Приват для босса

Глава 4

— Ну так что, будем жить дружно? — прищурившись, хохотнул утырок, имя которого напрочь не хотело закрепляться в моей в памяти.

— Ты и я? — удивленно воскликнула, окинув очкастого взглядом. — Не дорос еще!

— Я понял, — опрокинув в себя содержимое первого фужера, на выдохе хмыкнул малой, закидывая в рот шоколадную конфету. — Завтра сюда привезут мох или песочек. Обогреватель есть, воды достаточно. Что-то еще? Ультрафиолет?

Второй фужер почти сразу ушел вслед за первым. За ним — лимон и два глотка кофе. Я, неожиданно для себя, засмотрелась на капельки, стекающие с чуть полноватых губ по подбородку и шее, и не сразу поняла смысл услышанных слов.

— А мох зачем? — рассеянно пробормотала, не в силах оторвать взгляд.

— Ну как это зачем? В правилах содержания змей написано, что нужны субстрат, обогрев и поилка.

Мой мозг уловил только одно слово — змея. С визгом оказалась на столе со скоростью пули.

— Здесь змеи?!

— Ага, одна, гремучая, — заржал придурок, не двигаясь с места. — Сделать бы фото, да слишком много соблазнов потом в него дротики кидать.

— Кирилл! — наконец, вспомнила его имя. — Убери отсюда змею, быстро!

Терпеть не могла этих ползучих тварей! Даже когда по телевизору шли передачи про дикую природу, сразу переключала, если видела этих хладнокровных ползучих гадов.

— И что же я, по-твоему, должен с ней сделать? — наклонившись к столу, заговорщицки спросил шатен.

— Да мне плевать! — отмахнулась от очкастого. — Хоть себе оставь!

— Хм… — задумчиво почесал подбородок шатен. — Мороки много, хотя…

Мои глаза уловили быстрые движения помощника в моем направлении и я не успела сообразить, как неожиданно оказалась перекинутой головой вниз через плечо. Но то ли шок, то ли стресс не позволили сразу среагировать на ситуацию, пока Кирилл не направился к двери.

— Ах ты, гад! — ущипнула его за ногу. — Сволочь! Говнюк подколодный! А ну-ка, живо поставь меня на место!

— Не греми, змеюка! — заржал козел малолетний, выписывая мне смачный шлепок по попе.

Да что он себе вообще позволяет?! Не выдержав, кусаю прямо через ткань, за, находившуюся около моего лица, задницу.

— Ай, — чуть подпрыгнув, но так и не выпустив меня, вскрикнул гаденыш. — Мне начальница разрешила змею себе забрать. Какие претензии?

Захват моих ног усилился, а я продолжала сыпать ругательствами. Даже не понятно, хорошо или плохо, что рабочий день практически окончен, а стало быть, ЭТОГО никто не увидит…

— Кирилл, приветствую! — с хлопком двери приемной прозвучал бодрый мужской голос.

Вечер перестал быть томным… Хишанов! Да чтоб у тебя из-под крана кислота шла! Серная.

(Прим. автора: Хишанов Рустам — герой романа "Охота на Хищника", властный и опасный миллионер. Не ждали?;))

— Рустам Дамирович, день добрый! — приветливо отозвался помощник.

— О, смотрю, весело живешь! Свадьба скоро? — хмыкнул гость.

— Типун вам на язык! — едва ли не перекрестился мелкий пакостник. — Какими судьбами?

Охренеть!

— Да Пузан просил его змеючку проведать. У себя?

— Ща, доставлю, — еще раз хлопнув меня по нижним девяносто, фыркнул этот опарыш.

Рустам зажрал.

Ах вот как?! Ну, я вам покажу змеючку! Титанических усилий стоило не потерять остатки гордости и самообладания, пока руки ботаника усаживали меня в директорское кресло.

— Кофе? — обратившись к гостю, спросил помощник.

— Ты же знаешь мои вкусы, парень, — кивнул ему Хишанов и, обратив взор на меня, продолжил: — Окси, милая, сколько лет?!

Мы виделись года три назад, в Венеции на одной выставке. И еще столько бы не видеть. Еще тогда моей крови напился, гондон!

— Даже не припомню, — скривившись от отвращения, безразлично бросила. — Что надо?

— Шоколада, — хмыкнул гад. — А ты постарела. Даже хорошо, что тогда между нами ничего не было.

Постарела?! Вот же сволочь!

— А я смотрю, ты все же восстал из мертвых? — ехидненько бросила ему в ответ, стараясь сохранить остатки самообладания. — Почему не сдох, м?

— О, я погляжу, кто-то моей жизнью интересовался?

— Мечтай, мудозвон! Телевизор трубил об этом — устала переключать каналы, чтобы не видеть твою мерзкую рожу. Вот и все.

Хишанов нахмурился, но это не тот мужик, который так просто теряет контроль над эмоциями. Поэтому и ждать не стоило.

Помощничек довольно-таки быстро принес гостю кофе, а мне — мятный чай?!

— Ну а что, успокаивает, — кивая на чашку, пояснил, невинно хлопая глазами.

Ну, радуйся, радуйся, выкормыш болотный, пока есть перед кем повыпендриваться, в надежде, что защитят.

Рус снова заржал. Вот так женщины и становится теми самыми, феминистками…

— Кирилл, а ты почему себе кофе не прихватил? — обратившись к помощничку, вопросительно приподнял одну бровь вверх Хишанов.

И не сказать, что прям вау какой красавец, но это чертовски властный мужик. Даже хорошо, что мы в ту ночь не переспали. Такой переступит через любого и пойдет дальше. Вот и сейчас он строил босса в МОЕМ офисе.

— Слышь, Русик, а ты ничего не попутал? — фальшиво мягким голосом спросила у черноволосого гостя.

— Да нет, ему бы не помешало погреть уши. Впрочем, тебе же хуже, — безразлично пожал плечами Рус и махнул головой очкарику: — Выйди.

Не прошло и минуты, как дверь негромко закрылась.

Меня бы так слушался! Говнюк мелкий.

— В общем так, дорогуша, — бодренько начал Хишанов.

— Ох ты ж блин! — перебила наглеца. — Неужели тебе все-таки кто-то дал?! — воскликнула, подскочив с места и схватила правую руку мужчины, тыкнув в обручальное кольцо.

А вот и настоящие эмоции! Рустам предупреждающе зарычал, резко выдрал свою лапищу и вскочил на ноги. Огромный мужик, горилла прям.

— Рот закрыла! Соски вроде тебя не смеют даже думать в сторону моей жены, не то что тявкать.

Моя рука неожиданно зажила своей жизнью, и, сжав пальцы в кулак, болезненно столкнулась с колючим подбородком.

“Надо было бить в кадык, или коленом в пах”, — всплыла запоздалая мысль в голове в тот момент, когда тяжеленная ручища прижала мое лицо к столу.

Я невольно вскрикнула, потому что стало страшно.

— У меня есть специальный человек, который пустит тебя по кругу, дорогая, — грозно прошипел Хишанов. — Самому пачкаться в западло.

— Рррр-руки убрал! — с грохотом открылась дверь кабинета.

А потом я зажмурилась и осела на пол, как только хватка внезапно исчезла.

— Щенок! — прозвучал рокочущий смех, когда чье-то тело перелетало через стол для переговоров и шумно упало на пол.

Послышались тяжелые удаляющиеся шаги в сторону выхода. Слава Богу!

— Сделки не будет, — безразлично бросил гость, удаляясь.

Сделки? Да еб вашу мать! Отец же говорил о сотрудничестве с Хишановым. Черт! Черт! Черт! Это ведь дополнительные инвестиции и… Папеньке нельзя рассказывать об этом. Возможно, удастся договориться с Рустамом. Может попробовать зайти через его жену? Надо бы узнать все об этом. И срочно. Я не в праве в первый же день просрать отцовское наследие и… Слезы непроизвольно потекли из глаз. И зачем я решила вывести неадекватного мужика из себя? Так все хорошо начиналось… Ах, да, самолюбие ущемленное мести захотело.

— Ты в порядке? — раздался над головой встревоженный голос.

Чужие руки несильно взялись за мои плечи, приподнимая с пола. Вскоре моя попа ощутила теплое сидение гостевого стула.

Нехотя подняла взгляд на помощника: очков не было — видимо слетели, рассечена бровь, из которой тонкой струйкой стекала кровь по лицу, одна скула стремительно синела. Глаза цвета индиго смотрели прямо в душу, и на секунду, мне нестерпимо захотелось погладить парня по щеке. Как ни крути, смазливенький мальчишка стал выглядеть несколько мужественнее, да и заступился за меня…

— Ты! — громко крикнула, ткнув пальцем в мужскую грудь.

Вроде бы и не сильно, но (без)очкарик поморщился, словно от боли.

— Какого хрена лысого ты влез?! Ты понимаешь, что сорвал сделку?!

Мальчонка отшатнулся, словно от мощного удара.

— Тебя кто-нибудь просил вламываться?! — продолжала напирать на растерянного помощничка.

— Ты кричала и я… — как-то неуверенно начал бормотать парнишка.

— Головка от… руля! — нервно перебила говнюка. — Может у нас такие любовные игрища! А ты! Ты все испортил! Может это ты отца до приступа довел?!

С кривой физиономией мальчонка молча направился к двери.

— Если сраный договор — это предел твоих мечтаний, я принесу его тебе до конца недели, — чуть слышно пробормотал помощник.

А потом громко хлопнула дверь. Но мне почему-то снова захотелось плакать.

Проревевшись, я решила не менять планы и поехала прямиком в “Пекло”.

Однако, мой “прекрасный” день, как оказалось, продолжился. Неожиданным оказался тот факт, что клуб работает только с четверга по воскресенье. Правду говорят, что понедельники придумал сам Дьявол. Шикардос, блин. Еще трое суток без секса. Я бы могла посочувствовать очкастому, ведь его жизнь станет хуже раза в три и степень моего раздражения и издевательств над этим глистом будет только увеличиваться в геометрической прогрессии. Хотя, если подумать, то… Нет, такому сочувствовать точно не стану..

Вернувшись в отчий дом, меня сразу позвали к ужину, оказалось — папа ждал.

— Дорогая, почему так долго? — вместо приветствия начал отец. — Я волновался! Вчера не вернулась, сегодня…

— Па-ап! — перебила родителя на полуслове. — Мне тридцать!

— И что?! Ты все равно моя маленькая девочка! — никак не унимался родитель.

Вчерашняя медсестра, которая почему-то тоже оказалась за нашим столом, неловко кашлянула. Это еще что за номер?!

— Как дела на работе? — словно спохватившись, решил перевести тему Мирон Ильич. — Хишанов заезжал?

Вот черт! Только бы не волновать отца… Сделку-то я просрала. Точнее не я, а Кирюша (чтоб его труп черви жрали, потом им же блевали и снова жрали, и снова блевали — и так до бесконечности) но сути это не меняло, а ссуть, как известно, в туалете.

— Эм… Да, а как твои дела? Лечение, смотрю, идет полным ходом?

Мой холодный взгляд, которым я прошлась по медичке, не укрылся и от хозяина дома.

— Оксана, — чуть резковато обратился ко мне. — Антонина, если хочешь, моя сиделка, и да, она со мной практически двадцать четыре на семь. Это ведь ТЫ неизвестно где шляешься, вместо того, чтобы уделить время немощному старику.

Охренеть не встать! Вот так поворот. Аппетит сразу же пропал, хотя за день у меня во рту кроме сраного мятного чая и воды не было больше ничего.

Стул противно заскрипел по плитке, а я быстро покинула столовую.

Впервые за десять лет отец упрекнул меня в отстраненности от него. И… Это больно. Плевать, что он прав. Я понимаю, что его может не стать в любой момент, но унижать меня перед какой-то посторонней бабищей! Что это вообще было?!

Задумавшись, я забрела в другое крыло, противоположное, от моей спальни.

Из приоткрытой двери в коридор падал свет. Мне стало любопытно, что это за комната такая. Раньше тут была, кажется, одна из маминых гардеробных типа “я это носить не буду, но на благотворительность не отдам, это же моё”.

Подкравшись, заглянула. Никого. Тихонько вошла внутрь. Сейчас комната напоминала кабинет, в котором можно с комфортом спать. Современный компьютерный стол с тремя (!) мониторами, навороченные клавиатура и мышка, настольная лампа и геймерское кресло в комплекте. Рядом со столом — открытый стеллаж с обилием книг по бизнес-планированию, экономике, строительству и ряд литературы на иностранных языках. По другую сторону от стола разместился кулер на небольшой столике.

Повернув голову к окну, мой взгляд притянула кровать, наверное, два на два метра с кованым изголовьем. Чуть поодаль расположился высокий комод на шесть ящиков. И напольная вешалка с несколькими костюмами.

Нестерпимо зачесались руки покопаться в комоде, потому что висящие тряпки мне показались какими-то знакомыми. Жаль перчаток с собой нет, а то мало ли во что можно влезть…

Мда, ни шкафов, ни зеркал, ни даже личной ванной. Вот тебе и удобства. Я уже собиралась выходить, как услышала приближающиеся шаги. Твою мать!

Не придумав ничего лучше, залезла под стол, прикрывшись креслом.

В комнате тут же появился помощничек. Глаза б мои его не видели, потому что смотреть, как оказалось, есть на что. Хорошо, хоть морду не видно отсюда. Небрежно наброшенный белых халат не скрывал стиральную доску в том месте, где у мужчин нередко бывает пузико, такие же белые шорты, натянутые явно на мокрое тело, по сути не скрывали ничего: от явно накаченных ног, до вполне себе нескромного достоинства. Не Аполлон, но не будь он очкастым уродом, и если бы не Малыш, то… Не-ет. Все равно он урод.

Я чуть не подпрыгнула от страха, когда на столе завибрировал телефон. Практически лысые ноги в белых тапочках (как символично, потому что я пятницу убью этого говнюка) остановились почти около меня.

— Рус, — включая громкую связь, отозвался собеседнику очкарик.

— Живой, Кир? — хмыкнул голос Хишанова. — Что хотел? Я сына купал.

Какая милота. Дайте урну, сейчас стошнит. Этот бородатый упырь еще и малым обзавелся? Мерзость! Таким размножаться категорически нельзя.

— Камиль и Эля вне приоритетов. Понимаю, — дружелюбно подхватил жополиз. — Я насчет сделки…

— Слушай, не охота мне возиться с твоей коброй. Ну правда. У меня в родственниках Гавриловы, так что Пузан может быть свободен. По крайней мере до тех пор, пока старик на пост не вернется.

— Ты же знаешь его диагноз, этого может и не произойти. Условия мы с тобой обсуждали, тем более, что…

— Ну давай, скажи уже, что я тебе должен, — чуть раздраженно перебил Хишанов.

А вот это уже интересно! А что если, Кирюша — крысюша? Вот папка-то обрадуется! Надо бы покопать в этом направлении.

— Да я не об этом! — отчаянно отозвался очкарик. — Я готов выйти против Макса.

Наступила напряженная тишина. Очкун направился к комоду, что-то вытащил и бросил на кровать. Обернулся к столу. Халат распахнулся полностью. Мой взгляд привлек огромный такой синяк на ребрах. Нихрена себе! Это Рус его так приложил?

— Отчаянный ты малый, Кир, — фыркнул Рустам. — Но и я добро помню. Извини, не рассчитал сегодня силу, да и выбесила меня эта стерва!

— Во-первых, она лучше, чем хочет казаться. Просто комплексов дохрениллион. Во-вторых, ты почти перешел грань, Рус.

— Ладно, завтра пришлю ей цветы, вино, конфеты, доволен? Только вот, стоила она того?

— Цветов будет достаточно, — проигнорировав вопрос, продолжил помощник. — Что насчет боя?

Цветов? Козлы жадные! Скупердяи подзаборные! Сами будете траву жрать! У женщин прощения просят бриллиантами! Меня так папа научил. А вы… Тупиковая ветвь эволюции! То самое доказательство теории Дарвина, неандертальцы гребаные!

— После того, как тебя осмотрит врач, боюсь, ты мог повредить ребра сегодня. А Макса за твою попытку самоубиться я посадить не дам.

— Все нормально. И я мастер спорта по боевому самбо, если ты не забыл.

— Не забыл, — фыркнул Рус. — Только Макс у меня профессионал. И ставку ты знаешь.

— Знаю, — небрежно отмахнулся очкарик.

— Тогда завтра в восемь в клубе “Зевс”.

— Хочешь громкого зрелища?

— А ты боишься мордашкой светить? Хозяин ремня выпишет? Прости, хозяйка.

— Зевс так Зевс, — раздраженно бросил очкарик и отключился.

И во что ты втягиваешь мою компанию, говнюк недоразмазаный?!

— Ксаночка, завтрак уже накрыт, — легкими поглаживаниями по голове меня будил голос тети Тани.

Резко подорвалась, приняв сидячее положение. Осмотревшись, поняла две вещи: я в своей спальне и спала в нижнем белье.

Что за черт?! Никогда не сплю в бюстике — натирает. Но почему, а лучше, как, я оказалась в своей комнате? Я же не сошла с ума? Я четко помню, как пряталась под столом в каморке очкарика.

— Как я тут оказалась? — воскликнула, не ожидая такой громкости своего же голоса.

— Милая, ты не заболела часом? — взволнованно спросила домоправительница. — Это же твоя комната, Оксаночка.

Ее успокаивающе-заискивающий тон, словно обращалась она к умалишенной, мгновенно привел в чувства.

— Да знаю я, что это моя комната! — рыкнула на ни в чем не повинную женщину.

— Завтрак накрыт, — холодно отозвалась тетя Таня и быстро удалилась, прикрыв дверь.

Ни черта не понимала! Мой мозг никак не собирался помочь сгенерировать адекватную картинку произошедшего. Я четко помнила, как спряталась под столом в комнате очкастого утырка.

Это же не мог быть просто сон? Или мог? Очевидно, сейчас мне был способен помочь только холодный душ, поэтому я и направилась в свою ванную, чтобы попытаться привести мысли в порядок.

Ледяные капли безжалостно били по телу, словно мелкие острые камушки, но лишь так я могла ухватиться за нужные воспоминания.

Мы вчера повздорили с отцом. Нет, конечно, он имеет полное право на личную жизнь. Родители давно в разводе, папа никогда ни в чем мне не отказывал, так что… Просто слишком резко на меня свалилась эта Антонина, чтоб ее. Потом я бродила по дому, была в комнате помощничка и…

— Дура инфантильная, — бурчал чей-то недовольный тихий голос. — Сколько дней прошло? А моя жизнь уже пошла по пизде! Нет, она поскакала аки сайгак, даже покатилась, я б сказал!

Наверное, мне стоило бы разозлиться, но я не видела причин для этого. Сама прекрасно знала, что тот еще подарочек.

Рывок, и словно на волнах, меня начали укачивать сильные руки. Умиротворение стремительно смещало возбуждение. Кожу, к которой прикасались крепкие пальцы, обжигало, а от этих мест разбегались табуны мурашек. Живот скрутил тугой узел желания.

Мои, до того момента, безвольно болтавшиеся, руки нашли мужскую шею и оплели ее. Жадно вдохнув запах влажного от пота тела, я вдруг осознала, что именно так пахнет мой экстаз.

Моей макушки едва ощутимо коснулись губы, и начали перебирать волосы. Я так и не нашла в себе сил, чтобы открыть глаза и лишь упивалась своими ощущениями. Неожиданно покачивания прекратились и меня придавило тяжелым телом.

— Я десять лет этого ждал, — на грани слышимости звучал хриплый голос.

— Чего, этого? — несмело прошептала в ответ. — И почему десять лет?

Что такого могло произойти, десять лет назад?

— А это, милая моя, будет моим секретом, — прошептали губы в мой рот, воруя легкий поцелуй. — А пока — спи.

И, как ни странно, я подчинилась. Хотела проснуться, но не могла, словно, что-то удерживало меня во сне. Я слышала шорохи, ощущала касания, но уже не было той тяжести горячего, немного липкого от пота, тела.

Урод! Нет… Не может быть! Есть только один способ проверить, что было вчера: мне нужно в “Зевс” вечером.