Стёпка, Галёныч и Машуня: юмористические рассказы

СОСИСКИ

Как-то на большой перемене четвёртый «Б» отправился в школьную столовую обедать. Как всегда, Стёпка, Галёныч и Машуня сели за один стол. Пока Стёпка с Машуней управлялись с первым блюдом, здоровый Галёныч быстро съел и суп, и макароны с сосиской. Он вытер губы рукавом и с сожалением произнёс:

— Да, вкусная была сосиска.

— Хочешь, возьми мою, — предложила Машуня.

— Давай, — не раздумывая согласился Галёныч и наколол Машунину сосиску на вилку.

Степка как раз управился со вторым блюдом и сказал:

— Ничего сосиска. Только мелкая. Я таких могу съесть штук пять.

— А я хоть двадцать пять, — запивая сосиску компотом, похвастал Галёныч. Его слова услышал Лёха Бирюков, который сидел за соседним столом.

— Ладно врать-то, — усмехнулся он. — Двадцать пять сосисок никто не съест. Лопнешь.

— Спорим, съем? — предложил Галёныч.

— На что? — загорелся Лёха.

— На твой айфон.

Лёха на секунду помрачнел, почесал затылок, а потом махнул рукой и согласился:

— А, ладно. Если проиграешь, отдашь свою мобилу.

— Идёт, — ответил Галёныч.

— Смертельный номер! — на всю столовую заорал Бирюков. — Всемирно известный пожиратель сосисок Галёныч идёт на мировой рекорд — съест двадцать пять штук и не подавится! — Лёха взял пустую тарелку и пошёл между столами. — Граждане, не жадничайте, — вопил он, — сдавайте сосиски согласно общей очереди.

— Дурак ты, Галёныч, — покачала головой Машуня. Она встала из-за стола и пошла к выходу.

Многим ребятам интересно было посмотреть, как здоровяк Петька Галёнкин будет ставить рекорд, и тарелка быстро наполнилась сосисками. Последнюю Лёха снял с вилки у кроткого Павлика Соколова, и тот обиженно проговорил:

— Я есть хочу.

— Дома манной каши поешь, — отрезал Лёха и вернулся к Галёнычу.

Обсуждая, съест Галёныч двадцать пять сосисок или не съест, ребята шумною толпой быстро обступили стол. Задние, чтобы лучше было видно, вставали на стулья. Кто-то даже забрался на стол, но толстая повариха Мария Петровна крикнула из-за стойки:

— Эй, что это вы там творите? Ну-ка, слазь, хулиган!

В общем, наглеца стащили со стола за ноги.

Лёха Бирюков пересчитал сосиски, их оказалось на одну больше.

— Ладно, эту я сам съем, — заявил Лёха и сунул сосиску в рот. Затем он поставил полную тарелку перед Галёнычем, поднял руки и, не переставая жевать, воскликнул: — Тишина! Галёныч лопать будет!

— Только побыстрее, — сказала девочка из параллельного класса. — А то перемена скоро кончится.

Галёныч много раз видел по телевизору, как штангисты, выйдя на помост, готовятся к рекорду. Поэтому он поднял взгляд к потолку, сжал кулаки и выдохнул:

— Э-э-эх!

Первые пять сосисок Галёныч умял со снисходительной улыбочкой всего за несколько секунд. Он даже облизал вилку, чтобы показать зрителям, как это вкусно. Следующие пять Галёныч сжевал тоже быстро, но уже без улыбочки. Кто-то из зрителей даже похлопал ему. С задних рядов послышалось: «Не тяни, Галёныч, скоро звонок!» Стёпка при этом вслух считал съеденные сосиски и переживал за друга.

Тяжело Галёнычу стало после восемнадцатой сосиски. Он перевёл дух, с отвращением посмотрел на тарелку, в которой оставались ещё семь штук, и сдавленным голосом произнёс:

— Так нечестно. Я перед этим уже съел две, свою и Машкину.

— Не считается, ты их слопал до спора,— чувствуя, что победил, рассмеялся Лёха. — Если проиграл, так и скажи.

Проигрывать Галёныч не любил, но ещё больше ему не нравилось, когда над ним насмехаются. Тем более, если это делал тщедушный Лёха Бирюков. Поэтому Петька собрался с силами, зажмурился и с трудом одолел ещё шесть сосисок. После этого Лёха сразу как-то сник, стал ощупывать карман, в котором у него лежал айфон. А зрители наоборот, оживились, стали подбадривать Галёныча. И только тот же мальчишка с задних рядов выкрикнул:

— Ну, жуй же ты скорее, звонок скоро!

Оставшуюся сосиску Галёныч слабой рукой засунул в рот и несколько секунд сидел неподвижно, как статуя, с торчащей изо рта сосиской. Прозвенел звонок на урок, но никто из ребят не сдвинулся с места. Все ждали, чем закончится это представление. Почти не жуя, Галёныч проглотил последнюю сосиску и едва слышно проговорил:

— Всё.

Зрители загалдели, начали поздравлять победителя. Кто-то закричал: «Ура!», «Рекорд мира!». Ребята начали спешно покидать столовую. Не радовался только Бирюков. Со слезами на глазах он достал айфон и положил перед Галёнкиным.

— Бери, — сказал Лёха и мрачно добавил: — Мама с папой съедят меня с потрохами.

— А ты не спорь, — ответил ему Стёпка и похлопал друга по плечу. — Пойдём, Галёныч, на математику. Встать сможешь?

— Смогу, — отдуваясь, ответил Петька.

Половина урока прошла спокойно. Решая задачки, все забыли о подвиге. А минут через двадцать Галёныч поднял руку и тихо спросил:

— Татьяна Васильевна, можно выйти?

Учительница внимательно посмотрела на Галёнкина.

— Что с тобой, Петя? У тебя какой-то нездоровый вид. Тебе плохо?

— Нет, мне хорошо, — пробубнил Галёныч.

— Ему очень хорошо, — со своего места язвительно отозвался Лёха. Класс захихикал, зашумел. С заднего ряда кто-то басом сказал:

— Срочно в сортир!

— Тихо! - прикрикнула Татьяна Васильев на и снова обратилась к Галёнычу: — Может, тебе врачу показаться? Я отведу.

— Нет, мне в туалет, - сквозь зубы проговорил Галёныч.

— Хорошо, только недолго, — отпустила его учительница.

После уроков Галёныч вышел из класса, и неожиданно у него в кармане заиграла незнакомая музыка. Петька уже забыл об айфоне Лёхи Бирюкова, поэтому сильно удивился. А вспомнив, достал его и включил.

— Лёшенька, это мама, - услышал он в трубке. Галёныч запаниковал, хотел было отключиться, но взял себя в руки и ответил:

— Это не Лёха, это я.

— Кто «я»? — испугалась мама Бирюкова.

— Я, Галёныч, — сказал Петька и отключил айфон. Не успел он убрать его в карман, как снова заиграла музыка. Тут из класса вышел понурый Лёха Бирюков. Галёныч сунул ему в руку айфон и сказал:

— На, и больше не спорь.

— Спасибо! — страшно обрадовался Лёха. — Ты настоящий друг. Мам, я домой иду, — сказал он в трубку. — Да это так, Петька Галёнкин. Я телефон на парте оставил, а он нашёл.

Домой Стёпка, Галёныч и Машуня, как обычно, возвращались вместе. Когда они вышли за ворота школы, их догнал Лёха.

— Галёныч, хочешь я куплю тебе жвачку? — предложил он.

— Не надо, — добродушно ответил Петька. — У меня есть.

— В следующий раз спорьте на оплеухи, — сказала Машуня. Не обращая на её слова внимания, Лёха продолжил:

— А хочешь... — он покопался в кармане и достал красивый перочинный ножичек с перламутровой ручкой. - На, возьми, — вздохнув, сказал он и протянул ножичек Галёнычу. — Возьми. Это не за айфон. Просто подарок.

— Ладно, давай, — милостиво согласился Галёныч и сунул ножичек в карман.