Пульс "Элиона"

Глава 10

В последнее воскресенье сентября тут отмечают день машиностроителя. Ну и, разумеется, руководство техникума захотело устроить своим учащимся праздник. С подачи Костиного отца с нами согласился встретиться директор. Он пришёл на прослушивание вместе с двумя солидными товарищами и своей секретаршей.

В отличии от меня ребята волновались, ведь это первый серьёзный шаг. Если нас пропустят, то это станет официальным признанием. Каждый производственный или учебный коллектив предпочитал иметь в своих рядах подобные карманные ВИА, которые бы радовали народ. И для отчётности наверх тоже не помешает. Типа воспитали в своих рядах творческий коллектив. И не важно, что ребята не являются учащимися их техникума.

В начале праздника было много говорильни, в актовый зал согнали большую часть учащихся. Подозреваю, что не обошлось без принуждения. Это легко, стоит только пообещать наказать стипендией или ужесточением сроков сессии.

После официальной части повеселевший народ повалил на дискотеку в спортзал. И только под самый конец объявили о том, что в гости приехал самый настоящий вокально-инструментальный ансамбль. Что вызвало радостные вопли всего зала. Живая музыка редкость, но большая часть отнеслась скептически. Наверное думали, что опять будет что-то ура-патриотическое. А когда зазвучали первые аккорды бессмертной композиции «Bluebird», зал взорвался аплодисментами. Я внимательно следил за ребятами. Буквально первые мгновения была растерянность, соло-гитара побежала вперёд, но вскоре ритм стал основой, а ударные пульсом. Песня перестала быть набором отдельных партий и превратилась в одно целое. Зал замер, ушёл недовольный гул.

Нам удалось доиграть до конца, не ускоряясь и замедляясь. Так как я просил на репетициях. Я даже с середины композиции отдал пальму первенства Толику.

Дождавшись, когда смолкнут крики и хлопки, поднял руку, призывая к полной тишине. Сейчас я вышел чуть вперёд, это соло и ребята побудут немного статистами.

На этот раз постарался не смотреть в зал, мне показалось важным спеть ради того, что я потерял. Не ряды кресел сейчас передо мною. Я вспоминаю полного и неуклюжего Виталика, который панически боялся женщин. Вспоминаю худющего Даниэля, с острыми плечами и вечной усмешкой, который внешне был очень похож на известного американского комика и всячески усиливал этот эффект. Вспоминаю жизнь, которую я потерял. Как мы сидели на кухне у моих родителей, передавая друг другу гитару. Я просто пел, так как дышал. Не напрягая голос, английские слова легко ложились на музыку. Сейчас я как бы находился не совсем здесь. И когда зал взорвался аплодисментами, я даже вздрогнул от неожиданности.

Потом мы сыграли на-бис вместе, но повторить свою песню я отказался, сославшись на проблемы с горлом.

После этого был сложный разговор с отцом Константина. Оказывается, что Григорий Александрович и сам в молодости лабал на гитаре. Играли на свадьбах и даже в ресторанах. Поэтому он в курсе наших проблем.

— Ну, играть вы можете, молодцы. Даже не ожидал, что из моего балбеса может выйти толк. Но хотелось бы кое-что объяснить. Если вы, конечно, хотите продолжать, — увидев мою заинтересованность, отец Костика продолжил:

— Во-первых нужна аппаратура. И не абы что. Гитары ладно, гитары вы найдёте и получше. А вот усилитель у вас фонил безбожно, да и дохловат он для зала. Микрофон вообще левый, слова скорее угадывались. А руководство любит, когда всё звучит аккуратно. Не громко — а понятно.

Мужчина грустно посмотрел на меня и потянулся к пачке сигарет. Закурив, продолжил, — во-вторых, вы должны быть чьими-то.

— В смысле?

— В прямом. При учебном заведении, при клубе или от имени комсомольской ячейки. Главное, чтобы вы были приписаны к организации. Тогда вас будут приглашать. Поверь мне, я знаю, что говорю — это мужчина отреагировал на мой скепсис.

— Ну и в-третьих, ваш репертуар. Запад — это хорошо и модно, молодёжь на это идёт. Но решения принимаются в кабинетах у начальства. Получается, что для того, чтобы вам дали возможность выступать, надо включить в репертуар и правильные песни. Не обязательно про комсомол. Можно петь и про любовь, и про молодость. Мы именно так и поступали, когда играли в своё время. Сначала то, что нужно, а только потом что людям нравится. Так что думайте, ты парень взрослый, армию прошёл. Не то, что эти недоросли. Всё детство в заднице играет.

На этом фоне совершенно неожиданным стал вызов на ВТЭК. Оказывается, всё это время матушка занималась моими делами. В результате меня признали инвалидом III группы сроком на год. Этот факт значительно ухудшил моё настроение. Неприятно, когда тебя признают ущербным. Правда на следующий год всё могут отменить. И меня даже не порадовала увеличенная зарплата. Как слесарю II разряда мне стали платить 145 рублей, плюс 43 за инвалидность. Да у меня мама со всем её двадцатипятилетним стажем столько же получает.

День рождения ленинского комсомола получился репетицией перед ноябрьскими праздниками. Я вырядился в отутюженную мамой форму, повесил медали и попёрся в родную школу.

Актовый зал полон, завуч загоняет детей внутрь. Видать отлавливает на улице как мальков и загоняет с помощью помощников.

На сцене за столом с ответственными лицами заседает руководство школы, в том числе и Маргарита. В центре важно восседает пожилой мужчина с красным лицом и седой гривой волос. Это штатный школьный пенальтист. Ну, в том смысле, что этот ветеран ВОВ имеет какое-то отношение к нашей школе. И именно его обычно приглашают на праздники открывать собрания. Вот и сейчас после короткого спича директрисы, ветеран взял слово и так увлёкся, что проговорил минут сорок. Лично мне было любопытно его слушать. Он рассказывал, о товарищах, с которыми воевал. О жизни на фронте и в тылу. Но его почти не слушали. Дело в том, что таким тоном легко погружать слушателей в состояние кататонии. Половина зала уснула, другая активно занималась своими делами. И не помогали шиканья учителей. Ну и, наверное, эти рассказы школьники выучили как азбуку. А когда ветеран закончил, и Рита бодрым голосом предложила задавать вопросы, никто не поднял руку.

— Ну тогда давайте поприветствуем следующего нашего гостя. Дмитрий Анатольевич Зубов выпускник нашей школы. После окончания поступил в училище. А в армию был призван как один из лучших в Афганистан, где почти два года защищал братский афганский народ от происков врагов. Дмитрий Анатольевич имеет правительственные награды. Это медали «За отвагу» и «За боевые заслуги», и ещё награду от правительства республики Афганистан.

Рита так ловко всё описала, что становится удивительным, почему меня обошли при награждении звездой Героя.

Я волновался самую малость и исключительно в том плане, чтобы не завраться. Старался говорить не о себе, а о боевых товарищах.

Старшеклассники сидели на задних рядах и когда поднялся высокий нескладный парень с вопросом, «приходилось ли мне убивать врагов?», Завуч привстала, — Васнецов, немедленно прекрати. Дмитрий Анатольевич, вы не обязаны отвечать на такое.

— Нет, почему. Не исключено, что и вашим выпускникам доведётся оказаться в моей шкуре. Конечно, я стрелял, это война. Пусть погибнет враг, а не твой товарищ, — здесь я не лукавил, только вместо Афганистана перед моими глазами стояла полуразрушенная Газа, изрытая норами и туннелями. Я не только стрелял, но и видел результаты этих действий. Сказать, что я спокойно спал после этого — значить соврать. Предпочёл бы вырезать этот кусок своей жизни. Но, по-моему, мне удалось донести до ребят одну простую мысль, если враг пришёл на твою землю, надо воевать. И убивать если потребуется. Другое дело, иногда эта война может идти не только на твоей территории.

А потом меня окружили старшеклассники с оригинальными вопросами, — скажите, а афганские девушки красивые? — это естественно интересовало девчонок. Парни спрашивали, довелось ли мне стрелять из настоящей пушки и миномёта. Спасение пришло в лице Марии Исааковны и Риты, — так, дети, дайте нашим гостям передохнуть. У вас ещё будет возможность задать свои вопросы в ноябре. Надеюсь, Дмитрий Анатольевич согласится быть почётным гостем на школьном праздничном концерте.

По окончанию вечера в кабинете у директрисы мы пили чай. Мой старший товарищ раскраснелся, никак принял для укрепления сил пару стопочек горячительного. Но мне кроме чая и печения ничего такого не предложили. Зато видимо Маргарита на мне заработала немало бонусов перед начальством, потому что девушка позволила себя проводить и даже чмокнула меня в щёку. Правда промахнулась и попала в шею, оставив там разводы кровавой помады. Я бы не отказался от более плотного контакта, даже этот невинный поцелуйчик вызвал у меня целую бурю эмоций. Ну нравится она мне. Всё тело у неё такое аккуратно скроенное, руки так и тянутся погладить эти восхитительные выпуклости и впадинки. Милое личико и невинные глазки заводят намного сильнее, чем развязанное поведение Татьяны. В прошлой жизни у меня были различные женщины. После знакомства дело быстро переходило в горизонтальную плоскость. И конечно разумом я понимаю, что задрав юбку на женщине, я не обнаружу там Америку. Но глядя на Риту понимаешь, что сочетание невинности и молодости в купе с физиологическим потребностями моего молодого организма, заставляют делать глупости. Слушая девушку, мой взгляд останавливается на скромном вырезе её платья. И я пытаюсь представить, что скрывается под дешёвым девичьим лифчиком. А когда подруга садится, оголяя округлые коленки, моя бурная фантазия заставляет отводить взгляд, чтобы не спалиться. Когда я выгуливаю девушку, то иногда она берёт меня под руку и мы как взаправдашние чапаем после позднего киносеанса. А выходя из автобуса Маргарита протягивает мне ладонь и бывает, что я забываю отпустить её. Тогда иду и млею от нежных чувств. Хуже всего, что я не влюблён в девушку. Думаю, здесь чувства иного порядка. Но помочь мне в этом Рита точно не сможет.

На досуге я накидал список необходимой нам аппаратуры. На сегодняшний момент у нас имеются две акустические гитары и убогая ударная установка. А также слабенький усилитель радиолы. Всё, ещё чуть ли не домашний микрофон. Лично я так представляю стартовую комплектацию нашего доморощенного ансамбля:

Нам позарез нужна бас-гитара, причём обязательно электрическая. Акустика тут не покатит, звук падает, его элементарно не слышно. Если по полочкам, то главным инструментом является ритм-гитара. Это основа. Она играет аккорды и держит темп, ведёт композицию. По-простому, ритм-гитара — это дорога. Пока она есть, все знают куда идти.

Соло-гитара — это украшение, именно она раскрашивает песню, играет вступление и вставляет короткие фразы между строчками. Хороши и проигрыши в её исполнении. Опять-таки если своими словами — то это рисунок поверх дороги. Без неё дорога скучная и серая.

Отдельная песня — бас-гитара. Именно бас соединяет гитары с ударником, он делает звук плотным и взрослым. Бас чувствуют всем телом, и он заставляет отзываться каждую клеточку вашего тела.

Теперь ударник — даже с одной гитарой ударник решает проблемы звучания. Он держит ритм и ставит акценты. Ударник — это пульс. Пока он есть, песня жива. Задача ударника держать строй.

Итак, в первую очередь после басовой гитары нам нужна мощь. На каждую гитару свой усилитель, ватт на 100 для начала. Разумеется, раздельные для каждого инструмента. Для баса помощнее. Не знаю, что имеется в продаже, возможно можно заказать на заводе. Для вокала тоже нужен отдельный усилитель, иначе можно с красной рожей напрягаться, а из зала ничего не будет слышно. И хотя бы один толковый микрофон для солиста. Шикарно было заиметь микшер на полдюжины входов. Ну и обвязка всякая, переходники, провода.

Да, я забыл добавить к ударной установке хай-хэт. Это две тарелки и педаль, звук получается тише, но богаче. Неплохо бы обзавестись навесным томом для заполнения пауз. Ну и обязательно пару колонок ватт на сто. Это для начала. Убого, конечно, но и Рим не сразу строился.

— Хм, да откуда нам взять бабло на всё это? — в последнее время Толик часто придирается к каждому моему слову. По-моему, он жалеет, что я нарисовался в их коллективе. Раньше его слово было решающим, а сейчас так, пискнет что-то, а ребята смотрят на меня. Даже девчонки, бывшие верные поклонницы, переметнулись на другую сторону. А потом Лёва просто передал слова своего товарища, «да неохота время терять и заниматься ерундой всякой», с такими словами Анатолий и покинул нас. Что интересно, его как-то мгновенно забыли.

— Ну не знаю, надо с батей поговорить, — Костя ещё раз пробежал глазами по списку. Неделю мы собирались с духом, всем хочется раскрутиться, и парни понимают, что мы не можем прогрессировать с радиолой вместо усилителя.

Постепенно стали вырисовываться контуры выполнения задачи. Здесь здорово помогли наши комсомольцы, и, в частности — их вожак Виталий Саенко. Комсомольский лидер уловил некий посыл и пообещал переговорить с ребятами с радио-сборочного участка. Они берут на себя изготовление усилителей. Им только нужно выяснить мощность будущих устройств и количество входов-выходов.

— Ничего, Дима, наши комсомольцы будут работать по субботам, детали я выбью, а ты уж озаботься корпусами для аппаратуры, это уже ваш участок производит.

Колонки нашлись в заводском клубе. Целых четыре штуки, это киношные экземпляры, размером с небольшой шкаф. Одна беда, там один широкополосный динамик мощностью 100 ватт. Высоких частот вообще нет, поэтому пришлось озаботиться поиском подходящих высокочастотников. Спецы повесили на них конденсаторы и получился звук среднего качества. По-крайней мере вокал перестал бубнить и даже слышны тарелочки.

А вот достать электрическую бас-гитару оказалось не так просто. В магазине лежит гитара «Урал», стоимостью 170 рублей. Но звук — полное убожество. Тонкий и невыразительный, «строй» гуляет, звукосниматель примитивнее некуда. Лучше никак, чем с таким звуком. А ещё остро стоит вопрос финансирования. Мы уже скинулись по 130 рублей. Но вообще-то ребята студенты и им пришлось клянчить у предков. Причём участвовали все, включая Павла и трёх оставшихся девчонок-фанаток. Там Костя разбирается с финансами, авось сможем вернуть долги.

Разумеется, сразу встал вопрос репертуара. То, что ребята играли, лучше позабыть. Легче наиграть новую программу, чем переделывать уже привычную. Вопрос, кто руководит — вообще не стоял, с уходом Толика этим занимался я. То есть творческие моменты теперь исключительно на мне. Ну а Пашка стал нашим духовным лидером. Дело в том, что у него обширная библиотека магнитофонных записей, и достать он может самые свежие. А ещё есть у него знакомцы в мире фарцовщиков от музыки. Так он ещё занимается поиском толковой электрогитары.

На выходных мы шли к Павлу и искали подходящие песни. Я пытаюсь увести их от исполнения привычных песен. Вот к примеру, можно взять Eruption «One way ticket» или «I can't stand the rain». Неплохо обратиться к Status Quo. У них есть две приятных композиции «Whatev er you want» и «Rockin all over the world». Все эти песни сейчас крутят на Западе, текст абсолютно безобиден. Там нет агрессии, вызова и протеста, что так опасаются советские чиновники. Это можно отнести к лёгкому року, я имею в виду SQ. А Eruption — вообще чистое диско.

В итоге мне удалось убедить ребят и пошла работа. Я занялся записью слов.Самый скромный и молчаливый среди нас — это крепыш Ваня. Оказалось, он окончил музыкальную школу по классу гитары, которая относится к народным инструментам. И Ваня засел за подбор мелодии. Среди нас других кандидатов нет, разве что я, но у меня своей работы хватает. Для этой непросто работы требуется три вещи — ухо, терпение и магнитофон. Благо, Пашка подготовил для нас чистые записи этих песен.