Приват для босса

Глава 3

— Слушай, — хрипло произнес Малыш. — Давай спишем всё на алкоголь? Ты ляжешь поспишь, а я тихо удалюсь. Ничего не было, тебе это не нужно.

Я аж задохнулась от такой речи.

— Знаешь о чем я думаю? — спросила, откашлявшись.

— Удиви, — фыркнул Маска.

Вот только удивил меня, как раз-таки, он. Снова. Я ведь ждала совсем иного ответа.

Ладно, я так просто не сдамся. Надо парня сначала смутить, потом еще раз возбудить, а потом… Посмотрим.

— Сколько у тебя сантиметров? — фыркнула, опустив руку на все еще возбужденный пах.

Вот это самоконтроль. Я восхищена.

— Ты про рост спрашиваешь или размер?

Да блин! Чтоб тебя, увалень!

Резко вскочила с дивана и бесцеремонно забралась на колени лицом к Малышу, широко разводя ноги в сторону.

— Одна десятая роста, — чуть слышно ответил. — Почти.

Красавчик намного выше меня, даже на высоких шпильках. Предполагаю, рост под сто девяносто.

— Девятнадцать? — удивленно воскликнула.

У меня такого размера был только один вибратор — салатовый. Даже у Адрика, несмотря на корни, всего пятнашка. И где только в порно находят такие шланги?

Фантазия понеслась в пляс, а возбуждение накатило новой волной.

— Почти, — хмыкнул, довольный произведенным эффектом Маска. — У меня рост метр девяносто шесть. Вес девяносто. Длина — двадцать один.

Я рвано выдохнула.

— Не верю.

— Поищи линейку, — фыркнул Малыш, снова пытаясь меня снять с себя. Но не тут-то было!

— Нет уж, фокус не пройдет, — цокнула, сокращая расстояние между нашими лицами, обняв крепкую шею руками.

Тяжелое мужское дыхание обжигало кожу. Губы горели, ожидая поцелуя, которого не последовало.

— Ты и правда девственник? — спросила, пытаясь рассмотреть его глаза в кромешной темноте.

— Правда, — на грани слышимости прошелестели его губы.

— Почему сейчас? — поерзав голой попой по уверенной выпуклости, шепнула в губы.

— Может, потому что время пришло? — нервно сглотнув, вопросительно ответил Маска.

Я замурлыкала, когда чуть шершавые ладони почти невесомо заскользили по моим ногам, от ступней вверх, к бедрам, задирая и без того короткое платье ещё выше.

Легкие поглаживания казались нежными и трепетными, но по прежнему не переходили грань, хотя, Малыш заметил отсутствие на мне белья.

Я потянулась к молнии, чтобы снять с него кофту. Как я и рассчитывала, под плотной толстовкой оказалось лишь совершенное тело, и никакого лишнего тряпья.

Мои ладони скользили по гладкой коже, от которой исходил запах свежести. Мне до безумия хотелось целовать, кусать, царапать торс этого чертового Аполлона.

— Как думаешь, у твоей подруги найдется одежда?

— Что? — недоуменно тряхнула головой. — Как ты понял, что это не моя квартира?

— Видел сообщение от некой Летты, — хмыкнул Малыш. — Так как?

— Да, наверное, — неуверенно протянула я. — Только ты в нее не влезешь.

— А мне и не надо, — фыркнул красавчик и… одним рывком разодрал в клочья мое платье. — Бесишь.

Ну ладно, мне эта тряпка все равно была не по душе, но каков наглец?! Ни один мужик не позволял себе рвать мои шмотки. Тем более на мне. Что за животное передо мной? Или это ящик Пандоры?

Чтобы отрезвить самца, резко и ощутимо прихватила зубами его плечо. Малыш утробно зарычал, вдавливая меня в себя.

“Интересно, а он хотя бы целовался?” — мелькнула мысль, окрашенная нотками ревности. Хотя, почему меня это должно волновать?

Обхватила ладонями лицо в чертовой маске и сама впилась губами в рот парня. Я — босс. Только вот Маска подчиняться не спешил. Несильно прикусив зубами мой язык, который яростно таранил его рот, Малыш, плавными движениями изучал мое тело, и словно успокаивал накативший из ниоткуда гнев внутри. Поцелуй стал нежным, даже трепетным.

Ласкающие прикосновения, словно бабочки, порхали по моей коже. Я горела, желая секса, как никогда раньше.

Он точно девственник? Может просто цену себе набивал? Оттолкнувшись от горячей груди с гулко колотящимся сердцем, я разорвала поцелуй и встала на пол.

— Иди сюда, — позвала парня, услышав разочарованный вздох.

Малыш быстро оказался рядом, окутывая меня теплом своего тела и сводящим с ума ароматом. Его дыхание ощущалось лишь макушкой, но даже от этого моя кожа покрывалась табунами мурашек.

Мои ладони на ощупь нашли идеальный пресс и заскользили вниз в поисках ширинки... После небольшой заминки, мне удалось совладать с натянутой молнией. И каково же было мое удивление, когда оказалось, что Маска…

— Так комфортнее, — рвано выдохнув, пояснил отсутствие белья.

Да кто ты, блин, такой, парень?! Но все мысли улетучились, лишь стоило соприкоснуться рукой в набухшей горячей плотью — на ощупь член нереально хорош! Рассмотреть бы его при свете… Может утром доведется, или в дУше?

Наверное, это первый раз, когда мне самой действительно захотелось сделать минет. Одна только фантазия о том, что я могу облизать головку, пройтись языком по всему стволу, возможно, прикусить немного плоти у основания члена… практически сводила низ живота судорогой — так сильно этого хотелось.

Мой первый мужчина — Джошуа, научил меня всему, да и кто, если не опытный мужчина с достаточно скромным размером — одиннадцать. “Дело не в размере” — часто гласили статьи, которые я читала. Нет, я всегда испытывала оргазм с ним, но без дополнительной стимуляции словно чего-то не хватало. Зато обучить меня искусству “сосать дарующего тебе удовольствия” — стало одной из идей фикс. До глубоко горла мы не дошли по причине моего так и непобедимого рвотного рефлекса, но вот иные “штучки” я освоила. И в те редкие разы, когда лишь двух из четырех последующих партнеров я была вынуждена ублажать ртом, как мне казалось, я делала это на ура.

Выпустила из руки каменный член и потянула джинсы парня вниз, скользнув вместе с ними. Помогла Маске избавиться от штанов, когда он успел снять носки и кроссовки — осталось для меня загадкой. Длинноногий, зараза. На корточки не присядешь, придется полураком стоять. Неудобно.

Толкнув Малыша назад к дивану, я наклонилась, безошибочно найдя губы парня. Легкий поцелуй в губы начал опускаться ниже, к шее, к груди. Когда мой язычок прошелся по соскам без единого волосочка, Маска, казалось, перестал дышать. Интересно, от природы такой или удаляет? Говорят, размер члена мужчины можно определить по уровню волосатости его груди, мол, прямая зависимость… Вранье!

Надавливая на мужские колени, чтобы Малыш раздвинул ноги, стала опускаться поцелуями еще ниже, к прессу. Моя грудь терлась о пах, нежная кожа твердой подрагивающей плоти задевала острые соски и казалось, что через оба наши тела пропускали сотни ампер. Я стала опускаться еще.

Однако сползти еще ниже мне не дали сильные руки, подтянувшие меня вверх, назад на колени.

— Почему? — разочарованно протянула.

— Не хочу, чтобы ты унижалась, — просто ответил Малыш.

Я… что? Унижалась? Серьезно?

— Ну, женщину должна унижать поза на коленях у ног мужчины, — рассуждая, словно маленький мальчик, продолжил Маска.

Девственник. Хорошо, хоть без явного негативного опыта тут обошлось. А то мало ли…

— А мужчину?

— Что?

— Мужчину должна унижать поза у ног женщины?

— Нет, если женщина его любимая, — в голосе прозвучала улыбка и… нежность.

Вот так экземпляр! Но это лишь сильнее заводило. Припала к его губам в жадном поцелуе. Мужские руки больше не скромничали, исследуя мое тело, совсем нет. Ласки были настойчивыми, но аккуратными. Я удивилась, когда он сам пристроил большую головку около клитора, и начал двигать моим тазом, стимулируя нас обоих.

До безумия остро, но я умру без полного проникновения. Просто умру.

Чуть изменив свое положение, я слегка приподнялась и буквально на несколько миллиметров ввела член в себя. Маска перестал двигаться, лишь крепче впился пальцами в мои ягодицы и тихо выматерился.

— Это не больно, — прошептала, чуть улыбнувшись ему в губы. — Веришь мне?

— Научи меня тебя любить, — окончательно сорвавшись, прохрипел Маска, резко насаживая меня на свой член и кусая за нижнюю губу.

Мы простонали одновременно и громко. Я прислушивалась к себе: чуть болезненное чувство наполненности прочно переплеталось с диким кайфом. Цепкая хватка рук, которые, сжав, раздвинули мои ягодицы, привкус крови во рту, — в стократ усиливали ощущения. Я потерялась во времени и пространстве. Даже не было необходимости или желания шевелиться — таким идеальным казался момент. Мои мышцы, обхватив плотно член внутри себя, сокращались в предоргазменной эйфории.

Кажется, чуть придя в себя, Малыш решил продолжать, а я не возражала, послушно передав бразды правления моему мальчику.

Его губы блуждали по моей шее, отчаянно пытаясь добраться до груди, но разница в росте, ровно как и поза, не позволяли ему.

Чуть разочарованно рыкнув, Маска приподнял мой таз, практически снимая меня со своего члена, лишь головку плотно обхватывали набухшие половые губы. Я заскулила от ожидания и предвкушения нового толчка, но Малыш, наконец, добравшись губами до моей груди, не спешил. Наглый язык, словно издеваясь, обводил ореолу, намеренно избегая соска. Я запустила пальцы в волосы красавчика, но он проигнорировал мою попытку его направить.

— Пожалуйста! — не выдержав, захныкала.

Зубы не сильно сомкнулись на соске. Лёгкое посасывающее движение — и Малыш разомкнул губы, выпуская грудь из своего плена. Проделал тоже самое со второй.

Неожиданно его губы поползли вверх к ключицам, а меня резко опустили вниз.

Всего лишь второй, но глубокий толчок сорвал спусковой крючок, и я выгнулась дугой, цепляясь за жестковатые волосы.

— Боже, Боже, Боже, — неверяще повторяла, сотрясаясь в оргазме: сильном, ярком, безумном.

— Ахуеть, — ругнулся мне в шею Малыш, не сильно прикусив чувствительную кожу.

Его руки переместились на спину, успокаивающе поглаживали, пока мои мышцы продолжали сокращаться вокруг большого члена.

Чуть отдышавшись, я соскользнула с каменной плоти и буквально упала на твёрдую грудь. Моё сердце никак не хотело успокаиваться, а клитор и половые губы продолжали пульсировать. Вместе с тем, казалось, что дышали мы в унисон — глубоко и тяжело.

Чуть крутанувшись, крепче прижав меня к себе, Малыш улегся на неразложенный диван, а я — распласталась на красавчике сверху.

Его возбуждение никуда не делось, но я не готова была продолжать, хотелось насладиться послевкусием.

Удивительно, но секс с Адриком у нас был довольно скучным, он настаивал на анале (разнообразие же!), но я, глядя на его слишком большую головку чуть ли не в половину длины члена, просто боялась этого. Хотя Джошуа успел показать мне и эту "прелесть" половых отношений.

Моё, практически безвольное тело, потянули вверх. Настойчивые губы прошлись по груди и сместились на живот.

— Хочу попробовать тебя на вкус, — хрипло прошептал Малыш, жёстко прихватил мои бедра и сам спустился ниже, опаляя дыхание все ещё покалывающий клитор.

— А как же любовь? — фыркнула и тут же пожалела, что спросила.

— Формально, я не на коленях, а ты у меня на лице, — негромко ответил Маска, и я ощутила, как он жадно вдохнул воздух, проведя носом около чувствительного бугорка.

Язык осторожно исследовал мою промежность. Я буквально перестала дышать, полностью отдаваясь ощущением. Мое лицо горело от нехватки кислорода или из-за нового витка возбуждения, а руки ослабли так, что практически не могли удерживать мой корпус.

Мужские ладони прочно захватили мой таз, не позволяя упасть или уползти. Сладкая истома, разливающаяся по телу, доводила до безумия.

— Ммммм… Левее, — наконец вдохнув воздух, простонала.

Теперь уже обнаглевший язык медленными, но уверенными движениями вторил моим желаниям.

— Чуть выше… — снова умоляла я. — Дааа, вот так. Боже.

Он не трахал меня пальцами, но набухшие половые губы терлись о подбородок, подводя меня к вершине блаженства.

И в ту секунду, когда мужской рот засосал мой клитор, чуть прихватив зубами самый кончик, меня сотряс еще более бурный оргазм. Мой голос сорвался на крик, из глаз брызнули слезы, а тело колотилось, словно от удара электрошокером. В голове стало пусто, а в груди распирало от восторга.

Кунилингус — грязный, порочный вид секса, который в неумелых губах приводит к снижению женского либидо. Меня уже ласкали языком. Естественно, Джошуа, с которым куни походил на пытку, потому что мог длиться чуть ли не часами, пока я не испытаю вымученный оргазм. Потом мужчина жаловался на мозоли на языке, говорил о моей неопытности и замороченности, но мы упрямо практиковали это снова. И Рауль. Десять минут его куни — минус мое возбуждение и быстрый секс раком, чтобы он кончил.

Малыш — это просто фантастика. И вот сейчас, когда он перевернулся на бок, разместившись на краю дивана, и притянул меня к себе, накидывая на мое голое тело свою толстовку, я задумалась. Ровно до того момента, пока пока не ощутила мокрое пятно. У нас был одновременный оргазм? Сомнений нет — девственник. Был. С минут пятнадцать назад.

— Я хочу увидеть твое лицо, — пробуя перевернуться к избушке передом, пробормотала.

Но сильная рука буквально придавила меня. Мое расслабленное тело перестало слушаться, а гулкое мужское сердце баюкало. И я позволила себе провалиться в сон, подумав, что проснусь пораньше, и сниму маску с Маски.

Звук противно голосящего телефона разрушил остатки сладкой истомы, вырывая меня из сна. Добежав до сумочки, раз пять выругалась матом, надеясь не разбудить Малыша.

— Алло, — полушепотом отозвалась незнакомому абоненту.

— Оксана Мироновна, наш, ровно как и ваш, рабочий день начался два часа назад. Очень мило с вашей стороны вливаться в коллектив с нарушения дисциплины, — словно обухом по голове, хлестко молотил словами ботанобот.

Снова ругнулась. Так, хотя бы полчаса на секс, столько же на сборы и минут двадцать на дорогу.

— Через полтора часа буду, поэтому не слишком грей свою тощую задницу в моем кресле! — рявкнула, чуть громче, чем планировала, на очкарика, и сбросила вызов.

Вернулась в комнату. Сейчас было светло, помещение заливал солнечный свет. На полу валялись обрывки моего платья, на диване лежала толстовка, из которой я только что выбралась.

Не хватало только Малыша. Обежала всю квартиру, когда стало понятно, что он ушел. Вот так просто.

Неудовлетворенная, расстроенная и злая, уже через сорок минут я входила в стены тридцатиэтажного офисного здания, полностью принадлежавшего моему отцу.

Ладно, с Маской я еще разберусь, знаю ведь, где искать. А вот на ком отыграться — тут даже выбирать не приходится, потому что этот очкастый упырь и правда сидит за директорским столом и с кем-то переговаривается по скайпу на… китайском.

И куда в эту голову столько влезает? Может, у него где-нибудь затычка стоит, чтобы не вываливалось? С другой стороны, такому и мозги трахать веселее. Ну, понеслась.

— Здрасьте, — заметив меня, криво поздоровался опарыш. — А че кислая такая, словно лимончику съела? Видон, как с бодуна. Минералочку вон на столе возьми.

Поток гадских фразочек продолжал сыпаться из пасти, которую необходимо бы вымыть с хлором, а мне стало понятно, чем же этот говнюк очкастый, зацепил моего отца. Неприятно признавать, но характерец-то, словно бы мой, лет десять назад…

Значит и действовать надо так же, как действовала бы я. Тогда. И будет бежать мальчонка быстро-быстро, аж пятки заискрятся от скорости.

Мило улыбнувшись, подошла к столу, и вместе со стулом отодвинула оттуда козявку.

Умопомрачительный

Отвратительный запах, исходивший от молодого организма, сразу заполнил легкие. Захотелось прикрыть глаза и … на ручки. Впрочем, моя же цель выкурить тело, желательно в окно…

— Знаешь, чего хотят женщины, когда утро не задалось? — понизив голос до интимного шепота, я медленно, виляя бедрами, приближалась к жертве несостоявшегося аборта. — Кофе, шоколад и секс.

— Ага, типа три источника эндорфинов, — хмыкнув, произнес ущербный. — Только на самом деле, гораздо важнее серотонин. Хочешь, запишу тебя на йогу, а то лицо такое, словно у тебя спина болит. Хоть кости разомнешь.

То есть я сейчас пыталась завести очкарика, а он меня просто высмеял?! Уродец мелкий! Ну ничего, ты еще будешь у моих ног.

“А между — сегодня же окажется Малыш, которого надо бы трахнуть”, — услужливо дополнил мою мысль внутренний голос, отчего захотелось передернуть плечами, чтобы сбросить наваждение. Я же не малолетний пацан, чтобы возбуждаться от одних только мыслей!

Оставив идею разборок с бестолочью в окулярах, я, резко развернувшись, обошла стол, взяла другое кресло и заняла, наконец, свое законное место. Змееныш сам испарился, потому что пришлось завалить его бесполезными поручениями.

В час дня, сразу же после обеда, как и положено злобному начальнику, я велела собрать совещание руководителей и их замов всех звеньев. Надо было знакомиться. Мое первое образование — “Дизайн для брендированных пространств”, второе — “Менеджмент в искусстве” и параллельно с ним, по настоянию папеньки я прослушала курс лекций управлению финансовыми потоками предприятий. Можно сказать, у меня в арсенале целых три диплома, только вот, купленный диплом финансиста больше для показухи…

— Ну что, довольна собой, мадам-стерва? — ехидно ухмыляясь, спросило чмо в очочках, как только мы остались тет-а-тет. — Стоило оно того, м?

Хуже всего то, что он прав! Я ведь хотела завоевать коллектив, а сейчас поняла, что сделала нас врагами. И авторитета у меня нет, чтобы запугать всех. А начну команду кромсать — фирма точно не выстоит…

— Слыш, недоросль, для вши ты больно шумный, — попробовала отмахнуться от надоеды.

Удивительно, но это помогло. Минуты на две, через которые оно явилось снова, еще и с подносом в руках.

— Предлагаю мировую, — расставляя на столе фужеры с коньяком, конфеты, лимон и чашки с кофе, улыбнулся пацан.

— Идеальное сочетание, чтобы отравить цианидом. Признавайся сразу — в каком фужере? Или, все-таки, в конфетах?

Очкарик заржал, затем просунул пальцы под очки и потер глаза.

— За тебя ж срок дадут, как за человека, — откашлявшись, фыркнул. — Да и я работой дорожу: платят хорошо, генеральный — золотой мужик, а ты — так, переменная. Давай жить дружно?

Я чуть не задохнулась от возмущения. Переменная, значит?! Я тебе покажу математику, мистер ХУ.