Укради мое сердце

10

Хенли

— Так он просто прислал тебе сообщение с адресом? — спросила Лулу, пока я разговаривала с ней по наушникам, направляясь пешком к дому родителей Истона. Он скинул мне адрес вчера и написал, что увидимся там.

В сумке у меня был букет цветов и бутылка вина для его мамы, а еще подарок для самого именинника.

— Его мама пригласила меня на ужин. Не он. Думаю, он просто почувствовал себя обязанным прислать адрес, — пожала я плечами.

— Ни за что. Он хочет, чтобы ты там была. У вас был флирт у бассейна — ну, до того момента, когда он выдал тебе ту бомбу, — протянула она.

— Может, это вовсе не был флирт. Я сама себе все напридумывала.

— Перестань! У него же встал на тебя так, будто он на допросе и пытается опознать подозреваемую. Он флиртовал с тобой по полной, и ты это знаешь, — фыркнула она со смехом.

— Знала, что не стоило тебе этого рассказывать, — проворчала я. После того как Истон вдруг стал отстраненным, когда мы вылезли из бассейна, я открыла бутылку вина. Он сказал, что берет паузу с пастой, потому что день был слишком долгим.

А потом просто ушел.

— Можем не анализировать это, пожалуйста? Все равно из этого ничего не может получиться.

— Назови мне три причины, почему не может. Потому что со стороны все выглядит как идеальное совпадение: он — огонь, ты — огонь, оба свободны, взаимное притяжение налицо. Почему бы не расслабиться и не устроить маленький служебный роман с этим юридическим орлом?

— О боже... — застонала я. — Ладно, начнем с очевидного. Он — мой наставник и коллега. Он работает с моим отцом. И он не умеет строить отношения.

— Это такие себе отмазки.

— Хватит. Я не хочу больше об этом говорить, — простонала я.

— Ладно. Но я жду отчета после дня рождения.

— Договорились. А теперь расскажи, как Беккет снова до тебя добрался, если ты его заблокировала?

— Он поступил как типичный мужчина. Прислал цветы и извинился за то, что его застукали с Анастасией в каком-то клубе в Лондоне. Именно поэтому мы и не вместе. Он — ненадежный. Я просто больше не могу это терпеть. И, конечно, он написал это на открытке, которую наверняка кто-то из сотрудников цветочного магазина продаст в прессу в течение суток. Так что он снова выставит меня дурой. Потом он позвонил с другого номера, и я, не подумав, взяла трубку.

— Я рада, что ты все же поставила точку.

— Да, но он явно не собирается отпускать меня спокойно. А когда он устраивает публичные сцены, мою семью тоже втягивают. Еще один звонок от моего отца с криками, как я опозорила семью, — и я просто взорвусь.

— Прости, Лу. Ты сделала все, что могла. Ты поставила точку. То, что он творит дальше — это уже не твоя ответственность, — сказала я, остановившись перед красивым ранчо. Перед домом стояли несколько машин, и я вдруг почувствовала легкую нервозность.

— Все нормально. Я просто не буду отвечать на звонки с незнакомых номеров. Он скоро остынет. Судя по тому, с какой скоростью он перебирает женщин, у него просто не останется времени меня донимать, — засмеялась она, но я услышала в голосе боль.

— Я тебя люблю. Если захочешь сбежать — можешь пожить у меня сколько захочешь.

— Я знаю. У меня сейчас пара командировок, а потом, скорее всего, приеду. Ты уже на месте?

— Да. Стою прямо перед домом.

— Ты звучишь как будто волнуешься, — и тут мой телефон начал звонить. Звонила Лулу по FaceTime.

Я засмеялась, отвечая на звонок, и ее лицо появилось на экране.

— Зачем FaceTime? Мне уже пора заходить!

— Потому что ты нервничаешь, а мое лицо всегда тебя успокаивает, — подмигнула она. — Послушай меня. Ты — Хенли чертова Холлоуэй. Звезда юриспруденции. Чемпионка по теннису. Лучшая подруга на планете. Так что иди туда и покажи ему это платье. Его эрекция снова даст о себе знать.

Я округлила глаза и зашипела в телефон:

— Прекрааати.

— Это тебе нужно прекратить. Войди в этот дом как королева. Даже если он — коллега или наставник или еще кто, он чертовски хорош. Поиграй с ним немного. Это же все-таки день рождения, — подмигнула она.

— Я думала, ты советовала доверяться своему чутью? Мое чутье говорит мне, что этот парень — сплошная проблема. Он то горячий, то холодный. Его вообще невозможно прочитать.

— Ты неправильно поняла. Я имела в виду — доверься моему чутью. А оно говорит: срочно закрути роман с этим горячим юристом.

— Все, я кладу трубку.

— Ладно. Позвони мне потом. Люблю сильно!

— Я тебя — еще сильнее. — Я завершила вызов и пошла по дорожке, выложенной цветами, к двери.

Я постучала тихо, переступая с ноги на ногу, не зная, чего ожидать.

— Надо же, ты набралась смелости прийти на воскресный ужин к Чедвику, — раздался игривый голос Рейфа, когда он открыл дверь и жестом пригласил меня внутрь.

— Я живу одна, так что развлечение мне точно не помешает.

— Обещаю, ты получишь его в полной мере.

Из-за угла вышла потрясающая женщина с волосами, аккуратно убранными в пучок, и широкой улыбкой на лице.

— Ты, должно быть, Хенли. Я Элли Чедвик. Так приятно познакомиться. Спасибо, что присоединилась к нам.

— Конечно. Благодарю за приглашение, — ответила я, протягивая маме Истона цветы и бутылку вина. В другой руке у меня болталась подарочная сумка для самого именинника.

Элли обняла меня так, будто знала всю жизнь. Она пахла розами, солнцем и добротой.

— Обожаю твое платье, — сказала она, сжав мою ладонь в своей и внимательно осматривая меня. Я понятия не имела, что надевают на воскресные семейные ужины, поэтому выбрала белое макси-платье в цветочек и свои ковбойские сапоги. В Роузвуд-Ривер все носят сапоги, и я всегда была их поклонницей. А еще Истон упоминал, что у них есть конюшня, и мне не терпелось увидеть лошадей.

Лошади были и в Уэстклиффе, и Лулу научила меня ездить в нашем первом году. С тех пор верховая езда стала моим увлечением. Моим способом сбежать от всего.

— Спасибо. Вы тоже прекрасно выглядите, — ответила я, любуясь ее белым платьем с запахом.

— А кто-нибудь вообще скажет что-нибудь про мой наряд? — вмешался Рейф со смехом, и его мама лишь покачала головой и встала на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку.

— Ты в джинсах и футболке. — Элли отпустила мою руку. — Но выглядишь очень даже симпатично.

Я едва успела переступить порог, а уже ощущала, сколько здесь любви.

— Ты держишь ее в прихожей в плену? — раздался голос Кларка из конца коридора. Он стоял с бутылкой пива в руке.

Рейф, проходя мимо брата, не забыл показать ему средний палец.

Следующие двадцать минут прошли в знакомствах с семьей. Мои глаза то и дело пересекались со взглядом Истона, который наблюдал за мной из другого конца комнаты, потягивая пиво.

Семья у него была большая, и каждый ее член — с характером. И за короткое время я узнала много интересного.

Родители Истона, Китон и Элли, вырастили свою семью в этом доме. Они были теплыми, добрыми, душевными. Элли была воплощением материнской любви — она смотрела на своих детей с обожанием каждый раз, когда они говорили.

Китон был веселым, с отличным чувством юмора, и любил поддразнивать сыновей. Все шутили, что единственная, к кому он мягок, — это их дочь-близнец, Эмерсон. Было видно, как сильно им не хватало ее за этим столом.

Я уже встречала его братьев и кузена на корте во время пиклбола, кроме Арчера и его очаровательной дочки Мелоди — самой милой малышки, которую я когда-либо видела. Родители Арчера и Акселя, Изабель и Карлайл, жили по соседству и сейчас души не чаяли во внучке, несмотря на то что Арчер напомнил им — они видят ее почти каждый день.

Это было много — в самом лучшем смысле.

Никогда раньше я не бывала на семейных ужинах вроде этого. Все было новым для меня. Но мне нравилось.

Мне нравилась атмосфера, смех, тепло. Это ощущалось повсюду.

Пахло барбекю и медом, и мой желудок тут же заурчал.

Кухня была объединена с просторной гостиной, создавая единое большое пространство. Шкафы были выкрашены в нежный французский голубой цвет, а посредине стоял огромный дубовый остров, больше похожий на винтажную мебель, чем на современный кухонный гарнитур.

Китон протянул мне бокал шардоне как раз в тот момент, когда Истон подошел ко мне впервые за вечер и наклонился к самому уху на фоне всеобщей суеты:

— Ну что, готова бежать отсюда без оглядки?

— Нет, — покачала я головой и рассмеялась. — Здесь прекрасно.

— Посмотрим, будешь ли ты все так же петь через пару часов.

— Все будет отлично. — Я подняла пакет с подарком. — С днем рождения. Ничего особенного, у меня не было много времени, но я хотела сделать тебе маленький подарок. Все-таки праздник.

— Какая ты правильная, принцесса, — усмехнулся он. Щеки у него были слегка розовые, глаза — немного красные. Я сделала вывод, что он уже успел немного выпить.

Я никогда не видела его таким. Он всегда держал себя в руках, а сейчас казался… другим.

Все начали нести блюда в столовую, но Истон потянул меня в сторону, поставил бутылку пива на стол и заглянул в пакет.

— Можно открыть сейчас?

— Конечно.

Он вытащил оттуда табличку для рабочего стола, и, когда прочел, что на ней написано, улыбнулся:

— Старайся меньше облажаться. Благодарю.

Я пожала плечами, стараясь скрыть улыбку.

— Теперь, когда люди заходят в твой кабинет, они сразу будут понимать, что у тебя на уме.

— Гениально. Мне нравится.

Он достал кружку с надписью: Гениальный злодей за работой. Его голова запрокинулась от смеха.

— Черт, ты уже раскусила меня, да?

— Ты легко читаешься, Чедвик.

Он провел языком по нижней губе, и его взгляд поймал мой.

— Не уверен. Но спасибо за подарки.

— Ужин готов. Я голоден. Мама не разрешит нам начать, пока вы не сядете, — пробормотал Бриджер с явным раздражением в голосе.

— У тебя терпения — как у капризного младенца, — Истон вскинул бровь, поставив подарок на стол рядом с другими пакетами.

— Меня это устраивает. И, похоже, Мелоди тоже недовольна тем, что ты всех задержал. Это подлость, — с трудом сдерживая улыбку, ответил Бриджер. Потом они оба рассмеялись.

— Пошли. Этот тип голодный хуже голодной гориллы, — пробурчал Истон, направляясь в столовую, где разговоры не утихали ни на секунду.

Наверное, вот так и общаются большие семьи.

В доме, где я выросла, никогда не было шумно. Все было очень… контролируемо.

Мой отец постоянно работал.

Я по сути выросла среди людей, которых он нанимал. И когда он все же бывал дома, мы ужинали вдвоем. Только я и он.

Я не жаловалась. У меня была по-настоящему привилегированная жизнь. Я только что купила роскошный дом на берегу реки на средства из моего трастового фонда.

Я была благодарна. Правда.

Но это не означало, что мне не бывает одиноко.

Дарлин заведовала нашим домом, и, если быть честной, она была для меня больше матерью, чем моя родная мама. Я проводила с мамой только летние каникулы, так что Дарлин заботилась обо мне каждый день.

Она даже сопровождала нас в поездках, когда отец брал меня в отпуск. А Томас, наш водитель, работал с отцом с тех пор, как я была маленькой. Он всегда приходил на мои теннисные матчи вместе с Дарлин — до того, как я уехала в интернат.

А когда я встретила Лулу, то поняла, что такое настоящая семья.

Но мне казалось, что никто из семьи Чедвиков никогда в жизни не испытывал одиночества.

Эту любовь буквально ощущаешь в воздухе.

Бриджер занял свое место рядом с отцом, и Истон отодвинул стул рядом с тем, что остался свободным — это был мой. Больше свободных мест за столом не было.

— Мы так рады, что ты с нами, Хенли, — сказала Элли, посмотрев на меня, и все разговоры тут же смолкли. — Воскресные ужины — мои любимые.

— Да-да, мы рады, что она пришла. И она играет в пиклбол так же хорошо, как Истон. А может, и лучше. Так что это просто замечательно. Можно уже поесть? — пробурчал Бриджер, и вся семья разразилась смехом.

Китон передал поднос с курицей-барбекю и ребрышками Бриджеру, которого я только что узнала как старшего из четырех братьев. Его кузен Арчер был на два года старше, и он положил кусочек кукурузного хлеба на тарелку своей очаровательной малышки, прежде чем передать поднос Истонy. Было еще пюре, яблочный соус и тушеная фасоль. Я никогда раньше не видела такого застолья.

— Прости моего старшего сына за то, что у него совершенно отсутствуют манеры за столом, — с улыбкой сказала Элли. — Истон рассказывал мне, что ты окончила Гарвардскую школу права и играла в теннис за Стэнфорд?

Кларк свистнул, будто был впечатлен. Истон метнул в его сторону взгляд — у них, очевидно, была своя динамика, в которую мне еще не посвятили.

— Да. Я играю с самого детства. Иногда скучаю по теннису, но начала играть в пиклбол во время учебы в юридическом, и это помогает.

— Есть вообще что-то, чего не умеет Хенли Холлоуэй? — с флиртом спросил Рейф.

— Есть вообще что-то, чего не умеет Хенли Холлоуэй? — передразнил его Истон, и за столом снова раздался смех. — Мужик. Остынь. Она работает со мной.

— Ага, именинник наконец-то заговорил. Я-то знал, что немного флирта с коллегой его оживит, — подмигнул мне Рейф.

— Да, без сарказма Истона это был бы не ужин, — добавил Кларк, передавая пюре своей тете. — Но я согласен с Рейфом. Ты явно очень талантлива.

Истон простонал, и тихо, чтобы слышала только я, пробормотал:

— Подлизы.

Я хихикнула, а разговоры за столом продолжились. Истон ушел за виски, налив себе изрядную порцию, и я заметила взгляды, которыми обменялись между собой члены семьи, когда он вернулся.

Это не было осуждением. Если я правильно поняла, это было что-то мягкое. Может, сочувствие, грусть или даже беспокойство.

Я точно не была уверена, но он запрокинул голову и одним глотком выпил весь янтарный напиток.

— Как думаете, сколько раз на этой неделе фамилия Чедвик появится в «Taylor Tea»? — спросил Аксель, откусывая кукурузный хлеб.

— Уши прикрыть, — бросил Бриджер и посмотрел на Арчера. Тот, не говоря ни слова, прикрыл уши своей дочке. Мелоди никак не отреагировала, занятая своим пюре, которое, судя по ее виду, было лучшим, что она когда-либо пробовала. Бабушка Изабель сидела с другой стороны и помогала ей.

— Это полный дерьмо. Что за навязчивая идея у них с нашей семьей? — продолжил Бриджер.

— Ну, мы же красивые, обаятельные и самые горячие парни в Роузвуд-Ривер, — фыркнул Рейф. — У меня с этим проблем нет.

— У тебя нет проблем с тем, что они намекнули на роман между мной и Дезире Карсон? Это уже перебор даже для этой убогой колонки, — проворчал Истон.

— Да потому что мы знаем, что ничего не было. И она же не назвала тебя прямо, — ответил Рейф.

— Намек был более чем очевиден. Комментарий про судебные разбирательства — это был плевок в мою сторону, — заметил Бриджер, делая глоток пива. — Думаю, это Эмилия Тейлор сидит за клавиатурой и судит всех подряд. Она всегда была не в восторге от меня, а теперь взялась за всю семью.

— Все, можно снимать уши. Я хочу поесть, — заявил Арчер. — И вообще, она не была настроена против тебя. Она влюблена в тебя была. Я же говорил тебе это еще в школе.

— Влюблена? Да она была настроена как берсерк. Эта девчонка беспощадна, — покачал головой Бриджер, и все снова рассмеялись.

Наверное, это была такая особенность семейных ужинов у Чедвиков. Они знали друг друга так хорошо, что все происходило легко, весело, с уютной непринужденностью.

Я им завидовала.

И была просто счастлива быть частью этого вечера. Хоть на один вечер.