Ты моя, Эмилия

Глава 28

Осторожно выглядываю из-за плеча своего защитника и изумленно замираю, не в силах отвести взгляд от глаз животного. Они поразительного, светло-сиреневого цвета, который даже в ночной тьме кажется слишком ярким, слишком потусторонним.

— Дориан? — ошеломленно шепчу я в спину герцога. Неужели это еще один чудо-зверь? Просто невероятно!

Но его светлость не обращает на мои слова и капли внимания, лишь раздраженно поводит плечом.

— Что ты тут делаешь? — рычит он, явно обращаясь не к животному. И действительно, спустя несколько секунд возле зверюги возникает знакомая фигура Габриэля Волдо. Мужчина опускает ладонь на голову волка, слегка поглаживает его за ушами и, скривив губы в улыбке, невозмутимо отвечает:

— Я могу у тебя спросить то же самое, — чуть нахально отвечает тот.

Чувствую, как в ответ напрягается спина его светлости. Не очень-то они рады друг другу.

А пока мужчины меряются гневными взглядами и резкими репликами, я под прикрытием широкой спины Колчестера быстро натягиваю штаны и заворачиваюсь в плащ. После купания невыносимо холодно, и мне никак не удается согреться. Меня и саму терзает вопрос о том, что уважаемый Волдо делает посреди леса. Но, все же, больше меня интересует ─ как он сумел выжить? Как спасся, если по официальным данным никого не осталось? И один ли он такой везунчик?

— Раздевайся! — между тем приказывает Дориан, прерывая мои мысли, и у меня брови медленно, но уверенно, ползут вверх. Это он тоже явно не мне и не к волку. Что в голове делается у этого аристократа?

— Ваша светлость? — хмыкает Габриель с той стороны ручья. — С нами же леди!

А вот это уже обо мне. Даже не сомневаюсь, куда сейчас направленный взор пришельца, но я, честно говоря, изучаю его с не меньшим интересом.

— Вот именно! ─ отвечает Колчестер. ─ Я хочу убедиться, что на тебе нет ни укусов, ни ранений.

Ах, вот оно что! Справедливо.

— Смею ли я просить об ответной любезности? — тянет Габриэль.

Ага, сейчас. Не буду я перед ним раздеваться!

— Не смеешь, ─ вторит моим мыслям Дориан. Как-то слишком гневно вторит. За рану опасается. Но и я в выигрыше.

— Ну что же, зато вещи сухими останутся, — фыркает оппонент.

Я краем глаза успеваю заметить, как Волдо вновь притрагивается к своему волку, и тот белесым туманом как будто втягивается в его ладонь. Затем мужчина начинает невозмутимо стягивать с ног сапоги. На этом интересном моменте я деликатно разворачиваюсь спиной и принимаюсь наблюдать за черным волком Дориана.

С того времени как я узнала кто он на самом деле, ни разу не видела, чтоб зверь нас надолго покидал. Как правило, он либо находился рядом, либо отлучался на несколько минут исследовать окрестности. Язык так и чесался расспросить поподробнее, что такое эта зверюга. Она ─ отдельное существо, или какая-то часть самого Дориана. Но походящего времени не находилось, а теперь и вряд ли найдется при постороннем-то.

Зато у этого самого постороннего я смогу расспросить о судьбе остальных жителей города, вполне возможно он знает что-то и о моей Сенечке.

Громкие всплеск воды и резкое короткое уханье мне подсказывают, что Габриель прыгнул в ручей.

— Может, пойдем уже к костру, — предлагаю, отчаянно стуча зубами, когда, судя по звукам, Волдо уже выбирается на берег.

— Пойдем, обязательно пойдем, — снимает с себя плащ Дориан и накидывает на меня, но не раньше, чем сэр Габриэль расскажет нам, какими ветрами его сюда занесло.

— Людей переводил в безопасное место, — слышится приглушенный голос Волдо. — Не все захотели ехать правительственным караваном, и, как оказалось, были правы.

На этих словах мое сердце начинает от волнения биться так, словно хочет выпрыгнуть из груди.

— Сэр Габриэль, а девочка была с вами. Маленькая, светленькая, по имени Есения? — тут же разворачиваюсь и спрашиваю, с надеждой глядя в лицо мужчины.

— Девочка? — задумывается он, застегивая рубашку.

— Да. Пяти лет. Невысокая, худенькая. Возможно, вы помните ее. Она была со мной возле ворот, когда вы только что в город прибыли.

От тревоги перехватывает дыхания, и я даже не замечаю, как отчаянно стискиваю на груди плащ.

— С ней пожилые мужчина и женщина. Аптекаря Амадеуса вы точно должны помнить.

— Мисс Эмилия, — сокрушенно качает головой Габриэль. — К сожалению, я не видел ни ее, ни чету Биггсов. Но не знаю, обрадует ли вас новость о том, что и среди беженцев правительственного каравана их тоже не было. Я, конечно, могу ошибаться, не стоит вам давать ложную надежду… — продолжает он, но я уже не слушаю, а, облегченно вздохнув, опираюсь лбом в плечо Колчестера, чувствуя, как начинают дрожать ноги.

Костер еще не успел потухнуть и первым делом я бросаюсь к нему, приседая на ствол поваленного дерева и протягивая озябшие пальцы к оранжевым языкам пламени. Мужчины за моей спиной о чем-то тихо переругиваются, но я особо не вслушиваюсь, сразу же понимая, что предмет их спора довольно-таки старый и весьма личный, а мне и своих проблем хватает.

Спустя несколько минут возле меня устраивается Колчестер, а чуть поодаль, просто на землю плюхается Волдо.

— Я могу вас провести безопасной дорогой, — небрежно заявляет он, закусывая травинку.

Вопросительно смотрю на герцога, а он, не отрываясь, на огонь, словно и не слышит о предложении нашего гостя. Начинаю нетерпеливо ерзать, но воздерживаюсь от комментариев, понимая, что не спроста Дориан недолюбливает Габриэля.

— И без тебя справимся, — в конце концов, заявляет герцог.

Ой, ли?.. Сомневаюсь я, но продолжаю молчать. А еще меня терзает вопрос, кто же такой этот Габриэль? Ведь он позволяет себе общаться с братом короля на равных… И я совсем не уверенна, что хочу путешествовать в его компании. Не нравится мне этот Белый Волк, и все тут.

— Как знаешь, — пожимает плечами Волдо и перекатывает травинку из одного уголка рта в другой. — Но там лыкасы. И они устроили, судя по всему, засаду на кое кого… При этом мужчина так выразительно смотрит на нас, что у меня просто мороз бежит по коже.

— Я в курсе, ─ рычит Дориан. ─ Или ты забыл, что я их тоже могу чувствовать?

Между ними настолько накаляется воздух, что, кажется еще чуть-чуть, и начнет потрескивать от статических разрядов.

— На память не жалуюсь. Но одна голова хорошо, а две лучше, ─ фыркает Габриэль.

Он кажется не в пример спокойнее моего герцога, но этот только на первый взгляд, ибо его с потрохами выдают руки, нервно крутящие в пальцах травинку, которую он уже успел вытащить изо рта.

— А с чего это ты так помочь нам стремишься? Не замечал за тобой подобной самоотверженности… ─ хмурится Дориан.

— Ее и сейчас нет, ─ раздраженно отбрасывает в сторону, уже изрядно потрепанный, колосок собеседник. ─ Мне в Колчестер нужно, а с вами безопаснее, чем одному. Две головы. Два нивла.

— Даже знать не хочу, что тебе понадобилось в Колчестере, ─ заявляет герцог.

У меня тоже как-то не возникает желания обрести сии знания. Чем дольше с нами общается Габриэль, тем больше он у меня вызывает неприязни. Или это его светлость меня заразил своим предвзятым отношением?

─ А мне скрывать нечего, ─ пожимает плечами оппонент. ─ В управление вернуться хочу. В Колчестере портал зарядить только нужно и все. Это безопаснее чем по дороге скакать.

— Ну-ну. И зарядить, естественно ты его сам не можешь, ─ скептически вздергивает бровь Дориан.

─ И ты сам не сможешь, ─ наклоняется поближе к огню Волдо. Пламя костра рисует на его коже причудливее блики, делая выражение лица пришельца слегка пугающим. ─ Там энергия в минус ушла. Я тебе тоже нужен. Без меня ты провозишься дня два-три, а вместе мы и за день управимся. Или ты подвергнешь ее дочь дополнительной опасности? Ведь вы же за ней собрались?

В этот момент я и сама не замечаю, как вцепляюсь пальцами в руку Дориана, от волнения стискивая ее изо всех сил.

— Ладно. Но только рискни где-то нас обмануть и подставить, из-под земли вытащу, ─ даже не поморщившись от моих ногтей, впившихся в его ладонь, спокойно заявляет герцог.

— Понял я, понял, ─ поднимает руки вверх мужчина, а я, наконец, разжимаю пальцы, выпуская весьма помятую длань Дориана.

На этих словах Волдо отворачивается и, завернувшись в плащ, преспокойно засыпает.

Облегченно вздыхаю и снова чуть не забываю осмотреть рану герцога. Только теперь сделать это проблематичнее, и намного.

— Дориан… — тихо шепчу, чтоб не разбудить пришельца. — Мне нужно… Нам нужно поговорить. Наедине.

Колчестер, окинув меня заинтригованным взглядом, беспрекословно поднимается, а я вместе с ним, подхватывая небольшую сумку с лекарствами. Как только мы скрываемся за деревьями, тут же поворачиваюсь к нему и прошу показать мне рану.

На самом деле я отчаянно боюсь увидеть что там. Мы не проводили нужных процедур уже очень и очень давно, хотя и Колчестер не высказывал никаких жалоб. Да только с него и промолчать станется.

Бинт легко соскальзывает с плеча и обнажает поверхность укуса. С минуту я удрученно смотрю на следы от зубов и некроз, не веря глазам. Это что такое?

Нет, Колчестер не исцелился чудесным образом, и повреждения видны отчетливо. Вот только повреждения ли? Кожа ровная, гладкая и… бледная до синевы. Дотрагиваясь пальцами, чувствую легкое оцепенение и холод. Температура явно ниже, чем должна быть у живого человека.

— Дориан? Я не знаю, что это? Такое вижу впервые… — смотрю на него ошалевшими глазами, а он в это время скрупулезно изучает свое плечо.

— Я так думаю, что перевязки нам больше не нужны, — спустя минуту заключает он и, освободив руку от остатков бинта, натягивает рубашку.

— Наверно, не нужны, ─ соглашаюсь, сматывая полоску ткани в аккуратный рулон. — Но понаблюдать все же стоит.

Что же это так подействовало на болезнь? Новые лекарства? Или то, что Колчестер не совсем обычный человек?

— Дориан, — положив бинт в сумку, выпрямляюсь и ловлю его взгляд, — А много таких как ты…

— Каких? Укушенных? ─ хмыкает его светлость.

─ Нет, тех, у кого есть волк, ─ слегка замявшись, уточняю. ─ Из тумана

— Нивл? Нет не много. Я и Габриэль, ─ он, чуть склонив голову на бок, принимается внимательно меня рассматривать.

─ Может, в этом дело? ─ осторожно предполагаю, краснея от его пристального взгляда. ─То, что ты умеешь призывать нивла.

─ Я не просто умею призывать, ─ снисходительно улыбается его светлость. ─ Он это я. Я вижу его глазами, управляю им, думаю. Это часть меня, часть моей души, моей сущности. Умрет нивл, умру я. И наоборот…

— Но почему другим нельзя знать об этом? ─ не то, чтобы я собиралась рассказывать. Просто любопытно.

─ Потому, что это неправильно. Мы противоестественны для этого мира, ─ его рука тянется к моей щеке и, осторожно поглаживая, убирает мне за ухо прядь волос.

— Но откуда же вы взялись тогда?

Стараюсь не обращать внимания, как при этом замирает у меня в груди и щеки опаляет жаром.

— Эми, сейчас не время и не место это обсуждать, ─ слегка улыбнувшись, легонько щелкает меня по носу мужчина. ─ Когда-нибудь я тебе обязательно все расскажу. Обещаю. Но сейчас нам уже пора возвращаться.

Беспрекословно слушаюсь герцога и иду в сторону поляны, стараясь не думать о том, что это сейчас было и как к такому мне относиться. Там, уже устроившись возле костра, который мы так и не гасим по какой-то причине, ныряю в сон, уже не видя, как Колчестер, удобно умостившись на бревне, готовится караулить всю ночь, то ли лыкасов опасаясь, то ли не доверяя нашему гостю.

Весь следующий день до обеда я провожу на коленях у Колчестера. Его светлость любезно пожертвовал мою Джинджер Габриэлю, аргументировав это тем, что Волдо гораздо лучший наездник, а я к тому же еще и поранилась. В ответ на предложение пришельца, чтобы я ехала с ним, раз уж мне так бередит душу разлука с лошадкой, герцог лишь скрипит зубами и забрасывает меня в седло своего черного монстра. Псих какой-то. Ей Богу!

К стенам города мы подъезжаем как раз аккурат к полудню. Ворота распахнуты и словно приглашают нас войти. Первым принимает это невербальное приглашение Габриэль, за ним уже двигаемся и мы. Улицы пустынны, то тут, то там валяются разные позабытые или выроненные впопыхах вещи. Бездушным они ни к чему, и так и остаются лежать на брусчатке. Наша улица недалеко от ворот, и мы сразу направляемся к дому Мари и Мади, даже не спешиваясь. Теперь-то это уже не важно, вряд ли два всадника помешают “оживленному” уличному движению.

В доме Биггсов все окна заколочены изнутри, так что даже выбитые стекла не очень-то и угрожают. Именно это вселяет надежду, что там есть живые. Я не дожидаюсь позволения герцога, а сразу же спрыгиваю с лошади, и он не успевает мне помешать.

Как только оказываюсь на ногах, распахиваю скрипучую калитку, кидаюсь по узкой мощеной тропинке через двор, ловко перепрыгивая через какой-то мусор, комья земли и камни, и птицей взлетаю на крыльцо. Поднятая для стука рука дрожит, и от волнения перехватывает дыхание. А вдруг?.. Вдруг мои надежды тщетны… Нет-нет. Этого не может быть. Я бы почувствовала. Я бы знала… Сердце колотится, как сумасшедшее, а я все так и не осмеливаюсь постучать. Ну же, Эми! Хватит трусить!

Шум за дверьми заставляет вздрогнуть. Скрипит так, словно что-то большое и тяжелое двигают по полу. Я прижимаю руки к груди и отступаю на шаг, когда створки резко отворяются.

— Мама!