Сладкая как грех

Глава 27

Судя по всему, тот, кто заказал обед, решил, что еды должно хватить на целую толпу. Нико рассмеялся, увидев выражение моего лица, когда я застыла на кухне, уставившись на блюда, занимавшие каждый сантиметр кухонного островка.

Островка, который был размером примерно с мой обеденный стол дома.

— Мы что, устраиваем вечеринку, о которой я не знаю? — Я насчитала двенадцать алюминиевых подносов. На них были разложены сэндвичи, мясная нарезка, тако, фрукты, лазанья, запеканка с энчиладой и крылышки барбекю, а также корзина с булочками и блюдо с овощами и соусом.

Нико притянул меня к себе и поцеловал в макушку.

— Вот что бывает, когда ты позволяешь Эй Джею делать заказ. В итоге он сам съест большую часть. — Он понизил голос и прошептал: — А я в итоге съем тебя, дорогая. Это бикини должно быть вне закона.

Я покраснела и опустила взгляд. Речь шла об одном из бикини Хлои — бирюзовом, с пайетками на лифчике. Она любила все блестящее. Я попросила взять с собой запасной топ, когда приглашала ее к себе тем утром, потому что большая часть моей одежды осталась дома. Излишне говорить, что «мои девочки» вываливались из этого блестящего топа. Чашечки Хлои размера B не шли ни в какое сравнение с моим декольте.

Нико окинул меня оценивающим взглядом, и его глаза вспыхнули.

— Ты бы подумала, что я слишком опекаю тебя, если бы я попросил тебя переодеться до того, как придут ребята?

Я улыбнулась, радуясь тому, что он хочет, чтобы я принадлежала только ему.

— Раз уж вы так любезно попросили, мистер Никс, то нет, я бы так не подумала.

Я привстала на цыпочки и поцеловала его. Его улыбка согрела меня до самых кончиков пальцев.

— Хлоя, ты не хочешь пойти со мной переодеться? — Я оторвала взгляд от Нико и увидела, что Хлоя уже ест. Жуя крылышко, она кивнула и подняла палец.

— Одну секунду. Я сейчас подойду. Мне только нужно прикончить еще парочку крылышек. Я умираю с голоду.

Хлоя всегда была голодной. Еще одним доказательством несправедливости Вселенной было то, что она не набирала ни грамма веса, сколько бы ни ела. Хоть она и была моей лучшей подругой, я не могла не завидовать ее стройному, спортивному телосложению. Мне казалось, что именно такую девушку имел в виду Бог, когда создавал Еву. Даже без макияжа, с небрежно собранными в хвост волосами и с набитым ртом, как у голодного зверя, она выглядела одновременно гламурно и очаровательно.

Я вздохнула. Затем Нико ущипнул меня за попу.

— Эй.

Я подняла на него глаза. От его улыбки я чуть не растаяла. Он наклонился и прошептал мне на ухо.

— Ты самая красивая девушка на свете, Пион. Не забывай об этом.

— Пион?

— Ага. Экзотический. Редкий. Пахнет божественно. Приносит удачу. Пион. Это ты.

Теперь настала моя очередь улыбнуться ему. Этот мужчина льстил моему самолюбию.

— Ты что, проводишь свободное время в интернете, просматривая сайты о цветах?

— Не-а. Просто кое-чему научился у твоей подруги-флориста в тот день, когда пришел в ее магазин на твой день рождения.

— О, правда? — я постаралась изобразить досаду. — Почему тогда ты выбрал розы в качестве подарка на мой день рождения вместо экзотических и божественных пионов, а?

Нико улыбнулся еще шире. Он смотрел на меня сверху вниз, его волосы падали на глаза, он был счастлив и так красив, что у меня защемило сердце.

— Пионы также являются символом счастливого брака. Я приберег их для того момента, когда буду делать тебе предложение.

Мое сердце перевернулось в груди.

— Ты серьезно? — прошептала я.

Он провел большим пальцем по моей щеке и обнял меня другой рукой.

— Так же серьезно, как сердечный приступ, детка. А теперь иди переоденься, пока парни не поднялись сюда и не увидели тебя в этом бикини, а мне не пришлось бы расправиться с кем-нибудь. И я говорю не о куриных крылышках. — Нико отпустил меня, легонько шлепнул по заднице, облокотился на стойку и кивнул в сторону двери. — Иди.

Я закатила глаза.

— Вам повезло, что этому приказу предшествовали сладкие речи, мистер, иначе я бы…

— Да, я точно знаю, что бы ты сделала. — Из студии звукозаписи доносились голоса и шаги, и Нико сердито посмотрел на меня. — А теперь иди отсюда!

Я ничего не могла с собой поделать и рассмеялась. Быстро схватив полотенце и сумку, в которую я положила солнцезащитные очки и лосьон, я выбежала из кухни и поднялась наверх, чтобы переодеться. Хлоя облизывала пальцы, испачканные соусом барбекю, а Нико качал головой.

Когда я спустилась вниз, прошло не больше десяти минут, и я стала свидетельницей того, что можно назвать только противостоянием.

Нико стоял, прислонившись к стойке, на том же месте, где я его оставила. Рядом с ним был Броуди, одетый так же небрежно, как и Нико, — в футболку и джинсы. По другую сторону кухни стояли Итан и Крис. На барном стуле, который он притащил в кухню, сидел звукорежиссер Рэй, пожилой мужчина с длинными седыми волосами и в круглых очках. Все выглядели немного растерянными.

В центре комнаты, на островке между подносами с едой, стояли Эй Джей и Хлоя и сверлили друг друга взглядами.

— Потому что я ее лучшая подруга, вот почему, — сказала Хлоя, защищаясь.

Эй Джей нахмурил брови, и его глаза потемнели. В его голосе звучала такая же насмешка, как и на его лице.

— Вы что, неразлучны?

— Да, мы неразлучны, — в голосе Хлои слышался сарказм. — Просто связь невидима.

— Жаль, что ты не невидима, — тут же парировал Эй Джей.

Хлоя открыла рот. Нико и Броуди переглянулись.

— Хватит вести себя как придурок, Эй Джей, — сказал Нико таким тоном, будто это было обычным делом. — Она моя гостья. И вообще, что тебе не устраивает в том, что она здесь?

Хлоя расправила плечи и вздернула подбородок.

— Да, Эй Джей. В чем твоя проблема? Учитывая, что ты уже не в первый раз ведешь себя со мной как придурок, я думаю, что имею право знать!

На мгновение я опешила: Хлоя только что назвала кого-то по имени. Это было беспрецедентно. И она выглядела такой спокойной, что напомнила мне Грейс. Но потом я увидела, как дрожат ее руки, и поняла, что все это было притворством. Что бы ни было у Эй Джея против нее, это действительно задело ее чувства.

Желая защитить ее, я вошла на кухню.

— Что здесь происходит?

Эй Джей бросил на меня убийственный взгляд, которым мог бы гордиться серийный убийца. И промолчал. Оглянувшись на Хлою, он окинул ее холодным янтарным взглядом, оценив ее бикини, загорелую кожу и гнев в ее глазах. Затем сжал челюсти. На мгновение на его лице появилось странное выражение удовлетворения, но потом оно снова стало непроницаемым.

— К черту все. Мне не нужно это дерьмо. Я ухожу.

Он развернулся и вышел из кухни. Через несколько секунд входная дверь хлопнула так сильно, что в гостиной задрожали окна. Повисла неловкая тишина, пока Нико не заговорил.

— Прости, Хлоя. Не принимай на свой счет. Эй Джея нельзя назвать душой компании.

— Его нельзя назвать человеком, — сказала она дрожащим голосом. Затем посмотрела на меня. — Я ведь ничего не сделала! Я просто стояла здесь, занималась своими делами, когда он вошел и начал меня доставать!

— Наверное, он просто переживает из-за тура, — сказал Броуди, пожимая плечами. — Брат всегда нервничает перед гастролями.

Я перевела взгляд на Нико. Ноги словно приросли к полу.

— Тур?

— Да, — сказал он, настороженно глядя на меня. — На счет этого.

— Только что получили подтверждение, — с улыбкой вставил Итан. Он явно не был против гастролей. Он был в восторге. — Сорок концертов в тридцати городах за два месяца. Начнем в октябре в Нью-Йорке. Потом поедем по всей Европе. Дания, Швеция, Испания, Италия, Германия. Закончим в Париже в канун Нового года.

— Октябрь? Европа? — повторила я, не в силах осознать услышанное. Нико уезжал в Европу на два месяца? Когда он собирался мне об этом сказать?

— Не терпится узнать, приедут ли близняшки Крюгерман на мюнхенскую выставку в этом году, — сказал Крис. Они с Итаном дали друг другу пять и усмехнулись, и это объяснило мне все, что нужно было знать об их особых отношениях с близняшками Крюгерман.

Мне показалось, что весь воздух выкачали из комнаты.

Итан подошел к еде, как будто ничего необычного не произошло. Крис и Рэй последовали за ним, и вскоре все трое уже наполняли свои тарелки.

Хлоя вмешалась, прекрасно понимая, что я на грани срыва.

— Думаю, мне пора переодеться. Ты со мной?

Я оторвала взгляд от Нико.

— Конечно, — прошептала я.

— Кэт.

— Я сейчас вернусь, Нико. Подожди меня несколько минут, — сказала я через плечо, когда мы с Хлоей выходили из комнаты. За нашими спинами стало очень тихо. Оказавшись в главной спальне, я в оцепенении опустилась на кровать.

— Я уверена, что он собирался тебе сказать, — Хлоя подошла к куче своей одежды, которую она оставила на комоде, когда мы переодевались, чтобы пойти в бассейн. Она натянула шорты, через голову надела красивую коралловую рубашку, сунула ноги в симпатичные шлепанцы с блестками, а затем подошла и села рядом со мной. — Они узнали только сегодня утром, верно? Так что у него просто не было возможности тебе сказать.

Я избегала ее сочувствующего взгляда. От этого мне становилось только хуже.

— Подтверждение пришло сегодня утром. Но на планирование мирового турне уходит, наверное, полгода или около того? Он должен был знать, что это произойдет. Нико должен был знать это уже давно.

— Я знал. — Нико стоял в дверях, скрестив руки на груди, прислонившись к косяку, и смотрел на меня. — Я знал с мая.

С мая. Задолго до того, как я с ним познакомилась.

Он знал о туре все то время, что мы были вместе. Меня начало подташнивать.

Нико отошел от двери и направился к нам.

Хлоя встала.

— Эм, думаю, мне пора. Спасибо, что пригласил меня, Нико. Кэт, позвони мне позже?

Я кивнула. Она собрала оставшиеся вещи, подошла и обняла меня. Шепнув мне на ухо: — Не будь с ним слишком строгой. Он выглядит обеспокоенным, — Хлоя ушла.

Я натянуто улыбнулась. Нико должно быть стало не по себе. К счастью для него, поблизости не было острых предметов.

Хлоя попрощалась с Нико, и мы остались одни.

— Ты злишься. — Он сказал это как констатацию факта.

Поскольку это было правдой, я не стала отрицать.

— Я просто думала, что мы вместе придерживаемся принципа «больше никаких секретов». По крайней мере, ты так сказал. — Я многозначительно посмотрела на него.

Он придвинулся ближе, вглядываясь в мое лицо.

— Ну, есть разница между секретами и сюрпризами, я прав?

О, отлично, мы снова вернулись к игре слов. Я скрестила руки на груди и промолчала. Мое молчание заставило его улыбнуться.

Нико остановился передо мной. Когда я отказалась смотреть на него, он приподнял мой подбородок, чтобы я была вынуждена встретиться с ним взглядом. Он тихо сказал: — Мы едем в тур. На два месяца. В Европу. Сюрприз.

— Ого, это почти как рождественское утро! Счастливого пути. Уверена, близняшки Крюгерман не дадут тебе заскучать.

Его тихий смех еще больше разозлил меня. Что, черт возьми, такого смешного?

— Нет, дорогая, ты меня не слушаешь. Мы отправляемся в турне. А не просто «Бэд Хэбит». Мы. Я и ты. Вот это сюрприз. Ты поедешь со мной.

Какое бы выражение ни было у меня на лице, это несказанно позабавило Нико, потому что он запрокинул голову и рассмеялся.

— Ого. Подожди. Я не смогу поехать в Европу на два месяца.

Нико опустился передо мной на колени и взял мое лицо в ладони.

— Конечно, можешь. Куда я, туда и ты, помнишь?

— Но мне нужно работать. Я не могу позволить себе так много отдыхать. Не говоря уже о ценах на авиабилеты, отели, питание…

— Господи. Опять.

— Нет, я серьезно, Нико. Я не могу позволить себе ничего из этого…

— Я могу, — спокойно ответил он. — Все уже оплачено. Авиабилеты, отели, все. На всех билетах твое имя. В следующую пятницу группа устраивает небольшую вечеринку перед туром, и я собирался рассказать тебе об этом тогда. Это должно было стать сюрпризом. Ты поедешь со мной, Кэт. Мы будем в Барселоне на День благодарения, во Флоренции на Рождество, в Париже на Новый год.

Я уставилась на него, не веря своим ушам.

— Н-но моя ипотека! У меня недостаточно сбережений, чтобы платить за несколько месяцев вперед. Я потратила половину денег, вырученных за видеосъемку, на погашение основного долга по кредиту, а другая половина ушла на оплату задолженности по кредитной карте…

— Я же сказал, что все оплачено, верно? Включая твою ипотеку.

Мое лицо вспыхнуло. Я быстро заморгала, уверенная, что ослышалась.

— Прости, у меня, наверное, галлюцинации. Мне показалось, что ты сказал, что моя ипотека оплачена.

Нико наклонился и поцеловал меня.

— Дом, конечно, по-прежнему твой. Оставь его себе, продай, в общем, делай с ним что хочешь. Просто тебе больше не нужно беспокоиться об оплате за него, вот и все.

— Как… ты… что? — Я не могла выдавить из себя ни слова.

Нико ухмыльнулся.

— Возможно, я переписал номер счета из выписки, которую увидел на столе в твоей столовой. А потом я выписал чек в банке. — Я не могла в это поверить. Я просто не могла понять ни слова из того, что он говорил. Должно быть, было очевидно, что мне нужны дополнительные объяснения, потому что Нико с готовностью их предоставил.

— В тот день, когда папарацци появились у тебя дома. Ты с девочками пошла в спальню, чтобы собрать вещи. Твоя почта лежала на столе. — Он пожал плечами. — Я не смог удержаться.

У меня глаза на лоб полезли.

— Ты лазил в моей почте?

— Не смотри на меня так. Я ничего не открывал. Эта выписка просто лежало на самом верху стопки и манила любого прохожего взглянуть на нее. — Нико ухмыльнулся еще шире. — В доказательство моей невиновности скажу, что я не трогал конверт из магазина секс-игрушек и нижнего белья. Но там был довольно толстый конверт, милая.

— Я не могу… Нико… я не могу с этим смириться.

Он толкнул меня на кровать и навис надо мной, весело глядя сверху вниз.

— Нет? А почему? — Он наклонился и провел кончиком носа по моей шее от ключицы до мочки уха. Я наклонила голову, чтобы ему было удобнее.

Мы были на грани ссоры, мне казалось, что я сошла с ума.

— Это уже слишком! Это твои деньги, которые ты заработал!

Он усмехнулся мне в шею, заставив меня вздрогнуть.

— Если ты не заметила, дорогая, у меня много денег. И я не трачу их впустую; я уже говорил тебе, что недвижимость — это хорошая инвестиция. Для любого из нас. — Нико схватил меня за запястья, завел их мне за голову и устроился между моих ног. — Следующий аргумент?

Я постаралась говорить очень строго.

— Я взрослая и должна сама оплачивать свои счета.

— Ты ответственная. — Он прикусил мою мочку уха, и по моему телу пробежала волна жара. — И ты усердно работаешь. Ни то, ни другое не влияет на то, могу ли я сделать тебе небольшой подарок, если мне захочется.

— Небольшой подарок! Выплатить чью-то ипотеку — это не просто небольшой подарок! Это безрассудный поступок! Я думаю, тебя можно посадить и за меньшее! Восемьсот тысяч долларов — это…

— Меньше, чем я зарабатываю за неделю, детка.

Я не гений математики, но мне не потребовалось много времени, чтобы все подсчитать. Я на мгновение задумалась над этим новым фактом, и мои легкие медленно наполнились воздухом.

— О.

— Да, о, — ухмыльнулся Нико. — Следующий аргумент?

— Нет, подожди. Давай еще минутку поговорим на эту тему. Это интересная тема.

Нико начал напевать «Gold Digger» Канье Уэста.

Я толкнула его в грудь.

— Я хочу сказать, что удивительно, насколько ты богат. — Я посмотрела на поношенную футболку с логотипом группы «Лед Зеппелин», которую сжимала в руках. — Учитывая твой гардероб.

Его брови взлетели вверх.

— Ты что-то имеешь против величайшей рок-группы всех времен? И прежде чем ты ответишь, — быстро добавил он, — ты должна знать, что если скажешь «да», то мне придется раздеть тебя догола и сделать с тобой очень, очень плохие вещи.

Боже, как же я обожала этот озорной блеск в его глазах. И как же я обожала его. Моего милого, дерзкого, щедрого, непостоянного, сводящего с ума, чудесного мужчину.

— Да, — серьезно ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Да. Тысячу раз да.

Нико поджал губы и покачал головой, притворяясь разочарованным.

— Что ж, я тебя предупреждал, детка. Готовься к худшему.

Затем он прижался губами к моим губам и в течение нескольких последующих часов выполнял свое обещание.

На этот раз мы не забыли запереть дверь спальни.