Стёпка, Галёныч и Машуня: юмористические рассказы

БАБАХ

В понедельник по всем классам объявили, что в школе открылся музыкальный кружок. Желающие записаться должны были прийти к трём часам в актовый зал к учителю пения Игорю Сергеевичу. Стёпка давно мечтал научиться играть на электрогитаре. Дело в том, что его родители очень любили музыкальные группы «Битлз» и «Пинк Флойд». В доме у них часто играла эта музыка, и нередко Стёпка сам заходил на ютуб, чтобы посмотреть ролики с легендарными группами. Но больше всего ему нравился рок-н-ролл, особенно там, где танцоры подбрасывали друг друга в воздух. В общем, Стёпка твёрдо решил начать заниматься на гитаре. Он даже стад уговаривать Галёныча записаться вместе с ним.

— Научимся играть, станем известными музыкантами. Будем выступать на сцене. Твои родители какую музыку любят? — поинтересовался Стёпка.

— Всякую, — поморщился Галёныч. — Про любовь в основном.

— А мои битлов.

— Битлы тоже про любовь поют, только про английскую, — со знанием дела ответил Галёныч и, глядя в потолок, спросил: — А на чём я играть-то буду?

— На чём хочешь, — обрадовался Стёпка. — Хоть на рояле. Вот придём мы к тебе на день рождения, а ты сядешь и сбацаешь нам какую-нибудь симфонию. Уважуха.

— У меня рояля нет, — ответил Галёныч.

— Попроси родителей, купят.

— Ага, — покачал головой Галёныч и показал кончик пальца: — Они мне даже камеру для компа не могут купить, а рояль больше шкафа, и стоит небось как «мерседес». Да и не поместится он у нас в квартире.

— Тогда учись на гармошке или на трубе, — не унимался Стёпка. — Тоже музыка.

— Ладно, посмотрим, — пообещал Галёныч.

А на большой перемене Стёпка с Галёнычем похвастались Машуне, что после уроков пойдут записываться в музыкальный кружок.

— Правильно, — одобрила Машуня. - Научитесь играть на балалайке, будете в цирке выступать.

— Почему это на балалайке, — обиделся Стёпка. Но тут Машуне позвонила мама. Пообещав ей по дороге домой купить хлеба. Машуня положила смартфон на подоконник и ответила:

— А я номер видела, там медведь на большой балалайке играет. Ладно, идём обедать, а то не успеем — сказала она, и друзья отправились в СТОЛОВУЮ.

Когда они спустились на первый этаж. Машуня вдруг вспомнила о смартфоне, который оставила на подоконнике.

— Я сейчас, — испуганно проговорила Машуня и побежала назад, но смартфона на месте не оказалось. Не зная, что делать, девочка быстро вернулась в столовую и подошла к столику, за которым сидели Стёпка с Галёнычем.

— Кто-то взял мой смартфон, — со слезами на глазах сказала она. — Он дорогой. Меня ругать будут.

— И что теперь делать? — меланхолично жуя котлету, спросил Галёныч. А Стёпка выскочил из-за стола и рявкнул на всю столовую:

— У Машки Каракулевой смартфон спёрли! Он сто тысяч стоит!

— Десять, — поправила его Машуня.

— Какая разница? — ответил Стёпка. — У тебя там какая-то мрачная музыка вместо звонка?

— Это музыка Баха, — пояснила Машуня.

— Какая баха? — не понял Стёпка.

— Не какая, а какой, — вконец разревелась Машуня. — Композитор был такой, Иоганн Себастьян Бах. Это у тебя в телефоне какая-то дурацкая песенка. — Стёпка хотел было обидеться и нарубить Машуле, но, глянув на её заплаканное, несчастное лицо, передумал.

— Ладно, разберёмся, — ответил он и обратился ко всем, кто находился в столовой: — Я буду всё время звонить на Машкин телефон, кто услышит баху, звонок у неё такой, зовите нас с Галёнычем. Брехун, Кузя, хватит жрать. Пойдём по этажам, пока перемена не кончилась.

— А что, Машка хороший человек, списывать даёт, — сказал Макарыч. — Пойдём, поищем.

Ребята разбежались по этажам. Стёпка набрал номер Машуни, и они с Галёнычем прошлись по всему второму этажу. Сашка Макаров отправился на третий. Увидев Руднева, он крикнул:

— Слышь, Петёк, у Машки Каракулевой смартфон стащили. Услышишь баху, зови меня.

— Какую баху? — не понял Руднев.

— Не знаю, Миронов сказал. Говорит, звонок такой.

К концу перемены смартфон так и не нашли. И на двух последних уроках Машуня сидела с красными от слёз глазами и тихонько всхлипывала. Друзья как могли поддерживали её, а Галёныч даже расщедрился и на перемене сунул ей пирожок с капустой.

— На, ты же не обедала.

Всё разрешилось после уроков. Степке вдруг позвонили с незнакомого номера, и голос директора школы сказал:

— Степа, зайди ко мне.

— А что я сделал-то? — испугался Степка.

— Ты зайди, я объясню, — ответил Иван Ильич.

— Ладно, зайду, — пообещал Стёпка. Он отключил смартфон и попросил Галёныча и Машуню: — Подождите меня на улице. Директор зовёт. Наверное, Татьяна Васильевна нажаловалась.

— А что ты сделал? — спросил Галёныч.

— Не знаю. Они найдут, что.

Степка вошёл в кабинет директора, и тут на столе у Ивана Ильича заиграла музыка Баха.

— Это же бабах! — радостно воскликнул Стёпка.

— Вижу, ты разбираешься в классической музыке, — одобрительно сказал Иван Ильич. Только не «бабах», а Бах Иоганн Себастьян.

— Это Машкин смартфон, у неё спёрли! — продолжал Стёпка.

— Только не Машкин, а Машин, и не спёрли, а нашли и принесли мне. Я в нём обнаружил твой номер телефона. Возьми, отдай Маше.

— И всё? — недоверчиво спросил Стёпка. — Из-за этого вызывали?

— И всё, — ответил Иван Ильич.

Из кабинета Стёпка выскочил довольный: и смартфон нашёлся, и пропесочивать его не стали. Он хотел было сразу отдать смартфон Машуне, но вспомнил, как она презрительно отозвалась о его музыкальном звонке и решил отомстить.

Друзья ждали его у дверей школы.

— За что вызывали? — поинтересовался Галёныч.

— Да так, ерунда, — махнул рукой Стёпка, и ребята пошли домой.

— Иван Ильич из-за ерунды не вызывает, — сказал Галёныч.

— Он попросил меня научить его играть в шахматы, — ответил Стёпка. Ложь была настолько необычной, что Галёныч чуть не подавился жевательной резинкой.

— Ладно врать-то, — остановившись, сказал он. А Машуня изумлённо посмотрела на Стёпку и произнесла:

— Ты ещё скажи, что он назначил тебя директором школы.

Тут в кармане у Стёпки заиграла музыка Баха. У Машуни от удивления даже приоткрылся рот, а Стёпка быстро достал смартфон и протянул его Машуне.

— Ладно, возьми, Маша-растеряша, — засмущавшись, проговорил он.

— Ты... Это ты украл его? — с ужасом на лице прошептала Машуня.

— Нет, — стал оправдываться Стёпка. — Иван Ильич отдал. Ему принесли, а он мне позвонил. У тебя же мой номер есть. Вот он меня и позвал.

— А почему ты сразу не отдал?

— Помучить хотел, — признался Стёпка. — Ты же сказала, что у меня вместо звонка какая-то дрянная музыка, вот я и...

Звонила мама. Машуня сказала, что уже идёт домой и по дороге зайдёт в булочную.

Некоторое время ребята шли молча. Наконец тягостную тишину нарушила Машуня.

— Извини, Стёп, — сказала она. — Я так испугалась из-за смартфона. У тебя хорошая песенка. Правда-правда.

— Ладно, проехали, — ответил Стёпка, и после этого извинения у всей троицы стало как-то легче на душе.

Как и договаривались, в три часа Стёпка с Галёнычем вернулись в школу, чтобы записаться в музыкальный кружок. В актовом зале уже было несколько человек из разных классов. Один сидел с гитарой и красиво перебирал струны, другой на рояле ловко играл «Собачий вальс». Ещё один мальчишка дул в большую трубу, но у него плохо получалось.

Учитель пения Игорь Сергеевич занёс фамилии ребят в компьютер и только после этого поинтересовался:

— На каких инструментах желаете учиться, молодые люди?

— Я на гитаре, — уверенно ответил Стёпка.

— А можно посмотреть, какие есть? — спросил Галёныч.

— Конечно, — ответил Игорь Сергеевич. — Походите, посмотрите, послушайте.

Галёныч отправился к духовым инструментам, а Стёпка подошёл к старшекласснику гитаристу. Несколько минут он слушал, как тот играет, а потом спросил:

— Долго надо учиться, чтобы играть, как ты?

— Я семь лет учусь, — ответил старшеклассник.

— Семь лет?! — удивился Стёпка. — С ума можно сойти.

— Выбери что-нибудь попроще, — посоветовал гитарист. — Мандолину или балалайку.

— Не хочу я балалайку, — ответил Стёпка и ушёл к пианисту. Тот закончил играть «Собачий вальс» и стал просто стучать по клавишам.

— А на рояле долго надо учиться? — спросил Стёпка.

— Всю жизнь, — ответил пианист и рассмеялся.

— А на чём можно побыстрее научиться? — не отставал Стёпка.

— На тарелках, — ответил пианист.

Тарелки показались Стёпке совсем неинтересными. Он несколько раз ударил их друг о дружку. Получилось звонко, но как-то не очень музыкально.

— Это музыка? — громко спросил он у Игоря Сергеевича.

— Нет, — ответил учитель пения. Стёпка постучал ещё, затем положил тарелки на место и сказал:

— Здорово. Жаль, что не музыка.

— Ты решил, на чём будешь учиться? — спросил Игорь Сергеевич.

— Нет. Я ещё подумаю, — сказал Стёпка и поискал глазами Галёныча. Тот у стены с развешанными духовыми инструментами подпрыгивал на месте и бил в бубен.

Домой ребята возвращались несколько разочарованными, и уже прощаясь, Галёныч признался:

— А мне бубен понравился. Хороший инструмент. И учиться не надо: тряси и тряси.

— Он девчачий, — сказал Стёпка.

— Я знаю, — вздохнув, ответил Галёныч.

В общем, занятия в музыкальном кружке ребята решили отложить до лучших времён.