Полный Шатдаун (ЛП)

ГЛАВА 19

СОЙЕР

Прошло три дня с тех пор, как я высадил Коллинз у её дома и наблюдал, как она исчезает внутри своего здания.

Наверное, я должен был предвидеть это, когда пригласил её на свидание. Тешить себя надеждами провести в её обществе больше нескольких часов было опрометчиво и чертовски наивно. Ни разу она не обманула меня и не дала понять, что хочет отношений. Тем не менее, всё, что мне было нужно, это чтобы она потеряла хотя бы каплю контроля и доверилась тому, чего, я знал, мы оба хотели.

Когда я начал встречаться с Софи, мне было чуть за двадцать, и я был немного похож на нынешнего Арчера — любил вечеринки и разных женщин. Я не ожидал встретить кого — то особенного, но потом — бац! — я встретил её однажды вечером, и мы чертовски хорошо поладили. Наши беседы были свободными и непринужденными, и, к моему удивлению, мы оба хотели одного и того же — отношений и посмотреть, к чему это нас приведет.

Год спустя мы поженились, и моя жизнь полностью изменилась к лучшему во всех отношениях. В Софи у меня была семья, включая Алиссу и Дома.

Когда Софи умерла, я с горечью воспринял концепцию любви и "долго и счастливо". Ближе всего к такому я наблюдал у Кендры и Джека. Эти двое созданы друг для друга, как пара, обреченная судьбой. Наверное, я всегда верил, что для тебя есть только один человек, единственная личность, которая идеально подходит тебе, как уникальные кусочки пазла, складывающиеся вместе. И если по какой — либо причине ты был разорван на части — это конец. Твой единственный шанс, упущенный навсегда.

В ту ноябрьскую ночь я никого не искал. Встречаться с кем — либо просто не входило в мои планы, особенно с девушкой, которая — в любом виде — была полной противоположностью Софи.

Коллинз неоднократно говорила мне, что я не в её вкусе, несмотря на то, что она находит меня привлекательным. Но правда в том, что до ноября прошлого года она тоже была не в моём вкусе.

А потом это изменилось.

С её дерзким языком и свободолюбивым характером по сравнению с моим спокойным и семейным, она считает нас несовместимыми и не верит, что у двух настолько противоположных людей может что — то получиться. Конечно, она не произносила этих слов при мне вслух, но я могу сказать, что именно об этом она думает.

Правда в том, что мы идеально подходим друг другу. Мы уже доказали это.

Тот единственный поцелуй подтвердил всё. Даже если она захочет это отрицать, она не сможет. У меня никогда раньше не было такого поцелуя. Такой поцелуй, когда ты не можешь понять, настоящий он или выдуманный. То чувство, которое длится всю жизнь, но заканчивается слишком быстро, и ты ищешь следующую возможность испытать его.

Когда она приоткрыла губы, я за одно прикосновение своего языка к её губам почувствовал больше, чем мог себе представить за какую — то короткую секунду. И я знаю, что она тоже это почувствовала.

Я сказал ей, что влюбляюсь, потому что не могу лгать, и в тот момент, когда эти слова слетели с моих губ, я ожидал, что Коллинз взбесится. Я представлял, что выражение её лица будет таким же, как у меня во время упражнения по визуализации с моим спортивным психологом. Но я ничего не было — ни ужаса, ни паники, ни даже дрожи, — когда она позволила мне прикоснуться к её губам, чтобы я мог показать ей, как сильно я она мне нравится.

Прямо сейчас я должен был бы быть опустошен её отказом, но это не так. Секс без обязательств — это противоположность тому, чего я хочу с Коллинз, и я знаю, что она тоже этого не хочет.

Я сказал, что собираюсь преследовать её, и ничего в этом заявлении не изменилось. Договоренность о сексе без обязательств этого не исправит.

Всё, что мне нужно сделать, это показать ей, как это могло бы быть между нами.

И я, чёрт возьми, обязательно это сделаю.

Я не думаю, что у Коллинз когда — либо был парень, который ставил бы её в центр своего мира, и, возможно, именно поэтому она никогда не испытывала желания оставаться на одном месте дольше, чем по краткосрочному договору аренды.

Я хочу, чтобы это изменилось, и я хочу быть причиной этого. Всё, что мне нужно сделать, это придумать способ показать ей, что как только она где — то бросит свой якорь, это нормально — позволить ему зарыться в морское дно и пустить корни. Постоять на берегу и понаблюдать за отливом — это нормально. Иногда самые большие волны не всегда уносят вас в море.

— Ты же понимаешь, что здесь целый тренажерный зал, заставленный оборудованием, верно? — Джек подходит к тому месту, где я уже сорок минут бегаю по беговой дорожке.

Погруженный в свои мысли, я потерял счёт времени.

Я протягиваю руку и уменьшаю скорость до быстрой ходьбы, пот капает с моего лба на дорожку. Я не отвечаю, достаю свой Gatorade из подстаканника и делаю большой глоток, прежде чем поставить его обратно.

— Ты также понимаешь, что это нормально — не надевать футболку, когда тренируешься? — продолжает он, разглядывая мою промокшую белую футболку Dri — FIT. — Твоя футболка не имеет смысла, потому что я и так вижу твои соски.

Беговая дорожка замедляется до легкого темпа, и я делаю глубокий вдох, приходя к выводу, что, вероятно, слишком усердствовал для того, что должно было стать легкой тренировкой.

— Итак, мы собираемся поговорить о вечере вторника, или ты собираешься держать нас всех в напряжении? — спрашивает Джек, когда Арчер бочком подходит к нему, тоже без футболки.

Своей бутылкой он указывает на мою грудь.

— Ты же знаешь, что эта футболка ничего не прикрывает, верно?

Я нажимаю "Стоп" на дорожке и тяжело вздыхаю, одним движением снимая футболку через голову.

— Вот. Теперь у вас будет вид получше.

Они оба ухмыляются, как два дерзких подростка — близнеца.

— Я пришел не для того, чтобы любоваться твоим торсом, каким бы безупречным он ни был. Я услышал слова «вечер вторника» и воспринял это как намек присоединиться к разговору, — Арчер наклоняется ко мне, как будто это секретная информация. — Расскажи нам подробности. Вы тр...

— Нет, я не трахал её ни у дерева, ни напротив него, ни под ним, ни где — либо рядом с ним, — растягиваю я. — Но мы всё же поговорили.

— Иииии? — Арчер машет рукой перед собой, прося подробностей.

Я провожу ладонью по лицу и спускаюсь с беговой дорожки, оборачивая полотенце и футболку вокруг шеи. Затем я беру свою бутылку Gatorade.

— И мы поцеловались, — подтверждаю я.

Клянусь, я слышу приглушенный вопль восторга Джека.

— Прямо перед тем, как она сказала мне, что согласна на секс без обязательств и ничего больше.

— Хорошо, — кивает Арчер. — Идеальная ситуация.

— Ты что, ударился обо что — то головой и совершенно забыл наш разговор на прошлой неделе? — невозмутимо спрашиваю я.

— Значит, ты собираешься согласиться на это? — Джек вмешивается прежде, чем Арчер успевает ответить. — Секс без обязательств?

Я качаю головой и подхожу к скамье для жима. Арчер опускает бутылку и автоматически занимает позицию, чтобы подстраховать меня.

— Нет.

Бросив бутылку, полотенце и футболку на пол рядом с собой, я завершаю первое повторение, удерживая штангу над головой пару секунд.

— Я не собираюсь снова с ней спать, пока она не признает, что хочет большего, чем просто секс.

Я выполняю следующее повторение, и Арчер принимает вес, давая мне возможность собраться.

Широко раскрыв глаза и подперев рукой подбородок, Джек ждет, когда я продолжу.

Я сажусь на скамейку, когда Арчер опускает штангу обратно на стойку.

— Поцелуй был...он был чертовски особенным, и я не собираюсь отказываться от чего — то подобного. Я не настолько идиот, чтобы сделать это.

— Как ты думаешь, она чувствует то же самое? — спрашивает Джек с озабоченным выражением лица, и я знаю, что это из — за меня и потому, что ему не всё равно. — Если после вашего поцелуя она сказала тебе, что не хочет ничего серьезного, то есть ли шанс, что она чувствует то же?

— Я сказал ей, что влюбляюсь в неё, и она не испугалась этого. На самом деле, — я вытираю ладони о свои черные спортивные шорты. — Это было прямо перед тем, как мы поцеловались.

— Так ты думаешь, она прикидывается недотрогой? — говорит Арчер, становясь передо мной.

— Не — а. Она просто не знает, что с этим делать — с тем фактом, что я хочу её, а она хочет меня. Ей всё это чуждо, — я издаю глубокий смешок и беру свой Gatorade, делая глоток. — Чёрт, это чуждо и для меня. Я не чувствовал себя так с тех пор, как... — замолкаю я.

— Софи? — заканчивает за меня Арчер.

Я киваю один раз.

— Да.

Джек чешет грудь.

— Итак, что ты собираешься делать?

Мои щеки болят от расплывающейся по лицу улыбки, и они оба отражают моё выражение лица.

— То, что сделал бы любой порядочный парень, который хочет девушку — создам как можно больше возможностей, чтобы показать ей, почему я именно тот, кого она хочет, но отвергает.

Джек приподнимает брови, его охватывает волнение.

— Мы можем как — нибудь помочь с твоими планами?

Я провожу рукой по влажным волосам, обдумывая варианты.

— Ты не знаешь, придет ли Коллинз завтра вечером на игру?

— Я не знаю, — отвечает он. — Но я могу сделать так, чтобы она пришла.

Эзра теперь редко приходит на арену, хотя ему нравится ходить на игры со “Scorpions”, потому что они наши соперники и обычно на льду случаются потасовки — идеальная возможность для него помахать своим поролоновым пальцем. Поскольку Дом обожает соперничество, он и Алисса, без сомнения, присоединяются, и Эзра всё равно остается с ними на игровых вечерах. Когда ты капитан, легко приобрести билеты в семейную ложу в последнюю минуту.

Часть меня чувствует себя неловко из — за того, что он встретится с Коллинз, но он также думает, что мы друзья — по крайней мере, я надеюсь, что сейчас это так. Если она полностью исчезнет из его жизни, он будет задавать вопросы и, вероятно, пострадает. К тому же, я знаю, что она тоже скучала бы по нему. И эти мысли подталкивают меня вперёд.

— Хорошо, отлично, — отвечаю я. — Наш план — выиграть игру и сразу после этого отправиться в “Lloyd”.