27. ПРИЗНАНИЯ БАНДИТОВ

— Давай, ребята, за дело!.. Скоро рассвет… Кончай тянуть резину!..

Вслушиваясь в эти хриплые, гнусавые голоса, звучавшие у него над ухом, Жюв чувствовал, что пришёл его последний час… Он не мог не думать также о беспримерной наглости бандитов, терроризировавших Париж. Ведь они не остановились перед тем, чтобы совершить налёт на Дворец правосудия — самый центр французской юстиции! Это превосходило самые фантастические вымыслы!

Жюв помнил, как его, запелёнутого в мешок, спустили из окна кабинета Фюзелье, а потом долго куда-то везли на машине. Затем, с повязкой на глазах, его ввели в какое-то помещение. Едва почувствовав себя свободным, он снова оказался в тюрьме! Только теперь его судьба зависела не от официального правосудия, руководствовавшегося, при всех своих слабостях и ошибках, принципом справедливости, а от кровожадных подонков, не признававших над собой никакого закона.

Это была очередная махинация Фантомаса, у Жюва на сей счёт не было ни малейших сомнений. Из услышанных им обрывков разговоров он сделал вывод, что Фантомас вызвал неудовольствие и даже ненависть своих сообщников, которых он обманывал и грабил так же, как он обманывал и грабил честных людей… Обманутые подонки ополчились на своего предводителя, и Фантомас, со свойственным ему изощрённым коварством, подстроил так, что расплачиваться по его векселям придётся Жюву!

По возраставшему шуму голосов полицейский мог судить, что в помещение, где он находился, набивалось всё больше и больше людей. Несомненно, предстояло большое «толковище». Раздавались нетерпеливые голоса:

— Давай, начинай!..

— Кого ждём?

— Уж не Моша ли?

— Как же, дождёшься! Он уже, небось, полные штаны наложил!

Наконец, голос, принадлежавший, судя по всему, главарю, распорядился:

— Ладно, начинаем! С Мошем разберёмся потом…

Жюв почувствовал, что кто-то подошёл к нему… Повязка упала с его глаз, руки ему тоже освободили. Машинально он размял затёкшие члены.

Он обнаружил, что лежит на полу в довольно просторном помещении со стенами, выбеленными известью. По отсутствию окон он заключил, что это подвал. Его окружало десятка два апашей, как мужчин, так и женщин. На всех лицах была гримаса ненависти и злобы. Некоторых из присутствующих Жюв знал — это были отъявленные бандиты…

Один из них — тот, что его развязал, — ударом ноги швырнул ему низкую табуретку и приказал:

— Садись и слушай!

Отчаяние и ярость овладели Жювом. Вскочив на ноги, он отшвырнул стоявших рядом апашей и, повернувшись спиной к стене, был готов сразиться с первым, кто к нему подойдёт. Понимая безнадёжность своего положения, он решил дорого продать свою жизнь.

Бандиты образовали полукруг, в центре которого находился их пленник. Их лица горели ненавистью, рты изрыгали ругательства… Они замолчали, когда вперёд выступил их предводитель и заговорил:

— Ну, вот мы и встретились, Фантомас, дорогой хозяин! Что, не рад?.. А мы-то на тебя горбатились… жилы рвали… Только получили от тебя за всё про всё — шиш с маслом!

— Верно!.. Правильно говоришь, Звонарь! — раздались одобрительные голоса.

— А наши бабы? — продолжал Звонарь. — Что мы им можем дать, если сами без гроша? Что, им щёки кирпичом румянить, что ли?.. Нет, Фантомас, теперь ты нам за всё ответишь! Не зря мы тебя уволокли у лягавых из-под самого носа… Такое дело обтяпать — дорогого стоит! Сечёте, кореши, — он так охмурил этих судейских крючков, что они готовы были пустить его на все четыре стороны! Только мы-то не лыком шиты: пока не выложишь денежки, ты отсюда не уйдёшь! И времени мы тебе даём — пять минут… Через пять минут либо деньги на бочку, либо ты покойник!

Пока Звонарь говорил, Жюв в полной мере осознал, что ему предстоит. Жить ему оставалось пять минут — или триста секунд. Через триста секунд его убьют — и хорошо ещё, если просто убьют… Полицейский знал, какие изощрённые пытки умеют придумывать бандиты для своих жертв… Он старался об этом не думать, чтобы не потерять мужества. Но в окружающем шуме голосов он уже слышал, что некоторые апаши уже начали обсуждать, какому виду смерти его следует предать…

Между тем охочий до мрачных шуток Звонарь, став перед Жювом, уже отсчитывал оставшиеся секунды: «Двести сорок пять, двести сорок четыре… двести тридцать пять, двести тридцать четыре…»

Вдруг сквозь окружающий шум до слуха узника донёсся тихий шёпот:

— Жюв… Жюв…

Полицейский вздрогнул… Ему показалось, что у него слуховые галлюцинации… Откуда мог доноситься этот голос? Голос, который был ему так хорошо знаком?

Со всех сторон его окружали апаши, приблизившиеся теперь к нему вплотную. Но вот Жюв почувствовал, как кто-то проскользнул к нему за спину, оказавшись между ним и стеной. И тот же голос прошептал у него над ухом:

— Ради Бога, не оборачивайтесь, Жюв… И громко объявите им всем, что заплатите…

Ах, эти слова, этот голос, эти интонации!

Жюву показалось, что он возвращается к жизни! Он был теперь не один — рядом находился тот, на кого он мог положиться как на самого себя, кто пришёл, чтобы спасти его… Рядом с ним был его друг Фандор, от которого он не имел вестей уже шесть месяцев! Как он оказался здесь? Как сумел, рискуя жизнью, проникнуть на эту бандитскую сходку?

Конечно, Жюв не знал, как, после приключений в песчаном карьере, Фандор оказался запертым в заброшенном доме на окраине Альфора, в том самом доме, где сейчас происходило сборище фантомасовой банды.

— Скажите: я заплачу! — повторил Фандор.

Жюв уже понял, какую роль ему надо играть. Он надменно выпрямился и крикнул, перекрывая шум голосов:

— Эй, вы, молчать!.. Фантомас заплатит!

Апаши радостно загалдели, но затем снова притихли. На их лицах отразилось недоверие. Чей-то голос спросил:

— А не шутишь?

— Ты уже нас столько дурил!.. — поддержал его другой.

— Фантомас, ты не выйдешь отсюда, пока на заплатишь! — прокричал третий.

И все вместе они стали скандировать:

— Денег!.. Денег!.. Денег!..

И вдруг всё перекрыл пронзительный женский взвизг:

— Говори, Фантомас, куда деньги девал!

Жюв начал терять уже ту превосходную уверенность, которая появилась у него, когда он услышал голос Фандора.

К счастью, до его слуха снова донёсся шёпот:

— Отвечайте: деньги тут… в этом подвале… под плитами пола…

Жюв крикнул, придавая своему голосу и лицу выражение глубокого презрения:

— Заткнитесь, вы, падаль! Кто здесь хозяин?.. Деньги здесь! В этом подвале! Под полом!

Жюв отлично вошёл в роль. Если бы на его месте был Фантомас, то именно так он разговаривал бы со своими приспешниками. Однако Звонарь не хотел уступать первенства.

— Под полом? — крикнул он. — Ну так иди, достань!

— Ах ты пёс! — гаркнул на него Жюв. — Ты кем командуешь? Доставать кубышку — это ваше собачье дело!

Большинство апашей не собиралось препираться из-за таких пустяков. Газовщик и Бычий Глаз уже принялись за дело: они подняли две плиты, но под ними не оказалось ничего, кроме песка… Шум снова стал нарастать.

— Пусть продолжают… Скажите, чтобы подняли третью плиту, — суфлировал Фандор Жюву.

Комиссар повторил этот приказ.

Третья плита была поднята, и тут глазам присутствующих представилось ужасающее, леденящее душу зрелище.

Под плитой, в выкопанном углублении, лежал полуразложившийся труп! Зеленоватое, изъеденное червями тело издавало тошнотворный запах. В разодранной груди трупа, среди переломанных рёбер, торчала, отливая металлическим блеском, ручка шкатулки… Так вот где хозяин прятал деньги, предназначенные для его шайки! Кто, кроме Фантомаса, мог найти для них столь ужасный тайник!

Жюв почувствовал, как тошнота подступает у него к горлу. Однако он овладел собой и взирал на происходящее с достойным Фантомаса хладнокровием.

— А теперь, — прошептал Фандор, — пусть тот, кто не боится, достанет сокровище из могилы…

Апаши столпились вокруг могилы, в их глазах светилось вожделение, но страх и отвращение удерживали их… Тогда к краю ужасной дыры подошла старуха Тулуш. Она подбоченилась и повернула к бандитам голову старой гиены.

— Чего передрейфили, урки? — загнусавила она. — Жмурика испугались? Ну, ладно, я хоть и баба, а сделаю за вас эту работёнку… Достану для вас кубышку из груды вонючей требухи!

И, сделав то, что сказала, она вновь повернулась к своим сообщникам.

— А чего мне его бояться? — с гнусной ухмылкой добавила она. — Мы с ним давние знакомые: ведь это я его туда упрятала!

Добытую шкатулку ужасная старуха положила к ногам того, кого считала Фантомасом…

— Дайте им разделить деньги, — продолжал суфлировать Фандор.

Но Жюв, войдя в роль, действовал уже по собственному разумению. Ударом ноги он отбросил Газовщика, потянувшегося было за шкатулкой, и, поставив на неё ногу, гордо выпрямился:

— Вы все, слушайте, что я скажу! Денег здесь хватит на всех. Но делить будем по заслугам. Кто больше поработал на Фантомаса, тот больше и получит… Давайте, ребята, выкладывайте козыри на стол!

Эти слова были встречены одобрительным шумом: в самом деле, почему всякие шибздики, отсиживавшиеся по углам, должны получить столько же, сколько «крутые ребята», тащившие всю работу на себе? А трусам, которые не пришли на сегодняшнюю сходку, не давать вообще ничего!

Жюв понял, что под теми, кто не пришёл, подразумевался прежде всего папаша Мош. Бесстрашно играя принятую на себя роль — тем более бесстрашно, что каждую минуту мог заявиться настоящий Фантомас, — он провозгласил:

— Клянусь, что папаша Мош не получит ничего!

Эти слова вызвали взрыв одобрения. Мош был отыгранной картой, и его имя теперь не вызывало у членов банды ничего, кроме враждебности.

Затем началась своеобразная «перекличка».

Пять или шесть апашей протолкались вперёд и заявили:

— Это мы, Фантомас, по твоему приказу, прижучили министра!.. Работёнка была не из лёгких…

С невозмутимым видом Жюв вытащил записную книжку.

— Ваши имена! — сказал он.

Апаши стали один за другим проходить перед ним, называя свои имена и прозвища.

Подошёл Газовщик:

— Это я подпалил дурдом… когда психов вывозили…

— Хорошо, — сказал Жюв. — А ты?

Последний вопрос был адресован Звонарю.

— Ты сам знаешь, Фантомас, — ответил тот.

— Всё равно говори.

— Зачем?

Поднялся неодобрительный ропот: чего этот Звонарь выставляется? Пусть делает как все!

— Ладно… — процедил бандит сквозь зубы. — Я тебе помогал снять цацки с княгини Сони…

Тут яростно встрял Бычий Глаз:

— Не ты один, Звонарь! А я разве не помогал?

Жюв невозмутимо записал в книжку: «Драгоценности, Звонарь, Бычий Глаз».

— Следующий! — крикнул он.

Подошёл Бородач:

— Я подстрелил крошку Доллон, когда она пыталась спасти своего щелкопёра…

При этом имени Жюв вздрогнул, несмотря на всё своё самообладание. Бедная Элизабет Доллон! Жюв вспомнил, что накануне вечером Фюзелье рассказывал ему о её трагической гибели! Инстинктивно он поискал глазами Фандора в толпе апашей. К счастью, их глаза не встретились…

Овладев собой, Жюв продолжал «перекличку».

Вперёд вышли Пантера и Большая Эрнестина:

— Это мы залили нефть в озеро и помогли тебе устроить пожар на воде!

Один вопрос уже давно вертелся у Жюва на языке. Наконец, он решился его задать:

— Ну а крупные дела? Такие, как с министром юстиции?

Вокруг загоготали:

— Ну, шутник! Ну, насмешил! Всем известно, Фантомас, что это сделал ты!

Жюв сделал вид, что это и вправду была шутка.

— А банковский служащий, убитый на улице Сен-Фаржо? — спросил он. — Его кто замочил?

— Это Мош! — крикнуло несколько голосов.

— А вот и нет! — Поле, тощий молодой апаш с белёсыми глазами, выскочил вперёд. — Мош только денежки прикарманил. А потом мою бабу увёл, чтобы выдать её за богатого англичанина! Клянусь головой моей матери, служащего пришил я, я один!

— Молодец! — закричали апаши. — Выдать Поле его долю!

Из тёмного угла на свет керосинового фонаря вылезла старуха Тулуш.

— Ну а я! — загнусавила она. — Не хотите ли послушать, на что способна матушка Тулуш? Мертвец, что гниёт без гроба здесь, в дыре под полом, — это моя работа… Это я по приказу Моша отправилась на «Лотарингию», когда она прибыла в Гавр. Я пролезла на катер, который вёз лоцмана, а оттуда — на борт большой посудины. Я нашла этого типа в его каюте… И хотя он был сильным парнем, а я старой женщиной, я справилась с ним! А ведь у меня не было никакого оружия… Но я впилась ему в горло и загрызла его вот этими зубами! И я выпила его кровь, чтобы она не испачкала ковёр… Потом я зашила его тело в мешок и, когда входили в порт, выбросила за борт… На следующую ночь мы с Мошем выловили мертвеца, привезли его сюда и закопали под полом… Вот что я сделала для тебя, Фантомас! И пусть никто не говорит, что у мамаши Тулуш кишка тонка!

Жюв старался сдержать дрожь, слушая рассказ старой мегеры.

— Так как же звали мертвеца? — спросил он.

Но старуха не успела ответить.

Все замолчали.

И тогда снаружи стал слышен шум приближающихся шагов. Сквозь слуховое окно в подвал проникли первые лучи рассвета. В их белёсом свете лица бандитов казались ещё страшнее…

Тревога овладела Фандором, тревога за Жюва. Он спрашивал себя, чьи шаги приближаются к дому? Что если это шаги настоящего Фантомаса?

Однако Жюв не дрогнул.

— Всем оставаться на месте! — приказал он. — Если это пришли к Фантомасу, то Фантомас один сумеет за себя постоять! Если это пришли за вами, Фантомас сумеет вас защитить!

Медленно Жюв прошёл сквозь ряды апашей к выходу из подвала. Дверь была заперта.

— Ключ! — приказал Жюв.

— Вот он! — сказал Звонарь, подходя.

— Открой!

Послышались голоса:

— Ты нас не оставишь, Фантомас?..

— Я вас беру под охрану! — бросил Жюв.

Он вышел за порог. Между ним и бандитами теперь была крепкая дверь, которую он поспешил запереть снаружи на засов.

Он прислушался… и явственно различил шаги многих людей, окружавших дом.

Загрузка...