Побочный Эффект

4

Облокотившись об стену, я сверлила взглядом белые полукруглые двери с чёрным рисунком. Покои Ориаса, в которых он скрылся так быстро, что я не успела толком разглядеть, как живёт второй принц. Хотя, судя по обстановке, явно не жалуется, а мою квартиру взял и разнёс, так что мне теперь даже ночевать негде. Обратиться к Матери я бы не решилась – однажды та уже пошла против семьи Грандерил и лишилась своих ног, а ради меня она была готова пойти на это во второй раз. Подвергать её опасности я не хотела и не могла, но наступит день, когда придётся рассказать, во что и с кем я ввязалась.

Запустив пальцы в волосы, я попыталась расчесать их. Жёсткие, запутанные и при этом рыжие. Звёзды, не думала, что когда–нибудь мои чёрные волосы станут рыжими… ещё бы чуть–чуть, так и белыми были бы. Хотя, не думаю, что мне не подошёл бы белый.

За дверью послышались шаги, и они плавно раскрылись. Я не успела даже встать, как в меня полетела рубашка, пахнущая мёдом и корой. Возмущённо сдёрнув её с головы, я взглянула на Ориаса.

– Переодевайся, – привалив плечом к так полностью и не открывшимся дверям, произнёс он.

– Здесь? – опешила я.

– Здесь никого, – как ни в чём ни бывало пожал плечами он.

– А себя в расчёт не берёшь?

На губах Ориаса мелькнула знакомая усмешка, и он наклонил голову.

– Ты меня стесняешься? Думаешь, я не видел обнажённого женского тела?

– Я думаю, что ты их за свою жизнь уже пересмотрел.

Ориас облизнул губы, словно волк, почуявший добычу.

– Переодевайся, землянка. Так и быть, твоим телом наслажусь в следующий раз, – то ли пообещал, то ли пригрозил он, развернувшись и скрывшись в комнате.

Оглядевшись и удостоверившись, что за мной никто не следит, я стянула с себя футболку и тут же натянула чёрную рубашку. Она оказалась большой, с широкими рукавами, сужающимися на запястьях, и ремнём на талии. А ещё явно предназначенной для мужчины, так как почти полностью закрывала бёдра и оголяла плечи.

Выдернув волосы и завязав их в косу, я покосилась на дверь с не торопящимся выходить Ориасом. Ну и ладно – я запомнила, какими коридорами добираться до холла, и как можно громче произнесла:

– Буду ждать внизу.

Не дождавшись ответа, я развернулась на пятках, поспешив прочь от покоев мужчины. Звёзды, почему он такой странный? Великая Мать заставила меня вызубрить историю Межмировой Империи, так что я могла с уверенностью сказать, что семья Грандерил чистокровная настолько, что женятся и выходят за своих братьев и сестёр. Если же только один наследник, то сын или дочь должны… да–да, вы всё правильно поняли. Выйти за одного из своих родителей. Но Дамесу повезло. У него есть сестра, которую Императрица собственным телом прикрыла десять лет назад, во время той самой резни в этом дворце. Если не ошибаюсь, ей где–то лет десять или одиннадцать.

Но Ориас… он не родился в этом дворце. И вдовствующая Императрица – дива Минита – вовсе не его мать. Тут и начинаются пробелы. Откуда Ориас? Сам Император привёл его во дворец, когда ему было почти десять лет, и объявил своим сыном, но при этом его ни разу не показывали в новостях. Теперь понятно почему – он вовсе не похож на крылатого враса, скорее, на хвостатого, но этого самого «знака отличия» у него нет. Или же он его прячет.

Звёзды, а может, Ориас – самый обычный врас, даже не являющийся порочной связью бывшего Императора с кем–то из врасов? Но тогда зачем его было приводить сюда, во дворец? И делать вторым наследником на престол, если с первым что–то случится? Ох, у меня сейчас голова треснет. Звёзды, Ориас, кто же ты на самом деле?..

– Это что, человек с Земли? – раздался позади холодный удивлённый голос, и я застыла как вкопанная.

Холодный пот выступил на лбу, и, сглотнув, я медленно развернулась на пятках, буквально ощущая себя букашкой по сравнению с тем, на кого натолкнулась в этих стенах. Звёзды, Ориас, я тебя прибью, и не посмотрю, кем ты являешься…

– И вправду землянка, – раздался сухой голос, от которого даже песок заскрипел на зубах, и меня одарили пренебрежительным взглядом мудрых голубых глаз. – Да ещё и тут, в сердце Империи…

Передо мной стояла высокая женщина, сложив на животе руки и с прищуром смотря на меня сверху вниз. Позади неё смиренно стояли четыре фрейлины с тёмно–пепельными волосами и одинаковой алебастровой кожей. Заслышав в голосе своей повелительницы нескрываемую усмешку и презрение, они одновременно улыбнулись.

– Неужели люди настолько бестолковы, что даже не могут поприветствовать собственную повелительницу? – вскинув бровь, холодно изрекла дива Минита, и кремовые крылья позади неё грозно приподнялись.

Опомнившись, я тут же поклонилась так низко, что почти коснулась лбом коленей. Фрейлины издали тихие смешки, и я скрипнула от досады зубами. Звёзды, не в таком свете я хотела показать себя вдовствующей Императрице…

– Ну хоть это помнишь, – заметила дива Минита, и не разгибаясь, я подняла взгляд, тут же встретившись со светло–голубыми глазами. Но не женщины, а девочки, что стояла за ней, прижавшись к лазурной юбке из тончайшей полупрозрачной ткани. Она с интересом и настороженностью смотрела на меня, не обращая внимания на волнистый светлый локон, спадающий на нос. А вот и маленькая принцесса…

– И что же во дворце забыл человек с Земли? – задумчиво спросила Императрица–регент.

Я всё же отважилась поднять на неё взгляд. Звёзды, да телевизоры и половину той красоты не передавали! Дива Минита была одной из красивейших женщин Империи, с золотисто–медной кожей и волосами цвета пшеницы, закрученными в изящную причёску, укрытой золотой сеткой с переливающимися голубым светом жемчужинами. По её тонкому стройному телу струилась голубая ткань с полупрозрачной юбкой и белой вышивкой на груди и широких, дотягивающих до колен, рукавах. Эта одежда стоит как целая планета!

И всё же наряд и причёска не смогли скрыть шрамов. На гордом, отчасти холодном лице с высокими скулами, сияли мудрые и печальные голубые глаза с ранними морщинками. Левый висок, тщательно укрытый кудрями, бросался своим тёмным неровным шрамом, идущим от середины брови женщины и заканчиваясь за ухом. Она чудом не лишилась глаза. Но больше всего пострадали её прекрасные крылья, которыми дива Минита прикрывала свою дочь, находящуюся у неё в то время под сердцем. Одно крыло было целым, но второе держалось на специальном каркасе, и служило больше для красоты, чем для полёта. От этого у меня так и сжалось сердце.

Императрица сурова и холодна, но такой её сделала трагедия. После смерти мужа, являющимся ещё и её братом, она сделала всё, чтобы защитить Империю. И всё же красные сектора, в которых так и промышлялись грабежи, рабство и убийства, так и остались нетронутыми. Но тут даже императорская семья вряд ли что могла сделать. Если только каким–то чудом не воскреснет Мёртвый Узурпатор и не уничтожит все красные сектора, да и всю Империю заодно.

– Кто тебя пустил на Файю и во дворец, человек с Земли? – вывела меня из мыслей дива Минита. У меня уже начала затекать спина в таком положении, и всё же выпрямиться я не имела право, пока мне этого не разрешат. – Ты знаешь, что если проникла сюда незаконно, то тебя ждёт заключение на Серфексе?

Я так и вздрогнула, а язык прилип к нёбу. А вот сейчас мне грозило взаправду попасть в это место ужаса и сумасшествия. А дива Минита способна меня туда сослать, если я сейчас же не придумаю, что сказать.

– Госпожа, мне кажется, она не знает единый межмировой имперский язык, – тихо прошептала одна из фрейлин.

Императрица вскинула бровь, и её взгляд стал холодней, а пальцы в кольцах стиснулись.

– Это позор – не знать единый межмировой язык, на котором общаются все в Империи, – голосом, от которого у меня затряслись колени, произнесла она. – Может, мне следует отослать тебя вон из Империи за несоблюдение правил, которые равны для всех?

Девочка с такими же пшеничными волосами, как у матери, удивлённо наклонила голову, и её розовые губы поджались. Она видела то, что не видела Императрица. Видела мой страх и покорность перед ней, из–за которых я не могла отлепить язык от нёба.

Сглотнув, я тихо и сипло произнесла:

– Я знаю единый межмировой язык.

Дива Минита вскинула бровь.

– Я не услышала, что ты произнесла, – сухо ответила она, поведя плечами и заставив крылья зашелестеть. – Повтори громче.

– Я знаю межмировой язык, – уже уверенней ответила я.

– Значит, твой мозг не размером с жемчужину, как это может показаться, – с притворным облегчением произнесла та. – Но это не меняет того, что ты каким–то образом оказалась на Файе и во дворце. Я жду объяснения, и если оно будет внятным и понравится мне, я отправлю тебя с Файи без последствий. Нет – Серфекс давно скучает по новым узникам.

– Императрица, – испуганно выдохнула я, и коленки подкосились. Я упала перед дивой Минитой на колени, задыхаясь от ужаса и стука сердца в груди. Плевать, какое зрелище я сейчас из себя представляла, но по статусу была в самом низу, так что даже в открытую на неё смотреть не могла.

Звёзды, я хочу обратно к Великой Матери…

– Какое жалкое зрелище, – фыркнула Императрица, повернув голову к одной из своих фрейлин. – Позовите Завоевателей. Может, при них она станет сговорчивей?

Холодный пот прошиб насквозь, и рубашка прилипла к спине. Звёзды, если сюда придут Завоеватели… я погибну. Мать не вытащит меня из Серфекса, а перечить Императрице никто не станет. Она же…

– Землянка со мной.

Дива Минита странно дёрнулась, повернув голову и сощурив тут же заледеневшие глаза. Я услышала неторопливые шаги, и всё же отважилась поднять голову. Облегчённый вздох сорвался с губ при виде Ориаса, что неспешной походкой направлялся к нам. От меня не укрылось, как тут же опустили взгляд фрейлины, а их щёки подёрнулись румянцем. Не укрылось и то, что Императрица загородила рукой свою дочь, сомкнув губы при виде второго претендента на престол Империи.

– Ориас, – голосом, которым выносят приговоры, произнесла дива Минита. – Уже вернулся?

– И уже покидаю вас, Императрица, – спокойно произнёс тот, глядя ей в глаза и даже не замечая презрительного взгляда. – Надеюсь, вы в хорошем здравии?

– Твоя забота бессмысленна.

Ориас не сдержал холодной усмешки.

– Вижу, вы уже встретились с моим новым напарником, Императрица.

– С этим? – пренебрежительно произнесла та, одарив меня пронзительным взглядом. Я тут же отвела глаза. – Какой бессмысленный спор ты затеял с моим сыном, Ориас… мы оба с тобой знаем, что ты меняешь напарников как перчатки. Этот человек вряд ли долго продержится.

– И всё же вам лучше надеяться на то, что с этой девушкой ничего не случится. Иначе я вынужден буду осесть здесь, – прохладно улыбнулся Ориас, и дива Минита стиснула пальцы на ткани юбки.

– Ни за что, – сипло произнесла она.

– Хоть в чём то мы согласны. – Он с нарочитой грацией поклонился, и взглянув на ребёнка, улыбнулся ему. – Прощай, Айна…

– Не говори с ней, – почти что прошипела сквозь зубы дива Минита, и её крыло тяжело расправилось, закрыв собой дочь. – И даже не смей смотреть в её сторону.

– Вы как всегда любезны, – улыбнулся Ориас, пройдя мимо неё ко мне. Подняв за локоть и не отпуская, он не оборачиваясь произнёс: – Меня не будет пару дней. Надеюсь, следующая наша встреча будет такой же приятной, как и все предыдущие.

Я схватилась за пальто мужчины, моля, чтобы он не отпускал меня. Впрочем, тот и не собирался, уводя как можно дальше от Императрицы–регента и её прожигающего взгляда. Я едва переставляла ноги, буквально вцепившись в Ориаса и пытаясь восстановить дыхание. Звёзды, к такому жизнь меня не готовила…

Когда мы спустились в холл, Ориас остановился.

– Ты так дрожишь, что у тебя зубы стучат, – заметил он, насмешливо приподняв брови. – Ну и как тебе Императрица? Уже успела обустроить свою камеру на Серфексе?

Я сглотнула, разжав пальцы и отойдя от мужчины. Меня и вправду всё ещё пробирала дрожь, и, стерев со лба пот, я негромко пробормотала:

– Так… всегда?

– В моём присутствии – да, – поразительно спокойно ответил тот. – Императрица ненавидит меня, я не люблю её… теперь понятно, почему меня вымораживает это место, и я мечтаю как можно скорее из него убраться?

Не поднимая взгляда, я кивнула, обняв себя за плечи.

Развернувшись, Ориас пошёл к дверям, лишь спустя пару метров поняв, что я не иду следом. А я даже сдвинуться не могла, поражённая таким отношением дивы Миниты к мужчине. Он словно был врагом, которого привели на порог дома и оставили тут жить. Когда меня нашла Мать, то, даже не смотря на то, что относилась ко всем рикилям как к своим детям, приняла меня почти за родную. И мне не надо было настоящей матери, пока у меня была Ти'сш'А. А тут… Ориас явно мечтал о ком угодно, кроме дивы Миниты.

– Земля на связи или ещё в облаках витает? – буквально над ухом раздался голос, и от неожиданности я вздрогнула. – Отлично. Знаешь, у меня нет особого желания слишком долго оставаться в этом месте, так, может, мы покинем его?

– И отправимся на кишащий убийцами и мародёрами Тутам? – уточнила я, смахивая с себя появившуюся жалость к иномирцу.

– Да. Там будет обстановка приятнее, чем тут, – заметил Ориас, отвернувшись и махнув мне рукой. – Идём, землянка–без–имени.

– Так и будешь меня землянкой называть? – раздражённо поинтересовалась я, зачесав назад рыжие волосы.

– Вызубривать твой номер с Орика я не собираюсь.

– Я и не прошу этого делать, – проворчала я, закатывая глаза к потолку.

– И что мне? Придумать его?

– А почему и нет? – хмыкнула я, налетев на спину замершего Ориаса и недовольно зашипев. – Я так скоро себе лицо сотру. Может, хватит…

Я замолкла, когда мужчина резко повернулся ко мне, наклонившись и опалив своим дыханием лицо. Я настороженно замерла, на всякий случай отведя руку назад и нащупав за спиной пистолет. Взгляд почему–то тут же упал на губы Ориаса, и лишь после поднялся к его странным глазам. Звёзды, надеюсь, он не воспользуется моей растерянностью.

– Мэлисса.

– Что? – даже опешила я.

– Я буду звать тебя Мэлиссой, – твёрдо произнёс Ориас.

Я удивлённо приподняла брови, но тут же нахмурилась, отступив на шаг назад.

– Почему так?

– Потому что я имел связь с одной особой с этим именем… прекрасная ночь вышла, – не сдержал усмешки он, заметив, как покраснело от злости и в то же время от досады моё лицо. – Может, с этим именем тебе и свойства той девы передадутся.

– И не надейся, – скрипнула зубами я.

Ориас улыбнулся, продемонстрировав клыки, и выпрямившись, с прищуром взглянул на меня.

– Ну что, Мэл, готова отправиться на Тутам?

– О, я уже дрожу от предвкушения, – сглотнув, ответила я. – И как мы собираемся добираться до Тутама?

Мужчина улыбнулся, и нехорошее предчувствие заклубилось внутри. Звёзды, ну зачем я с ним связалась?