Укради мое сердце

3

Истон

Одна неделя.

Прошла всего одна неделя, а Хенли Холлоуэй уже умудрилась покорить абсолютно всех в офисе.

Такого я, мягко говоря, не ожидал.

Сначала она сама пересела из своего шикарного кабинета в обычный кубик к остальным. На следующий день притащила на работу пончики.

Я был уверен, что коллектив встретит ее холодно, но, черт возьми, один пончик с присыпкой — и эти ублюдки растаяли.

Джоуи Баркер буквально вился вокруг нее. У него кубик прямо рядом с ее, а он по жизни подлиза. А учитывая, что она еще и чертовски красива — он просто плавился у нее в руках. Это выводило меня из себя.

Я проверил ее баллы вступительных экзаменов — и, мать твою, она не соврала. Идеальный результат.

Потом я заглянул в ее резюме, и ее баллы на экзамене в коллегию адвокатов тоже были впечатляющими — в верхнем одном проценте.

У нас были похожие показатели, но по вступительным она меня обошла, а я ее — на баре. Я не привык, чтобы кто-то показывал результаты выше моих. И это зацепило. Ясно одно: фамилия тут ни при чем. На таких тестах она не поможет.

Она была реально умна. За последние дни я нагрузил ее делами по полной, и она справилась.

Дела, в которых, казалось, не было лазеек — она находила их.

Дела, которые выглядели как тупик — она видела то, чего не видел никто.

Дела, которым вообще не место в суде — она находила, за что бороться.

Хенли Холлоуэй не попала в Гарвард из-за фамилии. И уж точно не окончила его первой в классе благодаря дедушке, который в свое время жертвовал деньги.

Она была блестящим юристом. И это только начало ее карьеры. Карьеры, которую сейчас наставлял я.

Так что я буду ее подталкивать. Потому что у нее есть потенциал быть лучше, чем она сама о себе думает.

Я глянул через стеклянные стены своего кабинета — и, конечно, снова увидел, как стул Джоуи Баркера приткнулся у границы ее кубика. Опять.

И это раздражало меня гораздо сильнее, чем следовало бы.

Я поднял трубку и позвонил Рози:

— Скажи Хенли, что мне нужно с ней поговорить.

— Она помогает Джоуи с делом, которое ему сложно дается.

Этот парень бегает за ней, как щенок, и меня это бесило к черту.

У нее была такая энергетика — светлая, заразительная. Все в офисе уже поняли, что она умнее них, и теперь пытаются зацепиться за нее, чтобы и самим казаться умнее.

— А Джоуи теперь ее наставник? Она ему подчиняется?

Рози хихикнула:

— Нет.

— Отлично. Значит, мы поняли друг друга. Пусть заходит. Сейчас.

— Слушаюсь, босс.

— Ты же знаешь, что я ненавижу, когда ты меня так называешь.

— Я думала, ты ненавидишь, когда тебя зовут «Акула»? — рассмеялась она.

Я закатил глаза:

— Лучше зови меня просто по имени. Мне не нужна кличка, чтобы доказывать, что я лучший.

— Вот это говорит настоящий самодовольный засранец.

— Ну, если шапка по размеру, — усмехнулся я.

— Тут уж не поспоришь, мистер Чедвик.

Я снова закатил глаза — она прекрасно знала, что я предпочитаю «Истон», — и простонал в трубку:

— Просто отправь ее, Рози.

Она рассмеялась, и я завершил звонок.

Я взглянул на папки, которые Хенли оставила мне утром. Она приходила на работу раньше всех. Настолько рано, что теперь и мне приходилось приходить раньше, чтобы быть первым.

И мне это даже нравилось.

Вскоре раздался стук в дверь.

— Вызывали? — с усмешкой спросила она. Ее голос звучал спокойно, но по взгляду было видно: раздражение она сдерживала изо всех сил.

Я провел взглядом по ее кремовому платью, заканчивавшемуся чуть ниже колен. В нем не было ничего вызывающего — строго, профессионально. На ком-то другом я бы и не взглянул дважды.

Но Хенли Холлоуэй могла бы и в мешке из-под картошки выглядеть как чертова супермодель.

И это тоже бесило.

Я пришел сюда работать, а не отвлекаться на подопечную. На дочь босса.

— Присаживайся.

Она села в кресло напротив, закинув ногу на ногу. Загорелые, длинные. Да она издевается?

Я откинулся в кресле и встретил ее взгляд. Сапфирово-синие глаза, немного веснушек на носу, минимум косметики. Губы полные, и на них не получалось не смотреть.

Но я был человеком, который умеет справляться с трудностями.

— Что случилось? Я помогала Джоуи с делом, но Рози сказала, что срочно.

Я приподнял бровь:

— Ты ведь не работаешь на Джоуи.

— В курсе. Но мы коллеги.

— Думаю, ты уже достаточно ясно выразилась, когда покинула свой кабинет и пересела в кубик.

— Выразилась? — Она тоже приподняла бровь.

— Да. Ты теперь как бы одна из всех. Ясно. Всем ясно. Но ты ничего не должна ни Джоуи, ни остальным. Он работает здесь уже несколько месяцев. У него есть свой наставник — Карвер Томас. Вот пусть к нему и идет за помощью.

Я, честно, был в шоке, когда она отказалась от офиса и переехала в открытое пространство.

Как я уже говорил — она сплошной сюрприз.

— Я думала, мы тут одна команда.

— В какой-то степени. Мы с тобой — одна команда. А Джоуи — в команде с Карвером. Вот к нему он и должен идти за помощью.

Она чуть сдвинулась в кресле, и подол ее платья поднялся выше, обнажив еще больше стройной ноги. Я потянулся за чашкой с кофе — нужно было занять руки, потому что меня внезапно потянуло провести пальцами по ее гладкому бедру.

— Мы ведь все работаем в одной фирме, — с приподнятой бровью сказала она. — Но я буду внимательнее.

— Если я даю тебе недостаточно работы, могу подкинуть еще, — поставил я кружку обратно на стол.

— Вы даете мне более чем достаточно, — ответила она. — Я все, что вы просили, уже сделала. Но вы почти не даете обратной связи. Раз уж вы мой наставник, разве не должны говорить, как у меня получается?

— Тебе нужно, чтобы я потешил твое эго, принцесса? Разве ты не говорила, что сдала вступительные на идеальный балл? Полагаю, с самооценкой у тебя все в порядке, — я подался вперед, закатал рукава рубашки и положил предплечья на стол. Ее взгляд скользнул вниз, но потом снова вернулся к моим глазам.

— Мне не нужно потешать эго, — тихо сказала она, глядя прямо в глаза. И по какой-то идиотской причине мое тело решило, что это чертовски сексуально, и моментально отреагировало.

Я кашлянул и поерзал в кресле.

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Просто хочу знать, соответствую ли я вашим стандартам.

Она, мать его, не просто соответствовала — она их превосходила. Но если сказать ей это сейчас — только наврежу.

— Ты справляешься, Хенли. У тебя хороший глаз.

Она прикусила нижнюю губу, и это выглядело настолько дико сексуально, что я едва не кончил прямо в кресле.

Что, блядь, со мной не так?

Я не терял контроль из-за женщин.

Очевидно, я слишком долго не выходил в свет — последние месяцы были сплошной работой.

— Спасибо.

Мне нужно было срочно, срочно выдворить ее из кабинета.

— Можешь идти.

Она немного растерялась:

— О… Хорошо. Я думала, вы меня вызвали.

Я уже уставился в монитор. Она — отвлекающий фактор, на который у меня нет ни времени, ни права.

— Хотел убедиться, что ты помнишь — у нас куча работы. Тебе некогда помогать Джоуи с его задачами. Я только что отправил тебе на почту пару вещей, которые нужно изучить.

Она не ушла. Я чувствовал, как она все еще смотрит на меня.

— Вы позвали меня сюда, чтобы сказать, что мне не стоит помогать Джоуи?

Я глянул на нее:

— Именно.

— Вы могли просто позвонить.

— А я захотел одарить тебя своим присутствием, — ответил я и сделал жест рукой: вали уже.

Она была до невозможности красива. И меня бесило, что я это замечал.

Я общался с красивыми женщинами тысячу раз.

Что, черт побери, не так с этой?

Она покачала головой, фыркнула и почти выбежала за дверь.

Она еще и злится?

Прекрасно. Потому что все, что происходит со мной — не должно быть взаимным.

Мне срочно нужно переспать с кем-нибудь, потому что у меня нет времени на подобную ерунду. И точно не нужно ходить по офису с хроническим половым напряжением.

У меня работа. И эта женщина настолько плотно засела у меня под кожей, что я уже не могу нормально соображать.

Когда она ушла, я взял телефон — он завибрировал на столе. Сначала открыл сообщение от сестры — Эмерсон. Фото: она с Катлером, сыном ее жениха Нэша, которого сейчас официально усыновляла. Они вдвоем на траве, рядом их пес Винни.

Я поставил сердечко на фото и перешел в наш семейный чат с братьями и кузенами. Нас шестеро — семеро, если считать Эмерсон. Мы все выросли вместе. Кузены жили в соседнем доме на ранчо, и мы были ближе, чем просто родня.

Я:

Лига стартует сегодня. Без опозданий.

Бриджер:

Ты относишься к этому слишком серьезно. Это же, мать твою, пиклбол.

Кларк:

У меня сейчас перерыв в тренировках, но я приду. Не могу смотреть, как ты психуешь, когда мы не появляемся.

Аксель:

Чувак. Никому из нас это не интересно. Мы делаем это только ради тебя. Может, уже пора отправить Chad-Six (игра слов — шестерка Чедвик, братьев и кузенов Чедвик) на пенсию после прошлогодней победы?

Я:

Вот именно этого они и хотят. А мы играем. К тому же я заказал новые футболки.

Рейф:

Прекрасно. Еще и одинаковые чертовы футболки. Ради этого только и стоит пораньше уйти с работы и потом полтора часа слушать, как Истон орет на нас на корте.

Я:

Победа все искупит.

Бриджер:

Да всем плевать, придурок. Мы участвуем, потому что ты ноешь как девчонка, если мы не участвуем.

Аксель:

Чувак. У Мелоди температура. Хотел как раз написать. Я не смогу.

Мой кузен был отцом-одиночкой самой милой девчушки на свете. Мы все от нее без ума. И это была единственная причина, по которой я допускал пропуск игры. Потому что Мелоди — моя любимая девочка.

Я:

Черт. Жаль, что она заболела. Найду замену. Поцелуй ее от меня. Остальные — встречаемся в клубе в 18:00. Приходите в форме.

В ответ — куча эмодзи со средним пальцем. Я рассмеялся и вернулся к делам.

Я редко уходил с работы раньше шести.

В жизни было всего три вещи, от которых я получал настоящее удовольствие:

Секс.

Время с семьей.

И пиклбол.

Оставшуюся часть дня я провел, с головой погрузившись в работу. Обедал прямо за столом, провел три конференц-звонка и только что закончил разговор с потенциальным клиентом.

Я поднял глаза и увидел, как Джоуи и Карвер стоят у кубика Хенли и смеются.

Эти придурки вообще работают?

Я схватил папку со стола, прошел через кабинет и резко распахнул дверь.

Голова Рози тут же поднялась — она явно собиралась вставить колкость, но я прошел мимо, даже не взглянув на нее.

Джоуи повернулся ко мне, и, увидев выражение моего лица, быстро сделал шаг в сторону. Мне и говорить ничего не пришлось — мой взгляд сказал за меня все.

Карвер поднял голову:

— Эй, Истон. Просто заглянул к нашей новенькой. Проверил, как она тут обживается.

— Ах да, точно. Совсем забыл, что тебя повысили до начальника лагеря. Расскажешь потом, как оно.

Он хмыкнул — притворно — и не скрывал раздражения.

— Очень смешно. Один юрист решил проявить вежливость по отношению к другому. Я ухожу. Увидимся завтра, Хенли, — он метнул в мою сторону раздраженный взгляд и пошел прочь.

Ее глаза расширились, а Джоуи поднял руку:

— До завтра, ребята.

— Пока, — ответила она.

А я просто скрестил руки на груди и уставился на нее.

— Довольна собой? — прошипела она.

— Ну, раз оба ушли, то да, вполне.

Все остальные начали потихоньку собираться. Из офиса прощались и выходили, когда к группе присоединилась и Рози.

— До завтра, босс, — бросила она и, как обычно, выбесила меня этим словом. Похлопала меня по спине и подмигнула.

— Пока. До завтра, — сказала Хенли и снова повернулась к компьютеру.

— День окончен, — сказал я, и она резко обернулась в кресле.

— День окончен?

— Да.

— Я собиралась поработать еще, — она посмотрела на меня, будто у меня три головы. — Вы же всегда задерживаетесь.

— Только не сегодня. Ты идешь со мной. Это тебе пойдет на пользу.

— Что именно пойдет на пользу?

— Выйти отсюда. Пошли. Тебе понравится, — я направился к себе в кабинет, чтобы взять ключи и выключить свет.

— А куда это вы собрались меня везти? — спросила она, поднимаясь и беря сумку и портфель.

— В самое счастливое место Роузвуд-Ривер, — сказал я, махнув ей, чтобы шла впереди.

— Я думала, вы говорили, что это место — самое счастливое в Роузвуд-Ривер?

Я вышел следом:

— Оно одно из. Но то, куда я тебя веду, вполне может поспорить за этот титул.

— То есть… вы всерьез куда-то меня везете? — Она вытаращила глаза.

Всю неделю я был с ней холоден. Но мы работали вместе. Она себя показала. И работала действительно усердно.

— Считай, что это награда за отличную первую неделю.

— Я сегодня пришла пешком. Машины у меня нет, — пожала она плечами.

— Повезло, что у меня есть. Садись, принцесса, — я открыл ей пассажирскую дверь, и она устроилась в салоне моей Tesla.

И по какой-то непонятной причине меня вдруг накрыло ощущение, будто я на седьмом небе от того, что Хенли Холлоуэй поедет со мной.

Всю неделю я заваливал ее делами и старался держаться подальше. А теперь мне почему-то совсем не хотелось, чтобы она уходила.