Педагогика Г.Г. Нейгауза

Уроки Нейгауза

Мы уже говорили о принципах нейгаузовской педагогики. Они неизменно проявлялись в работе с учениками, да и сам Генрих Густавович постоянно их пропагандировал в печати, в лекциях, беседах. Но это не было изложением основ музыкальной педагогики. Присущие Нейгаузу непосредственность и подлинный артистизм как бы растворяли прямолинейность главных, опорных положений, делали для постороннего глаза почти невероятным само существование «педагогической системы» Нейгауза. Невозможно предполагать, что он составлял план урока или планировал индивидуальную работу студента, хотя бланки индивидуальных планов заполнял регулярно. Непринужденность в общении, острая и точная мгновенная реакция на происходящее и, конечно, на игру студента предопределяли импровизационный характер течения урока. Вместе с тем именно непреднамеренность поведения обусловливала практическое осуществление всего того, что было глубоким внутренним убеждением Нейгауза. Излюбленная им диалектика, быть может в наиболее яркой форме выраженная в его собственном поведении, в его педагогической работе, представляла высший синтез стихийного и сознательного, необходимого и случайного, закономерного и индивидуального. В этом — одно из проявлений его честности художника, человека и педагога.

Сохранились записи уроков Г. Г. Нейгауза, которые четко делятся на три типа[19].

«Показательные уроки» — это стенограммы, дополненные описанием всех действий Нейгауза (что и как он играет, дирижирует, подпевает). Благодаря особенностям записи в них сохраняется форма речи Генриха Густавовича, ощущается настроение.

«Уроки» (приложение к диссертации Т. Хлудовой) записаны более коротко. Это последовательное изложение хода урока. Более существенные высказывания Нейгауза цитируются, остальное пересказывается. Краткий комментарий Т. Хлудовой помогает читателю домыслить картину.

«Звучащие уроки» — это подлинники, уроки как они есть. Преимущество звучащих уроков, в которых слышны игра студента и показ Нейгауза, его слова и тон его речи (!), несомненно. Но все же эти уроки, особенно для тех, кто никогда не видел и не слышал Нейгауза, нужно комментировать.

В содержании и характере групп уроков есть свои особенности.

В «Показательных уроках» много глубоких, пространных высказываний Нейгауза. Большая часть их посвящена изучению сонат Бетховена и содержит много обобщающих суждений о стиле, смысле и форме его музыки. Вызвано это, видимо, в первую очередь тем, что слушатели — музыканты-педагоги. Во главу угла Нейгауз ставит проблему постижения содержания музыки. В методических указаниях тоже заметно стремление к обобщению.

Уроки, записанные Т. Хлудовой, — консерваторские занятия с учениками. По сравнению с «Показательными» они больше направлены на достижение художественного уровня исполнения. Отсюда — множество указаний на роль слуха и слухового представления, на методы технической работы. Но в пересказе уроки теряют свою художественную неповторимость. Отмеченные различия вызваны отнюдь не интервалом в 15 лет, а направленностью на слушателя.

«Звучащие уроки» по содержанию и ориентации не отличаются существенно от предыдущих. В них есть глубокие обобщения, размышления и конкретные замечания. Явственно слышна реакция Нейгауза: смысл и количество его указаний прямо зависят от требований момента, от особенностей исполнения и подготовленности студента к уроку.

Эти три типа уроков, дополняя друг друга, создают некое целое и помогают составить представление о Генрихе Густавовиче — человеке, художнике, пианисте, в них достаточно полно и явственно выражен также «педагогический почерк» Нейгауза.

Уроки Нейгауза мы рассмотрим в трех аспектах: 1. Организация занятий в классе; 2. Содержание урока; 3. Индивидуальный подход к ученику.