Эпилог

1943 г. СССР

Москва.

Несколько часов спустя.


Иосиф Виссарионович словно неподвижный каменный истукан сидел за столом в своем кабинете и нервно покусывал уже давно погасшую трубку крепкими желтыми зубами. Ни в чем не повинный мундштук жалобно потрескивал от непосильной нагрузки и уже нес на себе неоднократные, заметные и глубокие отпечатки зубов Вождя. Но товарищ Сталин ушел в себя настолько, что абсолютно не отдавал отчета, что вскоре вместо любимого курительного приспособления в его зубах останется лишь обгрызенная и растрескавшаяся деревяшка.

И на данный момент Вождя Советской черни и подлого люда волновала отнюдь не ситуация на фронтах, ведь после разгрома войск противника на Курской Дуге стратегическая инициатива окончательно перешла на сторону Красной Армии. Победоносные войска которой планомерно и бесповоротно продолжали гнать взашей немецких захватчиков со своей территории.

Иосиф Виссарионович позабыл на сегодняшний день даже тот момент, что войска Вермахта в ходе отступления с территории СССР проводили тактику «выжженной земли», не оставляя после себя ничего… ничего живого… и ничего мертвого… Их Проклятые Неромаги не гнушались даже осквернением многочисленных кладбищ, поднимая «под ружье» мало-мальски пригодных к «боевому употреблению» покойников. Но пока переломить ситуацию на фронтах нацисты были не в состоянии.

Разведка доносила, что в Оккультных институтах «Наследия предков» продолжается разработка новейших «Вундервафлей» — Магического Супероружия и чудовищных по своей мощи Некроконструктов и Боевых Заклинаний, что сумеют переломить сложившуюся ситуацию на фронте. Но никаких реальных доказательств, никаких новых поступлений в войска Вермахта пока замечено не было. Только слухи и домыслы. А одними домыслами и слухами, как известно, в войне не победить!

Все мысли вождя в этот поздний час были заняты одним человеком — изможденной, истерзанной и забитой девочкой, Катей Сусаниной, неожиданно возникшей несколько часов назад из открывшегося в кремлевской амбулатории профессора Виноградова Магического Портала неизвестной природы. Девчушка оказалась здесь, на территории Кремля, в самом сердце Советского Союза, одним махом перенесясь из Баварской глубинки.

Открытие Магического Портала, для которого, как оказалась, не существует никаких преград и Защитных Конструктов (коими в изобилии был насыщен Кремль), и о котором раньше можно было узнать только из древних манускриптов, легенд и сказок, наделало большого шума в рядах охраны Вождя. Ведь подобным способом можно было закинуть не только маленькую девочку, но и подготовленную боевую группу вражеских Магов… И это обстоятельство вызывало у комиссара госбезопасности третьего ранга Николая Власика поистине головную боль.

Но Сталин не переживал насчет появления боевых Магов Вермахта на территории его резиденции. «Страха нэт, — сказал он на тот момент Власику, исполняющему обязанности его личного телохранителя, и распорядившемуся увеличить охрану Вождя в разы, — одын задор! Пуст приходят! У мэня всегда найдется, чем встрэтить дарагих гостэй!»

Но девочка передала Владимиру Никитичу «привет»… И от кого бы вы думали? От без вести пропавших после разрушения Абакана оснаба Петрова и пришельца из другой, параллельной вселенной — Старика Хоттабыча, ставшими главными фигурами одной очень уникальной разведоперации. И вот впервые за долгое время полнейшего неведения о судьбах разведчиков, от этого странного дуэта поступила первая весточка. Но, что это? Происки врагов, раскусивших советских агентов? Игры нацистских спецслужб Абвера или РСХА? Или это действительно…

Додумать эту мысль Иосиф Виссарионович не успел — за окнами, выходящими на Арсенал, что-то ярко вспыхнуло. Бедный мундштук в резко сжатых зубах Вождя наконец-то треснул и разломился. Сталин сорвался с кресла и пулей подскочил к окну. На площади перед Арсеналом творилось нечто невообразимое: из переливающегося всеми цветами радуги Магического Портала выбегали на Кремлевскую мостовую изможденные и исхудавшие люди, одетые в полосатую тюремную робу. Их оказалось неожиданно много, но с каждой минутой они продолжали прибывать, заполонив уже практически весь «внутренний дворик» площади. Кто-то шел сам, кого-то тащили на плечах и под руки товарищи по несчастью… Но не это сейчас волновало Иосифа Виссарионовича, ведь его взгляд каким-то непостижимым образом остановился лишь на одной фигуре, неподвижно лежащей на руках товарищей. Таким же непостижимым образом, поскольку ничего особо разглядеть в ночной темноте было невозможно, он знал, что это тот, о ком последние несколько лет болело его сердце…

— Яшка… сынок… ты вернулся… — тихо прошептал в Иосиф Виссарионович, смахивая скатившуюся слезинку с усов, чтобы её не заметила ворвавшаяся в его кабинет охрана.


КОНЕЦ ЧЕТВЕРТОЙ ЧАСТИ

Загрузка...