Сметанка для порочных котов

Глава 38

Когда медведи с женой и детишками покидают дом, становится даже немного грустно. Ведь наполненный жизнью особняк за городом — не так ужасно, как я думал.

Я ловил себя на мысли, что было бы здорово так жить с Кирой. Нянчить котят, каждое утро просыпаться и видеть сонное личико нашей сметанки. Малыши бы были такими же белокурыми и умненькими.

Но всё портит чертов дракон!

— Боря? — Кируська садится рядом, накрывает мою ладонь своей, — чего задумался?

— Ты замерзла? — растираю ее лапку.

— Нет, просто помыла руки в холодной воде, — хихикает, сжимает мою огромную ладонь.

Смотрю на свою истинную. Такая маленькая, но умная. Кира чудесная. Но, помимо этого, она боец.

— Ты вся светишься, — улыбаюсь ей, затем тяну на себя, усаживаю девушку на колени, — что-то надумала?

— Да! — объявляет наша сладкая ученая, — я подумала и поняла, как одолеть Кадира. Это лишь гипотеза, но…

— Говори, — целую ее в щеку.

Кира обалденно пахнет. За всеми этими проблемами мы совсем забыли о том, что у нас отношения. Дракон спутал наши с Тимуром планы. А ведь мы хотели затрахать истинную до полуобморочного состояния.

И оплодотворить. Накачивать спермой раз за разом, чтобы уж наверняка.

— Боря! — слышу возмущение в тонком голосе.

— Ммм?

— Ты спросил, что я придумала, а сам щупаешь меня за задницу.

— Оу… — замечаю, что действительно порочные мыслишки привели мои ладони к упругой попке малышки Киры, — прости. Я слушаю, сметанка.

— На каком моменте ты отключился? — выгибает бровь.

Хм!

— Ясно, ты не слушал! — пробует вырваться, но я крепко держу волчицу.

Для меня она всегда будет именно такой. Хрупкой, но со стальным стержнем. Нуждающейся в заботе, но отчаянно стремящейся защитить тех, кого любит.

В борьбе с Кадиром она пойдет за всё. И моя задача — уберечь Киру от необдуманных поступков.

Нет!

В голове раздается низкий рык Миэля. Тело тяжелеет, я перестаю соображать. Сознание полностью отключается, и когда я распахиваю глаза…

Вокруг лес. Толстые стволы деревьев перемежаются с тоненькими кустиками. Под ногами хрустящая трава. Слышится шум листвы, с сочных зеленых листьев стекают и падают капельки прозрачной росы.

Что за…

Резко разворачиваюсь.

На пне прямо передо мной сидит котенок. Крупный, с сияющей белоснежной шерстью цвета первого снега. Это не Миэль. Что за чушь творится в моей башке?

— Мяу, — он смотрит на меня огромными синими глазами, — ммррр…

— Ты кто такой?

— Мрр? — поворачивает голову, затем спрыгивает.

Очень крупный. Милый.

— Почему ты в моей голове, чудо? — усмехаюсь, тяну к нему руки, зарываюсь пальцами в густую шерсть.

— Мрр… мррр… — урчит.

— Где Миэль?

Слышу рычание сзади.

— Явился, — не прекращаю гладить котенка.

Он невероятно хорошенький! Юный снежный барс…

— Нравится? — спрашивает Миэль, плюхаясь рядом со мной, — хороша, да?

— Она? — не понимаю.

— Это девочка. Новорожденная душа барса.

— Откуда она взялась?

— Это мой дар. Впусти меня и я сделаю так, что твоя истинная получит новую жизнь. Ведь без зверя ей очень сложно.

— Шантаж, — цежу.

— Твоя судьба. Прекрати противиться, барс. Знаешь же, что выхода нет. Лишь с моей силой ты одолеешь дракона. В нынешнем состоянии, даже еще и мятежной душой, ты бесполезен против него.

— Ты отнимешь мою волю…

— С чего ты взял?

Тем временем маленькая белая киса устраивается между моих ног и засыпает, тихо урча. Душа… для Киры? Она милая, очаровательная. А глаза умные-умные.

Кажется, они даже похожи.

— Потому что ты Древний, Миэль! И прекрати мне мозги пудрить! — взбрыкиваю.

— Даже ради неё не попытаешься? К тому же, что помешает тебе взять под контроль мою силу? Или боишься, что не потянешь… — скалится.

— Я согласен, — коротко отвечаю.

— Вот это другой разговор…

Вспышка. Сильнейший разряд тока по телу. Адская боль в треснувших костях. Все мышцы до единой сводит судорогой.

— БОРЯ! — нежный голос врывается в уши.

Не открывая глаз, тянусь к Кире, сгребаю ее в охапку. Шумно вдыхаю сладкий аромат. Сметанка затихает. Жмётся ко мне. Боль проходит, стоит мне коснуться истинной.

Шарю по любимому телу, судорожно стаскиваю одежду.

— Боря… подожди… Бооорь… ммм… — возмущенный возглас сменяется пыхтением, а затем стоном.

— Тшш, — продолжаю тискать Киру, нащупываю розовые сосочки, — ты нужна мне…

— Боря… ах…

— Иди ко мне, — расстегиваю джинсы, усаживаю Киру сверху.

Горячая мокрая плоть обволакивает член. Все мысли пропадают из головы. Моя!

— Ты моя… только моя, — бормочу, насаживая истинную на себя, — моя…

— Твоя… да… ДАА! — стонет малышка Кира, обнимает меня и вцепляется пальчиками в волосы.

А мне нужно! Не знаю, как это объяснить. Просто острая необходимость. Важнее еды, воздуха. Хочу дышать своей сметанкой, тискать и ласкать ее. Без неё я сдохну…

— АХААА! — стонет истинная, где-то снаружи слышится копошение, Кируська кричит громче.

А я чувствую тесноту в ее киске.

— Думали тут без меня хулиганить? — рычит Тим, натягивает локоны сметанки и дёргает назад, прижимая ее к груди.

Кира выгибается, я впиваюсь губами в ее сосочки. Ласкаю, кусаю. Совершенно ничего не соображаю, действую на инстинктах.

— Такая вкусная… сладкая… наша девочка, — рычу, подхватывая темп Тимура, мы растягиваем под себя обе дырочки сметанки.

— АХ! АХ! — она не в силах и слова вымолвить.

— Кончи, милая… для нас… умоляю, — рычу, тяну Киру на себя и накрываю ее губы.

Киска сжимает меня с такой силой, что сам вот-вот солью… и в момент наивысшего наслаждения меня накрывает осознания. Я отдам ту душу Кире. Сука, я и свою ей отдам, лишь бы сметанка была рядом! Всё, что есть, брошу к ее миниатюрным ножкам.

Сложно описать весь калейдоскоп чувств, что сияет внутри.

— Кира… — тяжело дышу, глажу вспотевшую спину истинной.

— Ммм?

— Давай проведем свадебный ритуал… прямо сегодня ночью!