Вернувшийся: Союз. Том V

Глава 12

Итак, что мы имеем? До нужной звездной системы долетели нормально, вышли у ее границы и начали сканирование. Тут все без каких-либо сюрпризов. А вот дальше все пошло интереснее. Первые же результаты сканирования были немного неожиданными для меня.

Несмотря на мои вполне логичные подозрения, ковчег крэев в самом деле оказался в этой звездной системе. Это он, сомнений нет, полное совпадение по всем параметрам. Причем он, во всяком случае издалека, выглядит довольно целым. И пойманный нами сигнал исходит именно от него, а не еще откуда-то.

Кроме этого ковчега, в звездной системе есть еще две космические станции. И все, больше ничего. Ни кораблей, ни их обломков, ни еще чего-то. Активные каналы связи тоже не фиксируем, полнейшая тишина. Никаких признаков жизни, как и в предыдущей системе. Немного странно, вторая звездная система — и такая же картина. Следов космического сражения, которое могло бы привести к такому запустению, тоже ведь нет.

Ковчег располагается в стороне от станций, можно сказать, что на окраине системы, станции же рядом с планетами. Сколько мы ни сканировали, ничего опасного заметить не удалось. На ковчеге и станциях энергетическое излучение есть, но минимальное.

— Попробуем связаться с ковчегом? Вдруг центральное ядро активно? — спросил у меня Грэзг, когда стало понятно, что сканирование вряд ли даст нам что-то еще.

Предложение неплохое. Нужные коды для связи у нас есть, можно и в самом деле попробовать, но… не знаю, что-то мне здесь не нравится, что-то смущает, однако, что конкретно, понять никак не получается. А может, это просто уже нервы шалят.

— Попробуем. Но перед этим выпустим несколько разведчиков, пусть полетают посмотрят все вблизи. Я тоже возьму корабль и отправлюсь туда. Остальной флот останется здесь, не будем пока светить его.

— Как скажешь, — не стал спорить со мной капитан флагмана. Видимой угрозы нет, так почему бы мне немного не развеяться и не слетать туда? Да и наш флот будет рядом, чуть ли не буквально за минуту сможет примчаться на помощь.

Кивнув ему, выхожу с мостика и иду к разведывательному кораблю. А пока иду, отправляю Арти сообщение о том, куда собрался. Почему-то я даже не сомневаюсь, что она захочет со мной. По пути встречаю одного из «котят» и зову его с собой. Сопротивляться он не стал, хоть и шел явно по своим каким-то делам, но это не помешало ему сразу же свернуть со своего маршрута и пойти рядом со мной, между делом подставляя голову для почесушек.

В прошлой звездной системе они ничего не ощутили. Никаких странностей в ментальном плане, никаких следов роя. Может, они тогда ошиблись, что почуяли в Мастере что-то этакое? А может, просто слишком много времени уже прошло, вот ментальный след и развеялся. Но в любом случае будет не лишним и здесь дать им возможность все проверить, вдруг что-то засекут.

На корабль погрузились быстро, как и думал, Арти захотела со мной, вскоре примчавшись в ангар полностью снаряженная и готовая лететь, и минут этак через десять мы покинули флагман и направились вглубь системы.

Короткий прыжок, и мы появились практически в самом ее центре, не спеша приближаться к станциям или ковчегу крэев. Другие разведчики уже вовсю работают, вблизи сканируя их. И пока никакой реакции на их появление и действия.

— Давай попробуем связаться с ковчегом, — говорю искину корабля, понаблюдав немного за нашими разведчиками и убедившись, что все по-прежнему тихо.

— Понял, занимаюсь, — ответил тот.

Пока он трудится, продолжаю наблюдать за разведчиками и изучаю результаты сканирования. Станции находятся в таком же состоянии, как и в предыдущей системе, — законсервированы. Ковчег крэев… с ним непонятнее. Энергетическое излучение есть, но оно минимально, орудия и турели никак не реагируют на кружащих вокруг разведчиков, щитов нет, вообще основная часть системы неактивна. Следов боя или штурма не видно, внешне он и в самом деле цел.

Что происходит внутри него, понять сложно, ковчег все еще плохо поддается сканированию, наши сканеры не стали настолько лучше за это время. И разобрать подробности обстановки там не получается. Есть там кто-то живой? Жуки? Крэи? Кто-то другой? Что вообще там происходит? Увы, с этим большие трудности.

— Есть ответ, — вдруг произнес искин. — Устанавливаю канал связи.

Одновременно с его словами сканирование показало небольшую вспышку энергетического излучения на ковчеге и активацию нескольких его систем, отвечающих на связь.

— Неужели кто-то живой? — раздалось по каналу связи. Изображения нет, лишь звук.

— С кем я говорю?

— Управляющее ядро этого ковчега, — устало произнес мужской голос. — Откуда у вас коды опознавания? Вы же не один из нас. Кто вы такие?

— Люди, и мы встречали уже ковчег крэев.

— Вот даже как… Кто-то из нас добрался живым?

— Да, — отвечаю ему правду, вспомнив, что на том ковчеге Слияние нашло уцелевшие гибернационные капсулы с крэями, целую тысячу, что ли. Правда, что дальше с ними сделали, не знаю. Кажется, собирались разбудить крэев, но мне стало не до того, другие дела навалились, и я больше не следил за этим.

— Это радует. Хоть кто-то выжил.

— А на этом ковчеге никто не выжил?

— Можно и так сказать, — ответило управляющее ядро помрачневшим голосом.

— Что это значит?

Я понимаю, если бы оно просто сказало, что все погибли, но оно не так выразилось. И это вызывает вопросы. Что тут произошло?

— Я предоставлю вам всю информацию в обмен на одну небольшую услугу.

— Какую?

— Прилетайте на ковчег, там я все расскажу. — Произнеся это, управляющее ядро разорвало канал связи.

И как-то подозрительно все это выглядит. Чего оно от нас хочет? Что за тайны? Что произошло с крэями, летевшими на этом корабле? И зачем мы ему на ковчеге?

— Что думаешь делать? — спросил у меня искин спустя минуту тишины, во время которой я пытался решить, как же поступить. Проявить благоразумие или поддаться любопытству? И пусть я раздумывал, но в глубине души знал, к какому варианту склонюсь.

— Летим туда. Заглянем на ковчег.

— Хоть дроидов возьмешь с собой? — спросил искин с надеждой в голосе. И что-то мне подсказывает, надежда эта была не только его, но и всех искинов в нашем флоте, что я не сунусь туда в одиночку.

— Конечно. И побольше.

— Ну хоть так. Перебрасываем сюда флот?

— Да. Но внимание пусть уделяет не только известным нам тут объектам, а вообще режим паранойи. Возможно, это какая-то хитрая ловушка, просто мы ее еще не обнаружили.

— Принято. Летим к ковчегу?

— Давай.

Очередной внутрисистемный прыжок, и мы уже рядом с ковчегом.

— Сергей, — раздался у меня в голове голос «котенка», стоило нам только выйти из прыжка.

— Что такое? — оборачиваюсь к нему. Он стоит у входа в кабину пилота и пристально смотрит на возникший перед нами корабль крэев.

— Этот корабль… Я снова чувствую это, — отрывисто произнес он.

— Что именно ты чувствуешь? — спрашиваю, заглянув в результаты сканирования. Разведчики продолжают попытки выяснить еще что-то про ковчег. Там ничего серьезного, некоторые изменения есть, но все выглядит как подготовка к нашему появлению.

— Как тогда с Мастером. Странное. Похоже на рой, но отличающееся. Слабое, будто старое, но еще ощущается.

Хм-м… Отказаться от визита на корабль не откажусь, но, пожалуй-ка, возьму еще больше дроидов с собой.

— Там не рой? — уточняю у «котенка».

— Не похоже, жуки немного иначе ощущаются. Там что-то другое. Похожее, но другое. Не могу пока объяснить.

— Понял, спасибо, что сказал, — благодарю его и сообщаю флоту новости, заодно прошу выделить побольше дроидов.

Там отреагировали ожидаемо и попытались отговорить меня от посещения ковчега, но пусть все звучало и логично, однако я остался на своем — лечу туда. Искины немного побухтели, но приняли это, попросив, если вдруг что, оставлять дроидов сдерживать врага, а самому выбираться оттуда. План действий же прост — вначале высаживаются несколько отрядов дроидов, берут под контроль зону высадки, и только потом мы с Арти. А дальше по ситуации. Наши силы будут неподалеку, и, если понадобится, их огневой мощи хватит, чтобы разнести этот ковчег на атомы.

Место для посадки управляющее ядро ковчега любезно подсветило и подготовило, промахнуться сложно. Пренебрегать приглашением и высаживаться еще где-то мы не стали. Хотя выслать разведку на ковчег другими путями было бы не лишним, но мы же тут пока вроде как гости.

Первыми в предложенный ангар высадилась сотня дроидов, снаряженных по максимуму. Учитывая опыт столкновения с Мастером, их броню немного доработали, и теперь они как минимум должны продержаться подольше. Высадились они, осмотрелись и ничего опасного не обнаружили. Ни жуков, ни крэев, ни дроидов или еще каких-то активных систем обороны, только абсолютно пустой ангар.

Дождавшись отмашки, что все чисто, высадились туда и мы.

— Мы на месте, что дальше? — связываюсь с управляющим ядром. Ответило оно почти моментально.

— Рад приветствовать вас на моем корабле, — произнесло то с нотками заметной грусти в голосе. — Если не сложно, пройдите сюда.

По установленному каналу пришел небольшой файл. Вирусов нет, какого-то подвоха искины не обнаружили. Заглядываю в него и вижу там карту с отмеченным маршрутом. И ведет он в самый центр ковчега. Если этот ковчег такой же, как и тот, на котором мы уже побывали и неплохо изучили, то ядро хочет, чтобы мы пришли к нему.

— Хорошо, но путь неблизкий.

— Понимаю, дорога много времени не займет. А пока вы будете добираться, я готов ответить на ваши вопросы.

— Хорошо, — соглашаюсь и, прихватив с собой большую часть дроидов, иду дальше.

Выйдя из ангара, мы попали в пустой коридор. Чисто, освещение работает. Некоторое запустение ощущается, но ничего сильно заметного. Следов жуков и тем более самих жуков не видно. Пройдя же по этому коридору, мы вышли на одну из центральных транспортных магистралей, проходящих чуть ли не через весь корабль. И там нас ждал транспорт.

— Грузитесь на платформу, она поможет вам быстро преодолеть значительную часть пути, — сообщило управляющее ядро.

Выглядит платформа нормально, заметных неисправностей не видно. Идти своим ходом далековато, так что пользуемся предложением и забираемся на нее. Даже почти все дроиды уместились. А те, что не влезли, отправятся на разведку, посмотрят, что здесь к чему.

— Задавайте ваши вопросы, — произнесло ядро, когда платформа плавно тронулась с места, постепенно набирая скорость.

— На корабле есть живые крэи?

— Нет.

— Жуки?

— Нет.

— Какие-то живые существа?

— Если не считать вас, то нет, никого.

— Что тут произошло? — спрашиваю, смотря по сторонам, но там ничего интересного, ни каких-то разрушений, ни трупов, ни чего-то, что могло намекнуть о случившемся здесь.

— Так понимаю, в целом вы нашу историю знаете? Как мы сражались с дэвурсами, бежали, пытаясь спастись?

— Да.

— Хорошо, значит, можно обойтись без предыстории. Мы были в последней волне беглецов, ускользнули буквально из-под носа флота дэвурсов. Радовались, думали, что спаслись… — ядро замолчало, словно задумалось о чем-то.

— Но это было не так?

— К сожалению, нет. Вначале все шло хорошо, мы покинули галактику, сбежали от дэвурсов, ковчег был исправен, пассажиры находились в капсулах, дожидаясь, когда мы прибудем к новому дому. Несколько столетий все шло нормально. Однако потом начали происходить разные странности. Вначале они были не очень заметные, все списывали на износ оборудования, сбои, ничего примечательного и страшного. Но позже странностей стало больше. Непонятные данные с некоторых капсул гибернации, аварии на важных системах, отрезающие залы с капсулами от общей сети. Капсулы продолжали работать, питание подавалось исправно, но контроль над ситуацией там мы теряли. Все сбои и аварии ликвидировались, контроль восстанавливали. Однако это происходило все чаще и чаще. Мы справлялись как могли. Автоматизированные системы, дроиды, даже будили технический персонал, возвращая его потом обратно в гибернацию. Ни одна из поломок не затрагивала критически важные системы, почти все касались лишь систем наблюдения и контроля над ковчегом. Стоило еще тогда обратить внимание на эту странность. Да я и обращал, но все проверки не смогли ничего выявить. Да и, казалось бы, кто мог вредить на изолированном корабле, устраивать все это? Дэвурсы? Очевидный ответ. Я думал так же, перетряхнул весь корабль и ничего не нашел, ни малейшего признака, что на нем есть хоть один полудохлый жук. Так, с трудом, мы все же добрались до намеченной галактики. Появились на ее крае, и начался процесс пробуждения всего экипажа ковчега. — Ядро снова замолчало. Будь оно обычным живым человеком, сказал бы, что оно погрузилось в неприятные воспоминания.

— Что-то пошло не так? Экипаж не удалось вывести из гибернации? — спросила уже Арти, пока я обдумывал услышанное.

— Не совсем. Экипаж пробудился, как и должен был, никаких проблем с этим. И первое время все было нормально. Провели разведку, попытались найти другие ковчеги, безуспешно, нашли, возможно, подходящую звездную систему для поселения и отправились туда. И вот тогда-то все рухнуло.

— В каком смысле?

— Помните, я говорил про странности в данных с некоторых капсул гибернации?

— Да.

— Я считал, что это просто был очередной сбой, ничего критического. Проверки после вывода из гибернации не показали никаких отклонений. Но все оказалось гораздо хуже. Экипаж начал мутировать. Вначале это коснулось тех, у кого были те самые странности в снимаемых с тел во время гибернации параметрах. Был установлен карантин, пробуждение гражданских остановили. Мы пытались понять, что происходит. Мутации начинались незаметно, и до определенного момента обнаружить их можно было лишь при полном обследовании, и то только если знать, что именно искать. Никаких заметных признаков того, что что-то не так. А когда же они становились заметны, было уже слишком поздно, они выходили на терминальную стадию, и все заканчивалось в лучшем случае за сутки, а то и за считаные часы. И как-то помешать им уже было невозможно.

— Это такой побочный эффект от капсул гибернации?

— Нет. Эта технология давно использовалась и была проверенной. Дело было в другом. Но обо всем по порядку, я дойду до этого уже скоро. Вначале мутации затронули лишь часть экипажа. Остальные, еще не подозревая, что их это тоже коснется, пытались разобраться в происходящем с их товарищами. И пусть не сразу, но разобрались, только было уже поздно.

— В каком смысле поздно? Мутации убили всех?

— Можно и так сказать, — грустно произнесло управляющее ядро. — Это был не какой-то вирус или бактерия. Это были дэвурсы.

— Жуки⁈ — удивленно спрашиваю у него.

— Да, они самые. Мы тоже очень удивились, когда поняли это. Это были жуки, только не привычные нам, а другие, новый вид, можно даже сказать, что принципиально новый вид. Раньше мы ни с чем подобным не сталкивались и даже не подозревали, что такое возможно. Мы успели найти способ их обнаруживать. Нашли их логово на ковчеге, даже уничтожили его. Но было уже слишком поздно.

Ядро снова замолчало. А я в этот раз ничего не спрашивал, старательно укладывая в уме услышанное. Это меняет все! Если, конечно, ядро не вешает нам лапшу на уши. Но зачем это ему?

— Судя по всему, на ковчег каким-то образом проникла группа относительно обычных особей дэвурсов. Как минимум, обычными их можно назвать по сравнению с тем, что было потом. Вместо того чтобы атаковать, они забились в самую глухую щель корабля, дождались, когда ковчег покинет галактику, и начали действовать. Но они не бросились в атаку, не попытались добраться до гибернационных капсул. Нет. Часть из них проникла в систему центральной вентиляции, обосновалась там и начала стремительно изменяться, никуда не вылезая оттуда и используя для пропитания своих сородичей. Оставшиеся же служили для них пищей и боевой силой, именно они были ответственны за первые сбои и неполадки на ковчеге. Сколько это продолжалось, сказать сложно, но долго. А жуки продемонстрировали завидную осторожность и скрытность, за все те годы они ни разу ничем себя толком не выдали. Да, теперь, зная, что они были, понимаю, что следы оставались, пусть и не сильно заметные. А потом жуки достаточно мутировали, в… назовем это матками, и начали порождать принципиально новых особей. Слабые, маленькие, ни на что толком не способные. Их можно было спокойно раздавить рукой. Однако они могли проникать в малейшие щели, а главное — внедряться в живые организмы, перестраивая те под себя. Так за годы полета ковчега они заразили собой весь экипаж, иногда по пути к капсулам влезали в корабельные системы и дохли в них, ломая те и практически бесследно сгорая под напряжением, им много для этого не нужно было. Поэтому системы, связанные с наблюдением и контролем, чаще всего и выходили из строя, их коммуникации просто были на пути тварей.

— И вы за все это время ничего не заподозрили?

— Нет.

— И при обследовании зараженных не могли найти внедрившихся в них жуков?

— Не могли. Сами по себе они что-то вроде слизней. После попадания в живые организмы они практически бесследно растворяются, запуская процесс мутаций.

— И какой смысл в этом? Для чего они заразили экипаж? Оставайся они в телах, можно было бы сказать, что они паразиты и так питаются. Но ты сказал, что они растворяются.

— Если бы паразиты, все гораздо хуже. После изменения зараженные стали новым видом дэвурсов — разумные, знающие все, что знал их носитель, но подчиняющиеся логике и целям дэвурсов. Это были уже не те крэи, которых мы знали. Внешне такие же, знающие все и способные долгое время держать себя в руках и ничем не выдавать себя. Первых измененных перебили. Но потом, когда остатки экипажа мутировали, это сделать было уже некому.

— А ты? Почему ты не перебил их системами обороны?

— А меня отрезали от возможности управлять ими. Не уследили, один мутировавший успел добраться до управляющей консоли и заблокировал мне доступ. Все, что я после этого мог, — лишь наблюдать и управлять отдельными системами корабля, но ничего серьезного. Я пытался сопротивляться, мешать им, но толку-то…

— Что сделал мутировавший экипаж?

— Заразил всех остальных. После завершения мутации они оказались способны на такое.

— Они порождали этих слизней?

— Нет, заражение происходило иначе, напрямую. Зараженные внедряли в тела обычных крэев некую биологическую капсулу, которая, попадая в тело, распадалась и запускала процесс изменения.

— Почему вы не закончили все, пока еще была такая возможность и когда стало понятно, к чему все идет?

— Вначале пытались найти источник заражения. Потом вычищали его. Потом искали способы лечения. Потом пытались обезопасить гражданских. А потом стало слишком поздно.

— Что было дальше?

— Мы уловили сигналы, признаки разумной и довольно развитой цивилизации. Ковчег направился туда. Нас там встретили пусть и не агрессивно, но насторожено. Лучше бы нас расстреляли еще при первом контакте, однако этого не сделали. Мы вступили в контакт, наладили отношения с местными, а потом начали заражать всех. Вначале в этой звездной системе, потом в других. И они не были готовы к такому. Однако пусть и не сразу, но поняли, что что-то не так, и очень быстро нашли виновника. Началась война. Зараженные использовали все способы для распространения и в войне не пренебрегали ничем. Местные проиграли. Война закончилась быстро и жестоко. Большая часть представителей встреченной нами расы была обращена, остальные уничтожены. Правда, те, кто сопротивлялся, в самом конце успели выпустить какой-то очень заразный и живучий вирус, убивший почти всех зараженных. Вы приехали.

— Что? Приехали? Куда? — переспрашиваю, будучи полностью мыслями в рассказе ядра.

То, что оно тут рассказывает, звучит невероятно. Мы ни с чем подобным не сталкивались, и, если это правда, придется менять все меры безопасности. Хорошо, что у нас большая часть дроиды, жуки вряд ли смогут их мутировать в силу их полнейшей металличности.

— Да, вы прибыли. Вам нужно сходить с платформы и дальше своим ходом добираться.

— Ага, — только и отвечаю, спускаясь с платформы. Судя по присланной ядром карте, идти нам осталось недолго. — И чем все закончилось?

— Мне это неизвестно. Ковчег бросили тут. И если за ходом войны я еще как-то мог наблюдать, то вот после того, как она завершилась…

— Кто-то из зараженных выжил?

— Не знаю, но допускаю, что вполне могли. Это логично, они же не тупые жуки. А вирус — это вирус, у него есть свои ограничения. Пусть большую часть из них он и успел уничтожить, кто-то, скорее всего, сумел выжить.

— Я не совсем понял момент с заражением крэев, находившихся в гибернационных капсулах, как жуки проникали внутрь?

— Капсулы не герметичны в обычном состоянии. Вентиляция, охлаждение и все такое. В них хватает отверстий, через которые могли проникнуть слизни, особенно учитывая их способность просачиваться практически куда угодно. Капсулы же становятся герметичными лишь в случае агрессивной среды снаружи, там стоят специальные датчики. Мы не изучали подробно этот вопрос, нам хватило самого факта возможности заражения, хватало других проблем.

— А не могли сделать их герметичными?

— Могли, но это серьезно удорожало их.

— И что, вы, когда выяснили, что происходит, не предприняли хоть что-то, чтобы спасти еще не зараженных?

— Почему же? Предприняли. Мы принудительно перевели все капсулы в герметичное состояние. Только толку, слизни, может, и не могли туда больше проникнуть, но это и не было нужно, зараженный экипаж прекрасно справился сам, выводя гражданских из гибернации и сразу же заражая их.

— И никто из просыпавшихся ничего не понял?

— Поняли, но было уже слишком поздно. Ковчег полностью контролировали зараженные, что-то сделать еще нормальные крэи уже не могли. Может, будь у них больше времени, что-то и придумали бы, но времени у них как раз и не было — все они уже были заражены, и к моменту осознания ими ситуации их дни были сочтены.

— Неужели зараженные никак внешне не отличались, не вызывали подозрений?

— Нет. Внешне это были почти те же самые крэи, изменения были минимальны и не бросались в глаза. Большая часть изменений была внутренней и перестроила тела почти полностью, при этом сохранив практически неизменным внешний вид. Это было настолько искусно, что даже не верилось в реальность такого. Подобная перестройка — вот так, из-за одного жука, проникшего в тело? Не в лаборатории или еще где-то с использованием специального оборудования. Но это было, и это факт.

— Были ли у зараженных какие-нибудь особые силы?

— Что вы имеете в виду?

— Ну-у, например, после мутации они могли как-то энергетически атаковать, не используя для этого посторонние устройства.

— Нет, ничего такого не было. Они становились сильнее, быстрее, живучее, но ничего такого, на что вы намекаете, никаких способностей, выходящих за пределы физических возможностей тела. Но должен заметить, что мои сведения серьезно устарели и сейчас зараженные могут быть какими угодно. Они были способны изменяться и адаптироваться не хуже обычных дэвурсов. И какими они стали за эти годы — можно лишь догадываться, все зависит от того, с чем они столкнулись.

— Ясно… — задумчиво протягиваю, укладывая в голове новую, совсем не радующую информацию. — Что ты хочешь от нас? Зачем пригласил сюда?

— Я предоставлю вам все данные, что есть у меня. Можете использовать ковчег, если нужно. Берите все. Я прошу лишь об одном — подарите мне покой.

— В каком смысле?

— Отключите меня. Я устал. На моих глазах произошло слишком много всего. Миссия, для которой я был создан, провалена с треском, и не могу сказать, что в этом нет моей вины. Будь я внимательные, действуй немного иначе, и, возможно, все сложилось бы иначе. Возможно, ковчег был бы спасен. На моих глазах зараженные поглощали встреченную расу, а я ничем не мог им помешать.

— Мы можем сделать это, — не спешу соглашаться или отказываться, но подтверждаю возможность выполнения того, что он хочет.

— Куда отправить данные?

— Сейчас будет входящий канал связи, прими и по нему, — говорю ему, связываясь со флотом.

— Хорошо. Там будет большой массив данных, отправляю вам все, что у меня есть. Кроме этого, если вдруг понадобится, хранилища данных на корабле будут доступны вам.

— Почему тебя не уничтожили? Не отключили полностью?

— А им это было незачем, я никак не мог им навредить. Все, что я мог, — лишь бессильно наблюдать.

— Ты мог бы предупредить кого-нибудь или еще что-то предпринять.

— К сожалению, не мог. Я был полностью заперт. Это после начала войны, когда все зараженные полностью покинули ковчег, я смог частично восстановить доступ к некоторым системам, и то ничего серьезного. Сдвинуть этот корабль с места я все еще не могу, как и взорвать его или использовать какие-то орудия. Система обороны полностью отключена. А энергосистема находится в автономном режиме, разработанном на случай, если я выйду из строя.

— Почему мы не встретили никаких следов? Здесь не было боев?

— Были. Но только в отдельных местах, а остальные следы зараженные прибрали, когда мы принимали у себя местных, они хотели посмотреть на наш корабль.

— Сигнал маяка, почему сейчас? — продолжаю задавать ему вопросы, идя по коридорам ковчега. Дроиды за это время ничего подозрительного не обнаружили. Ни те, что идут со мной, ни те, что отправились на разведку и сейчас вовсю рыскают по помещениям ковчега.

— В каком смысле? — явно не поняло меня ядро.

— По имеющимся у нас данным, маяк передает сигнал почти непрерывно, а тут такого нет.

— Да, все верно. У меня нет возможности постоянно использовать маяк, активирую его примерно раз в час. Установленные блокировки все еще в силе, мне приходится искать обходные пути, чтобы хоть что-то сделать.

— Понял, — говорю и открываю присланное искинами сообщение.

Данные от ядра они получили, и там немало всего, есть в том числе и по новым жукам, зараженным и войне с местными. На первый взгляд данные выглядят правдоподобно. — Что произойдет с ковчегом после того, как ты отключишься?

— Его системы продолжат работать автономно. Централизованное управление больше не будет возможно, но в целом все будет работать. В принципе, как и сейчас, я управляю лишь малой частью. По сути, исчезну только я, больше ничего затронуто не будет.

В целом не врет, совпадает с тем, что мы знаем про ковчеги, есть и такой вариант отключения центрального управляющего ядра.

— Нам нужны образцы новых жуков, их можно где-то здесь раздобыть?

— К сожалению, нет. Хотя… — задумчиво протянуло ядро. — Отправил вам данные, там вроде бы оставались остатки нескольких жуков. Они уже были давно мертвы, когда их обнаружили, и возиться с их уничтожением не стали, хватало других забот. Найти же образцы именно зараженных или самих слизней на ковчеге не получится, их тут нет.

— Жаль.

— Поищите у местных. Хотя бы на тех станциях в этой системе, там могло что-то остаться.

— Поищем, — говорю, и мы как раз зашли в небольшой зал, заполненный оборудованием для работы ядра.

— Вы отключите меня? — спросило оно с надеждой в голосе.

— Да.

Смысла отказываться нет, можно и выполнить его просьбу. Тем более что оно сделало все, о чем мы просили. А если вдруг что-то не выяснили, потом узнаем это сами, получив прямой доступ к системам ковчега. У искинов уже есть несколько вариантов, как сделать это. Даже больше того, скорее всего, мы сможем заменить это ядро на один из искинов. Исследования первого ковчега крэев дали нам немало всего.

— Тогда пересылаю инструкцию. Спасибо. Надеюсь, вам повезет больше, и вы добьете этих тварей.

— Надеюсь, — отвечаю, тяжело вздохнув, и приступаю к процессу отключения.

Стоит отключить ядро так, как оно просит, и оно бесследно сотрется. Это не просто отключение, а его полное уничтожение, пусть физически все оборудование и останется в рабочем состоянии.

— Спасибо. Удачи вам, — еще раз поблагодарило ядро перед тем, как я окончательно отключил его.

Закончив, оглядываюсь по сторонам. С этим разобрались, теперь осталось еще разгрести кучу всего. И для начала надо раздобыть образцы новых жуков, понять, что они такое, обработать добытые данные и хоть мельком осмотреть этот корабль. Да и на те две станции тоже будет не лишним заглянуть. Ох, похоже, мы здесь надолго.