Вернувшийся: Союз. Том V

Глава 3

— Сергей? — позвала меня Арти, вырывая из невеселых мыслей.

А чему радоваться? Нет, не сказать, что все так уж ужасно. Мы живы, целы, больше взрывов или каких-то диверсий не было, можно сказать, все тихо и спокойно. Все и в самом деле так, только уже неделя прошла с момента взрыва на встрече послов, и все во всех смыслах тихо, причем совсем. И это раздражает.

С одной стороны, тишина — это хорошо, больше никаких происшествий, жертв, но вот с другой… по расследованию-то все тоже тихо. Причем вообще, что особенно раздражает. Ладно если бы были хоть какие-то подвижки, пусть даже совсем небольшие, но было бы видно, что процесс движется, а тут же ими даже и не пахнет.

Меня с Арти, как пострадавших, к расследованию не допустили. И я понимаю это, все логично, нам там нечего делать. Хотя нет никого желающего сильнее нас найти тех, кто устроил это. Но в этом и проблема, мы можем быть не совсем объективными и где-то перегнуть палку, я это понимаю и признаю, поэтому и не настаивал на нашем непосредственном участии.

Впрочем, если посмотреть на это с другой стороны, то толку-то от нас в расследовании? Не считая нашего энтузиазма? Правильно, немного. Все, что знали, мы уже по несколько раз рассказали, а знали мы не так уж много. В остальном же, учитывая, что силы нашего флота по полной участвуют в расследовании, большого смысла в нашем участии нет. Там сейчас такие ресурсы задействованы и столько искинов, что наши возможности на их фоне просто теряются.

Станцию уже чуть ли не по винтикам проверили от и до. Прошерстили все базы данных, проверили все, что только можно, допросили с применением самых совершенных методов допроса всех, кто был на станции, и как-то соврать у допрашиваемых не было ни шанса.

И ничего. Тех, кто устроил взрыв, так и не нашли почему-то. Создается впечатление, что их тут уже и нет. Может такое быть? Может, пусть и вероятность этого мизерная. Впрочем, расследование все еще продолжается, и остается надежда, что все же получится кого-то найти.

Нам же с Арти остается только торчать на флагмане нашего флота, прибывшего на встречу, и терпеливо ждать, когда же наконец появятся хоть какие-то результаты, и надеяться, что они вообще будут. Нужно признать, с каждым новым прошедшим днем надежды на это все меньше и меньше. И что делать, как помочь расследованию — я без понятия. Вроде бы все делается правильно, однако ж…

Звездная система по-прежнему в блокаде, ограничивающие меры никто не торопится отменять, и за все это время отсюда улетел лишь один корабль, экипаж которого был проверен от и до. Сбежать же отсюда никто вроде бы не пытался. И, учитывая плотность контроля, провернуть такое кто-то мог бы лишь чудом.

И пусть расследование почему-то буксует, те, кто устроил взрыв, скорее всего, все еще где-то здесь, шансов улизнуть отсюда у них практически не было. Почему я так думаю, когда все намекает на обратное? Да потому что время встречи было окончательно определено лишь в самый последний момент и узнать заранее, когда мы соберемся, нельзя было. Активировать дистанционно заряд тоже вряд ли получилось бы, меры безопасности из-за встречи послов были те еще. Так что, скорее всего, кто-то из причастных ко взрыву все еще где-то на станции, остается лишь найти его.

То, что все настолько затянулось, удивляет меня. Мне казалось, при задействованных ресурсах это решится если и не за считаные часы, то за пару дней точно, а оно вон как все оказалось. Подробности нам с Арти не сообщают, лишь общие моменты. И моменты эти пока не обнадеживающие, и все можно свести к одному — работаем, ищем.

И вроде бы на станции было достаточно различных систем наблюдения и контроля, чтобы можно было запросто отследить тех, кто установил бомбу в зале переговоров. Но, несмотря на все возможности и привлеченные ресурсы, каких-то определенных результатов до сих пор нет. И это непонятно. Вероятно, этому есть какие-то причины, но с нами ими делиться никто не спешит.

— Что? — спрашиваю, повернув голову к лежащей рядом со мной Арти и покрепче обняв ее.

Произошедшее сильно повлияло на нее. Не думал, что после всего, что мы с ней пережили, после стольких раз, когда мы были на пороге смерти, это возможно, однако ж… эти дни она почти не отходила от меня, постоянно старалась быть рядом и все время смотрела сложным взглядом.

Она и раньше, после того как мы снова встретились, много времени проводила со мной, особенно в самом начале. Да и потом тоже, но уже спокойно отвлекалась на дела и оставляла меня одного. Сейчас же она вообще почти ни на минуту не оставляет меня. И не сказать, что я против этого, отпускать куда-то мне ее тоже не хочется, но нездоровая же какая-то ерунда выходит у нас.

Арти словно испугалась того, что могла потерять меня. Нет, понятно, что она и в самом деле испугалась, но чтобы настолько?.. Это было неожиданно и, что уж скрывать, приятно. Давно обо мне так не переживали. Главное, чтобы ее волнение не зашло слишком далеко, а то мало ли.

По-хорошему, нам с ней нужно обсудить все это, пока не стало слишком поздно, но почему-то никак не решаюсь, а сама Арти говорить об этом не торопится, сразу же переводя разговор на другую тему, стоит мне только попытаться заговорить об этом. Она вообще старается избегать разговоров о случившемся.

— У меня к тебе вопрос, — произнесла она, положив голову мне на грудь.

— Какой?

— Почему ты не сделал своего Эклайза полноценным?

Молча смотрю на нее, не зная, что ответить. В голове после ее вопроса воцарился хаос. Почему она спрашивает об этом? Что именно ее интересует? Что ответить? Вопрос одновременно и простой, и очень сложный, учитывая нашу с ней историю. Есть в нем какой-то подвох или нет?

— Уверена, Слияние без проблем могло проапгрейдить твою нейросеть нужным образом и сделать ее полноценным искином. Сейчас это не так уж сложно.

— Зачем?

— Что «зачем»? — удивленно спросила она и, приподняв голову, посмотрела на меня.

— Зачем мне это?

— Ну как же⁈ Обычный искин, пусть даже очень продвинутый, и полноценный — это совершенно разные вещи. Да что я тебе объясняю, ты это и сам прекрасно знаешь. Так почему?

В ответ тяжело вздыхаю. Глупо отрицать, я думал об этом. Арти была непонятно где, когда она вернется и вернется ли вообще, было неясно, а я… мне было одиноко. Эклайз же в текущем виде отличный инструмент, но не друг, с ним даже толком не поговорить, если вдруг станет одиноко, и не посоветоваться. Да и в качестве инструмента он пусть и хорош, и его возможности велики, но все же ограничен, с чем я уже сталкивался не раз, привыкнув немного к другому. И мысль сделать его полноценным была очень заманчивой, но…

— Я не смог, — тихо отвечаю Арти.

— Что? Почему?

— У меня была только ты, и сделать Эклайза тоже полноценным… Посчитал это неправильным.

— Но это же глупо?

— Глупо, — не отрицаю, ведь это чистая правда. — Но я не смог. Несмотря на все плюсы от этого, не решился. Не смог заменить тебя кем-то.

— Но это же не замена! Да и я давно уже не твоя нейросеть.

— Арти, — перебиваю ее, крепко поцеловав, и добавляю: — Да и жить с посторонним мужиком в своей голове…

— Сделал бы нейросеть девушкой, это же вопрос пары команд. Да и тебе не привыкать к такому.

Издевается. Уверен в этом. С укором смотрю на нее. Она же усмехнулась и, больше ничего не говоря, поцеловала меня, обхватила мою голову руками и подползла повыше, чтобы было удобнее. Крепко обнимаю ее. Никуда не пущу.

Не знаю, сколько мы так процеловались и провалялись на кровати, оторвала нас от этого приятного процесса настойчивая попытка кого-то с нами связаться. В дверь каюты не ломились, систему корабельного оповещения не использовали, но Эклайз сигнализировал о множестве попыток связаться со мной.

— Слушаю, — отвечаю через нейросеть на входящий вызов.

— Наконец-то, — раздался голос Грэзга. — Вы там спали, что ли?

— Что-то случилось? — спрашиваю, игнорируя его вопрос.

— Ничего страшного, но, думаю, вам это будет интересно. Мы нашли тех, кто пытался убить вас. Через полчаса будет общая встреча со всеми участниками расследования, будем решать, что делать дальше. Я подумал, вы захотите поприсутствовать на ней.

— Конечно!

— Тогда подходите к ангару через десять минут. Я отправил вам информацию, куда идти, и все имеющиеся у нас результаты по расследованию. — Произнеся это, Грэзг отключился.

Неужели расследование наконец-то дало результаты? После недели без малейшего намека на какие-то успехи даже не верится в это. Пару мгновений еще полежав и посмотрев в потолок, подскакиваю с кровати и начинаю собираться.

На встречу я хочу, Грэзг правильно подумал, но хрена с два я пойду на нее без брони. Нет уж, мне одной подобной встречи более чем хватило. Объяснять Арти свои действия не пришлось, она уже все знала, а по моему поведению поняла, какое решение я принял. И она захотела вместе со мной. Кто бы сомневался.

Быстро снаряжаемся и выдвигаемся в нужный ангар. По дороге смотрю, что сумели нарыть в ходе расследования и по какому поводу встреча. И они в самом деле смогли кого-то найти. Кхарн, один из обычных рабочих станции. Ничем не примечательный, раньше ни в чем таком замечен не был. Его уже допрашивали в самом начале, и он спокойно прошел все допросы и не был в числе подозреваемых.

Вышли на него случайно, по косвенным моментам. Копали под одного, а вышли на него. Снова схватили его, хорошенько допросили, а не просто прогнали по ряду вопросов, как было до этого, и все вскрылось. Сейчас его еще раз допрашивают, выуживая малейшие крупицы информации, которые позволят нам понять, кто именно стоит за этим взрывом.

Этот же кхарн лишь простой исполнитель. Он даже толком не знал, что произойдет. Ему дали бомбу, толком не объяснив, что это такое, выдали точные инструкции, что и как делать. Он и выполнил все как ему приказали — разместил ее в нужном месте, дождался нужного времени и активировал.

Почему он даже не заподозрил какого-то подвоха и не попытался как-то помешать этому? Заподозрил, еще как заподозрил, но у него не было особого выбора, слишком уж крепко его прижали — угрозы любимым, похоже, везде и всегда работают безотказно, особенно когда не видишь другого выхода. Очевидно, он другого выхода не видел и послушно сделал все, что ему приказали. Оправдывает ли это его? Нисколько.

Для чего же собрание, если ничего толком еще не известно? Ни то, кто заставил бедного кхарна устроить все это, ни то, какие цели они преследовали. Просто хотели убить нас? Всех нас или кого-то конкретного? Или, может, цель была в чем-то другом? Сорвать переговоры? Затянуть их? Еще в чем-то? Скоро мы, возможно, узнаем ответы на эти вопросы. Допрос уже подходит к концу, и к тому моменту, когда встреча состоится, данные уже будут и придется оперативно решать, что делать дальше.

Когда мы с Арти дошли до нужного ангара, челнок нас там уже ждал. Как и охрана. Все было готово к вылету. Погрузившись на него, мы покинули наш корабль и отправились на станцию элов. Да, снова на нее, надеюсь, в этот раз ее посещение пройдет поспокойнее.

Недолгий полет, и челнок приземлился на причале, где нас уже ждали другие участники встречи с нашей стороны. И набралась нас неплохая такая толпа. Одной только охраны дроидов пятьдесят. И пятеро начальников, если считать вместе со мной и Арти. Но нужно не забывать, что начальников я пусть так и назвал, но это лишь чтобы обозначить их, все мы способны на многое. Кроме меня и Арти, из начальства тут еще три дроида. Мужчины, закованы в броню. И раньше я с ними вроде бы не пересекался. При нашем появлении они приветственно кивнули, и все на этом.

Убедившись, что все прибыли и никого больше не нужно ждать, направились к месту встречи. И в этот раз станция ощущается другой. На первый взгляд она все та же, никаких серьезных изменений и следов боев, но я бы сказал, что атмосфера на ней стала гнетущей, тревожной и даже мрачной. То тут, то там встречаются посты и патрули из вооруженных бойцов, настороженно поглядывающих по сторонам и готовых в любой момент пустить в ход оружие, активированные системы безопасности. В общем-то, разные мелочи, но их много, и они сильно влияют на восприятие станции.

Несколько минут по коридорам станции, и мы прибыли к месту встречи. И мы не самые первые, у входа в нужное помещение нас встретили отряды бойцов элов и кхарнов, подозрительно посмотревшие на нас. Впрочем, за оружие хвататься они не спешили, и взглядами все ограничилось.

Наша охрана присоединилась к ним, а мы прошли дальше. За дверью оказалось небольшое круглое помещение, очень похожее на то, где проходили переговоры с послами, только заметно меньшее по размерам. Внутри уже было два эла и несколько кхарнов. Они сидели на расстоянии друг от друга и что-то делали в своих коммуникаторах.

Увидев нас, они приветственно кивнули, но начинать разговор не стали, продолжив что-то изучать в своих коммуникаторах. Мы же подошли к свободным местам и заняли их. Дождемся остальных и начнем.

— Помещение проверили? — тихо спрашиваю у остальных наших.

— Да, несколько раз. Можете не переживать по этому поводу.

— А сама станция?

— Тоже проверена от и до. После произошедшего к этому вопросу подошли со всей тщательностью. В проверке участвовали все расы, чтобы потом не было вопросов.

— И никто не возражал против этого?

— Нет.

Пока мы говорили, двери, ведущие в комнату, открылись, и через них прошли представители остальных рас. И пока они рассаживались по свободным местам, пришло уведомление от Эклайза о новом сообщении. Смотрю, что там.

А там результаты тщательного допроса кхарна, устроившего взрыв, он как раз закончился. Пусть кхарн не много чего знал, но все же выяснить кое-что удалось. И за взрывом стоит не кто-то там, а предатели. Те крысы, которые не просто сбежали, но еще и постоянно вредят своим, а с ними никак не разберутся раз и навсегда.

В результате допроса нам известно несколько имен. Их уже оперативно проверили и выяснили, что они относятся к тем, кого я называю предателями. Беглецы, отступники, или как еще их назвать. Те, кто сбежал, не желая биться с роем.

Они далеко не главные, мелкие сошки, но связь очевидна и вряд ли случайна. Кто еще замешан в этом и какие цели они преследуют — пока не знаем, нужно работать дальше. А еще, на мой взгляд, нужно решать вопрос с предателями, так не может продолжаться дальше, они совсем уже страх потеряли.

Я и раньше считал, что им позволяют слишком многое, и не понимал, почему местные терпят их. Да, вопрос непростой, и я это прекрасно осознаю, но его нужно решить, пока не стало поздно. И если раньше это нас не касалось и, не считая одного небольшого конфликта, было исключительно делом местных, то теперь…

— Все ознакомились с новыми данными по инциденту? — разнесся гулкий голос по залу спустя несколько минут тишины.

Ответом ему были молчаливые и задумчивые кивки.

— Думаю, все согласятся, что такое нельзя оставлять без ответа? — спросил он, окидывая взглядом собравшихся здесь.

Я тоже смотрю на них. И то, что вижу, мне не очень нравится. Они вроде бы и согласно кивают, но не вижу я уверенности у многих, они будто бы сомневаются. И я этого не понимаю. Как можно сомневаться?

— Расследование продолжится — это понятно. Какие предложения по общему решению давно назревшей проблемы? — задал новый вопрос эл.

— Не думаю, что стоит спешить, — осторожно произнес один из кхарнов. Внешне молодой мужчина, я бы сказал, держащийся слегка высокомерно по сравнению со своими спутниками.

Остальные пока молчат, но вижу, как некоторые согласно кивают.

— Что вы имеете в виду? — спрашиваю у него, опередив эла.

— Это проблема весьма щекотливая, и торопиться нельзя.

— У вас было время, чтобы решить ее. Вы решили? Нет. И из-за вашей нерешительности смотрите, до чего дошло. Сейчас они устроили взрыв на встрече послов. Если вы забыли, то напомню, что без жертв не обошлось. А что дальше? Они начнут взрывать заводы, верфи? Устраивать диверсии? Как далеко они рискнут зайти? Или они уже всем этим занимаются? А?

— Вы уж не перегибайте.

— Не перегибать⁈ — возмущенно спрашиваю у него, с трудом удерживаясь от того, чтобы вскочить с кресла и подскочить к нему, схватить за его выглаженный пиджак, поднять в воздух и хорошенько потрясти, чтобы он перестал нести бред.

— Это сложный вопрос, и его нельзя решать с наскока. Я понимаю ваши эмоции, но…

— А вы, случайно, не из тех, кто сочувствует им? — подозрительно спрашиваю, перебив его. Маловероятно, конечно, всех, и его в том числе, должны были проверить, но ведет он себя слишком уж подозрительно.

Услышав мой вопрос, он замолк и хмуро посмотрел на меня.

— Не несите бред!

— Если я не прав, тогда не понимаю ваших слов. Есть конкретная проблема. А это уже переросло в настоящую проблему, на которую нельзя закрывать глаза. Они не просто беженцы, не желающие сражаться с роем, они пошли гораздо дальше. Мне достоверно известно, что среди них ходят весьма опасные слухи. Например, что рой их пощадит. И кто знает, на что они пойдут ради этого? Поэтому, учитывая, как вы принялись их защищать, я и задал свой вопрос. Вы не из тех, кто сочувствует им?

— Нет, — буркнул он, но как-то крайне неубедительно, однако сделаю вид, что поверил.

— Я вижу, что вы упорно не хотите решать эту проблему. Но она затронула и меня. И, судя по тенденции, дальше будет только хуже. Этот вопрос нужно решать. А раз вы сами упорно не хотите браться за это, значит, возьмемся мы, при вашем полном содействии.

— Что вы имеете в виду? — осторожно спросил у меня эл, пока все остальные удивленно и озадаченно переглядывались. В том числе и пришедшие вместе со мной искины. Учитывая доступные им способы связи, выглядит это весьма забавно. А то, что они удивлены… понимаю их, ни о чем таком мы не договаривались.

Да и я не думал браться за это, не желая влезать в такую грязь, от которой будет очень сложно отмыться. Все же, скорее всего, это не устранить одного-двух человек, а гораздо масштабнее. Но теперь передумал, ведь, похоже, если не мы, то никто другой в ближайшее время не возьмется за это. Может, на словах и будут решать эту проблему, но, боюсь, до дела дойдет очень нескоро, а учитывая ситуацию с роем, может, даже и никогда.

— Вы поделитесь с нами всей имеющейся у вас информацией по предателям, предоставите нам координаты всех их известных баз. Также отправите с нами свои силы. Это будет совместная операция.

— Что именно вы хотите сделать⁈ — выкрикнул один их кхарнов.

— Решить этот вопрос. Радикально. Чтобы они больше не могли доставить нам проблем и помешать борьбе с роем.

— Уничтожить всех? — тихо спросил эл.

И да, это самый очевидный и простой вариант. И самый кровавый. Хочется не заморачиваться и поступить именно так, но это будет неправильно. Уверен… нет, пожалуй, все же надеюсь, среди них хватает и тех, кто просто бежал, желая оказаться как можно подальше от роя, и ничего плохого они не делали и не замышляют.

— Если потребуется, но все же хотелось бы обойтись без этого. Для начала предлагаю разобраться с самыми радикальными их представителями. Также выявить всех сочувствующих им и отселить к остальным. Их же поселения взять под плотный контроль. Они бежали и не хотят иметь с вами никаких дел? Пожалуйста, вы оборвете с ними все контакты, пусть живут в изоляции, раз так хотят. Вы не трогаете их, они не лезут к вам, все честно.

— А ресурсы для их контроля? На это понадобится немало сил, — спросил у меня кто-то.

— Не так много, как может показаться. Нескольких автоматических станций наблюдения вполне должно хватить.

— Это как-то… — задумчиво протянул эл.

— Напомню, что все это при вашем участии. Я не собираюсь становиться воплощением зла и браться за это в одиночку. И если вы понадеялись, что сможете полностью скинуть этот вопрос на нас, то разочарую — не выйдет.

— Тогда мы можем отказаться, — произнес все тот же кхарн.

— Не можете, — «добро» улыбаюсь ему.

— В каком смысле? — спросил он, напряженно посмотрев на меня.

— В прямом. Если вы откажетесь, мы уйдем отсюда. И не просто с этой встречи, а вообще. Какое-либо взаимодействие будет свернуто. Никакой помощи в войне с роем. Вы продолжите дальше сами с ним сражаться и разбираться со всеми своими проблемами. А мы отойдем от ваших границ и будем готовиться его встречать. Не самый лучший вариант, но как уж получается.

— Но почему?

— Потому что вы не похожи на надежных союзников. С вами пока постоянно какие-то проблемы возникают. Вы даже не смогли обеспечить безопасность первой официальной встречи! Вы не хотите решать свои внутренние проблемы, закрываете на них глаза. Так не пойдет. Мы должны быть уверены в вас. В том, что, когда мы начнем действовать, никто не начнет устраивать нам диверсии и бить в спину. Это недопустимо! Все ресурсы должны быть брошены на войну.

— Я… Мы… — протянул он и замолк, смотря по сторонам.

— Мы должны обдумать ваше предложение и сообщить о нем куда нужно. Мы не послы, у нас нет необходимых полномочий для принятия таких решений.

— Понимаю. Думайте. Решайте. А мы пока займемся расследованием. Конечно же, с вашим участием. Но, учитывая ситуацию, за вами будет лишь поддержка и полное содействие. Ведь кто знает, вдруг среди занимающихся расследованием есть тоже сочувствующие предателям, и мало ли что они решат предпринять в связи с попавшей к ним в руки информацией?

— Да, вы правы, это будет разумно, — задумчиво ответил мне эл при молчаливом согласии всех остальных. Может, кто-то и был не совсем рад таким условиям, но в открытую высказываться не решился.

Вот и отлично. Вопросов ни у кого вроде бы нет, обсудили все, что нужно было, так что поднимаюсь с кресла и иду к выходу из зала. Следом за мной поднялись и все остальные наши. Останавливать нас никто не стал.

— Что это такое было? — тихо спросил у меня один из искинов, когда мы вышли в коридор и оказались в окружении наших дроидов.

— Вы про что?

— Про ваш ультиматум. Такое нужно обсуждать заранее. К чему нам вмешиваться во внутренние проблемы местных?

— Все же очевидно.

— И все же поясните.

— Это уже нас затронуло. Настроения среди предателей непонятные, и у меня сложилось такое впечатление, что они могут даже ударить нам в спину, чтобы помочь рою. Кто-то мастерски обрабатывает их.

— Думаете, это и в самом деле рой?

— У нас нет данных, чтобы он хоть раз действовал таким образом. Сомневаюсь, что это в самом деле рой. Скорее всего, за этим стоит кто-то другой. Но я ума не приложу, зачем это кому-то. В чем его выгода? В чем смысл? Но в любом случае, если мы планируем тут закрепиться и ввязаться в войну с роем, — это угроза, с которой нужно разобраться. Как вы сами уже могли заметить, местные эту проблему решать не торопятся, а времени у них на это было предостаточно. Поэтому нам придется взять основную работу на себя. Если мы хотим остановить рой здесь, то нужно решить этот вопрос.

— Вы правы. Такой вариант Слияние тоже рассматривало, но отложило его из-за политической сложности реализации. Вероятнее всего, малой кровью не обойдется, и нам придется знатно замараться, что скажется не самым лучшим образом на нашей репутации.

— Нам важна сейчас не наша репутация, а остановить рой. Любой ценой.

— Вы посол, и вы уже приняли решение, полномочия для этого у вас есть. Мы поддержим вас. — Произнеся это, он кивнул мне, показывая, что узнал все, что хотел, и шагнул в сторону.

Стоило ему отойти немного от меня, как его место сразу же заняла Арти.

— Сергей, у меня к тебе есть просьба, — произнесла она, прижавшись ко мне. Учитывая, что мы оба в броне, это была интересная попытка. Но да, у нее в принципе получилось.

— Какая?

— Я же правильно понимаю, что ты хочешь всем этим заниматься лично? И поиском тех, кто устроил взрыв, и решением вопроса с предателями?

— Да, думаю участвовать в этом.

— Тогда прошу, сделай копию личностной матрицы. На флагмане есть все необходимое оборудование, сделают все быстро.

— А ее разве еще не сделали? Думал, при проведении модификаций с меня ее сняли.

— Нет. Слияние не стало это делать без твоего ведома. Я узнавала.

Да? Странно. Пусть Слияние меня ни о чем таком не спрашивало, думал, втихаря провернуло все, это было бы логично. А оно вон как оказалось. Или оно все же сняло копию, просто не признается? А, не важно.

— Хорошо, сделаю. Сейчас вернемся, и сделаю, — отвечаю ей и, наклонившись, целую.

Хочет быть уверена, что, если вдруг что, меня получится вернуть? Да пожалуйста, я и сам только за. Как-то не хочется окончательно умирать. Конечно, умирать вообще не хочется, но, если уж вдруг так получится, лучше подстраховаться.

И все это возвращает меня к вопросу о том, кто же продолжает жить. Я? Просто в новом теле? Или копия? А я настоящий давным-давно уже мертв? Эх… Сложный вопрос, на который я так и не нашел ответа за прошедшие столетия. И вряд ли найду.

Выбрасываю его из головы и, приобняв Арти, продолжаю идти к нашему челноку.