19. С ВАМИ ГОВОРИТ ФАНТОМАС!.

Обычно резкий в обращении, привыкший допрашивать преступников и распекать подчинённых, господин Авар на этот раз разговаривал в непривычно вежливом тоне, что свидетельствовало о его большом уважении к собеседнику:

— Моя машина не очень комфортабельна, зато она очень надёжна…

— В каком смысле? — спросил человек с умным и усталым лицом, садясь в машину рядом с директором сыскной полиции.

— В том смысле, что я поступил так же, как немецкий император: под деревянной отделкой салон моего автомобиля обшит листовой сталью… Так что здесь, господин министр, вы в безопасности от любых покушений, даже с применением самого совершенного огнестрельного оружия.

Министр одобрительно улыбнулся.

— Это кое-что! — сказал он.

— Тем более при моей профессии, — продолжал господин Авар, — где так часто приходится сталкиваться с попытками мести со стороны преступников…

Слова Авара, видимо, не слишком интересовали министра.

— Я восхищён вашим мужеством и вашей предусмотрительностью, — заметил он. — Но расскажите мне лучше, как нам надлежит себя вести с персонажем, которого мы намереваемся посетить…

— Да… Речь идёт о Томе Бобе… который подозревается в том, что одновременно является Фантомасом… Каким бы абсурдным ни показалось такое предположение!

— Но сами-то вы верите в него? — настаивал министр.

Вместо ответа Авар кашлянул. А кашель на всех языках мира выражает неуверенность, невозможность или нежелание дать определённый ответ… Факты, казалось бы, свидетельствовали в пользу того, что Том Боб является, или, во всяком случае, может быть Фантомасом. Но как профессионал Авар знал, что факты способны ввести в заблуждение. Кроме того, ему, как полицейскому, трудно было принять мысль, что другой полицейский, да ещё такой известный, как детектив Том Боб, может оказаться преступником!

— Честное слово, — признался он наконец, — не знаю что и думать… На балу у эрцгерцогини Александры было несколько гостей, одетых как Фантомас. Одним из них был Том Боб, он сам об этом заявил публично. Вторым — наш агент, очень хороший агент, к слову сказать, инспектор Жоффр… Его-то и нашли в парке, убитого ударом кинжала.

— А до этого, — подхватил министр, — все видели, как этот агент, одетый Фантомасом, после ссоры с другим Фантомасом — Томом Бобом, удалился с ним в парк. Из этого следует…

— Из этого пока ничего не следует… Вы забываете, господин министр, что и во время ссоры, и позже, когда оба противника удалились в парк, чтобы с оружием в руках закончить выяснение отношений, лица обоих были скрыты под капюшонами! Мы можем предполагать, но у нас нет уверенности, что один из них был Томом Бобом…

— Но вы забываете об эпизоде в гардеробе!

— Нет, я о нём не забываю… Вскоре после того, как весть об убийстве разнеслась среди гостей, стало известно, что Том Боб уехал. Как свидетельствует гардеробщик, за несколько секунд до отъезда Том Боб якобы зашёл в гардероб за своим плащом и пожаловался, что ранен в руку… Более того, по свидетельству того же гардеробщика, он якобы засучил рукав и показал рану пониже локтя… Потом опустил рукав, пробормотал что-то насчёт того, что рана пустяковая, — и удалился…

— Но почему вы излагаете всё это в условном наклонении? — удивился министр. — Вы ставите под сомнение правдивость показаний свидетеля?

— Вовсе нет. Я считаю показания гардеробщика правдивыми… Однако сама история не вызывает у меня доверия…

— Почему?.. Разве вы не допускаете, что, подвергнувшись нападению, инспектор Жоффр оказал сопротивление? И даже получив смертельную рану, он мог ранить Тома Боба?

Авар с сомнением покачал головой, и по его губам скользнула насмешливая улыбка.

— И вы полагаете, — сказал он, — что после этого Фантомас пойдёт и будет хвастаться полученной раной? Но, господин министр, для этого надо, чтобы он совершенно потерял рассудок! Давайте рассуждать логично. Если Том Боб убил нашего сотрудника, значит, Том Боб — Фантомас. Но Фантомас никогда не стал бы выставлять напоказ свою рану и тем уличать себя самого в убийстве!

Министр задумался. Конечно, доводы Авара были логичны, но ему очень не хотелось отказываться от версии виновности Тома Боба. И он ухватился за последний аргумент:

— Но тогда почему же он не захотел встретиться с вами? Если он невиновен, почему он не откликнулся на приглашение, которое вы послали ему сегодня утром?

На этот вопрос Авар не мог дать удовлетворительного ответа.

Действительно, рано утром, как только он получил телефонное сообщение о совершённом преступлении, господин Авар принял немедленные меры. Он приказал взять под наблюдение отель «Терминюс», где всё ещё обитал Том Боб, а сам отправился в особняк, а точнее говоря, в городскую усадьбу, принадлежащую эрцгерцогине Александре, и провёл расследование на месте. Затем, около восьми часов утра, он приехал на квартиру к министру юстиции и добился экстренной встречи с ним.

Доложив министру о трагических событиях этой ночи, он продолжал:

— Господин министр! Сложилась весьма щекотливая ситуация. Американский детектив Том Боб подозревается в убийстве. Если мы его не арестуем, нас ожидают большие неприятности со стороны общественного мнения, нападки в газетах, запрос в парламенте и так далее… С другой стороны, арестовать иностранного гражданина тоже непросто: он будет искать защиты у американского консула, возникнут дипломатические осложнения… Да и сам факт обвинения Тома Боба выглядит нелепо…

Немного подумав, министр посоветовал пригласить Тома Боба для беседы в министерство юстиции. Немедленно в гостиницу «Терминюс» был послан срочный курьер, который вернулся со следующим ответом:

— Господин Том Боб просил передать, что он очень устал, неважно себя чувствует и потому не может выйти из отеля…

Ни министр, ни Авар не могли счесть такой отказ убедительным.

— Согласитесь, господин Авар, — говорил министр, — что поведение Тома Боба подозрительно… Если он не ранен, то у него нет причин уклоняться от встречи с нами! В конце концов, может быть, я приглашаю его в министерство для того, чтобы наградить орденом!

Авар посмеялся шутке министра. И он всё ещё улыбался, когда его машина затормозила перед подъездом отеля «Терминюс».

— Не забудьте, что с этой минуты вы должны называть меня просто «господином», — сказал министр, выходя из машины вслед за Аваром. — Я не хочу, чтобы этот американец потом хвастался, что французский министр явился к нему самолично… Мы должны сохранить моё инкогнито!

Господин Авар вручил свою визитную карточку служителю отеля и поручил передать её господину Тому Бобу. Когда служитель ушёл, он сказал:

— Не беспокойтесь, господин министр! То есть, я хочу сказать, — не беспокойтесь, дорогой месье! Никто не догадается, кто вы такой на самом деле…

— Господин Авар! Я вас как раз поджидаю!

Том Боб принял посетителей в одном из салонов отеля. Его бодрый и весёлый вид никак не вязался с версией о его недомогании. Он любезно пододвинул гостям два удобных кресла.

— Вы меня ждали? — переспросил Авар.

— Всенепременно!

— Да, разрешите представить вам моего первого секретаря…

Том Боб небрежно поклонился:

— Очень рад, месье… Очень рад…

И, повернувшись к Авару, продолжал:

— Я ожидал вас, ибо был уверен, что министр, пригласив меня и не дождавшись моего визита, обязательно пришлёт кого-нибудь ко мне…

— Ваше рассуждение логично, — ответил Авар. — Но почему, разрешите вас спросить, вы не откликнулись на приглашение? Почему не приехали в министерство?

Том Боб улыбнулся и флегматично пожал плечами:

— А почему, собственно, я должен был туда приезжать?

В первую минуту господин Авар не нашёлся, что ответить. Потом пробормотал:

— Ну, потому… потому, дорогой коллега… что от приглашения министра не принято отказываться!

Том Боб достал сигарету и закурил.

— Вы так думаете? — задумчиво промолвил он. — А я, представьте себе, думаю как раз противоположное… У нас разные точки зрения. А знаете почему? Потому что вы, господин Авар, чистокровный француз, а я, Том Боб, чистокровный американец.

— Что вы хотите этим сказать?..

— Я хочу сказать, что у меня лично нет необходимости беседовать с министром. А если такая необходимость есть у него, то он может выбрать время и сам заехать в отель «Терминюс».

Господину Авару было неприятно, что министр слышит эти слова, и он поспешил переменить тему разговора.

— Дорогой Том Боб, — сказал он, — я хотел бы поговорить о вещах, которые меня волнуют в данный момент… Полагаю, вы догадываетесь, что побудило меня приехать к вам в столь ранний час?

Физиономия американца утратила флегматичное выражение, и на ней отразилось живейшее любопытство.

— Честное слово, понятия не имею! — воскликнул он. — И, признаюсь вам, господин Авар, сгораю от любопытства! Неужели я могу вам чем-нибудь помочь? Мне было бы весьма приятно…

Авар выдержал паузу, желая смутить своего собеседника, и отчеканил:

— Я желал бы выслушать от вас объяснения касательно событий минувшей ночи.

— Событий?.. Минувшей ночи?..

— Я имею в виду драму, происшедшую в доме эрцгерцогини Александры…

— А что, разве произошла драма?

— Наконец, я хотел узнать, как вы себя чувствуете после ранения…

— После ранения?.. Какого ранения?..

Лицо Тома Боба выражало полнейшую растерянность и недоумение.

— Но не станете же вы отрицать, — закричал Авар, теряя самообладание, — что были вчера на балу у эрцгерцогини Александры?!

Американец прижал к груди обе руки:

— Я?.. На балу у эрцгерцогини?..

— Ну да!.. Переодетый Фантомасом!

— Ещё и переодетый Фантомасом!.. Честное слово, господин Авар, я не понимаю ни слова из того, что вы говорите… Я не был у эрцгерцогини Александры… Я не был ни на каком балу!.. Ни вчера, ни когда-либо раньше…

— И не были ранены?

— Ранен?.. Куда?..

— В руку!..

Том Боб снял пиджак и закатал оба рукава рубашки:

— Где?.. Покажите мне, куда я ранен?.. Кто из нас сошёл с ума?

Господин Авар и министр растерянно переглянулись: Том Боб не был ранен!..

— Послушайте, господин Том Боб! — проговорил наконец министр. — Мы с ума не сошли… Вот что произошло, и вот что мы подумали…

Со всеми подробностями и деталями министр изложил события прошедшей ночи. Авар дополнял его рассказ своими соображениями и комментариями.

— Как вы можете всё это объяснить? — спросил он в заключение.

Американец отрицательно покачал головой.

— Нет! — сказал он. — Ничего не понимаю… Хотя из этого, что рассказали вы, господин Авар, и вы, господин министр…

— Как?.. Вы знаете?.. — вскричали оба.

— Господа! — улыбнулся американский детектив. — Вы могли бы догадаться, что с Томом Бобом никакая игра в инкогнито не проходит! Конечно я знаю, что имею честь принимать министра юстиции… Итак, из того, что вы рассказали, я могу сделать только один вывод: что на балу у эрцгерцогини Александры был Фантомас и что он выдал себя за меня… что он совершил убийство, был ранен и хвастался этим, уверенный в своей безнаказанности… Но в последнем, по крайней мере, он ошибся: по ране мы сможем установить преступника!

Авар и министр снова переглянулись.

— Чёрт возьми! — пробормотал шеф сыскной полиции. — Если Том Боб прав и Фантомас действительно ранен… А Фантомас, как мы знаем, — это Жюв… а Жюв находится в тюрьме… то остаётся только проверить, не ранен ли Жюв!

— Хорошо, допустим! — вмешался министр. — Допустим, что вы правы: Жюв — это Фантомас… и если Жюв ранен… Но ведь Жюв находится в тюрьме Санте! Он не мог быть на балу у эрцгерцогини Александры…

И словно для того, чтобы утвердиться в этой мысли, министр повторил несколько раз:

— Фантомас в тюрьме! Чёрт возьми! Фантомас в тюрьме!

Как раз в этот момент дверь салона приоткрылась и в неё просунулась голова служителя отеля.

— Простите, вы господин Том Боб? — спросил служитель. — Вас просят к телефону… Кто-то, не пожелавший назвать себя.

Американец встал, сделал два шага по направлению к двери, но, увидев на столике телефонный аппарат, передумал и сказал служителю:

— Скажите, чтобы переключили разговор сюда.

— С вашего разрешения… — добавил он, обращаясь к министру и Авару, и снял трубку.

Но, едва поднеся её к уху, он вздрогнул и побледнел.

— Подождите одну минуту, — проговорил он. — Я закрою дверь, чтобы лучше вас слышать…

Прикрыв трубку рукой, он обратился к своим гостям:

— Вы полагаете, что Фантомас в тюрьме?.. Ну так послушайте! Знаете, кто сейчас говорит со мной по телефону? Фантомас!

И Том Боб протянул отводную трубку министру, смотревшему на него вытаращенными глазами.

— Алло!.. Алло!.. — продолжал он прерванный разговор. — Да, я вернулся… Это я, Том Боб… Что вы говорите?.. Вы извиняетесь за то, что приняли моё обличие?.. С моей стороны было бы нелюбезно сердиться на вас… Должен признать, Фантомас, что это была гениальная идея!.. Алло… Что вы говорите?.. Что хотели бы возместить мне моральный ущерб? Каким образом?.. Ах так!.. Вы хотите дать мне возможность продемонстрировать моё превосходство над французской сыскной полицией!.. Очень любезно с вашей стороны, Фантомас… Так вы говорите, сегодня вечером в ресторане «Азаис»… Что-то произойдёт… В котором часу? В семь? Беру на заметку. Буду там обязательно… Спасибо… Алло… Алло…

Разговор прервался. Том Боб положил телефонную трубку, так же поступил и министр.

— Итак, господин министр, — сказал американец, — как видите, мы с Фантомасом в наилучших отношениях…

Министру казалось, что он видит дурной сон. Севшим от волнения голосом он проговорил:

— Этого не может быть… Признайтесь, Том Боб, что вы пошутили… Это был не Фантомас…

— Не Фантомас? А кто же тогда, по-вашему?

— Фантомас никогда не объявил бы заранее, что собирается совершить очередное преступление в ресторане «Азаис», в Булонском лесу…

Том Боб печально покачал головой:

— Он уверен, что и на этот раз ему всё сойдёт с рук…

— Да, дерзости ему не занимать… Но я надеюсь, Том Боб, что вы туда не пойдёте?..

— Пойду! Обязательно!

Некоторое время министр размышлял. Потом решительно заявил:

— Раз вы туда пойдёте… Клянусь самым дорогим, я пойду тоже!.. И пусть никто не говорит…

Том Боб повернулся к господину Авару:

— А вы, дорогой коллега? Вы пойдёте?.. Что-то вы задумались…

Господин Авар, действительно, погрузился в размышления. Он, в отличие от министра, не слышал разговора Фантомаса с Томом Бобом, но по репликам последнего понял, о чём шла речь.

— Да, — сказал он наконец, — конечно, я туда пойду… Но я не очень верю, что там и в самом деле что-то произойдёт…

— Это почему же?

— Потому что вам звонил какой-то шутник…

— Шутник? Не думаю…

— Не думаете, потому что забываете об одной маленькой детали: Фантомас-то в тюрьме!

— Господа! — вмешался в разговор министр. — Мы зря теряем время! Давайте следовать логике! Господин Авар, нанося визит нашему коллеге Тому Бобу, мы исходили из некой гипотезы. Она не подтвердилась. Задерживаться здесь долее не имеет смысла. Теперь мы с господином Аваром должны посетить Жюва в тюрьме Санте. Там мы и узнаём, ранен ли Жюв… И кто мог звонить по телефону…

Авар уже стоял со шляпой в руке.

— Вы правы, господин министр, — сказал он. — Едем!..

Загрузка...