Урок кириллицы

Глава И (8)

— …И ЖЕна ездила?

— При чем тут жена? Ну вместе ездили, а как же? Мать-то — не моя, а её, моя жила на Украине, так через год после Чернобыля и похоронили… Да. Ну и вот, значит, там у них под Казанью тоже недавно мужской монастырь восстановили — Раифский, кажется, называется. Так рассказывают, что когда его в семнадцатом веке монахи основывали, то первое время не могли даже службы нормально служить — настолько громко квакали в ближнем озере многочисленные лягушки. И тогда братия пошла к основателю монастыря старцу Филарету и сказала: сделай что-нибудь, ты же с Богом запросто общаешься, попроси его… И тот ушел на три дня в затвор и начал молиться. Господи, говорит, я не прошу, чтобы Ты уничтожал этих лягух — все-таки они тоже Твои создания, Божьи твари, как говорится. Пускай они живут, пускай размножаются, но, прошу Тебя, Господи, пускай они — перестанут квакать… И представляете? Вот уже четвертую сотню лет над озером стоит глубочайшая тишина! Говорят, приезжали даже французы недавно — они же специалисты по лягушкам, жрут их там у себя во Франции — и тоже устанавливали аппаратуру, говорили, не может такого быть, чтобы лягушки размножались и не квакали! Но потом прокрутили свои фильмы и кассеты — может. Раифские лягушки преспокойно себе спариваются, размножаются, плодятся, но при этом молчат, как партизаны на допросе. Три с лишним сотни лет над озером — ни единого квака! А? Каково?

— Такую бы молитовку, — мечтательно вздохнул кто-то рядом с рассказчиком, — да в отношении НТВ сотворить. Чтоб тоже — лет на триста квакать перестали…

Мужики снова засмеялись, хотя, как мне показалось, несколько и сдержаннее, чем в первый раз.