Пышка-попаданка на (не)счастье дракону

Глава 2

Хм… очень странный способ делать предложение. А как же узнать друг друга получше?

— Какое пробуждение? Чьего сердца? — я чувствовала, как теряю нить. Драконы, каменные мешки, а теперь ещё какое-то сердце.

Мужчина неторопливо поднял руку и коснулся амулета на своей груди, — ярко светящегося сиреневого камня.

— Моё сердце заключено здесь. И оно, — лорд произнёс следующее с явным усилием, — отозвалось на тебя. Ты станешь моей истинной парой. Это закреплено решением Верховного Совета.

Я уставилась на амулет, потом на каменное лицо незнакомца, потом снова на амулет. В голове что-то щёлкнуло.

— Погодите-ка. Вы хотите сказать, что я… ваша судьбоносная половинка? По решению какого-то совета и дешёвой бижутерии? — Я фыркнула. Истерический смешок вырвался наружу. — Да вы что! У меня в родном мире жених стеснялся меня на день рождения друга вывести, а тут целый дракон… со своим сердцем в кулоне! Да это же сказка!

Лицо мужчины исказила гримаса раздражения.

— Это не сказка, а твоя обязанность. И моя проблема. Которая, — он шагнул ближе, и его взгляд упал на пустой кувшин на столе, — уже привлекает нежелательное внимание. Что ты пила?

Вопрос прозвучал резко. Я машинально ответила:

— Девушка с сиреневыми волосами, кажется, Лерия дала мне успокоительное…

Дракон замер. Казалось, даже воздух вокруг него похолодел ещё на несколько градусов. Его пальцы сжали амулет так, что костяшки побелели.

— Она солгала. Это зелье подавления. Оно должно было сделать тебя слабой, безучастной. Неспособной выполнять… функции.

Какое «милое» слово!

— И в чём же заключается моя функция? — поинтересовалась ядовито. — А меня вы не желаете спросить, собираюсь ли я вообще участвовать в происходящем абсурде? Я не позволю решать за меня! И мне плевать, будь вы хоть дракон, хоть президент, хоть повелитель вселенной.

Мужчина взглянул на меня пристальней. В его ледяных глазах что-то дрогнуло. Не тепло. Скорее… недоумение и интерес. Как будто он изучал редкий, необычный экземпляр насекомого, перед тем как приколоть его булавкой.

— А ты не так проста, Эйлин — наконец, сказал он с улыбкой. — Это неожиданно и даже приятно! Но знаешь ли, меня тоже не радует выбор моего амулета. Но, к сожалению, мы теперь связаны нерушимыми узами. Так что нам придётся заключить брачный союз, а тебе — родить мне наследника.

Час от часу не легче. Не скрою, я всегда мечтала о ребёнке и даже намекала об этом Никите, но жених заявил, что мы ещё слишком молоды и должны пожить для себя. И вот теперь этот идеальный красавчик ставит меня перед фактом, требуя наследника.

— Если хочешь вернуться к своей прежней жизни, то просто выполни эту женскую функцию, и мой амулет отправит тебя туда, откуда ты мне свалилась на голову. А иначе… Иначе мы погибнем оба! Голоса «Сердца» нельзя ослушаться. Так что до поры до времени наши интересы совпадают. Ты останешься здесь. Будешь соблюдать правила. И учиться. А я… — мужчина запнулся, словно вынужден был проглотить горькую пилюлю, — … позабочусь о том, чтобы следующие напитки не содержали посторонних ингредиентов.

Он повернулся к двери, чтобы уйти.

— И, Эйлин, — бросил через плечо. — Завтра начнём с чистого листа. Попытаемся, по крайней мере. А теперь отдохни!

Дверь закрылась, и я осталась одна в каменной комнате, где-то посреди жестокого и абсурдного мира драконов, в котором я была «избранницей» поневоле. Внутри всё леденело от несправедливости и страха. Но где-то глубоко, под всеми этими слоями шока, ужаса и неверия начала шевелиться знакомая, упрямая злость. И что-то похожее на азарт.

«Ну что ж, Никита, — подумала я, глядя на странное небо, где пролетал очередной крылатый ящер. — Ты меня стеснялся и хотел себе худенькую. А у меня теперь личный дракон. Правда, он смотрит на меня, как на загадочное, возможно ядовитое насекомое. Но, как говорится, имеем то, что имеем. Посмотрим, что из этого выйдет. Просто так я не сдамся!».

В конце концов, если уж попала в сказку, надо постараться не быть в ней съеденной злой колдуньей в первой же главе. А для этого надо было учиться. И, кажется, у меня появился самый неохотный и высокомерный репетитор на свете.