Русский книжный в Будапеште. Мечты и бизнес под одной крышей

Глава 8. Двери открываются

Наступило 16 сентября 2024 года — день рождения моего книжного пространства. Подготовка к нему теперь казалась сном: долгий, местами приятный, местами тревожный, он ощущался как свободное падение. Я приехала в Malom ранним утром, чтобы разгрузить книги после ярмарки, выкинуть ненужные коробки и убраться. Кажется, все на месте. Вдохнуть. Выдохнуть. Не смотреть на стену у входной двери.

Я все-таки бросила на нее взгляд и нервно засмеялась. Эта стена, идеально гладкая благодаря гипсовой панели и окрашенная в неопределенный светло-серый цвет, казалась мне издевкой. Дело в том, что на ней кое-чего не хватало… На ней не было домофона.

Собственник упустил из виду такую деталь и, конечно, забыл сообщить об этом при сдаче помещения. Организовать установку самостоятельно удалось только через пару недель. Я кляла свою неосмотрительность: как можно, предусмотрев все вплоть до разрешения мэрии района, не подумать о столь важной вещи! Интернета здесь также не было, а кирпичные стены двора-колодца блокировали сигнал связи. Бункер, в котором нельзя ни позвонить, ни открыть сайт.

Вдох-выдох. Я сделаю из этой ошибки изюминку. Никакого интернета в мире бумажных книг. Очень атмосферно, верно?

Но отсутствие домофона это не оправдает. Мне пришлось записать подробное видео и разместить его во всех социальных сетях вместе с кодом входной двери. Не лучшее начало, но я питала надежду, что желающие справятся с таким препятствием.

После оставалось заварить чай, включить джазовую музыку и ждать.

Ждать.

Ждать.

Ждать.

В дверь постучали. Сердце пропустило удар. Я встречаю своих первых гостей. Семья моей доброй знакомой — филолога пришла поздравить меня с открытием. За ними последовала молодая пара. Заглянули школьники. Кто-то приносил подарки, кто-то сразу шел к полкам, и с каждым вопросом, с каждым поздравлением моя тревога снова угасала. В книжном пространстве становилось тепло, словно кто-то зажег свечу с потрескивающим деревянным фитилем. Мягко лился джаз из колонки, шипел чайник. Весь день я выписывала чек за чеком, гости смеялись, дети приводили родителей, а родители — детей. В какой-то момент дверь открыл молчаливый человек в штатском, внимательно осмотрел каждую полку и, не найдя нужного, пообещал вернуться с супругой. Больше я его не видела, — вероятно, Достоевский и книги о Чебурашке были не тем, что могло его интересовать. На кресле-мешке дети листали истории про муми-троллей, а я подбирала кому-то нового автора фантастики. Блюдца опустошались и вновь наполнялись конфетами. За окном стояла великолепная погода — теплый зеленый сентябрь.

Так и началась жизнь моего книжного пространства, и каждый день приносил мне новых гостей. Несмотря на все сложности, они находили дорогу в Malom.

Мои гости удивительные и очень разные. Одни влетают в книжный, сбивая тебя с ног волной теплой энергии, и всегда находят время на приятный разговор. Иные заглядывают с опаской и боятся задать вопрос, будто они здесь совершенно случайно, по ошибке и вообще-то торопились в другое место. Третьи входят торжественно, оценивающе рассматривают каждый элемент декора и не скупятся на советы с оттенком укоризны. Есть гости спешащие — «мне-только-забрать-заказ», есть родители, на которых, словно листочки на ветках, висят их смешливые дети. Были сдержанные мужчины, мгновенно превращавшиеся в мальчишек, стоило им взять в руки что-то вроде «Хроник Амбера», и были тихие женщины, кто находил на полках среди книг утешение и у кого после этого в голосе начинал звучать звонкий колокольчик. Были серьезные школьники, дотошно выбирающие себе приключенческие повести и рассказы, и были неунывающие Томы Сойеры и храбрые Алисы Селезневы, готовые поведать тебе Большой Секрет.

Мои гости неповторимы. Каждый день, слушая их и подбирая им книги, я погружаюсь в новые миры. Это фантастическое чувство.

Какое-то время я растворялась во всем этом, постепенно привыкая к новой роли. Книжное пространство наполнялось мелкими деталями вроде чашечек или статуэток на столиках. Вне рабочего времени я отчаянно пыталась решить незавершенные бытовые проблемы. Начала с домофона.

Венгерский мастер обещал зайти с полудня до двух. Я ждала его с замиранием сердца, но часы пробили двенадцать, затем час дня, два. В три часа он не брал трубку. В четыре сообщил, что будет на следующий день. И, по старой местной традиции, опоздал еще на три часа от оговоренного времени. Злиться на подобное бесполезно — за пять лет я научилась радоваться, что кто-то вообще что-то делает и куда-то приходит. Конечно, не все венгры такие, я знаю очень точных и внимательных. Но если вам срочно что-то требуется, если сломался трубопровод или нужен новый домофон — придется ждать. Кстати, мастер оказался одним из самых приятных пожилых господинов, которых я встречала. Он поставил заветное устройство, проверил его работу и вежливо откланялся вместе с несколькими десятками тысяч форинтов.

Через пару часов я обнаружила, что домофон открывает дверь только в том случае, если на него нажать три раза. Но открывает!

Следующая проблема касалась соседей. Пока шел ремонт, они поглядывали на мое помещение в смятении. Причиной тому — вечная беда любого дома в историческом центре, ее величество посуточная аренда. До пандемии Будапешт славился своими низкими ценами. А поскольку это курортный город, к тому же с термальными источниками, музыкальными фестивалями, культурой руин-пабов и крафтового пива, летом он и по сей день превращается в настоящее проклятие для местных жителей. Я сразу приметила вереницы довольных молодых людей, поднимающихся по лестнице с чемоданами мимо будущего книжного, а вскоре услышала и все великолепие их пьяного дебоша. Мэрии районов отчаянно борются с этой проблемой, но безуспешно, так что у местных при виде иностранцев на пороге есть определенные опасения за свой покой. Мне пришлось поговорить с каждым из соседей, заверив их, что в моем помещении вакханалии не планируются — только книги и культура. Мои гости будут разве что безудержно пить чай и обсуждать влияние Ференца Молнара на современную подростковую литературу, но не более того. Соседи выдохнули, а я перегладила всех песиков нашего подъезда — так и подружились.

Еще одну проблему своими руками создал настройщик интернета: к моему ужасу, он просверлил дыру в свежей гипсовой стене, которую собственник строго-настрого запретил трогать. Пришлось аккуратно маскировать место преступления и оправдываться: я, мол, ни при чем, да и незаметно, ведь подушечка все уютно прячет.

Выдохнули, пошли по списку дальше. А там…

КРУГ СЕДЬМОЙ: КАССА

Если что-то и является мне в кошмарных снах — так это то, как я пыталась заполучить кассу. Все-таки оплата исключительно наличными и банковским переводом выглядела как издевательство над гостями. Для наличных я держала небольшую тележку размена (форинт дешевле рубля, поэтому и сдача здесь выдается сразу пригоршней монет), а что касается банковского перевода… Представьте, что вам надо от руки заполнить фамилию, имя и тридцать четыре заветные цифры счета получателя, чтобы все-таки купить книгу.

Терминал для оплаты совершенно точно был необходим.

Первое, что приходит в голову любому разумному человеку, — пойти в банк и узнать, что там предлагают для малых предпринимателей. Так я и сделала, уверенная в том, что раз все мои документы в порядке, то мы договоримся. В банке меня встретила очень приятная тетушка, провела в небольшую переговорную, рассказывая о том, как они могут предоставить и терминал, и кассу, и бесплатное обслуживание в течение первого года… Но весь ее оптимизм исчез, как только я достала паспорт. Извинившись, она отошла в соседнюю комнату к руководству. С тетушкой я разговаривала по-английски, поэтому обсуждали ситуацию они весьма громко, не догадываясь, что я их понимаю.

К моему удивлению, она убеждала начальника отделения, что бизнес-счет для меня им все-таки стоит открыть: все разрешения есть и вообще — это же книжный магазин, с ума сойти, такое хорошее дело. Начальник сокрушался, что из-за санкций проблемы могут возникнуть уже у них. Еще пятнадцать минут они совещались, как же вежливо мне отказать. Что ж, предсказуемо. Я достала телефон и принялась быстро искать рекомендации налоговой службы. Налоговая считала меня и мои скромные доходы самозанятостью, а для нее отдельный счет не требовался. Я быстро написала бухгалтеру вопрос, что делать и кто прав, ведь пять минут назад меня убеждали, что счет необходим.

Тем временем грустная тетушка вернулась ко мне с ворохом извинений.

— Подскажите, пожалуйста, мне все же нужен специальный счет?

— Да, без него вы не вправе вести бизнес.

— И вы не можете мне его открыть?

— Нет. Мы очень сожалеем.

— Но я же получила разрешение на ведение бизнеса от государства.

— Все верно. И теперь вам нужен счет.

— Который вы не можете открыть.

— Не можем, мне очень жаль.

— Мне откроют его в другом банке?

— Если честно… Ну вы сами понимаете. Нет.

— А как тогда мне вести дела?

— Вам нужно открыть счет.

Занавес.

В этот момент пришло сообщение от бухгалтера, в котором он велел слушать не банковских работников, а налоговую службу. Так я выяснила, что разбираюсь в банковском законодательстве Венгрии чуть лучше, чем сотрудник банка. Приятный вывод, и можно было похвалить себя, но цели-то я не достигла. Какая разница, насколько ты прав, если у тебя в арсенале все еще новомодное приложение и чековая книжка? Кассу и терминал для оплаты картой надо было где-то найти без помощи банков.

Но где?

Интернет мне подсказал несколько компаний, каждая из которых заверяла, что они могут предоставить аппаратуру, обслуживание и все на свете. В одной бросили трубку, как только услышали акцент. Во второй трубку не брали, и я поехала туда сама.

Компания занимала двухэтажный офис, отстроенный в лучших традициях мастерских 1990-х, с отваливающимися панелями на стене и скучающей секретаршей. Переговорив с кем-то, она радостно провела меня в огромную комнату, сверху донизу заставленную кассовыми аппаратами. По центру располагался длинный стол, за которым сидел тучный программист, а над ним нависал худощавый начальник, нервно стуча ручкой по записям в тетради. Они смотрелись очень комично, словно герои из рассказов Чехова, гротескно противоположные по внешности. Окружал их настоящий ретрофутуризм: бесконечные коробки и кассы заслоняли даже окна, что-то мигало и шуршало, вентиляторы на потолке пытались гонять воздух. Мне предложили стул, стряхнули какой-то мусор с угла стола и тут же принялись нахваливать невероятную, самую лучшую на свете систему кассового обслуживания, которая способна поддерживать пять складов, три магазина и, вероятно, варить кофе. Все это выглядело так ненормально, что казалось даже интересным, и целый час я слушала о том, какие бывают кассы, чем одна отличается от другой, как надо оформлять счета и подавать отчетность. Вообще-то получилась неплохая языковая практика и отличные образы в копилку писательского вдохновения, что всегда мной ценилось.

На следующий день я проверила почту и обнаружила письмо от ретрофутуристов с указанием стоимости на аренду оборудования и обслуживания. Очень красивый и вежливый, практически литературный текст содержал такие цифры, что я расхохоталась и сбросила его своей знакомой Иветт с просьбой как-то прокомментировать. Несколько лет назад та открывала ресторан и проходила все эти круги ада. Иветт тоже посмеялась и объяснила, что мне предлагают и впрямь замечательное оборудование, вот только оно рассчитано на ведение и учет буквально трех складов и трех магазинов. Иветт сама позвонила ретрофутуристам и быстро выяснила, что на меньшее они не согласны. Приятно, когда в развитие твоего бизнеса верят, но пришлось отказаться.

Третья организация оказалась полной противоположностью предыдущей: дорогой офис, приятное общение, прекрасно владеющие английским языком сотрудники и самые современные кассы. Единственная проблема заключалась в том, что покупка их оборудования была мне просто не по карману, — узнав их цены, я остро почувствовала себя самым маленьким и самым несчастным бизнесменом на свете. Я еще раз позвонила Иветт в надежде выяснить, есть ли в этом городе какие-то менее эксцентричные организации. Спустя неделю она прислала мне контакт по рекомендации знакомого.

Фраза «по рекомендации» в Венгрии на самом деле очень важная. Потому что ты будешь ходить от одного места к другому, задаваясь единственным вопросом: а как эти люди вообще работают? Но потом, как гром среди ясного неба, друг твоего друга дает адрес, по которому ты встречаешься с самыми лучшими, образованными и быстрыми сотрудниками на свете. Так было с бухгалтером. Так было с моим адвокатом. Окулистом. Страховщиком. Так в итоге случилось и с кассой.

Я оказалась в простом и светлом офисе, где уверенный молодой человек бегло говорил по телефону на немецком, подписывал договор с клиентом на английском, а помощнику раздавал указания на венгерском. К нашему с Иветт приходу он был готов: касса стояла прямо на полке перед нами, уже зарегистрированная и запущенная. Мне объяснили правила, вручили инструкцию, быстро оформили к ней терминал для оплаты картами. Вежливый сотрудник помог завести все необходимые личные кабинеты и отпустил с миром, указав сроки обязательного ежегодного техобслуживания. Это заняло буквально полчаса. За умеренную цену две коробки с оборудованием и термобумага покинули здание вместе со мной.

На следующий день я в ужасе смотрела на простенькую схему управления кассой и пробовала свои силы в первых чеках. Сначала было страшно нажать на лишнюю кнопку: а вдруг я пробью что-то не так? Внутренний голос тревожно нашептывал, что в этом случае уже через полчаса дверь вынесет наряд налоговой службы. Я так и видела, как загорается сигнал тревоги в офисе и растрепанный Ласло бежит в кабинет к напарнику: «Иштван, у нас самозанятая нажала не на ту кнопку и отменила чек, по коням!»

К моменту, как я пишу эти строки, ни Ласло, ни Иштван, ни кони ко мне так и не наведались, да и общение с кассой оказалось не таким страшным. Впрочем, беспощадная логика банков все равно меня догнала. Первая радость от волшебного терминала и возможности оплаты картой сменилась паникой, потому что деньги не поступали на мой счет. Прошел день. Второй. Третий. Паника отступила, когда я поняла, что любые переводы берут выходные вместе с сотрудниками банков, то есть не отправляются с пятницы по понедельник включительно.

Вдох. Выдох. Это невозможно победить, с этим можно только смириться.