Таверна на прокачку

Глава 11 Чужая победа

Я попятился, инстинктивно перехватив палку покрепче. Дыхание сбилось, сердце застучало в висках. Я не мог отвести взгляда от оскаленной пасти монстра, из которой на землю капала слюна. Грязная шерсть на загривке стояла дыбом, а глаза напоминали два наполненных голодной яростью угля.

Зверь, глядя на палку, угрожающе зарычал. Низко и гулко. Будто специально хотел довести бедного Макса до сердечного приступа.

Я стиснул зубы и покрепче сжал палку. В голове выкристализовалась простая мысль: Я должен сражаться за свою жизнь. Любая альтернатива — это верная смерть. Я не хочу становиться обедом для этой твари.

Перед глазами выскочила надпись:

Дряхлый крысоволк-одиночка.

Дикий зверь. Хищник.

Ранг 2.

Уровень (скрыто).

Умения (скрыто).

Привязка (отсутствует).

Известные способности: Ядовитый укус, рассадник инфекции. Возможно наличие посмертного проклятия.

Предполагаемые дополнительные умения связаны с ядом, землёй, кинетическим воздействием, скрытностью.

Внимание! Зверь предельно опасен. Приручение не рекомендуется!

Макс боялся этих монстров до дрожи в коленях. Но я подавил чужое желание броситься бежать без оглядки. Очевидно, что бегство — худшая стратегия. Любой хищник сразу включит инстинкт преследования, даже если изначально не собирался догонять. Я не обманывался — просто не смогу убежать.

Внушала надежду приписка в названии — дряхлый. Мне попался старый зверь. Буду считать, что у меня есть шанс выжить.

В голове блуждали панические мысли, что одно дело лупить воздух, а другое — атаковать здоровенного зубастого монстра. Ведь он не будет стоять, как манекен, а набросится в ответ. Но все сомнения я душил, как гидру, сконцентрировавшись на моменте.

Вот же тварь крысоволчья!

Я покрепче перехватил палку, которая лежала в руке уже как родная. Главное настрой и холодная голова. Мысленно уже проработал примерный план действий. Сейчас он прыгнет, и я его встречу…

Крысоволк смотрел на меня исподлобья, то и дело издавая злобный визг. Он медленно двигался вперёд, забирая чуть в сторону. При этом он не сводил с меня налитых кровью глаз. Надеялся, что я совершу ошибку, и он сможет напасть, минуя палку.

Я расставил ноги пошире и напружинился, готовый в любой миг отскочить в сторону.

Зверь мягко переступил лапами. Оскаленная пасть щёлкнула, глаза сузились, и в следующий миг крысоволк с рычанием бросился, целясь зубами мне в шею.

Я отреагировал мгновенно. Тут же отпрыгнул в сторону, пропуская тварь мимо, одновременно посылая ей на встречу свою дубину. Целился я в нос.

В последний момент тварь отвела морду, и удар прошёлся вскользь, задев плоский лоб и ухо.

Тварь приземлилась, тяжело припав на лапу, и я тут же огрел её палкой по хребту, позабыв про все методики и приёмы.

Если первый удар ушёл в молоко, то второй, пускай и без техник, пришёлся, как надо. Тварь взвизгнула, вот только моя атака скорее разозлила крысоволка, чем причинила серьёзный вред.

Я попытался врезать ещё раз, на этот раз повернул палку острым сучком, но зверь отпрыгнул, уходя из под удара.

Здесь бы топор не помешал. Или кинжал Леонида. Вдруг зверь, увидев технику воздушного клинка, тоже сбежал бы в ужасе.

Чего он вообще ко мне полез? Для еды больше сгодятся мелкие зверюшки, зачем он нападает на человека? Мысль о том, что я сам похож на мелкую зверюшку, отогнал мокрой тряпкой.

Крысоволк тем временем снова стал обходить меня по кругу. Осторожничает. Видимо, сказывался его возраст, или мешала лапа, на которую он то и дело припадал. Боюсь, молодые и сильные монстры меня бы уже точно сожрали.

Я судорожно пытался вспомнить, как охотятся на обычных волков в моём мире. Капканы. Охотничьи ямы с кольями на дне. Не то. Загонщики, красные ленточки, шум…

Может, он боится шума?

Я оскалился и заорал во всё горло, тряся дубинкой. Крысоволк отпрянул, тряхнул ушами, но тут же напружинил задние ноги.

Не помогает шум. Шум. Шу. Шу.

Я глубоко вдохнул, стараясь унять сердцебиение и сконцентрироваться. Не беда, что в руках у меня не стальной клинок. Я знаю, как должна работать эта техника. На третьем ранге клинки можно использовать и вовсе без оружия, а тут у меня целая палка. Я смогу! Я справлюсь! Справлюсь или сдохну.

На этот раз я сам пошёл в атаку, сопровождая каждый шаг выпадом. Если крысоволк осторожничает, вдруг получится и вовсе его отогнать.

Крысоволк сделал неуверенный шаг назад, еще один… Я внутренне уже порадовался, но тут он бросился мне в ноги.

Твою ж…

Будто в замедленном действии я увидел, как он распахивает пасть. Миг, и он вцепится мне в ногу. Даже если удержусь на ногах и отгоню его, я буду отравлен.

Сердце сковало отчаяние. Из груди вырвался крик:

— Да Ш-ш-ш-у-у-у, тебя нахрен! Ш-ш-ш-у-у-у!

Руки сами собой встали в правильную позицию. Где-то в груди рвануло, после чего по телу разлилась горячая волна. Почти сразу вся эта волна устремилась в руки, а потом и в палку.

Мне показалось, что меня ошпарили кипятком. Палка вдруг стала раскалённым прутом, что прикипела к ладоням.

Извернувшись немыслимым образом, я послал своё оружие аккурат навстречу морде крысоволка.

Вокруг палки вдруг появилось голубоватое свечение. За миг до того, как острый сучок достиг глаза твари, свечение погасло…

Вернее, мне так показалось.

Я увидел, как свет, окутавший палку, срывается с неё, и клинок, будто сотканный из воздуха, вонзается в глаз монстра. Следом туда же угодил сучок моей дубины.

В следующий миг время обрушилось на меня неимоверной тяжестью. Покачиваясь, я смотрел на крысоволка, который уткнулся мордой в землю в сантиметре от моих ног.

Палку вырвало из рук, и я остался безоружен.

Зверь вздрогнул, и мне показалось, что он сейчас поднимется и вновь пойдёт в атаку. Но он лишь всхрапнул и развалился на земле, мелко подрагивая и царапая землю когтями.

Каким-то чудом, я остался стоять на ногах, хотя сил не осталось совсем. В груди жгло, будто я проглотил что-то очень горячее. В глазах потемнело, меня замутило. Я едва не потерял сознание, но усилием воли удержал себя. Стиснув зубы, я прогонял накатившую дурноту.

В сознании меня удерживал страх, что крысоволк сейчас поднимется, а я не смогу ему ничего противопоставить.

Зверь дёрнулся последний раз и затих. Палка, которая торчала из его головы, будто антенна, легко покачнулась, а затем переломилась пополам.

За победу в смертельном поединке вам начислены очки прогресса Укрепления тела +30!

Навык «Холодное оружие»: +1,78.

Прогресс «Укрепления тела»: 65,65 из 100.

Вы одержали победу под воздействием специи Бодрянка белая.

Прогресс «Травничества»: +1

Будучи практиком нулевого ранга вы смогли воплотить Тело воздушного клинка. (Техника ранга 3).

Бонус прогресса «Воздушного клинка»: +10.

Вы не отступили перед смертельной опасностью.

Бонус «Силы духа»: +3.

Внимание!

В связи с чрезмерной перегрузкой духовного канала, срок необходимый для минимального укрепления тела сокращён на 12 часов.

Вам осталось — 1 день 12 часов 36 минут.

Внимание!

Не рекомендуется использование высокоранговых техник не имея должной подготовки и ресурса энергии.

Возможны нежелательные последствия:

Повреждение физического тела.

Повреждение энергетического тела.

Потеря энергопотоков.

Смерть.

И не ясно, радоваться или плакать.

С одной стороны, мне насыпали кучу бонусов. Я на две трети выполнил необходимый план прогресс за одни сутки. Но с другой стороны — штраф, сам путь, который к этому вёл, и моё состояние…

Меня трясло крупной дрожью, вместо дыхания из груди вырывался хрип. Каждая клетка тела вопила от боли, я был одной огромной раной, которую никаким живолистом не залечить.

От очередного болезненного спазма я рухнул на колени. Вспышки боли выворачивали каждый сустав. Захотелось свернуться калачиком прямо здесь, на земле и провалиться в беспамятство.

Но я не позволил себе расслабиться.

Рядом медленно расползалась лужа токсичной крови, что натекла из головы крысоволка. Я уже чувствовал знакомый запах проклятия. Ядовитая жижа пропитывала пыльную дорогу.

Собрав волю в кулак, отполз подальше, за пределы поражающего радиуса. Со стоном растянулся на спине, чувствуя, как боль потихоньку отступает.

А ну прекратить жалобы!

Я смог выжить! Я победил врага! Я уже на финишной прямой и скоро избегу смерти. Пускай меня штрафуют, пускай все против меня, я не сдамся! Я всё равно дойду до конца. Уже почти дошёл. Вот сейчас поднимусь, чуть приду в себя и вернусь в таверну. А там, если потребуется, буду весь вечер пинать чёртова Леонида, чтобы ему пусто было!

Еще раз поглядел на тушу крысоволка, на обломанную палку, торчащую из его головы, и разразился смехом.

Я не только победил жуткого крысоволка, от которого у Макса поджилки тряслись, я смог исполнить сложнейшую технику. Сам, еще и без должной подготовки. да, сейчас я такое повторить не возьмусь, но то ли ещё будет! Система думает, что испугала меня штрафом?

Не дождётся!

Я буду прокачивать технику по методичке, прорабатывая автоматизм движений и силу мышц. Если я сейчас не сдохну, обещаю заниматься прокачкой навыка по правилам. В этом мире, похоже, всё достигается через силу. И я получил свою возможность эту силу обрести.

Вспомнились слова Виктора, что воздушный клинок — бесполезная техника. Мол, кто будет отрабатывать удары тысячу раз? Так, я буду, потому что другого выбора нет. А ещё потому, что это позволило мне, сопляку, убить опасного монстра.

Я приходил в себя непозволительно долго. Я наблюдал за таймером, который отсчитывал секунды моей жизни, чтобы не забывать, чего стоит отдых.

Через десять минут я попытался подняться через боль. Привстал на локтях, но голова сильно кружилась, и я рухнул обратно. Через пару минут снова пытался подняться, но безуспешно.

Я зарычал от злости.

Я не могу позволить себе разлёживаться здесь весь день!

За всё это время по дороге не проехала ни одна повозка, не прошёл ни один пешеход. Помочь мне было некому.

Будто других проблем было мало, небо стало темнеть, и я почувствовал на лице редкие капли.

Однако это придало мне сил. Небо и земля перестали вращаться перед глазами, а еще через пару минут я смог подняться на ноги.

Постоял, будто проверяя ноги на прочность. Уперев руки в колени, огляделся. Верная палка, служившая мне посохом, торчала изо лба крысоволка. Учитывая, что она сломалась, подходить и выдёргивать её не было смысла. К тому же вонь от крысоволка уже заставляла морщиться. Да и оповещение о проклятии я видел вполне отчётливо, как тогда, в таверне.

Нет уж, найду себе другую палку. Лучше бы, конечно, клинок. Чтобы и тренироваться, и защищаться, если что. Интересно, даст мне Виктор один из мечей, что отнял у тех охотников, если я расскажу о нападении крысоволка? Вполне может и расщедриться.

Несмотря на паршивое состояние, настроение стало улучшаться.

Я поправил лямки мешка, ощущая, как горит стёртая кожа на плечах, и нетвёрдой походкой пошёл вперёд.

С каждым шагом силы возвращались ко мне, кровь быстрее бежала по жилам, и скоро я снова чувствовал себя человеком, а не смятой бумажкой.

К таверне я подошёл довольно бодрым шагом, уверенно зашёл внутрь и сразу направился на кухню. Нужно ещё отдать Марии деньги за продукты.

За столом возле очага сидел Леонид.

Увидев меня, он зло сверкнул глазами, прошипел что-то и тут же выскочил через чёрный ход на улицу. Правую руку он придерживал левой. Неплохо я ему заехал. Пусть радуется, что в живых оставил. Интересно, пожаловался он мамочке, что его избил мелкий вонючка, который работает в таверне разносчиком и уборщиком? Ну, ничего, я сегодня до него еще доберусь.

Мария, заметив моё появление, окинула меня взглядом. Её глаза оценили пыльную рубашку, местами измазанную кровью, мешок из-под продуктов с обратной посылкой от Альберта, который я с наслаждением стащил с плеч, и — самое главное — кошель с деньгами.

На кошеле её глаза задержались.

— Всё в порядке? — с ноткой подозрения спросила она.

Я отцепил кошелёк и протянул ей. Не обращая внимания на порезы на моей руке, она забрала деньги и спрятала в потайной карман под фартуком.

— Всё нормально, — невозмутимо ответил я, но она уже не слушала.

— Умойся и отряхнись, — велела она. — И быстро на раздачу, люди ждут.

Зал действительно постепенно наполнялся посетителями. Я высматривал Виктора за широкими спинами мастеровых, что входили в таверну по одному или группами. Кажется, вчера народу было куда меньше.

— Здешняя похлёбка как будто вкуснее стала, да? — услышал я краем уха. Эти слова меня порадовали. Сам не заметил, как на лице появилась довольная улыбка. Я сделаю из этого места средневековую конфетку. Все окрестные деревни к нам сбегутся. И это только начало. Я здесь гастрономический туризм организую.

Невольно выпятив грудь, я прошествовал мимо гостей на улицу, к колодцу. Кажется, тело всё-таки окрепло, или дело в нормальном питании — потому как я поднял ведро с водой, почти не запыхавшись.

Напился, сполоснул лицо, снял рубаху и стряхнул от пыли. Штаны просто отряхнул руками. Хотелось облиться водой полностью, но я отложил водные процедуры до вечера, когда все разойдутся и можно будет помыться без лишних глаз. Пока просто смочил холодной водой шею и подмышки, чтобы освежиться.

Когда я надел рубаху и собирался вернуться назад, во дворе появился Виктор. Мужчина хмуро оглядел меня, но ничего не сказал. Похоже, Леонид не стал позориться и рассказывать, как его победил забитый пацан, слабее и младше. Думаю, папа его за такое по голове бы не погладил. Но не до Леонида сейчас. У меня есть более серьёзный разговор к тавернщику.

— Виктор! — окликнул я его. Тот остановился и взглянул исподлобья. Максу хотелось втянуть голову в плечи от этого взгляда, но я удержал спину ровно и продолжил: — Я хочу попросить у тебя какое-нибудь оружие?

— Зачем? Чтобы конюшню чистить, у тебя все инструменты есть, — небрежно ответил Виктор.

Мне его ответ не понравился. Я поморщился, но продолжил.

— Мне нужно оружие для защиты от монстров, — твёрдо ответил я.

Виктор секунду соображал, потом спросил:

— Вчерашнего крысоволка испугался что ли? Не дури, те охотники издалека его притащили, в наших краях такие давно не водятся. Повывели их.

Я не успел ответить — из таверны вышел статный мужчина, и Виктор повернулся к нему.

— Как здоровье, мастер Гром? — спросил Виктор, пожимая протянутую руку. — Как твои подмастерья?

— На здоровье не жалуюсь, — ответил мужчина. — Подмастерья дурят, как обычно.

— Молодежь! — Виктор покачал головой и с укором поглядел на меня.

— А твой-то парень старается, — сказал мастер Гром. — Столы чистые, даже уютнее как-то стало в таверне. С удовольствием прихожу. Марии привет передавай.

Я едва удержал улыбку. Скользнул взглядом по выросшему уровню таверны. Репутация растёт!

Мужчина пошёл к воротам, а Виктор снова повернулся ко мне. Пару секунд разглядывал меня, а потом вернулся к прерванной беседе:

— Не водятся в окрестностях крысоволки, успокойся.

— Как не водятся? — возмутился я. — Я сейчас по дороге от Альберта одного встретил. Он меня чуть не загрыз. Я отбился от него палкой, но мне повезло. А мог и погибнуть. Потому и прошу клинок!

— По дороге? — брови Виктора поползли вверх. Его голос вмиг изменился. — От Альберта? Тебе голову напекло?

— Нет, я говорю правду, — нетерпеливо ответил я. Разговор уходил куда-то не туда. — Мне действительно нужно оружие.

Но Виктор меня будто не слышал.

— Не шути таким, сопляк, — покачал он головой. — Не было в здешних местах крысоволков уже лет десять. А если бы и забрёл какой, то я бы сейчас хоронил то, что от тебя осталось. Хватит выдумывать, иди работать.

Он повернулся, собираясь уходить.

— Подожди! — крикнул я. — Я не выдумываю! Труп крысоволка лежит на дороге, можешь сходить и проверить!

Виктор посмотрел на меня через плечо. Видимо, что-то было в моём взгляде. Он снова повернулся ко мне, наклонился к лицу и негромко сказал:

— Я прямо сейчас схожу. И если трупа крысоволка, забитого палкой, там нет…

Не закончив фразу, он выпрямился и направился к воротам, ведущим на дорогу.

После того, что я пережил, его угрозы мне до лампочки.

Я сжал кулаки и стиснул зубы. Внутри бушевало пламя. Причём это были не только мои эмоции. Но если мне хотелось схватить Виктора и хорошенько встряхнуть, то реакции Макса были совсем иные. Ему хотелось по-детски топнуть ногой и крикнуть «Да правду я говорю! Правду!».

От осознания этого даже улыбнулся и поуспокоился. Нужно было за работу браться. А с Виктором я поговорю, когда он убедится, что крысоволк — не выдумки.

Следующий час я мотался по залу с подносом, разнося похлёбку. В минуты затишья протирал столы и подметал в зале — метла нашлась в углу кухни, и я пользовался ею с молчаливого согласия Марии. Все мои усилия по наведению чистоты приносили плюсы к росту уровня таверны. А когда я тщательно вымел пол, уровень таверны подскочил на четыре дополнительных очка. Это грело сердце — несмотря ни на что, я сделаю из этой забегаловки заведение первого класса, надо только найти для этого ресурсы!

У меня было время подумать. Виктор и его семья, не самые приятные люди. Но здесь проблема куда глобальнее. Всё же вокруг средневековье. Люди мрут от голода чаще, чем от тех же крысоволков. Да, с Максом обращаются строго, а зачастую и по-свински, но альтернатива для сироты — голодная смерть. Выходит, их отношение и та каморка, которую мне выделили, — в этом мире настоящая благодать. Если бы не Виктор, никто не взял бы к себе тощего подростка.

В какой-то момент я услышал, как стукнула дверь таверны, поднял голову и увидел Виктора.

Он рыскал хмурым взглядом по залу, и я вышел на свободное место между столами, чтобы он меня заметил. Однако Виктор безразлично скользнул по мне глазами, потом перевёл взгляд мне за спину, и лицо его озарилось — он нашёл, кого искал.

Я оглянулся. Позади меня стоял Леонид с пирожком в левой руке. Правая рука висела на перевязи, плечо было заботливо обмотано чистой тряпицей. Виктор быстрым шагом подошёл к Леониду и что-то тихо проговорил. Леонид испуганно замотал головой. Я подобрался ближе, встал за ближайшим столбом, подпиравшим потолок, стараясь оставаться незаметным, и навострил уши.

— Скажи честно, что произошло? — напористо спросил Виктор, взяв Леонида за здоровое предплечье.

— Упал, — бледным голосом ответил Леонид, глядя в пол.

— Нет. Невозможно так упасть. — Виктор кивнул на перевязанное плечо сына. — Это рана, полученная в бою. Так? — Леонид молчал. — Ты встретил крысоволка? — с болью в голосе спросил Виктор. — Признайся! Это он тебя ранил? Мария не подпустила меня к перевязке, но даже издалека я вижу, что эти царапины очень похожи на след от клыков.

Леонид поднял взгляд и расширенными глазами уставился на отца. Виктор вздохнул и повторил:

— Скажи честно! Я понимаю, что это был старый и больной зверь, и не много чести убить такого, да ещё так глупо подставиться под его удар. Но даже такая победа — тоже победа. Ну? Это же был крысоволк?

Леонид, кажется, сообразил, о чём говорит Виктор, и медленно кивнул. Виктор сгрёб его в объятия и прижал к себе. Погладил широкой ладонью по голове и сказал:

— Сейчас же беги к деду Антонию, пусть даст отвар от гнилой крови. С проклятием крысоволка шутки плохи. Матери не скажем. Но от меня больше секретов не держи, хорошо?

Он отпустил Леонида и посмотрел ему в глаза. Тот кивнул, и Виктор подтолкнул его к выходу.

— Беги. Я скажу матери, что с поручением тебя послал.

Леонид прошмыгнул к двери, не заметив меня. Я вышел из-за столба и остановился перед Виктором. Сердце колотилось, от возмущения не хватало воздуха.

Виктор скрестил руки на груди, осмотрел меня с головы до ног, презрительно скривив губы, и сказал:

— То, что на дороге лежит труп крысоволка, оказалось правдой. Но то, что его смог забить такой доходяга, как ты, — в это я никак поверить не могу. Тем более на тебе ни царапины.

— Его убил я! — Отступать я не собирался.

— Не смеши меня. Крысоволк — зверь второго ранга. К тому же такой старый мог обладать несколькими способностями. А ты пустой. В тебе нет энергии. Слышал, что сказал сегодня Клавдий — в тебе энергия даже не задерживается. Твоё будущее — разносить еду да чистить конюшни. И молись, чтобы судьба никогда не свела тебя с крысоволком. Тогда у тебя не то, что рана будет, — он кивнул в сторону, где скрылся Леонид, — сам жизни лишишься.

— Рану тебе показать? — вспыхнул я.

Я поднял руки с растопыренными пальцами. След от пореза, который мне нанёс Леонид, был виден совершенно отчётливо. Виктор хмыкнул:

— Хочешь выдать порез от кухонного ножа за боевые раны?

Я набрал в грудь воздух, собираясь высказать всё, что думаю, о его сыночке, но не успел. Виктор отвесил мне оплеуху, моя голова дёрнулась в сторону, и я всем телом приложился о столб, возле которого стоял.

— Ещё раз вздумаешь себе приписать чужие победы, — с угрозой сказал Виктор, — дух вышибу! И не посмотрю, что ты — сын моего друга! — Он схватил меня за шиворот и встряхнул. — Ты понял? Иди! Твоё место — в зале, разносить похлёбку! Клинок он вздумал просить, ведьмин выкормыш!