Приват для босса

Глава 8

Алиев убрался с глаз моих долой еще полчаса назад. А я все пыталась заставить себя выйти из кабинета. На секунду Малышев всколыхнул во мне слишком болезненные воспоминания, которые я долгое время тщательно загоняла внутрь.

Неопределенность с Малышом тоже несколько омрачала настроение, ведь я не знала, что было в той злополучной бумажке. Ну, подружка! Ну, молодец! Нашла кому мои письма доверять! Что бы ни было у меня с Эмилем Летта не имела права так реагировать! И если еще сразу я думала найти ее и извиниться, то теперь мне было глубоко наплевать. В конце концов, десять лет прошло, никто так долго мужика не ждет.

— Можно? — раздался голос опарыша после легкого стука в дверь.

— Если скажу “нет”, исчезнешь? — недовольно проворчала.

— Нет, — флегматично ответил глист.

Очкарик стремительно приближался к моему месту.

— Я принес сводку, Мирон Ильич просил, — положил передо мной распечатанный журнал, переплетенный пружиной в книгу.

— Что-то еще?

— Да. Я не должен был распускать руки, и это единственное за что я прошу прощения. Вот.

Сверху на журнал легла небольшая коробочка дорогущих конфет ручной работы и маленький розоватый конвертик, как когда-то для валентинок продавали.

Подняла удивленный взгляд на помощничка: он выглядел лет на двадцать старше — этакий уставший от жизни мужик.

— Что-то…

Я хотела спросить, случилось ли что, но вовремя прикусила язык. Потому что мне плевать. Чтобы в его жизни ни происходило, он все это заслужил. Нет, это недостаточно, чтобы перекрыть всю мою ненависть.

— До понедельника, — без капли сарказма грустно бросил помощничек, и, не дожидаясь моего ответа, покинул кабинет.

Наконец, оставшись одна, я спешно вскрыла запечатанный конверт. Получалось, Малышев просто взял меня на понт? Гаденыш мелкий! Да и плевать на него.

“Сладкая,” — от одного лишь обращения в письме меня окатило жаром с ног до головы. Слишком двусмысленным показался контекст, как и слишком жадным был язык, что ласкал меня, пробовал на вкус…

“Увы, пятница у меня выпадает — личные обстоятельства”, — ну вот… А как мне теперь стресс снять? Почему-то даже стало больно от того, что мы сегодня не увидимся.

“Готов все компенсировать в ночь на воскресенье, если будешь меня ждать”, — гребаная я нимфоманка! Конечно, я буду ждать! Словно наркоман новую дозу.

“В случае твоего согласия, жди меня на том же месте в два часа ночи. Игорь”.

Ни тебе “целую”, ни “жду нашей встречи”. Словно у нас не секс, а деловые переговоры, какие-то. Ну, блин! Еще ж столько ждать! Черт! Очкарик меня сглазил, что ли? Тараканов ему в еду, говнюку эдакому!

Ладно, пора домой. Еще с папой насчет денег вопрос решить нужно. И клинику хорошую найти, анализ сделать. Быстро покидала вещи в сумку. Интересно, а конфеты от кого? Надеюсь, от маски. Я тогда дома наберу ванну с маслами, возьму вино и буду поглощать по одной конфетке, вспоминая моего Аполлона…

— Ты еще здесь? — удивленно подняла взгляд, на мечущегося по кабинету очкастого опарыша.

— Да, да все верно, — что-то странное ляпнул глистозный. — Отказываете? Могу я…

Оу, так он на телефоне?! Интересно, кто ж ему отказал? Кто бы ни был тот милейший человек, я бы ему еще и руку пожала!

— Я понял, — грустно вздохнул помощничек. — Всех благ.

Казалось, он даже не заметил моего присутствия. Продолжал перекладывать папки, словно бы ревизию проводил.

— Никто тебе и не даст, — ядовито выплюнула.

— Ага, даже за конфеты. Помню, — отмахнувшись, бросил щенок.

В смысле? Так это от него? Типа в знак перемирия?! Боже! Фу! Первым порывом было выкинуть, но… Отдам Антонине. Как раз надо отцу глаза замылить. Будем играть в счастливую дружную семью.

Дом меня встретил почти оглушающей тишиной. Как оказалось, отец сегодня довольно много гулял, под чутким присмотром Тони, разумеется, умаялся, и в восемь вечера уже спал. Ладно, завтра поговорим.

Прихватив вредности в качестве ужина с собой, поднялась в кабинет Мирона Ильича. Конечно, если он узнает об этом, мне мало не покажется, но уж больно хотелось найти что-нибудь интересное.

С другой стороны, я всегда и отмазаться смогла бы — сводку принесла.

Зайдя в помещение, сразу же открыла окно и осмотрелась. Наверное, идея нести сюда еду была дерьмовой, но, чего уж теперь — излишне куда-то рыпаться мне не хотелось.

Так-с. С чего бы начать? В первую очередь я решила аккуратно заглянуть во все шкафы. Ни за что интересное взгляд не зацепился. Вторым этапом был сейф. Естественно, я знала пароль. Точнее, совершенно случайно узнала. Как оказалось, отец за все эти годы так его и не сменил. В сейфе обнаружилась наличность, документы на движимое и недвижимое, которого оказалось больше, чем я думала, и паспорт на чужое имя. Очевидно, на случай, если отцу придется бежать из страны.

Я надеялась на большее. Ладно. Остался стол. В боковых ящиках хранились различные документы: сводки, типа той, что мне передал Малышев, досье на подчиненных, новостные вырезки, касающиеся нашей семьи или компании. К слову, на мерзкого помощничка отец досье не собирал. Или не сохранил.

А вот центральный узкий ящик удивил. Пистолет и две визитки. Одна из картонок, судя по всему принадлежала юристу, а вот вторая… Generatio Family Clinic. Шокированно сфотографировала обе визитки и решительно убралась из кабинета, стараясь скрыть следы своего пребывания в нем.

Так… Спустилась назад на кухню и занялась сбором информации в сети. Generatio Family Clinic — одна из крупнейших семейных клиник персонализированной медицины, специализирующаяся на генетических исследованиях. Твою мать! Отец что, проверял Малышева на родство? Стоп. Ну это же бред какой-то. Или… Исачкин Вениамин Пантелеевич (мужик с другой визитки) — не просто юрист, а глава Нотариального бюро номер три по седьмому округу. ОХРЕНЕТЬ!

Это у нас что, новый наследничек нарисовался, получается? Только через мой труп!

Решительно направилась обратно в кабинет. Вошла, открыла сейф, достала наличку и пересчитала. Почти три миллиона. Ну и кто в здравом уме будет столько денег хранить в доме? С другой стороны, если пропадут сто, нет, двести тысяч, отец заметит не скоро, если заметит.

Не испытывая и капли угрызений, изъяла нужную сумму, а остальное вернула назад. Ничего, папулечка, я про твоего сыночка ТАКОЕ нарою, что ты сам себе руку отгрызешь, после того, как отказ от наследничка напишешь.

Нестерпимо захотелось Малыша. Собравшись, прыгнула в машину и поехала в клуб, однако, оказалось, что сегодня мой Аполлон не вышел. Видимо, действительно, личные обстоятельства. Несколько часов я колесила по городу, пока не приехала к месту наших встреч с Маской. Забавно даже. Ну и пусть. Зато можно раздеться, напялить его толстовку и попробовать проспать сутки, чтобы поскорее наступила ночь воскресенья.

Прикупив вкусностей поблизости, я решительно направилась в квартиру.

— Да что же это такое! — бубнила себе под нос, тщетно пытаясь открыть дверь.

Похоже, замок заклинило.

— Ну, давай же! — в очередной раз навалилась на злополучную преграду, как внутри послышался шум.

Не поняла. Это что еще за приколы?!

Стала давить на звонок. Шорохи усилились. Затем начали греметь защелки и дверь, наконец, распахнулась.

— Ты зачем здесь? — выпалила первое, что мне пришло в голову.

— И тебе здравствуй, Оксана, — тихо пробормотала подруга. — Это моя квартира, если ты не забыла.

— Эм, я… — несколько растерялась, рассматривая Виолетту.

Явно мужская футболка, натянутая на влажное тело, съехала с одного плеча вниз, обнажая кожу. Растрепанные волосы, зацелованные губы, засосы на шее…

— Ты тут что, трахалась?! — шокировано воскликнула.

— А тебе не кажется, что спрашивать такое, как минимум некрасиво, подруга? — несколько грубо прошипела Летта. — И, давай-ка потише!

Ну нихрена себе! Это еще что за фокусы?! А что если и она трахалась сейчас с моим Малышом? Дудки! Я просто так не отступлю.

— Я хочу знать с кем ты здесь! — резко ответила на выпад.

— Зачем ты вообще пришла? — устало прошептала Красовская. — Поругаться захотелось?

На мгновение стало стыдно. Мне бы порадоваться, ведь она десять лет ни с кем не…

— У меня здесь свидание, — несмело начала. — Ты же сама ключи дала, вот и…

— Сегодня? Сейчас? — ошарашенно уставилась на меня блондинка.

— Завтра, но…

— Вот завтра и приходи! — попыталась закрыть перед моим носом дверь.

— Нет уж, — чуть пролезла плечом в щель. — Послушай, дорогая, если здесь мой Аполлон, то я…

— Я с Кириллом, — торопливо бросила Красовская.

Чег-го? Да быть такого не может! Однако, почти сразу последовал неприятный тычок в грудь, и перед моим носом с шумом захлопнулась дверь.

Ну, как она могла? Он же… мерзкий! Да еще и мой брат, кажется… Надо срочно избавиться от мальчишки!

Бойся своих желаний, они имеют свойство сбываться. Я мечтала проспать сутки? Практически так и вышло, с одной лишь разницей — начались месячные. И почему Бог настолько не любил женщин, что создал женский организм именно таким? Как же это больно, противно и… обидно!

Черт возьми! Я все равно поеду к Малышу! Надо хотя бы сказать ему, что я ждала встречи с ним. А еще… Я очень хочу сделать ему подарок — парфюм. Мой тестостероновый Аполлон имеет собственный умопомрачительный запах, именно поэтому и захотелось его перебить, например, нотками ананаса. И плевать, что мужская композиция Aventus была создана более десятка лет назад, мне показалось, что именно этот аромат покроет моего мальчика флером неприкосновенности. Да, я собственница. И что?!

Сборы на встречу были мучительными и долгими. Шевелиться не хотелось от слова “совсем”, но страх, что я могу больше никогда не увидеть Малыша, придавал ускорения, пусть и мизерного.

“Квартира свободна”, — гласило сообщение от подруги, на которое отвечать не хотелось. Надо будет придумать иное место для встреч, поэтому что с Леттой общаться сейчас как-то не горела желанием. Она вдруг стала для меня грязной. Ну как можно настолько испачкаться в Малышеве?! В этом куске глистоподобного дерьма!

Такси довезло меня до клуба чуть быстрее, чем я планировала, так что, моя задница, втиснутая в джинсы, покоилась на бордюре, так как ноги практически не держали.

— Не ожидал, что ты придешь, — раздался рядом со мной мягкий бархатный голос.

Я хотела подскочить и врезалась в Малыша, который наоборот, присаживался рядом.

— Извини, — пробормотал Маска.

— Ой, прости, — пропищала, падая назад.

Однако, моя попа так и не встретила с кусом бетона. Я оказалась на ручках. Игорь выпрямился, а я уткнулась носом ему в шею. Сразу стало немного легче, прям магия какая-то.

— Привет, — прошептала.

— Привет, — так же тихо ответил Малыш, чуть сильнее сжав меня.

— А почему ты решил, что я не приду? — опомнившись, задала волнующий вопрос.

Парень хмыкнул.

— Ну, просто ты любишь, когда все так, как ты хочешь, — не сказал, скорее промурчал мне на ушко.

Будь на месте моего Аполлона кто-то другой, я бы непременно обиделась: назвать меня капризной принцессой, хм. И плевать, что так и есть. Но Малышу можно многое — слишком сильно мое тело нуждается в нем.

— Ой, — вскрикнула, вырываясь. — Поставь меня.

— Злючка, — фыркнул Маска. — Ну что стряслось?

— Я… — замялась, пытаясь подобрать слова. — Мы сегодня не можем.

— Мммм? — удивленно протянул Малыш.

— Ну, секс, — смутившись, бросила.

— А, понял. У тебя дела?

Казалось, его голос стал немного расстроенным, а тело, в которое я упиралась, окаменело.

— Или… — словно поймав озарение, чуть резче продолжил Игорь: — Ты же помнишь, что я не люблю делиться?

— Я, кстати, тоже не люблю, — насупилась. — Ты всё ещё только мой?

— Твой, — выдохнул Малыш и я вместе с ним. — Так, а что за проблемы тогда?

— Ээээ… — мозг напрочь отказывался подкидывать нужные объяснения. — Ну, я, как бы, не пригодна сегодня для интима.

— Месячные? — вот так вот просто и сразу спросил.

Фух, сам догадался. Вроде бы, все естественно, но мне всегда было сложно объяснить мужчинам, почему не будет секса.

— А хочешь, я тебе просто массаж сделаю? Наверняка ж тело затекло, болит.

Очень. Хочу.

— Как думаешь, а если мы купим вино и просто кино посмотрим, это же не будет считаться свиданием? — спросила с надеждой.

Романтики мне только не хватало. Еще потом щеночек влюбится в меня, и что мне с ним делать? Ну не домой же забирать…

— Это будет тем, чем мы захотим, — прошептал мне в рот Малыш.

Но… Поцелуя не последовало. Вздох разочарования слетел с губ.

— Я же не железный, сладкая, — промурлыкал Маска. — К тому же, сегодня без сладкого остался.

Отгоняя от себя пошлые мысли, я вспомнила о парфюме.

— У меня для тебя подарок! — воскликнула, копаясь в сумочке.

— Лучше, чем твоя киска? — загадочно улыбнулся Игорь.

Я чуть было не выронила сумку от мгновенно накатившего на меня возбуждения. Вот как он это делает?!

Настроение разыгралось, поэтому, чтобы хоть немного остыть, я даже предложила прогуляться до ближайшего круглосуточного магазина пешком. Еще пришлось зайти в бар. Однако, до квартиры Красовской мы добрались все равно достаточно быстро.

Удивительно, но одно лишь присутствие Маски рядом словно исцеляло, сводя боль к минимуму. К слову, как ни странно, но никто даже не удивился парню в маске, за исключением охранника в магазине, разумеется.

— Э, мужик! — попытался тормознуть нас в магазине местный блюститель порядка. — А ну лицо покаж!

— Сорян, у нас игры такие, госпожа ругаться будет, — пожал плечами Малыш.

И… это подействовало. Больше никаких проблем мы не встретили.

Убежище встретило нас пустотой и темнотой. Мы решили расположиться в спальне, где висел телевизор и устроить там “пикничок”.

Однако, как оказалось, без сюрпризов все-таки не обошлось: во-первых, атрибутикой из секс-шопа, которую я прикупила в прошлый раз, явно пользовались. Во-вторых, толстовка, что мне оставил Игорь, оказалась порезана и выброшена в мусорку. И обнаружили мы это, когда отправились на поиски бокалов.

От обиды я даже расплакалась. Хотелось схватить телефон и позвонить подружке, но Малыш меня вовремя тормознул.

— Я тебе еще одну принесу, хочешь? — глядя на меня, словно на неразумного ребенка, ласково спросил Малыш.

— Угум, — угрюмо пробормотала я, насупившись и окончательно осознавая, что место для встреч однозначно нужно другое.

— Ну и чего ты тогда губы надула? М? — навис, отчитывая меня, словно бы старший из нас Маска.

— Я… она… — всхлипывала, никак не сумев сформировать мысль.

— Ее здесь нет, — заговорщицки начал Малыш. — Зато есть я. И по плану у нас — массаж.

Подхватив меня на руки, Малыш вернул нас в спальню и мягко опустил меня на кровать. Я даже не успела сообразить, как оказалась в одних лишь трусиках перед одетым Аполлоном. Правда, кофту Маска с себя скинул, оставшись в борцовке.

Непонятно почему, однако, сам факт моего обнажения перед этим самцом действовал возбуждающе, невзирая на все сопутствующие обстоятельства.

— Ложись, как тебе будет удобно, — вырвал из мыслей хрипловатый голос.

Я не сразу сообразила, что мы все говорили о массаже, поэтому так и осталась сидеть на попе ровно.

— Ну, что ж, принимается, — хмыкнул Малыш, потянувшись за массажным маслом. Я ожидала некоего пошлого действа, вроде поливания моей груди из флакончика, однако Маска и здесь меня удивил. Потому что вначале он взял повязку для глаз и с ее помощью аккуратно изобразил что-то вроде пучка у меня на голове.

Лишь после этого в его руках оказалось масло. Налил небольшое количество жидкости себе на ладонь, отставил флакончик и растер руки. Затем, присев напротив, опустил свои горячие руки мне на шею, и начал поглаживать линию от подбородка вниз большими пальцами. На шее сзади ощущались постукивающие движения. Я расслабилась и прикрыла глаза.

— Вот так, — прошептал в губы Малыш. — Отдыхай.

Я чуть не начала разочарованно ругаться, потому что вдруг испугалась, что это — конец, но руки, вместо того, чтобы исчезнуть, скользнули ниже, опустившись на плечи.

Здесь, в плане силы, Маска позволил себе чуть больше: я и не думала, что за пару недель в офисе мои мышцы так забились, потому что опытные действия Игоря почти отзывались болью. Почти.

Следом обе руки переместились на одну из моих верхних конечностей, гуляя сверху вниз и обратно, и так по кругу, пока, наконец, не остановились на ладони. Конечно, и во время маникюра, мне не единожды делали массаж рук, но в действиях Игоря каждая деталь казалась интимной. Аналогичная “участь” постигла и мою вторую руку.

Затем, судя по звукам, Малыш добавил еще масла себе на ладони, которые вскоре легли мне на живот.

— Если бы не месячные, я бы тебя уже трахнула, — простонала, кайфуя, едва ли не оргазмируя, от фантастических ощущений.

— Мы только начали, сладкая, — прошептал в ответ Маска, переключаясь на крайне чувствительную грудь.

Нежные, но, вместе с тем, смелые движения не ласкали, а именно массировали мой бюст, старательно избегая набухшие соски.

“ Как же я его хочу, Боже!”, — мысленно кричала.

Внезапно руки исчезли, как и тепло, находившегося совсем близко идеального тела.

Я захныкала от разочарования и открыла глаза. Однако тут же почувствовала движение за спиной.

— Ну и чего принцесса губки надула? — фыркнул, обдавая шею своим дыханием Малыш. — Продолжаем?

Я лишь довольно простонала, ощутив ладони, скользившие по моим лопаткам вверх.

И снова все началось с шеи. Затем — плечи и спина. Я продолжала сидеть, несмотря на неудобную и надоевшую позу, потому что отчаянно не хотела, чтобы это заканчивалось.

Но стоило Маске облокотить мою спину, на свою обнаженную (и когда он успел?) горячую грудь, и накрыть мне ладонями соски, как я оказалась непомерно счастлива, что массаж остался позади.

Сильные руки продолжали ласкать мою грудь, а горячие губы покрывали шею поцелуями. И тем не менее, я находилась на грани оргазма.

Словно почувствовав это, одна мужская ладонь скользнула мне между ног. Я не успела, а может и не захотела, остановить Малыша, и ощутила пальцы, пробравшиеся под ткань трусиков. Прикусив мочку уха, Маска накрыл рукой мой клитор и, сделав, от силы, движений пять, подарил мне желанную разрядку.

Мое расслабленное и абсолютно не подвластное своей хозяйке тело, каким-то странным образом оказалось в ванной.

— Если хочешь, мы могли бы продолжить здесь, — всматриваясь в глаза, прошептал Малыш.

Господи! Его рука! Он же… Только что… Какой стыд! Кошмар!

— Сладкая, не думай. Мне плевать, я хочу тебя.

— Но это же…

— И ты хочешь.

— Но разве…

— И врачи говорят, что может быть полезно, если осторожно все делать.

Чертов змей-искуситель! Конечно хочу! Да мне достаточно скользнуть взглядом по этому идеальному обнаженному торсу, чтобы начать течь, как сучка. Или скосить взгляд в сторону вздыбленной ширинки.

— И правда, хочешь, — улыбнувшись, пробормотала.

Наверное, будь ему действительно противно, он бы никогда не предложил…

— Доверишься мне? — словно под кожу, вгрызся зубами вопрос Маски.

“Что я творю?!” — кричал мой мозг, когда губы шептали едва уловимое “Да”.

Неторопливо лаская мое тело, Малыш завел меня практически до предела. Мозг пытался сгенерировать картинку того, как все должно быть, однако ничего дельного на ум не приходило — мозги растеклись лужицей от горячих поцелуев, покрывающих мое тело.

Мы так и стояли на плитке пола, а я несмело (едва ли не впервые в жизни) снимала со своего любовника штаны.

— Секунду, — оторвавшись от моих губ, прошептал Маска. — А нет, придется подождать минутку.

Я застыла с недоуменным выражением на лице, потому что Игорь внезапно вышел из ванной, прямо так, со спущенными штанами и стоящим колом членом. Я почти успела обидеться и расстроиться, как Малыш вернулся назад. Полностью обнаженный, с презервативом в руке.

Чуть отодвинув меня в сторону, Маска сгреб обилие предметов, расположенных на стиральной машине и переместил их в раковину. Затем на стиралку легло полотенце, на которое через мгновение опустили и мою попу.

— Почти все, — хрипло проговорил мне на ухо Игорь, освобождая мои волосы.

— Зачем? — удивленно посмотрела на парня.

Тратить на это время, в такой момент… Глупость какая-то. Может он просто передумал?

— А вот зачем! — хитро подмигнул Малыш и… натянул повязку мне на глаза.

Я сразу почувствовала себя уязвимой. Мне итак было жутко неловко, а тут еще и это.

— Ты обещала мне верить, — прошептал в губы Маска, не позволяя убрать тряпку с лица. — Если ты не снимешь свою, то я сниму свою.

Надо ли говорить о том, как сильно мне захотелось рассмотреть этого Аполлона, хотя бы пальцами?! Я лишь молча кивнула.

Легкий, едва уловимый шорох, а затем о мое лицо потерся теплый нос, неприкрытый никаким материалом. Ликуя, что Малыш снял, наконец, маску, мои руки буквально побежали исследовать лицо. Пальцы жадно обрисовывали каждую черточку мужественного лица. Все звуки вокруг словно исчезли, ведь это была моя маленькая победа.

— Хм, — я почувствовала, как лицо слегка нахмурилось. — При других обстоятельствах, я бы счел это изменой.

Что? Однако, задать вопрос вслух не успела, потому что почувствовала движение удаляемого из меня объекта для дней Х. Однако и до стыда дело не дошло, потому что пустующее место сразу же занял давно готовый на подвиги член, даря приятное распирающее чувство внутри.

Слишком долго Малыш меня не терзал. Оказалось, что и вправду, ничего страшного в таком грязном сексе нет. Наоборот, чувствительность выше. И, что стало шоком, боли сошли практически на нет. Посмотрим, конечно, что завтра будет, а сегодня — четыре моих оразма против одного излива в резинку.

Я понимала, что это совсем не то, чего бы хотелось Маске, но он ведь сам так решил, чтобы не навредить. Более того, после того, как Малыш меня обмыл и ополоснулся сам, в кровать мы вернулись втроем: я, он и у него. Тем не менее, Маска уверял, что не о чем париться, что будет новый день, а он просто… соскучился.

Ну да, у нас же впереди еще целый день!

Мы забрались в кровать и только после этого Игорь снял с меня повязку, а я уныло вздохнула, потому что на нем снова была чертова маска. Надо будет от нее избавиться! Неглядя включила фильм “Предложение” (как-то само вышло), а Малыш организовал нам “поляну”, откуда-то притащив и злополучные конфеты, которые я так и таскала с собой.

— Я не стану их есть, — брезгливо отодвинула от себя коробку. — И тебе не советую, вдруг там яд?

Игорь заливисто засмеялся, но забросил конфету себе в рот, показательно смакуя, а затем, притянул меня к себе для поцелуя. Конфету, естественно, уже доедала я.

— Если мы умрем, я тебя убью, — ворчала на Малыша, испытывая гастрономическое удовольствие от сладости.

— А что, у кого-то есть повод тебя отравить? — фыркнул Игорь.

— Вот фильм видишь? Мерзкая властная стерва у власти и мямля без яиц в подчинении? — кивнула в сторону экрана, где героиня Сандры Буллок приказывала герою Райана Рейнольдса жениться на ней. — Как раз история про моего помощника, только ему с начальницей повезло — я ведь не мерзкая, правда? — игриво спросила у Маски.

Вместо ответа Малыш поцеловал мое плечо. Получилось слишком интимно для любовников, если под этим понимать только секс.

— Так вот он меня выводит настолько, что я не удивлюсь яду в конфетах, — продолжила гнуть свое.

— Что, и предложение ему тоже делать будешь?

— Только одно — выйти в окно, — вот здесь я не лукавила. Потому что уволиться с миром я этой мрази не дам. Выходной день, такой прекрасный, и тут мне сраный помощничек безбожно нагадил. Ненавижу!

Нестерпимо захотелось напиться, чтобы не думать об этой мерзости. Хотя бы сегодня. Казалось, Малыш компанию поддержал. А затем меня накрыло — я должна была наконец избавиться от этого груза на душе. Да и уши свободные как нельзя кстати…

— Знаешь, — начала заплетающимся языком. — А ведь с тобой мы могли бы вообще не предохраняться. И нет, я не пью никакие таблетки — слишком ненадежно, — выдала вердикт, делая глоток из красивого бокала.

Маска лишь погладил мои ноги, как бы давая зеленый свет на дальнейшую историю. Да и говорить, собственно, не о чем. Я дура. И все.

— У меня стоит новый имплант, уже второй по счету, — запивая жадными глотками практически каждое слово, буквально выплевывала из себя информацию. — Нет, я со всеми своими мужчинами предохранялась по классике, презервативами, вот только это не уберегло от беременности.

В какой-то момент где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что пора бы мне заткнуться. Но воспоминания накрыли лавиной, вызывая бурю в душе, и я просто не могла остановить поток слов, льющихся из меня, и внезапно выступивших слез. Я словно бы вновь оказалась один на один с этим страхом, с этой болью, с этой тайной, что хранила эти годы…

О том, что со мной что-то не так, я поняла не сразу. Тошноту, сонливость и сбой цикла списывала на стрессы из-за учебы.

Когда в кампусе я потеряла сознание и оказалась в кабинете врача, первым же делом мне предложили тест на беременность. Я скорее удивилась, чем испугалась. Навороченный кусок пластика показал срок в семь-восемь недель. Просчитав все от и до, стало понятно, что ошибки быть не может.

Через три дня, наконец, собравшись с мыслями, я сообщила Раулю и мы повздорили. Он не собирался жениться и заводить семью, а я в тот момент хотела лишь немного поддержки…

Мы спорили, ругались, а он пил. Я ушла в душевую. Рауль пришел почти следом. Сначала грубые прикосновения заводили, но я все равно оказалась недостаточно готова для него. Поставив меня на дно душевой в любимую позу на четвереньках, мужчина брал мое тело резко, порывисто и очень долго, а не те обычные две минуты. Время текло мучительно медленно, я не могла орать, как и отбиваться — боль скручивала все внутренности.

— Теперь можно без резинки, да? — гаденько ухмылялся Рауль. — Вся моя до основания. Нравится? Скажи, что тебе нравится!

Должно быть, мой скулеж мужчина воспринимал за восторженные стоны, потому что хватка на бедрах каждый раз усиливалась, а толчки становились грубее.

Наконец, кончив в меня, довольный самец покинул душевую, а я безвольной куклой растянулась там, на дне, увидев вытекающую кровь.

Много часов спустя, когда я пришла в себя в больничной палате, рядом плакал мой уже бывший мужчина. Причитал о том, как ему жаль.

— Об этом никто не знает, даже Летта, — продолжала плакать, выплескивая накопленные эмоции.

“А теперь она ничего обо мне и не узнает”, — мысленно добавила. От этого стало еще больнее, я словно сестру потеряла…

— Ты умница, что рассказала, — сильнее прижимал к себе Малыш. — Значит мне не показалось, что я напугал тебя в прошлый раз?

Ну почему так: когда мне от жизни практически ничего не надо, появляется такой чуткий и внимательный любовник?

Какое-то время мы молчали. Снова я все умудрилась испортить. Ну как так?!

— Уверен, ты еще станешь мамой, просто еще время не пришло, — перебирая губами волосы на моей макушке, тихо шептал красавчик.

А я продолжала плакать. Даже не потому, что боялась того, что слова Малыша могут стать пророческими. Просто я в очередной раз убедилась в том, что дура! Только что дала мужчине в руки оружие против меня. Ведь зарекалась, что этого никогда не произойдет, но… Мне почему-то очень захотелось открыться, поделиться… Когда Малыш был со мной таким… Словно забирал мою боль, пока обнимал и утешал меня, прижимая и ласково поглаживая. И я чувствовала облегчение и это ложное чувство любви и собственной значимости… До того, как протрезвела от своего же признания и осознания, что именно натворила… Ведь передо мной просто секс-машина в маске, а не родной человек.

Оставалось надеяться, что Игорь достаточно пьян для того, чтобы забыть услышанную информацию. Или по утру это можно было бы списать на сон…