Вечные Пески. Том 3

Глава 62

Нам повезло отдохнуть несколько дней. Не всем наёмникам выпала такая удача, а только тем, кого заселили в башню Гильдии. И само собой, это были сотни не чета нашей. В основном, родственники и друзья старейшин, а также старших членов Совета Гильдии. А, кроме них, лучшие наёмники из первых строк списка и гильдейские регои.

Мы тут были как белые вороны: треть — наёмники, треть — ополченцы, треть — вообще не пойми кто. Но мне, честно скажу, было всё равно. Главное, что люди удачно пристроены.

К тому же, вокруг хватало поводов для слухов, кроме голодранцев в башне. Например, новость о том, что в одну из комнат наверху устроили паломничество жрецы. Эти слухи быстро облетели всю Гильдию от первого до последнего яруса. И каким-то удивительным образом стало известно, кто в этом виноват.

Остальные подробности моей стычки с Лорхом тоже стали известны. А ещё стало достоянием общественности, что меня вызвал поговорить сам наместник. И ещё много всего, чего я сам про себя не знал. Элия при встрече рассказала, что я, оказывается, внебрачный сын владыки Илоса. Вот поэтому он меня и привечает.

Бред? Не бред. Это люди пытаются объяснить себе то, что ставит их в тупик. Выдуманные причины могут быть разной степени бредовости. Это и неважно, потому что главная их задача — объяснить непонятного и странного.

Я и был для всех тем «непонятным и странным». Вот меня и пытались объяснить. И для этого сочиняли небылицы. Нужно было подвести основания под то, как безродный наёмник стал пользоваться расположением богов и сильных мира. И меня, если честно, эти странные слухи вполне устраивали. Зато никто с вопросами не лезет. Я и так на встрече с наёмником говорил больше, чем за несколько обычных дней.

Хотелось помолчать.

Между тем, своё обещание мой «названный отец» выполнил. Стал активно готовить Мраморный круг к обороне. Вот только плохие предчувствия его не обманули. Да и Арахамана всё верно предсказала про Илос. Планы изменились внезапно. И так, как вообще никто не ожидал.

Ночью меня разбудил мальчишка-посыльный. Едва я открыл глаза, он сообщил, что Виссария вызывает.

— Она же на стену повоевать вечером ушла!.. — спросонья я не сразу вошёл в курс дела.

— Её назад оттуда призвали! — сказал мальчишка шёпотом, чтобы не будить Ихона и Алимеха, тоже ночевавших в кабинете. — А она сразу же за тобой, дяденька Ишер, послала!

— Идём…

Виссария и Бхан ждали у выхода из Гильдии в Мраморный круг.

— Скорее, Ишер! — поторопили старейшины. — Нельзя опаздывать!

Я даже не удивился, когда мы двинулись в гости к наместнику. И почти не удивился, обнаружив, что стражник из дворца привёл нас в тот самый зал, где я уже был. Правда, в этот раз внутри было очень тихо.

Чиновников не было, ни одного. Да и приближённых здесь ночью кучковалось не в пример меньше. Шептун Харин, рядом с ним — мой давнишний наниматель Аферн. Чуть поодаль — знакомые по первой встрече с наместником Часан и Наранг. Ну и ещё четверо регоев, чьих имен я не знал. Стояло тут и несколько знатных людей.

Самым неожиданным оказался мужчина в броне, которая была слишком узнаваема, чтобы её не узнать. И слишком известна, чтобы подделывать. Да и любая подделка была бы слишком дорога. Настолько дорога, что легче купить готовую броню. Конечно, считается, что царская стража свою броню не продаёт… Однако не стоит недооценивать алчность людей.

— Слишком долго! — недовольно заметил при виде нас наместник.

— Меня сняли со стены, моя вина!.. — сразу же ответила Виссария, ударив кулаком в нагрудник.

— Всё никак не успокоишься, старая воительница? — владыка Илоса покачал головой. — Всё в бой лезешь в первых рядах?

— Всегда! — радостно хмыкнула Виссария, плюхаясь на один из стульев рядом с наместником.

— Ладно, что уж там… Давай, Инхан, зачитай вслух, что за гадость ты нам привёз!.. — потребовал тот у мужчины в доспехе царской стражи.

Надо сказать, этот человек, несмотря на броню, выглядел, будто его через мясорубку пропустили. И только потом собрали оставшееся, слепили вместе — и послали на приём к наместнику. Впрочем, если я верно оценил время по звёздам, он прибыл в Илос почти на закате. А значит, на улицах Глиняного круга его встретили демоны.

Он прорвался. Хотя потрепало его, конечно, знатно. И я не был уверен, что «потрёпанный» сумеет сейчас что-то зачитать. Однако же мужчина выпрямился, набрал в грудь побольше воздуха и развернул свиток, который держал в руках:

Наместнику Илоса и правителю Железного Края, царскому регою Мерхану III Сартари, от Совета царских регоев и благородных домов Междуречья, в ответ на просьбу о подкреплении для защиты Илоса от демонической орды Дикого Шёпота.

Совет царских регоев и благородных домов Междуречья получил твоё послание, наместник. И спешит сообщить, что вопрос о помощи Илосу рассматривался наравне с вопросом помощи ещё на четырёх направлениях.

С сожалением сообщаем, что нападение на Край Людей совершено не только с запада, но также с востока, с юга и с севера. И всем городам, что оказались на пути орды, отчаянно требуется наша помощь. Силы Междуречья и обоих Приречий собрали два войска, готовых выступить прямо сейчас. Однако эти силы решено было направить на юг: к Кечуну, ранее уже пострадавшему от орды, и к Пещанику, что держит орду на востоке.

Илосу, что стоит на надёжном источнике воды и хорошо укреплён, а также Мгану, что охраняет перевал через Рудные горы, решено в просьбе отказать. Вам предстоит встретить орду своими силами и держать её, пока ведётся набор ещё трёх войск в обоих Приречьях и Пригорье.

Совет царских регоев и благородных домов Междуречья постановил: мы стоим на пороге страшных времён, когда весь Край Людей может погибнуть. И каждый из нас, как требует того Песнь в Законах Воды и Песка, должен стать воином и защитником перед лицом этой невиданной катастрофы.

Держись, наместник! От тебя зависит, будет ли разорён запад Края Людей, и выйдет ли остановить это небывалое нашествие. Держись и не сдавайся! Войска поддержки выступят к осаждённому Илосу сразу, как закончится их набор.

Обожди лишь один год. И тогда силы Междуречья и обоих Приречий смогут прийти тебе на помощь.

— Вот, значит, как… — тихо проговорил Часан. — Вот как…

И в кои-то веки я был с этим гордецом из стражи согласен. Несмотря на разногласия при первой встрече.

Остальные просто молчали, не издавая ни звука. Даже Виссария выглядела растерянной и подавленной.

Тишину разорвал наместник.

— Как я понимаю… Царские регои и благородные дома Междуречья… Предлагают нам здесь героически подыхать за весь Край Людей!.. — тяжело, с расстановкой сказал он, непонятно к кому обращаясь.

Царский посыльный принял упрёк на свой счёт:

— Всем сейчас тяжело, наместник. Силы на помощь всем не хватит. Четыре орды пришли к людям… Четыре…

— А краёв у нас что, тоже четыре⁈ — наместник саданул кулаком по столу, а затем опёрся на него и мрачно посмотрел на посланника. — Или всё же побольше будет⁈ А что говорят ханы с востока? А правители Сухих Русел и Безводных Холмов? Вожди Сухой Степи тоже молчат? А⁈ А наместники Медных Холмов⁈

— Нет больше Медных Холмов… — глухо отозвался посланник. — И Безводные Холмы уже необитаемы… Не только вас демоны мучают. Всем больно досталось.

— Всем? У меня за спиной двенадцать ханств! — рявкнул наместник, уголок его рта дёрнулся. — В каждом из них людей больше, чем в моём крае Железного Кряжа! И где их силы⁈ Где войска⁈

— Ханы забыли Законы Воды и Песка. Боюсь, они не придут на помощь… — глядя в каменный пол, ответствовал посланник.

— Так, может, и нам пора их забыть? — дрожащим от гнева голосом осведомился регой Наранг. — Законы работают, пока они для всех. А ложка дерьма весь котёл каши испортит!

— Не говори так, Наранг! — резко прервал его шептун Харин. — Мы не имеем права забывать Законы Песка и Воды. Но и не обязаны отбиваться в одиночестве! Если некому помочь нам, то пусть хотя бы часть людей уйдёт живыми!..

— Ты ли это предложил, Харин⁈ — изумился Часан. — А как же стоять до последнего, как же не отступать?

— Законы Песка и Воды не призывают умирать! — стряхнув со лба прядь седых волос, отозвался шептун. — А мы умрём, и этим только сделаем орду сильнее.

— Вы не посмеете бросить город! — догадавшись, о чём идёт речь, покраснел от возмущения царский посланник. — Так нельзя!..

— Нельзя⁈ — наместник подался вперёд, грозной тенью надвигаясь на званого гостя. — Кто мне запретит? Ты, Инхан? Совет царских регоев и благородных домов? Так пусть поднимут свои ленивые задницы! И лично чешут сюда, а не присылают вот такое вот!..

С этими словами владыка Илоса хлопнул кулаком по пергаменту. Бумага выдержала, а вот стол под ударом глухо затрещал.

Посланник, отступив на шаг, упрямо склонил голову. Похоже, демоны в Глиняном круге уже казались ему более приятными собеседниками.

— Что? Нечего ответить? — отдышавшись, мрачно спросил наместник. — Нечего тебе ответить, Инхан! По закону все должны встать стеной и стоять до последнего! Встали? Нет! Пусть другие умирают, а вы там у себя спокойно отсидитесь? Так у вас получается, да⁈

— Не отсидятся! — веско проговорил Харин. — Орда здесь так отожрётся, что маршем до самой Ас-Арахаманы дойдёт. Ты сам, Инхан, видел, что у нас на улицах Илоса творится. И это двух четвертей не минуло, как наёмник Ишер из Кечуна убил одного из тотемов. А видел бы ты, что творилось до… Тогда бы и не лез со своим драгоценным мнением.

— Иди-ка ты, Инхан, лучше отдыхать!.. — взял себя в руки наместник, оттолкнувшись от стола, на который тяжело опирался. — Ты устал, еле выжил по дороге… А мы тут как-нибудь сами решим, что дальше делать. Без тебя. Это нам здесь умирать. И нам здесь сражаться.

— Мне с вами теперь! — криво усмехнулся царский посланник. — Мне обратной дороги не будет, не прорвусь больше… Даже если сменного перехана возьму.

— Ну тогда сядь и не лезь в обсуждение! — жёстко припечатал его Часан. — Мы тут сами решим, как дальше быть. А ты решишь, как дальше быть тебе.

— Нельзя уходить, нельзя! Как вы не понимаете? — проговорил Инхан, и в его голосе задрожали нотки мольбы. — Да и некуда вам идти, одумайтесь!.. Орда везде догонит.

— Ишер! — наместник резко обернулся ко мне. — А ты что скажешь, наёмник? Будем сражаться? Сколько продержимся?

— Я от своих слов не отказываюсь… — медленно, взвешивая каждое слово, ответил я. — Если займём сейчас дворец, ещё год продержимся. Если Мраморный круг… Пара десидолей, и всё, конец.

— Мы сильнее, чем ты думаешь, Ишер! — гневно раздувая ноздри, заметил Часан. — Мы выстоим дольше!

— А орда сильнее, чем думаем мы все… — покачал я головой, и моему жесту активно вторил из своего угла Харин. — Здесь даже ветераны Кечуна мрут, как мошкара в костре. Если орда успела пройтись по Безводным Холмам, значит, мы пока даже не с передовым отрядом сражаемся. А так… С дозором… Когда демоны навалятся всей силой… Нет, Часан. Никто не выживет, если не закрыться во дворце и не бросить Мраморный круг.

— А ты что скажешь, Харин? — хмуро спросил наместник.

— Скажу, что согласен с Ишером. Иначе недолго нам осталось, — ответил шептун.

— Наранг, Часан, Кела, Сорх, Ивел, Тун? — наместник посмотрел на своих регоев.

— Скажу так, командир… — заговорил один из них, переглянувшись с остальными. — Мы готовы сражаться, и мы готовы уходить… Только как вообще уходить? Если Инхан прав, идти-то, значит, некуда. Враг со всех сторон. Беда пришла отовсюду.

— А вы что скажете? — наместник посмотрел на знатных людей Илоса.

К моему удивлению, ответил ему тот молодой человек, что недавно пытался подшучивать над Харином:

— Наместник, я скажу так! Со мной могут не согласиться другие, но я считаю, что нечего здесь нам всем помирать!

С этими словами парень решительно вздёрнул подбородок.

— Истор правильно говорит! — поддержал его другой представитель знати. — Почему мы за ханов должны умирать, наместник? Они к нам три раза за десять лет в набег ходили! Совсем уже им Законы неписаны!

— Вот-вот! Даже если дождёмся, сидя во дворце, этого подкрепления через год… А дальше-то что? — закивал третий. — Ханы выждут ещё годик, а потом снова прибегут грабить и убивать! А мы ведь будем слабы и уязвимы после долгой осады.

— Наместник! — снова взял слово Истор. — Ты мою семью знаешь: мы от битвы не бежим! Я буду убивать демонов! Я не на стенах, лишь потому что ты запретил! Но я хоть сейчас готов выйти против демонов! Однако есть в Илосе и те, кто слаб, юн или стар. Если мы можем отправить тех, кто слабее нас, на восток, значит, надо отправлять!

Остальная знать закивала, соглашаясь со словами молодого.

— А вот это ты интересно подметил, Истор… — кивнул наместник. — Мы уйти-то можем, советнички вы мои? Или возможности больше нет?

— Не можете! — опять вмешался царский посланник Инхан. — На север на четыре дня пути гухулы бегают. А ханы вас не пропустят. Меня-то пропустили со скрипом. Побоялись, что Междуречье решит за убийство посланника ответить. А нам уже и нечем отвечать, просто ханы об этом не знают… Войско же пока соберёшь, пока обучишь…

— Эарадан ещё держит тракт на север? — наместник вытащил из-под стола длинный тубус, видимо, с картой.

— Только на картах! — буркнул Инхан. — Войска Тамана доходят до самого Северного Разлома, и никто их не встречает. У эараданцев нет сил держать пустынные земли к югу. С тех пор, как иссяк источник на Перепутье, делать там больше нечего. Вот люди и потянулись на север.

— Источник на Перепутье всегда то бил, то иссякал… — заметил Часан. — Совсем им земля не нужна, что ли? Без наших дозоров ханы и вовсе подомнут под себя тракт на север. И вся торговля исключительно через них пойдёт.

— У меня-то ты чего спрашиваешь? — удивился Инхан. — Я не эараданец.

— Так и торгуем мы не с Эараданом, а с вами! — заявил Истор, молодой из знати. — Вы в торговле должны быть тоже заинтересованы. Или вам уже и даром наше железо не нужно?

— Я просто воин! Я в государственные дела не лезу! — огрызнулся Инхан.

— А в вопрос государственной важности, выживет население Илоса или нет, ты влез! — отрезал наместник, растягивая карту и больше не отрывая от неё взгляда.

Я подошёл поближе, чтобы взглянуть. Хотя и без того неплохо помнил, как там и что устроено.

Ханства — это степные и пустынные равнины, где есть вода, но совсем мало. Когда-то эти земли были мало кому нужны и считались пустынной частью Приречья. Их от плодородных восточных холмов отделяет Великий Земной Разлом, который сам делится на Южный и Северный. Когда-то там текла река, которая и промыла местные земли. Но теперь Разлом был сухим и безжизненным.

А к западу от Разлома земли были безлюдны. Правда, однажды туда прибыли поселенцы с севера. Они привезли с собой танаков: мелких рогатых зверей, что живут за Рудными горами. Танаки прижились, расплодились. Благо, сухой местной травы им хватало, чтобы и самим хорошо жить, и людей кормить.

Пришлые с севера быстро освоили жизнь на сухих равнинах. Большей частью они кочевали, гоняя стада из одной стороны в другую. Однако имелись и у них города. Первым основали Рамдун. Этот город расположился на тракте, который соединял по прямой земли Приречья и Железного Кряжа. Место было хорошее, людное, товары текли рекой. И вскоре вышла у пришлых из-за того междоусобица. В результате, часть их откочевала на запад, основав Ивесан.

С тех пор два города на тракте вечно соперничали. Нередко даже воевали. Многие здесь, в Илосе, считали, что и хорошо, что воевали. Иначе бы давно западного соседа стали покусывать. Они и так когда-то сумели захватить Белый и Красный Игсы. От большой войны спасало лишь то, что друг друга Рамдун и Ивесан не любили куда больше, чем соседей.

Долго ли, коротко ли, за четыре столетия их единый народ раскололся на двенадцать ханств. И каждое, в силу особого менталитета, считало себя пупом мира. А те, кто поскромнее — просто главным властелином на этих землях. Отчего друг с другом они постоянно воевали. А иногда, соскучившись, ходили набегами на соседей. Всё-таки их скудные равнины были бедны ценными рудами и камнями. Приходилось обновлять «властелинские» запасы.

Мел разве что у них в обилии был. Его в Меловом добывали. Но так-то мел много где можно найти.

А торговый тракт между Илосом и Приречьем стал постепенно загибаться и хиреть. Потому что жадность ханов была такой же безграничной, как и их самомнение. Торговлю они душили поборами и пошлинами, и это давало свои кислые на вкус плоды.

Всё больше караванов ехали в объезд Разлома с севера, через Эараданский край. Край этот был и сам не слишком богат: земли плодородны лишь на севере. Там же имелся и источник воды, питавший когда-то давно ту самую реку, что промыла Великий Земной Разлом. Теперь вода бы всё равно текла по иному руслу. Да только всю воду эараданцы себе забирали.

На юге же Эараданского края была та самая равнина, где степные участки сменялись пустыней. Воду в этих землях найти было сложно, люди селились небольшими поселениями. А как набрали силу надоедливые ханства, местные и вовсе ушли на север.

Но совместные усилия Илоса и Эарадана удерживали земли вокруг тракта.

— Караван пройдёт по северному тракту за четверть-полторы. Но беженцы — это не караван! — заметил я. — Им тяжело, они слабы, многие истощены. Они будут плестись две четверти. И всю воду по пути выпьют из колодцев. А значит, всех сразу ты, наместник, не отправишь.

— Это если их демоны не разорвут по пути… Или ханские войска из Тамана, Асиоса или Навитака не налетят… — добавил Часан. — Я не представляю, как всех отправить по северному тракту…

— А если с каждым караваном беженцев посылать прикрытие? — спросил наместник и сам себе ответил: — Сомнут это прикрытие что ханы, что демоны… Нет, нельзя так… Стоит нам город оставить, и орда дальше потечёт! Догонит караван за день-два… И что мы ей сделаем, если каменных стен вокруг не будет?

— Нам бы дней на пять-шесть оторваться! — проговорил Наранг. — Тогда орда обрушится на ханов, и всем им станет не до нас. Уйдём в Эарадан, а дальше в Приречье. И там будем с основными силами держать оборону.

— А чего бы в Эарадане не остаться? — встрепенулся Часан. — Они нас нормально примут…

— У них воды на всех не хватит, — пояснил я. — Там её и за деньги не купишь. Только за особые монетки, которые власть жителям раздаёт.

— Не знал, что у них с водой настолько туго… — удивлённо покачал головой Часан.

— Вопрос с водой можно решить по пути! — вмешался наместник. — Возьмём больше воды, меньше скарба. Пополнить запасы эараданцы нам сумеют. Есть у них ещё, откуда взять. Но эта одноразовая щедрость нам дорого встанет… Да и плевать вообще-то! Как туда дойти?

— Может, рискнём измотать переханов? — предложил Наранг. — Один перехан пятерых увезёт. Устанет, с ног будет валиться, но вывезет. Хорошо, что мы их на еду так и не пустили!

— Переханов не трожь! И гнуров тоже! Нам идти представляешь сколько сотен сиханов⁈ — вспылил наместник. — Нельзя нам переханов изматывать… И совсем без груза нельзя… С чем ты придёшь в Приречье? Чем ты там право на жизнь покупать будешь? Измотанным бродягам одна дорога, в кабалу!

— Хватит понапрасну сотрясать воздух… — я не выдержал и тихо заговорил, все головы тут же повернулись ко мне. — Здесь все прекрасно понимают, как выиграть время.

Я сказал то, что кто-то должен был сказать. Сказал резко, потому что не видел смысла тянуть. Правда, так в Вечных Песках не принято: здесь люди привыкли заходить издалека. Вот только зачем лишние круги наворачивать? Я обвёл взглядом собравшихся. И спокойно озвучил страшную истину:

— Кто-то должен держать Илос, пока беженцы не уйдут достаточно далеко. И вы все это понимаете. Незачем плести словесные кружева. Здесь, в Илосе, останется треть тех, кто может держать в руках оружие. Остальные уйдут с мирным населением. Это хороший размен. Пока орда будет штурмовать дворец наместника, жители Илоса доберутся до безопасных мест. Демоны не получат десятки тысяч жизней. А взамен потеряют много своих сил. Всё просто.

— Это да… Просто… — кивнул наместник. — Остался последний вопрос: кто здесь останется?

Он посмотрел на меня. А я усмехнулся. Да и так было ясно, кто. Наёмники любят звонкую монету. Оставалось надеяться, что Бхан и Виссария не продешевят.

И они не подвели.

— Десятикратная плата на полгода вперёд! И выплатить её надо родным, близким или тем, на кого наёмники сами укажут! — отрезал Бхан. — Иначе они все завтра сбегут за остальными. И никто их здесь не удержит, наместник.

— Эдак я половину казны Илоса раздам… — заметил тот с тяжёлым вздохом.

— А её половину при этом сохранишь! — сразу же заметила Виссария. — Да и всё равно ты же не всем будешь платить. Часть решит рискнуть и забрать деньги самостоятельно, как вернётся из Илоса. Так что… Что-то у тебя, наместник, всё равно да останется. Но есть другая проблема: наёмников слишком мало. Чтобы прикрыть исход беженцев, здесь понадобятся ещё люди.

— Я останусь, — проговорил Часан. — И стражники, кто согласится.

— И я! — подал голос Истор, тот самый молодой из знати.

— Не смей!.. — буркнул наместник.

— Да хватит уже! У меня не вымирающий род! — расстроился парень. — У меня две сестры и брат младший! Лучше позаботься о них, наместник! А я с ребятами своими здесь повоюю!

— Я тоже останусь… — вдруг проронил из своего угла Харин.

— Ты⁈ — не поверил наместник.

— Я, — повторил шептун. — Я уже очень стар… Тяжело мне в пути будет. Да и я здесь больше нужен. Я один могу сотню воинов заменить.

— Твой авторитет нам бы очень помог в Приречье… — горько проговорил наместник, на которого стало больно смотреть.

Он будто постарел лет на десять. Лицо осунулось, под глазами залегли тени.

— Я воевал с демонами всю свою жизнь, наместник! — шептун улыбнулся. — Я ловил их в подземельях Илоса. Я убивал их в горах Железного Кряжа. Я искал их и уничтожал в пустыне, пока большинство людей забыло их, как страшные сказки. И кто я буду, если сбегу под конец жизни от самой важной битвы? Нет-нет… Так меня Вечное Дитя не поведёт по Светлой Дороге к Отцу Песков!

— Я тоже останусь… — глухо сказал посланник из Междуречья. — Мне возвращаться не надо.

— Да… А ты-то чего? — удивился и даже растерялся наместник.

— Я сюда на смерть ехал, — ответил тот. — Все долги раздал, имущество между сыновьями распределил… Чего возвращаться-то? Потом ещё раз, что ли, к смерти готовиться… Не… Мне одного раза за глаза хватило.

— А я деньги, пожалуй, сразу возьму! — немного разбавил я мрачную тишину, повисшую после его слов. — Родственников у меня нет. А золото много где ценится.

— Не на том свете, жадный наёмник! — заулыбался Часан.

— А я умирать не собираюсь, — я в ответ тоже улыбнулся. — Я собираюсь свалить отсюда. Сразу, как выполню задачу.

— И куда пойдёшь? — с мягкой усмешкой спросил наместник.

— В Пыльный Игс, — ответил я.

— Зачем? Оттуда все сбежали же… — не понял почти уже бывший владыка Илоса. — Да и орда…

Я широко ему улыбнулся, демонстрируя сделанные незадолго до осады зубы. Я вдруг понял: выживу. Но не уйду в безопасные земли. Эта война не закончится скоро. Мира не будет. Если я сам сбегу и позволю сбежать другим, человечество не отобьётся.

Но вовсе необязательно бить врага в лоб. Уходи, отступай, убивай. И тогда огромная машина демонов по сбору жизненной силы споткнётся. Замедлится. Начнёт тратить больше, чем получает.

— Так я в Пыльный Игс не один пойду! — ответил я. — Возьму ребят понадёжнее из тех, кто выживет. Ещё разок демонам по зубам дадим. А затем уже к ханам отойдём. Посмотрим, как они воевать будут, ну и сами повоюем. Будем отходить и убивать, отходить и убивать. Больше набьём, меньше до вас потом доберётся. А золото… Золото лишним не бывает. У ханов его очень ценят.

— Знаешь, наёмник! — Часан усмехнулся, глядя на меня. — Я думал, ты просто наглец, который вечно ссорится с моими людьми! А ты другой, да… Ты настоящий храбрый дурак!

— Спасибо, — искренне поблагодарил я.

Это совещание длилось ещё долго. Но я не стал до конца высиживать. Приходили знатные люди Илоса, приходили чиновники. Мне было уже неинтересно. Ну какая мне разница, как и сколько вывезут из Илоса зерна?

Оставьте мне запас еды на десять дней. И сытого перехана с полными боками воды.

Так что я ушёл. Ушёл спать и прощаться с теми, кто будет уходить. Не все наёмники останутся в городе, не все горожане, кто умеет держать оружие, отсюда уйдут.

А потом мы дадим демонам последний бой Илоса.

Такой, который орда надолго запомнит.

Мы дадим им умыться песком и псевдоплотью.

И это будет славная битва!