Ставка на невинность

Эпилог

Спустя неделю после основных событий книги

Она вошла без стука.

Дмитрий только руку протянул, чтобы придержать дверь, но Вера уже стояла на пороге моего кабинета — прямая, напряжённая, с зажатой в кулаке сумочкой. Следователь прокуратуры, которая год пыталась меня посадить и закрыть. И которую я сам пригласил на разговор.

— Проходите, Вера, — сказал я спокойно. — Присаживайтесь. Чай? Кофе?

Она не шелохнулась. Только окинула взглядом кабинет — стены, окна, меня. Оценила расстояния, прикинула пути отхода. Привычка профессионала.

— Я не за чаем пришла, Игорь Сергеевич.

— Я знаю. — Я указал на кресло напротив стола. — И всё же сядьте. Разговор долгий.

Дмитрий стоял у двери, прислонившись плечом к косяку. Руки скрестил на груди, взгляд — на Вере. С интересом, но без враждебности. Она покосилась на него, но ничего не сказала. Села.

— Слушаю, — отчеканила она.

Я помолчал секунду, собираясь с мыслями. Потом заговорил:

— Твой Андрей проиграл здесь крупную сумму. Полтора миллиона долларов.

Она вздрогнула. Совсем чуть-чуть, но я заметил. Руки на сумочке сжались крепче.

— Ты наверняка знаешь моего ростовщика — Клыка. — Я говорил ровно, без эмоций. — Он свел Андрея с нужным человеком. Сам Клык такими деньгами не распоряжается, он мелкая сошка, даёт взаймы только нищим игроманам, чтобы отбирать у них квартиры. Сама знаешь, что после развала Союза у многих обнищавших сохранились в собственности приличные хаты. Сталинки в центре, например.

Вера молчала. Только смотрела мне в глаза — не мигая.

— А вот его, в кавычках, начальник — Анархист, — продолжил я. — Даёт уже такие крупные суммы. Бизнесменам, политикам, прочей высшей силе. Но и требует не квартиры. Требует полный возврат долга. И услугу.

— Услугу? — переспросила Вера. Голос сел, она откашлялась.

— Андрей занял у Анархиста, надеясь отыграться. — Я развёл руками. — Не вышло. Анархист пришёл за долгом. Андрей не мог отдать. И тогда он... исчез. И так случилось, что именно из моего казино они вышли с Анархистом в тот вечер.

Я замолчал, давая ей переварить. Она сидела неподвижно, только пальцы теребили ремешок сумочки.

— Вы знаете, где он? — спросила она наконец. Тихо, почти без надежды.

— Знаю, что он уехал из страны. Жив. — Я сделал паузу. — Но, если ты начнёшь официальное расследование — его убьют. Анархист не прощает долгов.

Она вскинула голову. В глазах — боль пополам с яростью.

— Откуда мне знать, что вы не врёте?

— А зачем мне врать? — Я усмехнулся. — Ты год пытаешься меня посадить. Если бы я хотел от тебя избавиться — давно бы нашёл способ проще.

Она задумалась. Я видел, как в ней борются следователь и женщина. Женщина хотела верить. Следователь не верил никому.

— Почему вы мне помогаете? — спросила она жёстко.

Я посмотрел на неё долгим взглядом. Потом перевёл глаза на Дмитрия — он стоял, не шевелясь, но я знал, что он слушает каждое слово.

— Потому что я ненавижу Анархиста, — сказал я. — Он устраивал подпольные игры в восьмидесятые, в которых увяз мой отец. — Я помолчал. — И потому что... моя невеста попросила встретиться с тобой.

— Невеста? — Вера прищурилась.

Я не ответил. Только усмехнулся.

— Глупо, да?

Она не успела ответить. Дмитрий вдруг шагнул вперёд, вышел из тени.

— Вера, — сказал он. Голос у него был низкий, спокойный, но я почувствовал в нём сталь. — Мы только одного понять не можем. Какое отношение ты имеешь к покушению на Игоря? Информатор говорит, у тебя есть сведения о том, кто это сделал. И этот кто-то что-то тебе рассказал о нашем казино и об Игоре.

Она перевела взгляд на него. Секунду смотрела, будто оценивая. Потом усмехнулась — горько, без веселья.

— У вас что, информаторы в прокуратуре?

Я и Дмитрий переглянулись. Усмехнулись оба.

— Не о том ты думаешь, Вера, — сказал я.

Она помолчала, потом ответила:

— На Игоря организовал покушение Клык. За то, что ты ему недавно сломал челюсть и запретил вести свои дела в казино. Он готов был тебя утопить или посадить по-простому.

— Вот сука! — вырвалось у меня.

Я посмотрел на Дмитрия. Он понял без слов. В глазах его мелькнуло что-то хищное — сейчас он уже прикидывал, где искать Клыка, сколько времени это займёт и как сделать, чтобы чисто.

Вера перехватила этот взгляд. И вдруг сказала быстро, почти выкрикнула:

— Мне плевать! Плевать, что вы с ним сделаете. Мне нужен Андрей.

Я кивнул. Уважал.

— Так кто такой Анархист? — спросила она, беря себя в руки.

Я усмехнулся. Следователь вернулся.

— Ты точно в прокуратуре следователем работаешь, а не единорогов разводишь? — сказал я.

Она не улыбнулась. Только смотрела выжидающе.

Я повернулся к Дмитрию.

— Дмитрий, поможешь Вере найти её жениха? Только без погон!

Дмитрий посмотрел на неё. Взгляд у него был странный — смесь любопытства, настороженности и чего-то ещё, чему я не мог найти названия.

— Как же не помочь прекрасному следователю? — сказал он.

Вера прищурилась. Между ними словно искра пробежала — короткая, но я её заметил.

— Тогда по рукам, — сказала она. — Я не трогаю вас, вы помогаете мне найти Андрея.

— И ты закрываешь дело на казино, — добавил я.

— Если Андрей будет жив, и я его увижу — да.

Я протянул руку. Она помедлила секунду, потом пожала. Рука у неё была холодная, но хватка крепкая.

— Договорились.

Когда она ушла, Дмитрий проводил её взглядом до двери. Потом повернулся ко мне.

— Ты уверен?

— Нет. — Я посмотрел в окно, на ночной город. — Но выбора нет. Если Анархист за ней выйдет — нам всем крышка.

— А если она нас кинет?

— А если нет? — Я повернулся к нему. — Присмотри за ней. И заодно узнай, что это за женщина.

Дмитрий кивнул. Но в глазах у него было что-то... Я не понял что. Но запомнил.