Точка Бифуркации XVI

Глава 14

— Лена, кофе мне. Покрепче, — проходя мимо секретаря, произнёс Николай Романов, следом открывая дверь в кабинет и делая шаг в направлении стола.

Бросив перед собой папку с документами и нажав кнопку питания на мониторе, судья положил правую руку на мышь и уставился на экран.

— Та-а-к… где ты есть, мой родненький…

В следующую секунду открылось окно с зелёным фоном, по которому тут же стала скакать карточная колода, а в левом верхнем углу появилась надпись «Косынка». Но едва старый князь успел погрузиться в продолжение своей партии, как рядом с его рукой аккуратно шлепнулся прямоугольный предмет. Переведя взгляд в его сторону, Романов без труда распознал в нём смартфон. Причём не свой.

Подозрительно оглядевшись вокруг, он задержал взгляд на двери, которая в этот миг со стуком распахнулась, явив его взору знакомое лицо собственного секретаря.

— Разрешите, Николай Павлович? — донеслось приятным голосом молодой женщины.

Судья с десяток секунд молча буравил взглядом топтавшуюся на месте секретаршу, пока та вновь не подала голос, осторожно напоминая о его просьбе.

— Ваш кофе, Николай Павлович.

— Да, давай сюда.

— Что-то ещё? — услужливо добавила женщина, установив посуду перед князем и отступая от стола на шаг назад.

— В кабинет кто-нибудь сегодня входил?

— Нет, Николай Павлович, — тут же качнула головой Елена. — Кроме вас с самого утра никого не было. Уборку произвели ещё вчера.

Можно было задать ещё ряд уточняющих вопросов, но судья этого делать не стал — ему вдруг и без того стало ясно, каким образом этот аппарат мог оказаться в его кабинете. А ещё Николай отлично помнил, что с утра стол был чист и уборщики точно отпадали.

— Можешь идти.

Едва дверь за спиной женщины закрылась, Романов опустил взгляд на девайс и нажал призывно застывший по центру экрана чёрный треугольник, заключенный в белый круг. Смартфон тут же запустил видеозапись.

Секунда. Десять. Тридцать… Чем дальше шло время, тем сильнее напитывалась гневом аура Николая Павловича. Его лицо искажалось гримасой раздражения, а пальцы нервно застучали по столу.

— Вот же паскудник премерзкий…

Казалось, от глазка камеры не утаилось вообще ничего: ни сам факт встречи двух людей, которых друг с другом, особенно накануне такого заседания, точно видеть были не должны, ни передача шкатулки, которая перекочевала по столу из рук одного князя к другому. Даже конфиденциальный и крайне провокационный разговор — и тот не сумел остаться в секрете. Шпионы Черногвардейцева сумели заснять всё!

— Чёртов демон… — процедил Романов, сжимая силой телекинеза устройство, экран которого под конец записи застыл с надписью «Примите, пожалуйста, правильное решение». — Удавил бы…

Смартфон с треском, будто попав под стальной пресс, сжимавший его со всех сторон, стал сыпаться и превращаться в нечто безобразное, похожее на странный комок из пластмассы, металла и стекла. Впрочем, продолжалось это недолго, до тех пор, пока не случился громкий хлопок, заставивший сидевшую в приёмной за дверью секретаршу испуганно заглянуть внутрь кабинета.

Правда, увидев выражение лица Романова, та тут же поспешила закрыть дверь и вернуться на рабочее место.

Следом откинувшись на кресло и отбросив искорёженный телефон в дальний угол, мужчина потёр переносицу и, наконец обуздав нахлынувшие на него эмоции, потянулся рукой к кнопке питания монитора. Экран погас.

Возвращался в зал суда Романов крайне серьёзным и хмурым — оно и неудивительно, любой бы на его месте сейчас был злым. Но то ли ещё будет! Кто бы видел меня, когда Рикс мне продемонстрировал видеозапись, на которой князь Жилин и князь Романов договариваются о судилище надо мной!

Впрочем, эмоции, как и всегда в таких случаях, могут сделать только хуже. Нашей же стратегией было выйти сухими из воды, а уж потом, когда всё поуляжется и утихнет, заняться раздачей долгов. По крайней мере этому старому козлу, Николаю Павловичу, я был просто обязан помочь освободить занимаемую должность — такой подлой и беспринципной твари точно не место в правосудии!

— Господин Жилин, господин Черногвардейцев, суд изучил материалы вашего дела и готов вынести свой вердикт, — уставившись в папку с бумагами перед собой, начал Романов. — Ввиду появления господина Шевцова, который пролил свет на произошедшее, а также его признания и желания разрешить всё миром, суд постановил такую возможность графу предоставить. Спорный особняк остаётся за господином Черногвардейцевым. Господин Шевцов обязуется закрепить это право в соответствующих регистрационных органах, после чего конфликт между двумя домами должен быть завершён. Помимо этого, господин Шевцов не имеет права покидать город. Все имеющиеся у нас материалы дела о мошенничестве будут переданы в прокуратуру. Далее этим делом займутся сотрудники Ока государева, — следом, подняв взгляд на Виктора Андреевича, судья продолжил: — Господин Жилин, суд отказывает в переквалификации дела в уголовное из-за похищения и возможного убийства господина Шевцова, в связи с отсутствием события преступления.

Лично меня такое решение судьи не обрадовало и не огорчило — у меня на любой из возможных исходов был свой план действий. Впрочем, текущий результат всё же более благоприятный — есть шанс не заиметь лишних врагов.

Что же касалось самого судебного процесса, то он был особо примечателен тем, что в отличие от судов, которые мне довелось знать в своём прошлом мире, здесь пропажа и возможное убийство графа изначально расследовалось не как уголовное преступление, а в формате гражданско-правового спора. Для знающих людей это было бы как минимум странно…

Вероятно, оно всё объяснялось тем, что одарённые на суде соврать не смогут, и пострадавший, либо истец, мог обойтись и без помощи прокурора. Тем более что любой князь на своей земле может порой оказаться и прокурором и судьёй в одном лице.

Также, возможно, такое допущение было обосновано тем, что нами был отправлен встречный иск по делу о мошенничестве и покровительстве преступной группировке. А подобные споры между княжескими родами всегда изначально регулировались в формате гражданских исков. Впрочем, по какой схеме ни пошло бы это дело, судья в любом случае был бы у нас один — Романов Николай Павлович. Ну или ему подобный высокородный аристократ с такими же широкими полномочиями.

Пытаясь во всём этом в очередной раз разобраться, я опять ощутил головную боль.

Покидали мы зал суда все в разном настроении: я был задумчив, князь Жилин наверняка разгневан, а граф Шевцов находился в ожидании своей участи. Причём боялся он наверняка не тех последствий за свои преступления, что ему были уготованы законом, а ярости своего сюзерена.

Попрощавшись с Якушевым, поблагодарив его за блестяще проделанную работу и пообещав скоро заглянуть к ним с отцом на ужин, я приказал бесам перенести нас с Шевцовым в городскую жилищную администрацию.

В особняке стояла немного напряженная обстановка — ребята собрались в гостиной и ожидали моего прибытия. Впрочем, к тому моменту, когда я оказался перед ними, результат суда был для всех уже известен — теперь от Виктории мало чего утаишь. Да, собственно, мне это было и не нужно.

— Поздравляю! — чмокнула меня в щёку сестра, и следом, с теми же словами это повторила и Алиса. — Так им всем!

— Выиграна только лишь битва, — менее оптимистично отозвался я. — Впрочем, это всё равно хороший повод для праздника! Что у нас на обед?

— Запечённый гусь. Точнее, два, — ответила Алиса, переводя взгляд на Викторию.

Приглашение к обеду было воспринято всеми на ура. Едва мы расселись за столом, слуги понесли горячее и салаты. Я, к слову, до сих пор привыкал к их присутствию: это когда ты в гостях или где-то на приёме, оно особо не замечается. А вот у себя в особняке — совсем другие ощущения! Будто и не дома вовсе находишься, а в ресторане каком.

К приёму пищи почти сразу же присоединился и Святогор, который, как и большинство присутствующих, бросал в мою сторону любопытные взгляды. Поэтому решив не томить друзей, я первым нарушил молчание.

— План сработал. Жилин злой, судья Романов явно тоже. И вероятно, они оба это мне теперь долго не забудут, — улыбнулся я.

— Ещё бы, — с усмешкой кивнул Степан. — Так по носу щёлкнул обоим.

Не считая Андрея и Сони, все остальные были полностью в курсе моих дел и планов, поэтому особо подробных пояснений вроде как и не требовалось.

— С учётом того, что в хорошем настроении они были бы, только если оставили тебя без особняка, туда им дорога, — также усмехнулся Максим, прокомментировав мои слова.

— С Шевцовым всё прошло без фокусов? — подал голос Святогор.

— Да, дядя. К графу претензий нет. После того как мы уладили дела с документами, я приказал бесам вернуть его к семье.

— И что теперь с ним будет? — с некоторым волнением в голосе уточнила Виктория.

— Только не говори, что переживаешь за него, — с долей ехидства заметил я, но отметив, как сестра осуждающе закатила глаза, всё же ответил: — Я думаю, этот подлец точно жив останется. Если уж граф умудрился даже меня замаслить, хотя я действительно имел все поводы отправить его на тот свет, то с Жилиным они как-то, да договорятся.

— Ворон ворону глаз не клюёт, — согласился дядя.

— Ладно, с этим будем разбираться позже. Сейчас у нас на носу куда более важное и главное — приятное мероприятие. Вы как, всё успели? — поворачивая голову в сторону Степана и Маши, произнёс я.

— Да, — кивнул товарищ. — Ждём не дождёмся завтрашнего дня.

— Отлично, — улыбнулся я и добавил: — С радостью предоставлю свой лимузин для молодожёнов. Или вы другой нашли?

— Лимузин? Зачем? — нахмурился Степан, следом неуверенно добавив: — Я думал, мы все вместе поедем…

— Эм… Ну как? Свадьба, лимузин, все дела… — также растерянно ответил я, ловя на себе недоумевающие взгляды окружающих. — Традиция такая…

— Впервые слышу, — пожал плечами Степан, и в такт его словам кивнула Маша.

Я прикусил губу. Ну конечно, это ведь в нашем мире, и то далеко не везде, было принято устраивать «покатушки» на машинах, усадив молодожёнов с близкими родственниками и друзьями в лимузин и большим кортежем кататься по городу. Здесь, судя по реакции окружающих, такое веселье отнюдь не практиковалось. Или, что более вероятно, доступно другой категории лиц, для которых такие развлечения были моветоном.

Штирлиц был как никогда близок к разоблачению… Ну а что поделать? Не доводилось мне за свои два десятка лет в этом мире хоть раз побывать на чьей-то свадьбе!

Пока я, прикусив язык, размышлял на эту тему, все присутствующие за столом резко умолкли. Я было уже даже запереживал, подумав, что ляпнул какую-то совсем откровенную нелепость, но нет. Проследив за взглядами окружающих, мгновенно понял, куда переключилось всё внимание.

Это действительно выглядело довольно неестественно и отталкивающе… Голова запрокинута, рот слегка приоткрыт, глаза тоже открыты, но зрачков при этом не видно. И вдобавок ко всему, Соня ещё и едва заметно подрагивала и странно поджимала правое плечо.

К моей радости, народ отреагировал более чем сдержанно. Во-первых, я изначально всех предупредил о том, что такое рано или поздно может произойти, а во-вторых, подобная картина на глазах девчонок случалась уже во второй раз.

Андрей действовал без промедлений. К тому времени, когда я только перевёл взгляд на провидицу, он уже был на ногах, стоя за её спиной, и, положив руку на грудь супруги, замер, прижавшись к ней сзади.

В полном молчании наблюдая за этой сценой, мы провели так почти минуту. Правда, я за это время умял целую ногу — успел с утра изрядно проголодаться, да и после первых десяти секунд наблюдения мне стало ясно, что пока видение не закончится, ничего особенного мы больше не увидим. Так, собственно, и произошло.

Соня вернулась в наш мир так же внезапно, как и его покинула. Это сопровождалось резким вздохом, как у человека, который с трудом выплыл с большой глубины, последующей попыткой подняться с места и паникой на лице.

— Тише-тише, Соня… я рядом. Тише, — крепко удерживая супругу на месте, шептал ей на ухо Андрей, отчего та довольно быстро успокоилась и стала постепенно приходить в себя.

— Всё в порядке? — отметив наконец осмысленный взгляд провидицы, произнёс я. — Здесь останетесь или желаешь отдохнуть в комнате?

Соня медленно огляделась по сторонам, а затем, встретившись взглядом с мужем, коротко тому кивнула.

— Если можно, здесь, — после небольшой задержки ответила она.

— Как угодно, — кивнул я, и следом, поднимая бокал с вином, поднялся с места, перемещая фокус внимания присутствующих с провидицы на себя. — Ну… за нашу очередную маленькую победу!

— И за хорошие выходные! — с воодушевлением добавил Максим.

— Ура! — присоединяясь к нашим тостам, подняли бокалы все остальные.

Моя командировка в Габон, длиною в несколько недель, несмотря на помощь сестры и супруги, всё равно скопила для меня целую папку важных бумаг, которые приходилось лично изучать и подписывать. Именно за этим занятием меня застала Софья, коротко постучав по двери.

— Алексей Михайлович, к вам можно?

— Да, входи, Соня, — поднимая взгляд на дверь, ответил я.

Девушка пришла на этот раз одна. Скорой походкой она прошагала до моего стола и, пользуясь моим безмолвным предложением, заняла место в кресле.

— Андрей где?

— В спортзале.

— О, молодец, — одобрительно кивнул я. — Дело хорошее. А ты как? Отошла?

— Спасибо, хорошо. Это в последнее время дело недолгое, если честно. Привыкла вроде как.

— Ну вот, — вновь одобрительно кивнул я. — Растём!

Соня скромно улыбнулась. Но было видно, что она и сама довольна тем, как в последнее время складывались обстоятельства. Никто не смотрел на неё с ужасом во время происходящих «приступов», да и бесы однозначно стали пугать её намного меньше чем раньше. Выходит, я молодец. Прям маэстро. Психолог. Нет, лекарь! Точно! Надо было в медицинский поступать!

Сдержав улыбку от ударивших в голову глупых мыслей, я вновь пересёкся взглядом с девушкой и произнёс:

— Что ж… вижу, не просто так пришла. Готова что-то рассказать?

— Да, Алексей Михайлович, — тут же кивнула провидица. — Я хотела сразу, но потом решила, что лучше всё как следует вспомню, запишу и только потом к вам приду и нормально перескажу.

— О, так даже лучше, — согласился я, но следом, подумав, добавил: — Только если вдруг будет что-то срочное, то лучше, конечно, сообщать сразу.

— Да? Х-хорошо… — замялась Софья, судя по виду задумавшись о том, а было ли срочным то, что она будет рассказывать мне сейчас. — В общем, если прямо совсем вкратце, то ящеры отправили в сторону Земли еще два корабля… Мстить.

Чёрт! Вот же неугомонные, суки! Сколько их нужно перебить, чтобы зелёные от нас отстали?

Естественно, одним лишь «вкратце» я удовлетвориться не мог. В ходе дальнейшей беседы провидица действительно довольно подробно рассказала мне о своём видении.

Исходя из её рассказа, на Талааксе случилось очередное собрание их великого совета. На нём один из наследных принцев империи выступил с пламенной и призывной речью, склоняя членов этого самого совета поддержать его в желании отомстить за жену и брата, а также восстановить честь их расы. И если последние два пункта мне были более-менее ясны, то про жену стало как-то не совсем понятно.

Впрочем, как бы там ни было, это уже неважно. Важно то, что в сторону нашей планеты теперь летят два громадных звездолёта. И никаких сомнений у меня в словах провидицы теперь уже точно не было — предсказания Сони до сих пор сбывались довольно точно.

— А что с координатами нашей планеты? — неожиданно вспомнил я. — Насколько мне было известно, Граз не спешил ими делиться с сородичами.

— Перед самоуничтожением его корабля в нашей звёздной системе, тот автоматически отправил сигнал на родную планету, — отметив мой взгляд, Соня тут же пояснила. — С этого, по сути, и начался совет — точнее, эта новость стала его причиной. У ящеров нет и капли сомнений в смерти принца и гибели корабля.