Точка Бифуркации XVI

Глава 20

Речь, конечно же, шла о Лузала Газини — гуталиновый молодчик, член Ордена Хранителей и просто крайне неприятный тип, с которым я уже имел ранее «удовольствие» познакомиться. А ещё он был габонцем. И по моей информации, на родине его совсем не ждали — тут к орденцам было крайне неприязненное отношение. Я — исключение.

— Чьерногвардьейсев… — злобно выпалил единственный чернокожий в штабе, откликнувшись на мой голос.

Мы к этому моменту приблизились к вражескому лагерю и сейчас находились не более чем в трёх десятках метров от орденцев.

— Орден Хранителей всё-таки решился на эту глупость. Но скажи мне, Газини, вы и правда на что-то надеетесь? — произнёс я на английском, продолжая буравить взглядом своего коллегу и приближаться.

— А этёо ты совсем скора уфвидишь, — злобно ухмыльнулся оппонент, вынимая клинок из ножен.

Что ж, на какой-то откровенный разговор с ним я, по правде говоря, особо и не рассчитывал. Неприязнь у нас была взаимная с самого начала нашего знакомства, поэтому слова закончились быстро.

— Парни, его я убью сам, — выставив меч перед собой, произнёс я и шагнул вперёд. Остальные наши бойцы принялись рассредотачиваться по штабу.

Бой завязался у всех почти одновременно — мы просто оказались на дистанции атаки, и в ход тут же пошла сталь. Ещё раньше часть из бойцов обменялась стихийными атаками, но ожидаемо это к успеху никого не привело. Соотношение сил, к слову, однозначно было в пользу противника, но без критического перевеса.

Лузала оказался выше меня почти на голову. Прямо-таки каноничный темнокожий амбал с необезображенным интеллектом лицом. Вдобавок он выглядел как рассвирепевший бык, перед которым оказался виновник всех его бед. Нетрудно представить с какой яростью он рванул на меня, размахивая своим огромным мечом.

Ах да, меч. Он даже для стандартного двуручника казался великоватым. Широкое полотно, серебристо-белая сталь и угрожающе длинное лезвие. Амбал с таким дрыном в руках смотрелся более чем внушительно, но меня это не сильно парило — я отлично понимал и все минусы такого противника.

Уворачиваясь от тяжёлого и предсказуемого удара, вторую атаку оппонента я принял на сталь, одновременно командуя бесам разведать окружающий лес. Очень уж мне не понравилась последняя фраза Газини. Точнее, выражение лица, с которым он её говорил — эти суки явно что-то придумали.

Лузала разил своим гигантским мечом с завидной лёгкостью, да так, что лишний раз принимать на остриё клинка такие атаки мне очень не хотелось — слишком тяжёлые и мощные удары. Он вкладывал в них огромную силу, и я невольно даже переживал за сохранность своего оружия. Впрочем, последнее было зря — родовой клинок со своей задачей справлялся на отлично, и после нескольких выдержанных мощных ударов, ощущение его надёжности во мне только закрепилось. Главное самому не плошать.

Удар! Шаг в сторону! Уворот и контратака! Ещё шаг в сторону, нырок и возвращение назад. Я крутился вокруг противника, заставляя его безостановочно двигаться, атаковать или держать удар — никакого отдыха! Управляться с такой массой мышц, да ещё и с далеко не лёгким оружием — это звериную выносливость надо иметь. Посмотрим на сколько хватит моего оппонента — стал дышать как паровоз он довольно быстро. Но позиций пока, правда, отнюдь не сдавал.

Впрочем, у меня тоже очень быстро стало сухо во рту. Даже захотелось пить.

Похоже, что и для меня этот бой складывался отнюдь не лёгкой прогулкой. Что странно, ведь изначально мне показалось, что Газини далеко не самый серьёзный из попадавшихся мне противников — превосходство навыков фехтования было едва ли не очевидно. Но как бы не так. Несмотря на то, что я сжёг ему уже целых три артефактных камня, успев дважды полоснуть по шее и один раз мощно рубануть по руке, враг даже и не думал сдавать назад или сбавлять темп. Мне даже казалось, что он совершенно не придал значения случившейся утрате, будто и не произошло ничего.

Чёрт… пить. Как же хочется пить! Пересохло не только во рту и горле, мне стало чудиться, что я…

Ах ты, сука! Ты смотри что делает!

Мельком уловив довольный взгляд негра напротив, я со злостью сжал зубы. Он меня сушит заживо! Как такое вообще может происходить⁈

Ну, тварь… будет тебе сейчас…

«Атакуйте его со всех сторон. А меня на два десятка метров назад», — скомандовал для тёмных я, выставляя руку перед собой и обрушивая на Газини телекинетическую атаку, которую он, конечно же, сможет выдержать.

«Воды!», — добавил следом же, зажимая лезвия меча у себя под мышкой.

— ТРУС!!! — взревел этот черномазый орк, пытаясь продавить невидимую стену перед собой и телекинезом отбрасывая подкрадывающихся к нему со всех сторон демонов.

Тёмные успели сжечь ему несколько камней, прежде чем он их всех отбросил, разъярённо оглядываясь по сторонам.

Я же в этот момент спешно осушил уже вторую флягу, из тех, что мне предоставила демоница. И думаю, выпил бы ещё столько же, но бой с Газини нужно было всё-таки сначала завершить. А то он ведь времени тоже зря не терял — тут же принялся атаковать моих товарищей своим даром.

Те, к слову, к этому моменту времени уже успели завалить вражеский лагерь трупами. Гибли ребята и с нашей стороны, противник здесь был не из простых…

Резко переместившись в упор к черномазому, я буквально первой же атакой сжёг ему очередной, сбился уже какой по счёту, артефакт. Схватка в ту же секунду продолжилась. Но теперь… теперь и я не играл в джентльмена. Какого хера вообще страдал этим изначально⁈

Рой моих светлячков в мгновение ока облепил голову Газини, въедаясь в его барьер. Иллюзий себе на этот счёт я, конечно, не строил — несмотря на явно возросшую мощь этих маленьких жужжащих убийц, прожечь барьер Абсолюта им не судьба. Но и не это было их целью!

«Навалились все!» — вновь скомандовал я и, пользуясь частичной слепотой противника, резко сместился в сторону, став беспорядочно рубить гада куда ни попадя.

Ублюдок отбивался на одних инстинктах, и должен сказать, делал он это весьма умело. Я-то думал, что смогу совершенно безнаказанно с ним расправиться, но пропустив едва ли не десяток нанесённых со всех сторон ударов, Газини всё же сконцентрировался и, ориентируясь на слух и, вероятно, внешние колебания энергии, смог выставить какую-никакую защиту. А ещё мне вновь захотелось пить…

Естественно, я и раньше пробивался сквозь блоки его меча, а сейчас и вовсе заканчивал каждую серию одним хорошим попаданием. Только вот… артефакты у этого ублюдка совсем не кончались. А жажда и сопутствующие обезвоживанию организма симптомы медленно становились всё сильнее.

В эту минуту мне казалось, что я был готов с разбегу сигануть в реку, оставшуюся за нашими спинами, и в одно рыло сделать её на полметра мельче…

Эти мысли о воде, кстати, здорово отвлекали от боя!

«Господин, вам бы в себя прийти… Может ещё воды?» — с беспокойством в голосе произнесла бесовка спустя ещё полминуты.

Отвечать я ей не стал — сейчас было немного не до того. Да и противник, казалось, очевидно всё сильнее сдавал позиции. Да, он старался держать удар, но наконец-то наступил тот момент, когда его начала подводить выносливость. Огромный меч Газини больше не мелькал беспорядочными бликами в опасной близости от моей головы. Теперь каждое движение противнику давалось много тяжелее, чем в начале нашего боя, не говоря уже о том, что противостоять мне вслепую он нормально тоже не мог.

К слову, все его попытки телекинезом отбросить моих светлячков приводили лишь к краткосрочному эффекту — рой частично разлетался, но место одних тёмно-бордовых звёздочек тут же занимали другие, в то время как первые облетали телекинетическую стену и вновь вгрызались в барьер Газини. Стоит ли говорить, что отвлекаясь на эту борьбу, он только облегчал мне задачу?

Отметив, как на теле врага вспыхнул очередной прогоревший артефакт, я решил, что пришло время для более неординарных действий. По крайней мере, подобную тактику лично я применял в реальном бою крайне редко.

Немного подставившись и тем самым спровоцировав оппонента на попытку контратаки, я тут же воспользовался моментом его уж слишком медленного рубящего удара: увернувшись, шагнул вперёд и, легко оказавшись у противника за спиной, тут же присел. Ожидаемо последовал мощный горизонтальный удар с разворотом — Лузала довольно резко крутанулся на месте на сто восемьдесят градусов. На это я, опять уклонившись, ушёл за спину ставшего слишком медленным амбала.

Дальше было дело техники: подставить ногу, рвануть за плечо и подтолкнуть Газини телекинезом. Конечно, более логичным казалось в этой позиции нанести несколько ударов кинжалом в спину врагу, но я хотел разом решить исход схватки, а не сжечь ему ещё несколько камней. Кто его знает, сколько ещё у этого ублюдка такого добра? Он и так давно побил в этом плане все мыслимые и немыслимые рекорды. Я даже не берусь представить, каким образом можно обвешать себя таким количеством защиты. Хотя… вспоминая огромное ожерелье на его шее, которое Лузала без лишних стеснений демонстрировал во время своего визита в Москву со своими коллегами в ту пору, когда они ещё надеялись меня завербовать, кое-что всё-таки вставало на свои места.

Негр грузно грохнулся на землю, чем в тот же миг воспользовалась вся толпа моих бесов. Ну и я, конечно, тоже. К счастью, как оказалось, у всего был предел — мои ожидания не оправдались, и буквально на четвёртом или пятом ударе, тут точно было сказать трудно, впервые пролилась вражеская кровь.

— А-а-а-а-а! — раздался резкий вопль боли.

Светлячки мгновенно впились в лицо Газини, принося тому порцию просто непередаваемой ужасной боли. В ту же секунду я их отозвал назад — быструю смерть этот ублюдок точно не заслуживал. Да и были к нему кое-какие вопросы…

Резкий удар — и рука, удерживающая клинок, с пронзительным звуком отделилась от чёрного тела. Противник такого ранга, даже лёжа на земле и корчась от боли, представляет опасность, а с целой ведущей рукой и артефактным клинком в ней — и подавно.

Поток непереводимой брани, а другого в такой момент человек говорить, извиваясь от боли, просто не мог, обрушился на меня в следующую секунду.

«Пить!» — бросил я для бесовки, ощущая резкий накат слабости. Организм, до этой секунды стойко справлявшийся с перегрузками, срочно дал о себе знать, едва понял, что можно немного выдохнуть. И за это спасибо.

— Сколько насчитали? — вслух поинтересовался я у демонов, осушив первую флягу.

При этом не переставал буравить катавшегося по земле темнокожего амбала без руки. Уроду сейчас не позавидуешь — сильнейший ожог кожи лица и насильная ампутация конечности… Впрочем, я точно не был тем человеком, кто мог его хоть немного пожалеть.

— Тридцать два, господин.

— Мэрзкии ублиюудок! — с грубым акцентом прорычал Газини, наконец найдя меня взглядом. Это настоящее чудо, что мои звёздочки не сожгли ему глаза.

Хотя нет, один всё же пострадал…

Отбросив фляжку и треснув Газини по лицу плоской частью клинка, я, придавливая его вдобавок телекинезом, деланно спокойно произнёс:

— Даже не знаю, что ты можешь мне предложить, чтобы купить лёгкую смерть.

Английский у Газини был много хуже моего, но судя по исказившейся в гневе роже этого ублюдка, он прекрасно понял мой посыл. Даже плюнуть в ответ попытался, но нормально это сделать не смог — в рот упёрлась холодная сталь моего меча.

— Работайте с ним. Потом доложите, — бросил я для демонов, поворачивая взгляд в сторону направляющегося ко мне княжича Белорецкого.

— Что-то ты долго с ним, — коротко улыбнувшись, бросил подошедший.

— Силён, — не став отрицать очевидное, ответил я, следом прикладываясь к уже третьей фляжке.

На этот раз сделал всего несколько коротких глотков. В голове внезапно всплыло понимание, что сразу слишком большое количество жидкости организму может и повредить… Моё тело ведь не насос какой-то и явно не предназначено для того, чтобы из него за короткий срок резко выкачивали, а потом вновь вкачивали жидкость. Да ещё и не один раз… Лекарю бы показаться.

— Мы зачистили лагерь. Ребята занимаются допросом пленников. В целом, атака на этом направлении однозначно провалилась. Что там в других местах?

— На пленников можете забить, — присаживаясь на задницу и болезненно поморщившись, ответил я. — На других направлениях… да вроде нормально. Докладов о пробоях обороны не приходило, — немного помешкав и прислушиваясь к ощущениям, я добавил: — У тебя там лекарь был. Давай его сюда. Чёт нехорошо мне.

— Да, есть такой, — хмуро меня оглядев, ответил Андрей, не став задавать лишних вопросов. — Сейчас, погоди.

Состояние и правда было паршивенькое. Слабость, неприятное ощущение во рту и горле, странная головная боль и, кажется, даже в почки отдавало неприятной пульсацией. Я, можно сказать, впервые за долгое время почувствовал себя обычным человеком. Сраный Газини…

Амбала, кстати, демоны перенесли вглубь леса, чтобы без лишних свидетелей сделать свою грязную работу. Прежде чем одарённый такого уровня в себя кого-то пустит, его требовалось немного довести до нужного состояния… Как бы ужасно это ни звучало.

Я не сторонник лишней жестокости, но в ситуации, когда от срочности получения информации может зависеть много жизней, приходилось прибегать и не к такому.

Лекарь прибыл быстро — по моему приказу его переместили сюда бесы. Можно было, конечно, попросить их и вовсе перетащить меня в Москву порталом, дабы попасть в руки не к боевым специалистам, а к серьёзному целителю, но я этот вариант рассматривать не стал. Вопрос с Габоном еще не был решён, и дел здесь у меня более чем хватало. А ещё в голове вертелась последняя перед началом боя фраза Газини.

Тем временем, по груди и голове стало распространяться приятное тепло.

— Да, уж… досталось вам, Ваша Светлость, — пробормотал склонившийся надо мной мужчина. — Впрочем, не смертельно, конечно. Но без помощи нашего брата восстанавливаться от такого желательно под капельницей, — следом, немного помолчав, он добавил. — Пить по желанию, маленькими глотками. Много сразу нельзя. Вода всегда должна быть в доступе.

— Что с ним? — всё так же хмуро поинтересовался Белорецкий.

— Последствия боя с сильным магом воды. Обезвоживание, — коротко отрапортовал целитель.

— Прогноз?

— Если привлечём лекаря Якушевых, то за полчаса на ноги поставим. Но вообще, конечно, лучше бы Его Светлость назад в Москву.

На этих словах Белорецкий перевёл взгляд на меня. Уловив его немой вопрос, я тем не менее отвечать не стал. Вместо этого, рядом с первым лекарем внезапно материализовался второй — тот, что прикрывал группу Якушева.

Похоже, пора бы и о своём специалисте такого профиля задуматься… Маша не в счёт.

Но не успели они начать свою работу, небо над нашими головами разразил смутно знакомый звук. Я бы даже сказал свист. Следом же заработали системы противовоздушной обороны, а затем послышались взрывы.

— Кажется, началась вторая фаза.

Это было немного странно, потому как обычно артподготовка и бомбардировка с помощью авиации предшествуют старту сухопутных операций или хотя бы совпадают с началом их старта.

— Не вставайте Ваша Светлость, нам нужно закончить, а вам — полежать на спине.

— Не переживай, Лёха, и без тебя с этим справятся, — в тон целителям добавил Белорецкий.

Глубоко вздохнув, я вновь откинулся назад и уставился в небо. Лес здесь был не очень густой, и некоторую часть происходящего в воздухе всё же было видно. В основном, это попытки средств ПВО сбить летящие на Габон ракеты и авиабомбы.

«Нужно перехватить их бомбардировщики. Кто справится — сможет вдоволь повеселиться. Заодно и узнаем откуда идёт атака».

Впрочем, последнее вряд ли меня к тому моменту будет интересовать — Газини буквально только что был подчинён Риксом, и очень скоро, надеюсь, я буду обладать наиболее полным раскладом происходящего.