тебя где-то там ждет семья.

— Еще не поздно все отыграть назад.

— Как ты себе это представляешь? — скривилась девочка. — Вышвырнуть сироту на улицу, мол, все, хватит, мы тобой попользовались, а теперь вали?

— Зачем же так? — нахмурился я, подбирая слова. — Никогда не поздно рассказать твоему отцу правду. Думаю, он вам обеим будет рад…

— И что? Сидеть взаперти? Ты же меня уже давно знаешь, серьезно считаешь, что я смогу жить нормальной жизнью?

— Рано или поздно все равно придется, — пожал плечами я. — Эта война заканчивается. Совсем необязательно заканчиваться вместе с ней. Все равно придется учиться жить нормальной жизнью.

— Да даже если так, отец не примет то, что я уже взрослая.

— Да куда он денется! — возмутился я. — Ну сама подумай!

Вместо ответа девочка сняла сковородку с плиты и, разложив еду по тарелкам, принялась лениво ковыряться в ней вилкой, старательно не поднимая глаз.

— Ну, в конце концов, ты можешь поехать со мной, — не сдавался я.

— Что, удочеришь меня? — скептически посмотрела на меня девочка. — И на фига я вам там нужна буду?

— Не прекратишь ершиться, я тебя сейчас уматерю! — огрызнулся я. — С ног до головы!

— Ладно-ладно, — примирительно подняла руки она, улыбнувшись. — Я подумаю…

Кивнув, я выдохнул с облегчением и принялся за еду.

Ел, не чувствуя вкуса, просто механически пережевывая. Почему-то на душе было удивительно хреново, словно я кого-то предаю. А с другой стороны, ну вот почему я-то? Есть же полиция, есть армия, есть спецслужбы, в конце концов!

Доев, убрал тарелку в мойку и, взяв сигареты, вышел на улицу. Не спеша прошелся по двору и уселся под деревом, откинувшись на ствол. А потом просто сидел и, выдыхая дым в небо, любовался кроваво-красным закатом. Если честно, то совсем не верилось, что остался один день и эта кровавая история для меня уйдет в прошлое, превратится в воспоминания. Что-то из той категории, что старательно прячут в дальние уголки мозга и не трогают ни при каких обстоятельствах.

Маша подошла почти бесшумно и, усевшись рядом, тоже посмотрела в небо.

— Красиво… — тихо пробормотала девочка, не поворачивая головы. — Знаешь что? Я подумала.

— Вот и молодец, — кивнул я.

— Ага! — подтвердила Маша и продолжила, сказав совсем не то, что я рассчитывал услышать: — Думаю, что эти уроды сами себя не уложат в могилу.

— М-мать… — выдохнул я и потянулся за новой сигаретой. А закурив, покачал головой и улыбнулся легко и свободно. — Ну, зато пулемет не зря чистил…