Полный Шатдаун (ЛП)

ГЛАВА 26

СОЙЕР

Коллинз

«Знаешь, когда я говорила тебе о своих пристрастиях в постели, эксгибиционизма в этом списке не было. Выражение лица Арчера останется в моей памяти до того дня, когда моё тело превратится в пепел.»

Я

«Я знаю, Малышка. У меня тоже.»

Коллинз

«Ты даже не видел его лица; ты уткнулся головой мне в живот.»

Я

«Представить это достаточно травмирующе.»

Коллинз

«Не думаю, что когда — нибудь приду в себя. Я никогда больше не смогу посмотреть ему в глаза.»

Я

«Попробуй провести с ним семидневную выездную серию.»

Коллинз

«Пожалуйста, скажи мне, что он не рассказал остальным!»

Я

«Нет, но он был невыносим.»

Я смотрю через комнату на Арчера, который, как обычно, спит после обеда перед игрой. Заложив руки за голову, он даже во сне выглядит дерзким.

Я

«Хотя это его обычное поведение.»

Коллинз

«Из всех людей, которые могли нас поймать, я думаю, что Арчер лучший вариант.»

Я

«Почему?»

Коллинз

«Он плейбой. Вероятно, он сам когда — то был в подобном положении. Держу пари, у него есть несколько скелетов в шкафу.»

Я вспоминаю его историю с Шейном и Кэсси.

Я

«Это правда.»

«Разве плохо, что я уже думаю о том, как снова поставить тебя в такое положение?»

Коллинз

«Этого не будет.»

Когда приходит её последнее сообщение, я не могу избавиться от чувства неловкости. Она серьезно? Больше никакого секса? Я хочу с ней гораздо большего. Я терпеливый парень, особенно когда дело касается людей, которые мне небезразличны. Но мне нужно знать, что у неё на уме.

Я

«Возможно, это действительно плохая идея — обсуждать это сейчас и в переписке, но я должен знать, Коллинз. Есть ли у меня вообще шанс с тобой?»

Коллинз

«Ты прав; это действительно плохая идея — и неподходящее время. Я хочу поговорить с тобой о нас, когда ты вернешься домой. Мне так много нужно сказать.»

Мой желудок скручивает; содержимое угрожает выплеснуться на роскошный гостиничный ковер.

Я

«До этого ещё четыре дня.»

Коллинз

«Я знаю, и я не пытаюсь уклоняться намеренно. Мне просто нужно время, чтобы всё обдумать.

Ты мне нравишься, Сойер. Мне нравится в тебе всё.»

Напряжение покидает моё тело, хотя и не полностью, и улыбка медленно расползается по моему лицу.

Я

«Почему бы тебе не позволить мне пригласить тебя куда — нибудь, когда я вернусь домой в воскресенье утром? Как насчет завтрака?»

Коллинз

«Я снова работаю сверхурочно в гараже.»

Что — то в количестве часов, которые работает моя девушка, меня не устраивает. Я понимаю, что она увлечена мотоциклами и своей работой, и я понимаю, что Бруклин — дорогое место для жизни, поэтому ей нужны деньги на аренду, но я не слышал, чтобы другие механики работали так же, как она.

Я хочу напечатать сообщение на этот счет, но быстро передумываю. Если я буду совать нос в её дела, это не поможет мне с Коллинз Маккензи.

Арчер в кровати рядом с моей, и когда он что — то бормочет во сне, в моей голове расцветает идея. Недалеко от её гаража есть место под названием “Похотливая роскошь”.

Я

«Ладно, как насчет того, чтобы пообедать вместе? У тебя есть час, верно?»

Коллинз

«Есть, и да, почему бы и нет? Если только это не какое — нибудь высокомерное и строгое место.»

Я

«О, малышка, я могу с уверенностью подтвердить, что это ни то, ни другое.»

Коллинз

«Значит мы оставляем это прозвище.»

Я

«Не помню, что бы ты была против этого.»

Коллинз

«Нет, не против.»

— Как думаешь, Джек и Кендра уже воспользовались наручниками?

Всё ещё глупо улыбаясь, я блокирую телефон и кладу телефон на одеяло рядом с собой.

Поворачиваясь к Арчеру, который уже полностью проснулся и лежит на боку, лицом ко мне, зажав руки между головой и подушкой, я с ужасом думаю о том, что Джек сделает это.

— С какой стати тебе думать о том, что твой центровой и его невеста занимаются сексом?

Арчер перекатывается на спину, переплетая пальцы на груди.

— Я не в этом смысле. Я просто не могу поверить, что тебе это сошло с рук.

— Слава Богу, нам это сошло с рук, потому что ты ничего не сказал.

Он проводит сжатыми пальцами по губам, закрывая их на молнию.

— Этот рот запечатан навеки.

Я касаюсь экрана телефона один раз, проверяя время и сколько у нас времени до прибытия автобуса команды.

— Это обещание?

Он откидывает голову на подушку, из его горла вырывается ворчание.

— Я всегда становлюсь объектом твоих шуток. Никто здесь не воспринимает меня всерьез, — он спускает ноги с края кровати и садится лицом ко мне. — И я могу быть на сто процентов надежным и серьезным, когда это нужно, понимаешь? Не всё для меня — игра.

Я повторяю за ним и сажусь к нему лицом.

— Назови хоть одну вещь, к которой ты относишься серьезно, — говорю я, губы дрожат от смеха, потому что я всего лишь подначиваю его, как и он всех остальных.

К моему удивлению, он краснеет — чертовски сильно краснеет; ярко — розовый цвет заливает его лицо и грудь, так как, в который — гребаный — раз, на нём нет футболки.

С глухим стуком рухнув обратно на кровать, он уставился в белый потолок.

— Неважно.

Что ж, я заинтригован.

— Арчер, — требую я. — Что, чёрт возьми, ты натворил на этот раз? Пожалуйста, скажи, что не связывался снова с Кэсси.

Челюсть Арчера подергивается, его взгляд остается прикованным к потолку.

— Нет. Не нужно переживать по этому поводу.

Я с облегчением переворачиваюсь на спину.

— По крайней мере, ты осознал свою ошибку в отношениях с ней. Возможно, в будущем ты будешь более осторожен в выборе партнерш.

— Волноваться о моих перепихонах тоже не нужно.

Я возвращаюсь в сидячее положение, облегчение сменяется беспокойством. Не только в ответ на его заявление, но и на то, как он это сказал. Я собираюсь кое — что сказать, но он перебивает меня.

— Я не хочу говорить об этом, потому что это бессмысленно. Итак, мы можем просто сменить тему, пожалуйста? — он нервно проводит рукой по волосам.

Моё беспокойство возрастает.

— Всё в порядке, чувак?

Он издает грустный смешок.

— Ага. Всё просто великолепно.

— О, ну что ж, теперь я тебе определенно верю.

Он поворачивает голову, чтобы посмотреть мне в лицо, и тогда я вижу, насколько серьезным может быть Арчер Мур. За все сезоны, что я играл с ним, я никогда не видел его таким.

— Неважно, сколько раз ты меня спросишь; я не собираюсь говорить об этом. Я могу быть кем угодно, но, вопреки распространенному мнению, я не идиот. Я знаю, где грань. Итак, мы можем просто забыть об этом разговоре?

— Если это то, чего ты хочешь, я...

— Да, это то, чего я хочу, — выпаливает он, вскакивая с кровати и направляясь к комоду в дальнем конце комнаты.

Выдвигая ящик стола, он достает пару футболок и кладет их в сумку для тренировок, висящую на стуле в дальнем углу.

— Я собираюсь часок позаниматься в тренажерном зале, прежде чем мы отправимся на арену. Хочешь присоединиться ко мне?

Я обдумываю это, думая, что это может быть хорошим способом вернуть нас в прежнее русло, когда рядом со мной звонит мой телефон, и на экране появляется лицо Эзры.

Я поднимаю его и машу им Арчеру, показывая, что не смогу пойти в спортзал.

Он надевает футболку и показывает мне поднятый большой палец.

— Передай привет моему маленькому приятелю Эзре, — бросает Арчер через плечо, распахивая дверь и закрывая её за собой.

— Разве ты не должен быть на арене? — Эзра сразу переходит к делу.

Я думаю, “Привет, как дела” было бы слишком большим требованием для подростка.

— Только через час. Как дела в школе?

Он закатывает глаза и плюхается на диван Алиссы и Дома.

— Эзра, сними обувь, пожалуйста! — слышу я, как говорит Алисса.

Эзра снова закатывает глаза, а затем ерзает — полагаю, снимает обувь ногами, как он делает дома.

— Школа есть школа. Что мы будем делать на праздник?

Я пожимаю плечами, поскольку, как и в День Благодарения, я не фанат Рождества. Все усилия, которые я прилагаю в эти праздники — ради моего сына.

— Думаю, то же, что и в прошлом году — поужинаем у Алиссы и Дома, а потом вернёмся домой к десерту и настольным играм.

— Скучно! — восклицает он, за что получает ещё один выговор от Алиссы.

Я провожу ладонью по лицу.

— Ну, ты придумай что — нибудь, и мы обсудим, возможно ли это. Помни, в это время у меня постоянно проходят игры.

Эзра отводит взгляд в сторону, а затем снова смотрит на меня.

— Мы можем...мы можем навестить Коллинз и её гараж на Рождество?

Я чешу подбородок, не зная, как, чёрт возьми, ответить. На самом деле у неё нет семьи, так что я не могу использовать это как оправдание — и не хочу. Встреча с Коллинз на Рождество была бы лучшим подарком.

Тем не менее, я должен действовать осторожно. Я не могу просто пригласить нас к ней домой.

— Скорее всего, у неё уже есть планы, и я не уверен, что работа с мотоциклом входит в её планы на этот день.

Мой сын заметно сдувается, я тоже. Я не совру, если скажу, что всё, чего хочет любой хороший родитель — это видеть своего ребенка счастливым.

И Коллинз делает его именно таким.

— Она любит мотоциклы так же сильно, как и я, и я хочу провести день в её гараже, так что, думаю, ты ошибаешься, папа.

Возможно, я ошибаюсь, и большая часть меня надеется на это.

Я провожу языком по небу, прикидывая, что, чёрт возьми, мне следует сделать. Она хочет поговорить, когда я вернусь, и, хотя “Похотливая роскошь” — не совсем подходящее место для содержательной беседы, я уверен, что моя кровать — подходящее, после того, как я воспользуюсь тем, что мы купим для неё позже тем вечером.

Я сдерживаю себя. Господи, Сойер, ты обсуждаешь Рождество со своим сыном.

— Ладно, — говорю я, и лицо Эзры загорается, как Рождественская елка в Рокфеллеровском центре. — Позволь мне поговорить с ней, когда я вернусь домой.