Папина содержанка

Глава 92

Максим описала своего отца, показав на смартфоне фотографию из юности, где они были запечатлены с Альбертом Романовичем стоящими рядом на фоне Пизанской башни. Австралийцы покивали. Да, мол, знаем, недавно прибыл с тремя девушками. Поселился вон там, в километре отсюда, в большом бунгало.

Поблагодарив смотрителей, мы бодрым шагом направились в указанную сторону. Но, когда за пальмами показался одноэтажный домик, Максим остановилась и меня за руку удержала. Японцы замерли чуть поодаль.

– Не спешите, – тихо сказала мажорка нашей команде. – Давайте сначала осмотримся. Мало ли что?

Я не совсем понял, что она имел в виду, но послушался. За время наших путешествий привык ей доверять. Мы сложили вещи возле пальмы, прикрыли их листьями. Тропинка тут одна, потеряться невозможно. Дальше пошли через лес, стараясь не наступать на сухие ветки, чтобы не выдать раньше времени своего присутствия. Всё-таки хорошо по таким зарослям путешествовать! Светло, тепло и мухи не кусают, как говорится. Ни тебе речек, болот и прочих препятствий. Полузатопленных оврагов, например, в которые можно свалиться. Это я вспомнил, как мы убегали после первого покушения.

Голос Альберта Романовича мы услышали, приблизившись метров на двадцать. Он громко пел по-русски, и стало понятно: нетрезв. Ему пытались подпевать три тоненьких девичьих голоса, но получалось у них отвратительно. Девушки явно были не из России, а когда мы прошли ещё немного, стало понятно, с кем отчим мажорки сюда приехал. Это были три хрупкие, телосложением похожие на подростков, тайки. Вся эта группа в полностью обнаженном виде лежала на большом покрывале на берегу и развлекалась, как умела.

Основным развлечением был, конечно, алкоголь. Из пластикового контейнера торчали горлышки бутылок. Я рассмотрел парочку закрытых в фольгу пробок – явно шампанское. Альберт Романович лежал на боку, опираясь на локоть, в другой у него был бокал, в котором плескалось что-то темное. Видимо, виски. Две девушки лежали рядом и подпевали, третья пыталась делать мужчине минет, но никак не могла поднять его размякшего бойца: видимо, тот пресытился сексом, потому отказывался вставать.

– Картина маслом, – усмехнулась Максим, увидев Альберта Романовича с тайскими гетерами. – И не лень ему было тащить их сюда.

– Наверное, они неприхотливы в быту, – сыронизировал я. – Да и не требовательны в плане денег.

– Скорее всего, ты прав. Папаша решил на шлюхах сэкономить, – поддакнула мажорка.

Что ж, тянуть время дальше смысла не было, и мы выдвинулись из леса.

Увидев нас, тайские мамзели взвизгнули от неожиданности и поспешили, прикрывая причинные места, спрятаться за ближайшими пальмами, где и притаились, завидев наших благородных самураев, которые жестами им показали замолчать и не паниковать. Девицы уселись рядышком, прижавшись друг к другу, и теперь только испуганно смотрели на Сэдэо и Горо, – те с полуулыбками поглядывали на обнаженных «пленниц», и в их глазах читался неприкрытый к ним мужской интерес. Но чувство долга у телохранителей доминировало, потому они только стояли рядом и контролировали обстановку.

– Ну, здравствуй, папаша! – с распростертыми объятиями подошла Максим к Альберту Романовичу. Тот, завидев нас в сопровождении японцев, весь сжался вместе со своим органом, который и прежде был невелик, а теперь вовсе съежился до размеров крошечной фигушки, отчаянно пытавшейся забиться в мошонку и оттуда не отсвечивать: а ну как бить будут?

– Т-ты… в-вы… – начал заикаться бизнесмен. – К-как вы т-тут…

– Самолетами и катером, – ответила Максим. Она подняла с песка валявшееся полотенце и бросила отчиму на чресла, чтобы не смущал никого своим раздетым видом. Тот ухватился за цветастую тряпку, словно за нить надежды, и прижал её к телу. Теперь он уже не вальяжно полулежал, а сидел, сгорбившись и напоминая перепачканного в песке заложника, захваченного злобными террористами. Это при том, что у нас были пустые руки, даже палки с собой не захватили «для убедительности».

– Что, не ожидали нас увидеть здесь, Роман Альбертович? – язвительно спросил я. В моем голосе такая интонация была не потому, что столько километров преодолел, болтаясь в воздухе. А потому, что мы оказались с Максим в чудесном месте, где могли бы славно проводить время, занимаясь любовью на пляже. Вместо этого вынуждены общаться с этим гадким типом.

– Н-нет, – промямлил бизнесмен, теряя остатки хмеля. Трезвел он буквально ежесекундно. – Что вы тут…

– Хочешь узнать, папаша, зачем мы прибыли сюда? Да уж не затем, чтобы составить тебе приятную компанию. Кстати, а эти тайские девушки – совершеннолетние? Полагаю, что нет. Если заглянуть в их паспорта, данное обстоятельство сразу всплывет наружу. Так?

Припертый к стенке, Альберт Романович согласно кивнул.

– Знаете ли вы, папаша, – язвительно продолжила Максим, – что, согласно австралийскому законодательству, полагается за подобное деяние? Нет? Я подскажу: вплоть до пожизненного заключения. Но если мы вас доставим в Таиланд и сдадим местной полиции, да ещё убедительно попросим девушек дать показания, то наверняка дело кончится смертной казнью. У вас будет выбор: пожизненное или смертельная инъекция. Другие виды в этой милой стране не практикуются уже давно. Двадцать лет примерно. С той поры никого не расстреливают. Только укольчик делают. А как раньше было забавно! Я читала про одну даму, которую хотели расстрелять. Вывели к стеночке, дали залп. Она возьми, да и выживи! Представляешь? Что ж, забинтовали, подлечили, а потом снова – к той же стеночке. Второй раз не вынесла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Альберт Романович, слушая нас, из загорелого вальяжного мужчину превратился в жутко бледного заморыша. Он сидел, весь съежившись, и мелко трясся. У себя в кабинете, даже припертый к креслу пистолетом, так не боялся. Видимо, наше внезапное появление шокировало его до глубины души. Да ещё жутковатый рассказ мажорки.

– Что в-вам нужно? – Спросил он тихо.

– Вот это уже деловой разговор. Но продолжим мы его в бунгало, здесь неудобно, – сказала Максим. Альберт Романович поднялся и на трясущихся ногах, прикрывая причиндалы, побрел к хижине. Первыми туда, однако, поспели сопровождаемые японцами девушки. Они нырнули туда, а потом вышли в легких платьицах. Телохранители отвели их на пляж и заставили усесться кучкой, оставшись стеречь.

Мы в бунгало разместились у небольшого столика, заняв два стула. Альберт Романович остался стоять напротив, успев лишь шорты натянуть на голое тело. Смотрел он куда-то вниз, а руки сцепил под животом, не зная, куда их пристроить.

– Имя Ольга Бахина тебе о чем-то говорит? – резко спросила Максим. Отчим вздрогнул. – Вижу, что да. Теперь расскажи мне всё о клубе «М.И.Р.» Кто учредители, как финансируют, где штаб-квартира, места сборов. Словом, всю подноготную. Давай, выкладывай. Иначе тайские проститутки станут свидетелями того, как ты ушел купаться и не вернулся. И тело твое в Индийском океане никогда не найдут. Сочтут, что сожрали акулы за милую душу.

– Максим… я же твой…

– Кто? Папа? Отчим? Да, ты прав. Я считала тебя таким. Отцом, родителем. До поры до времени. Но всё кончилось, когда узнала, как ты насилуешь несчастных девушек. Как изменяешь моей мачехе. Моя родная мама узнала о твоих проделках и покончила с собой. Светлана… я не знаю, что она думает о твоем поганом поведении. Но тоже, убеждена, относится к этому с отвращением. Только на самом деле ты тот ещё душегуб. В моральном смысле. В общем, или рассказывай, или…

– Я расскажу, – проговорил Альберт Романович.

Его рассказ занял целых сорок минут. Всё это время он раскрывал тайны клуба «М.И.Р.», называя, как в шпионских фильмах говорят, явки, клички, пароли, – словом, всё, что знал. И сразу же оказалось, что бизнесмен – не рядовой участник, а один из пяти соучредителей подпольной секс-организации. Они договорились каждый месяц тратить на неё по десять тысяч долларов. Деньги шли на поиск и «привлечение» девушек, организацию их «отдыха» и другое.

Оказалось, что, помимо загородного дома Альберта Романовича, есть некое поместье «Пьяная малина», где чаще всего и собираются члены клуба. Помимо девушек, выяснилось также, туда привозят юношей. С ними происходит то же самое. То есть напаивают и насилуют, снимая на видео. Правоохранительная система этим не интересуется, поскольку есть мощная «крыша», которая все жалобы и заявления сводит на нет.

Узнали мы с Максим практически всё, вплоть до даты и времени следующей оргии, которая намечалась на будущей неделе, в пятницу. Альберт Романович собирался там присутствовать в числе остальных соучредителей (они планировали собраться узким кругом, который в шутку называли политбюро), и «на сладкое» у них предполагалось какое-то «особенное блюдо».