Точка Бифуркации XVI

Глава 17

После того как завершился наш «небольшой» совет, случившийся прямо посреди вечера на моей свадьбе, гости вновь вернулись к празднику, который смог закончиться только лишь к пяти утра. Именно к этому времени успел сказать своё поздравительное слово каждый из приглашенных на наше мероприятие князей, а также любой из других пожелавших это сделать гостей.

Сам вечер получился довольно весёлым и приятным — я видел это на лицах Алисы и остальных своих друзей. Мне же пришлось прикладывать некоторые усилия, чтобы своей серьёзной мордой не испортить такую радостную атмосферу. Впрочем, глядя на веселящихся товарищей, это было сделать намного легче, чем если бы и они оказались в курсе всех последних новостей.

Вернулись домой мы с Алисой и вовсе под самое утро. К тому моменту все кроме нас уже спали, в том числе и Андрей с Соней, состояние которой по докладам оставшихся в особняке бесов, вроде как улучшилось. Это подтвердилось и на следующий день — Маша по моей просьбе наведалась к провидице и помогла той облегчить её физическое состояние — сняла усталость и одарила её лёгким приливом энергии. По себе знаю, как такое может помочь. И действительно, Соню за обедом я встретил уже в стабильном спокойном состоянии.

В ходе последующей беседы, девушка ещё раз, но теперь уже в мельчайших подробностях, поведала о произошедшем видении. Впрочем, чего-то принципиально нового мне вычленить из её рассказа всё же не удалось. Но сама суть проблемы была и так ясной, и это оставалось только принять.

Следующая неделя прошла в рабочем ритме. Несмотря на ворох свалившихся новостей, ни одна из них не просила от меня действий здесь и сейчас. Например, Габон — нам там нечего делать, пока Орден не выступит со своей провокацией. Это тот случай, когда проблема будет решаться по факту её возникновения. Хотя, конечно, кое-какие подготовительные действия люди императора уже провели.

Что же касалось моего путешествия по Талааксу, то там всё остановилось по причине того, что во дворце дома Висхара сейчас не было ни самого монарха, ни первого наследника престола. И если глава империи у них отсутствовал едва ли не всё последнее десятилетие, причем данных о его местонахождении нам до сих пор добыть не удалось, то его сын временно отправился в соседнюю провинцию, и мы были намерены ждать его возвращения. Ну не летать же нам теперь по их планете в поисках этого принца?

Несмотря на выдавшиеся довольно спокойные будни, половину которых я провёл в университете, было ясно, что в скором времени учёбу мне придётся немало пропустить…

Из главных событий — наконец была объявлена дата свадьбы Глеба и Виктории. И приближению этого события, да простит меня любимая сестра, я отнюдь не радовался.

Конечно же, дело было не в том, что я имел что-то против этого брака или принца Романовых в частности. Сейчас наши отношения наладились, да и молодые, к нашей всеобщей радости, успели за прошедшее время привыкнуть друг к другу и даже подружиться — сами они свою свадьбу очень даже ждали. Моё же напряжение, как и в прошлый праздник, было связано с гаданием на тему того, какая пакость случится на этот раз. Тут надо сказать, что я отнюдь не боялся самих нависающих проблем, а просто злился от того, что они совпадают по времени с другими, хорошими событиями, неизменно оставляя в моей памяти неприятное послевкусие от любых праздников. Что-то с этим надо делать…

А может, я сам себе лишнего напридумывал и просто зря треплю собственные нервы? Всё же не стоит забывать, как сильно влияет психическое состояние на ощущение и интерпретацию действительности…

Воодушевившись такими мыслями, я постарался выбросить из головы всё лишнее и просто делать что должно. Известная поговорка на этот счёт тут подходила как нельзя кстати.

— У тебя кольцо на пальце появилось, — улыбнувшись мне, заметила Ермакова, когда был объявлен перерыв между парами.

— Уже неделю как, — коротко ответил я.

— Я заметила. Но стеснялась спросить. Женился, выходит?

— Да, — кивнул я. — В те выходные отыграли свадьбу.

— Молодец. Самое время, — задумчиво ответила соседка по парте. — С группы, так понимаю, никого не звал на свадьбу?

— Боюсь, банкетный зал и так едва не лопнул, — совершенно спокойно ответил я.

Если Юля думала, что таким вопросом сможет меня смутить или поставить в неловкое положение, то она ошибалась. Кого звать, а кого нет, решалось в продолжительной беседе с моими дедами, и уж эти двое о чувствах молодых аристократических семей переживали в самую последнюю очередь. Или, если быть точнее, не переживали вовсе. Как бы высокомерно это ни звучало.

— Любопытно, супруга перешла в твой род и взяла твою фамилию? — продолжила расспросы Ермакова.

— А как же могло быть иначе? — с нескрываемым удивлением оглядел я девушку.

Вопрос и правда странный, если учесть, что теперь моя личность для собеседницы уже не является тайной. Глава рода всегда забирает в свой род супругу, иначе та, как минимум, не может претендовать на титул княгини, да и в целом не может считаться полноценным и полноправным членом рода. В общем, в моём положении на такое никто и никогда не пойдёт.

— А какая у неё девичья фамилия была? — бросила беглый взгляд на меня соседка, кивнув на полученный своеобразный ответ и как ни в чем не бывало продолжив разговор.

— Белорецкая. Алиса, — без задержки ответил я, почему-то испытывая некоторое недовольство в связи с любознательностью Юли. Хотя, вроде как, ничего плохого от неё не исходило.

— Княжна Белорецкая⁈ Из Тюменского княжества? — приподняла брови она, с удивлением уставившись на меня. Будто была удивлена, что такая девушка или девушка из такой семьи смогла сойтись со мной. Следом уловив, как я коротко кивнул головой на её вопросы, Юлия продолжила: — Я её как-то видела на одной из факультативных лекций. Она ведь здесь у нас тоже учится. Та-ка-я краси-и-вая!

Я вновь молча кивнул, примерно предполагая, что дальше Ермакова скажет как мне повезло с женой. К слову, максимально странная в таких ситуациях фраза, но с учётом того, что люди её говорят обычно без задних мыслей, цепляться за неё — дело глупое. Но это я так… размышлениями занимаюсь, лишь бы не слушать пустую болтовню соседки. Она, к слову, девушка вполне себе неплохая, но такая словоохотливая бывает! Зная это, мне было вдвойне удивительно, что графу Шилову не удалось наладить с ней контакт.

— … тебе с ней очень повезло, — закончила поток своих слов Юля.

— Угу.

— А у вас с ней брак по договорённости или по любви? — едва я ответил, тут же вставила очередную реплику графиня.

— Тебе это всё зачем, Юля? Досье на меня собираешь? — не выдержав, усмехнулся я.

— Ну как зачем?.. — тут же смутилась собеседница. — Переживаю за женскую долю… Знаешь как часто нам приходится идти через себя и поступать как велит род? На мой взгляд, это просто немыслимо… — лицо девушки вмиг погрустнело. — Особенно в нынешнее время!

— Что значит «вам»? Имеешь в виду женский пол? — спросил, нахмурившись. — Так я тебя удивлю — точно такой же приказ от родителя поступает и мужчине. И у него появляются ровно такие же обязательства перед родом, — произнёс я, удивлённо поглядывая на Ермакову. — А вообще, если хочешь быть сама по себе — то это не трудно. Откажись от титула и фамилии, и всё будет как в твоих мечтах. Ну почти… Но отец точно будет не вправе тогда что-то от тебя требовать.

Глупость, конечно, я выдал ещё ту… трудно себе представить, чтобы влиятельный род позволил себе разбрасываться наследниками крови. Прижмут, заставят — и никуда не денешься. Хотя… с другой стороны, с особо ретивыми и упрямыми могут ведь действительно поступить ровно так, как я и сказал. Только подобное является настолько большой редкостью… И не потому, что эта мера не применяется — просто процент аристократов, которые добровольно дадут согласие на отказ от всех титулов, преференций и денег рода, стремительно близится к нулю. Быть бунтарём — одно дело, а лишиться всего и стать простолюдином, будучи привыкшим к шикарной жизни без какой-либо нужды — совершенно другое.

— Ясно. Очень жаль, что вас заставили, — сухо ответила девушка, но следом же осеклась. — Хотя, стоп… Общеизвестно, что в твоём роде ты глава и сам принимаешь подобные решения, — тактично напомнила мне она, что я сирота, и следом заключила: — Выходит, что принуждению поддалась только Алиса…

— Да с чего ты вообще это взяла? — покачал я головой, следом помассировав виски правой рукой.

— Как с чего? Не стал бы ты иначе так рьяно защищать эту варварскую традицию!

— Понятно, — глубоко вздохнул я и с трудом сдержал смешок. — Можешь тогда при встрече выразить Алисе свои соболезнования. У меня ещё и характер вдобавок сложный.

— А вот и выражу! А в последнем, кстати, не сомневаюсь, — с некоторым вызовом в голосе ответила Юля, бегло оглядев меня из-под бровей.

Впрочем, уловив мой твёрдый взгляд, она тут же стихла и умерила пыл.

— Вырази-вырази. Только не забудь уйти из рода до того дня.

— Это зачем ещё? — как я и ожидал, дала заднюю собеседница.

Шутить про то, что её род может пострадать за глупого отпрыска, я не стал. Вместо чего увёл разговор несколько в иную плоскость.

— Ну как… показать протест обществу. У тебя, судя по всему, этим душа горит. Докажи не словом, а делом неприступность своих суждений. Или выходит, что ты из тех, кто только умеет брать, ничего не отдавая взамен. Если честно, на правах главы рода, могу сказать тебе, что такие люди в семье… — на этих словах я немного осёкся, пытаясь подобрать нужное слово, чтобы при этом оно не звучало крайне резко, но фразу в итоге закончить не смог. Поэтому решил объяснить по-другому: — В общем, благодарность и чувство долга в себе надо развивать. Быть аристократом — это тебе не просто высокий статус и бо́льшие возможности. Ты живешь на всём готовом, и у этого есть цена. К своему возрасту ты должна уже знать, что честь и долг для дворянина — не пустые звуки. Каждый из нас несёт большую ответственность перед семьёй и родом в целом. Тебе это должны были объяснить ещё с детства, — на последних словах вздохнул я, поймав себя на мысли, что сам того не замечая включился в откровенно не нужный для меня разговор. Да что с этой девкой не так?..

Юлия, тем временем, неожиданно взяла и расплакалась. Прямо за партой. Этого ещё не хватало…

— Тебе легко говорить! Ты тут минуту назад вещал о том, что мужчина тоже идёт на жертву, а сам!.. Сам-то находишься далеко не в этой позиции! Вот если бы тебя родной отец заставил против воли!.. Да ещё и на ком попало!

Тут Ермакова хотела было и вовсе расклеиться, но я ей всё же ответил.

— Ты давай только палку тоже не перегибай, — усмехнулся я, принципиально не замечая её слёз. А то сейчас точно разревётся. — Вот если бы твой родитель за старика тебя отдал… или урода какого, но, к примеру, богатого, я ещё бы понял суть претензии. Но нет ведь. Молодой парень, точно не урод, наследник рода.

Самое забавное и интересное в нашем разговоре было то, что, в целом, я Юлию отлично понимал. И уж точно не хотел бы, например, заставлять свою дочь создавать семейный союз против её воли. С другой стороны, от сказанных слов я тоже не отказывался — есть «хочу», а есть «НАДО». Это нужно различать. И в случае, если бы такое «надо» приключилось с нами, вероятно, мне бы пришлось принять не самое приятное решение. Сейчас я понимаю, что такова доля главы рода, земель и империи — иногда принимать непопулярные и нежеланные решения.

Да вон даже взять ситуацию с Викой! Я был последним, кто хотел, чтобы она вышла замуж за Глеба. Хотя это крайне выгодно нашему роду! И как же я рад, что у Романова-младшего хватило мозгов подобрать ключик к сердцу моей сестры. Да, может быть, я немного сейчас с этим преувеличил, но всё точно именно к этому и идёт.

А ещё, если уж совсем углубляться в эту тему, у меня была весьма небеспочвенная уверенность, что если люди создают семью на трезвую голову и вышеупомянутые слова «долг» и «честь» для них — не пустые звуки, такой союз будет точно крепче, чем в тех ситуациях, где молодые сошлись только на почве одной лишь влюблённости. По крайней мере об этом говорит статистика.

— Он придурок! — прошипела Юля, сложив руки на груди и злобно уставившись перед собой.

— Я, конечно, в подробности не лезу, — осуждающе покачал я головой, — но, насколько мне известно, ты с ним до сих пор так ни разу и не поговорила. Так что твои суждения беспочвенны. Впрочем, страдать за свои действия тебе, а не кому-то другому. Так что делай как знаешь.

— Страдать? — нахмурилась Ермакова. — Я уже страдаю…

— Не обижайся, но ты сейчас просто драму разыгрываешь. И создаёшь проблему там, где её может и не быть. У тебя нерациональный подход к делу.

— Хорошо, — поджав губы и набрав воздуха в грудь, терпеливо произнесла собеседница. — Как было бы по-твоему поступить рационально?

За время нашего разговора наверное впервые возникла такая затяжная пауза. Я откровенно сомневался в том, а нужно ли мне распинаться. Впрочем, пока перерыв не закончился, можно и поразговаривать — заняться-то больше и нечем.

— Ну ладно, объясняю один раз. Не поймёшь — твоя проблема, больше разглагольствовать не буду, — неспешно ответил я и, отметив заинтересованный взгляд собеседницы, продолжил: — У тебя возникла в жизни одна, скажем так, трудность. Но как мы выяснили, ситуация далеко не безвыходная. Просто вариант остаться никем тебе откровенно не нравится, и ты на него не пойдёшь. А даже если пойдёшь, уверен, долго не продержишься. Избалованная слишком, уж не обессудь, — не давая вставить девушке и слова, я продолжил: — Второй вариант, который тебе не нравится чуточку меньше, чем первый — это всё-таки принять условия отца. И вот здесь, рациональным и логичным было бы не рубить с плеча. Я имею в виду пообщаться, поговорить, узнать человека поближе и всё в таком духе — быть может и места для драмы не останется? — неспешно и без особой веры в то, что до Ермаковой что-то дойдёт, озвучил свои мысли я. — Ну а если нет, у тебя хотя бы будут хоть какие-то аргументы в разговоре с отцом. Хотя, вероятно… да нет, не вероятно, а точно! Я почему-то уверен, что ты уже весь свой кредит отцовского терпения полностью истратила. Вряд ли он теперь станет тебя слушать — довела поди папку, признайся⁈

Ответом мне было угрюмое молчание. Похоже, я попал в точку. Даже не удивлюсь, что это не первый жених, которого отшивает Ермакова.

— Ты прав, он точно не станет со мной обсуждать эту тему, — всё-таки нарушила молчание Юля. — Но я знаю, кого он не сможет проигнорировать, — на этих словах она медленно подняла свой взгляд на меня.

Ах ты засранка! Так вот к чему она вела всё это время⁈ Мне стало дико смешно. Вот как у неё это так получается⁈ Я ведь в который раз зарекался лезть во всю эту дурацкую и откровенно не нужную для меня историю.

Чёрт!

А может у этой плутовки дар какой особенный? Точнее, грань таланта? Хм… невольно вспомнилась английская принцесса. Правда, для такого маленького и молодого рода это что-то из разряда фантастики. Грани талантов — дело вообще не исследованное и само по себе редкое. И я не слышал, чтобы подобное встречалось в родах младшей аристократии…

— И зачем мне это надо? — прямо ответил я, не став игнорировать намёк.

— Ну-у… помочь мне… Просто по-человечески!

— Я попросил аргументы, а не манипуляции, — без лишних расшаркиваний и на этот раз уже с поправкой на всё-таки возможное наличие у неё особого дара, ответил я.

Собеседница поникла, опять уставившись перед собой. Глаза девушки вновь заблестели. Ну нет, теперь точно не подействует!

— По-человечески я тебе уже помог. Подробно и по полочкам всё объяснил и рассказал о том, какой у тебя есть выбор. Дальше дело за тобой.

— А что если я ничего из этого не выберу? — настроение Юли немного сменилось в сторону любопытства. Слёзы были поставлены на паузу.

— Ничего не выбирать — тоже выбор. Но расклад, на мой взгляд, будет самый неприятный. Если твой отец действительно твёрд в своих намерениях и дал соответствующее слово, тебя насильно выдадут замуж. Дальше консумация брака и периодическое исполнение супружеского долга. Тут уж действительно всё может оказаться довольно… дикарски, — произнёс я, с явным неодобрением в голосе. — И не смотри на меня так — я не только не одобряю таких крайностей, но и не придумывал их. Я просто тебе объяснил реалии нашего мира.

— Ты так спокойно об этом всём говоришь, будто бы даже и наслаждаешься моей ситуацией… — попыталась выкинуть очередную, уж совсем наглую манипуляцию собеседница, но настрой у неё на этот раз действительно стал другим. Кажется, она наконец поняла, что не сможет мной в очередной раз воспользоваться.

Почему говорю «в очередной раз», думаю, уже понятно. Я почему-то всё больше и больше склонялся к тому, что какими-то особенностями дара Ермакова всё же обладает. Благо для неё это пока всё выглядело достаточно безобидно. Хотя… как уж посмотреть!

— Во-первых, за время нашего разговора ты стала слишком часто позволять себе больше положенного. Советую пересмотреть свою стратегию на этот счёт. Иначе я резко разочаруюсь в этом общении. Во-вторых, ты не права в своих суждениях по поводу моего отношения, — эту фразу я предпочёл просто озвучить и оставить без комментария. Просто как факт. — А в-третьих, ещё раз используешь на мне свой дар — я и вовсе могу разозлиться.

Глаза девушки тут же округлились, лицо приобрело испуганный вид, а сама она нервно сглотнула. Бинго.

Самое забавное, что я даже по-настоящему на неё разозлиться не мог!

«Господин, простите, что отвлекаю вас от вашего разговора, но у нас новости!» — резко возник голос Кали в моей голове.

«Слушаю».

«Мы нашли людей на Талааксе. В их главном городе. Это пленники с нашей планеты».

Вот это поворот! Вот это неожиданность! Хотя, на самом деле, подобного стоило ожидать…

Отметив, что Юля с трудом приходит в себя после услышанного, я поднялся с места и произнёс:

— Мы ещё поговорим на эту тему. А пока мне нужно покинуть университет. Лекцию потом у тебя возьму.

Следом, не дав ей сказать и слова, я просто растворился в воздухе. Новость от бесов была срочнее учебной пары.