ЛИСА И МЕДВЕДЬ Хантыйская сказка

Обработка Г. Меновщикова

днажды медведь встретил в лесу бурундука и говорит ему:

— Собрал бы ты, бурундучок, всех лесных жителей ко мне на праздник.

Бурундук соскочил с пенька и побежал в лесную чащу. Скоро он вернулся, а за ним начали собираться и приглашенные звери.

Когда все собрались, медведь лисе сказал:

— Соседушка, как бы нам повеселиться?

— Давайте попляшем, — предложила она.

— А кто же нам на гуслях играть будет? — спрашивает медведь.

— Я могу спеть-сыграть, — отвечает лиса.

— Хорошо, — говорит медведь, — спой-сыграй, а мы попляшем.

Вот начала лиса петь-играть:

Мои гусли — когти зверя,

рынга-рынга, рынга-рынга.

Мои гусли — зубы зверя,

рынга-рынга, рынга-рынга.

Все звери пустились в пляс: бурундук с зайцем, песец с росомахой, волк с медведем. Старый медведь больше всех плясал, а лиса в своей песне стала высмеивать его:

Одряхлевший старикашка,

безобразный великан,

еле лапы поднимает,

а туда же лезет в пляс.

Медведь глуховат был, однако услыхал эту песенку, остановился и спрашивает:

— Кто это высмеивает меня?

Хитрунья лиса говорит:

— Это бурундук над тобой смеется!

Рассердился медведь, кинулся на бурундука, но тот ловко выскочил из-под лап хозяина да и убежал в чащу леса. Только спину бурундуку успел поцарапать медведь — так с тех пор у бурундуков и остались черные полосы на спине.

Лиса говорит медведю:

— Не сердись, медведушка, ведь убежал твой обидчик. Лучше попляши, пока струны на моих гуслях не ослабли.

И лиса снова начала петь да играть на гусельках.

Медведь начал плясать пуще прежнего. За медведем и другие звери пустились в пляс. А лиса опять ту же обидную песенку про медведя поет.

Медведь услыхал, остановился и спрашивает:

— Кто это смеется надо мной?

А лиса спешит с ответом:

— Это зайчик высмеивает тебя.

Бросился медведь за зайцем да как дернет его за хвост — так заячий хвост и остался в медвежьей лапе. А заяц убежал в лес. Так и бегает теперь без хвоста.

А медведь ворчит:

— Вот никчемные зверюшки, смеются надо мной!

Лиса говорит медведю:

— Не гневайся, медведушка, ведь убежали насмешники. Лучше попляши, пока струны на моих гуслях не ослабли.

Лиса начала петь да играть на гусельках.

Медведь пустился плясать, а за ним и гости. Когда все начали кружиться, лиса снова запела песенку про старого медведя.

Медведь услыхал, остановился и спрашивает:

— Кто это опять смеется надо мной?

А лиса спешит с ответом:

— Вон тот песец-мышелов смеется над тобой!

Бросился медведь на песца, но тот увернулся и побежал куда глаза глядят. Бежал, бежал да и прибежал с перепугу к берегу Ледовитого моря-океана. Так и остался там жить и не показывается больше в тайге.

А лиса тем временем снова медведя уговорила поплясать и опять запела:

Мои гусли — зубы зверя,

рынга-рынга, рынга-рынга.

Мои гусли — когти зверя,

рынга-рынга, рынга-рынга.

Медведь пляшет, а с ним и другие звери. Когда закружились в пляске, лиса запела:

Одряхлевший старикашка,

безобразный великан,

еле лапы поднимает,

а туда же лезет в пляс.

Медведь услыхал, остановился и спрашивает:

— Кто это не перестает смеяться надо мной? А лиса спешит с ответом:

— Вон та росомаха смеется над тобой!

Схватил медведь росомаху за бока да так сжал, что кровь выступила. Вот и стали у росомахи с тех пор бока красноватыми.

А лиса говорит медведю:

— Не сердись, медведушка, попляши лучше, пока струны на гуслях не ослабли.

И снова заиграла-запела лиса.

Пошел медведь плясать, а за ним и волк. Когда закружились в пляске, лиса запела ту же обидную песню про медведя.

Услыхал медведь, остановился и спрашивает:

— Кто. это смеется надо мной?

А лиса спешит с ответом:

— Вон тот волк смеется над тобой.

Рассердился медведь, схватил волка лапами да как начал трясти — тот чуть жив остался.

С перепугу волк весь седым сделался. С тех пор и ходит серым. А говорят, черным был.

Всех зверей медведь разогнал и остался с лисой вдвоем.

Лиса и говорит:

— Вот теперь, братец медведь, никто уж не будет смеяться над тобой. Всех ты наказал. Попляши еще, а я тебе сыграю на гусельках да спою.

И лиса запела:

Мои гусли — когти зверя,

рынга-рынга, рынга-рынга.

Мои гусли — зубы зверя,

рынга-рынга, рынга-рынга.

Медведь начал плясать, а лиса снова по-другому запела:

Одряхлевший старикашка,

безобразный великан,

еле лапы поднимает,

а туда же лезет в пляс.

Услыхал это медведь и закричал:

— Ах ты, обманщица, так это ты смеешься надо мной?

Лиса стала оправдываться:

— Тебе послышалось, это звери в лесу поют. Если не веришь, поклянемся перед костром — узнаем, кто же из нас прав.

Медведь согласился.

Лиса развела большой костер, много дров в него положила.

— А теперь, — говорит лиса, — каждый из нас повернется к костру спиной. У кого жир будет вытапливаться, тот, значит, и виноват.

Подставил медведь свою широкую спину к костру, а лиса, поджав хвост, рядом с ним присела. Посидела минутку, вскочила и говорит:

— Надо дровец подложить, а то костер прогорит!

Медведь сидит да спину греет, а лиса то и дело подбрасывает дров в костер. Постоит чуточку рядом с медведем и снова костер подправляет. Самые большие поленья к медвежьей спине подвигает. У медведя от жары по хвосту жир ручьем потек. В это время лиса незаметно поднесла горящую головешку к хвосту медведя — хвост и загорелся ярким пламенем. Пока медведь до речки добежал, хвост его сгорел. Так без хвоста и остался медведь на всю жизнь.

Лиса же с тех пор старается не попадаться на глаза медведю.


Загрузка...