Война глазами мальчишки

ЗНАКОМСТВО С ПАРТИЗАНАМИ ОТРЯДА «ЗА СВОБОДУ» ВТОРОЙ КАЛИНИНСКОЙ БРИГАДЫ

Ночью с 4-го на 5-е декабря 1942 года к нам в дом тихо, но требовательно постучали в раму окна. Мать открыла двери сеней. Мы с Валеркой, моим меньшим братом, слышали, как открылся засов двери, тихий разговор. Вслед за матерью в дом вошло около десяти вооруженных человек. Мы с Валеркой не знали, что нам делать, вставать ли, или продолжать лежать в постели. Поскольку нас никто не тревожил, мы решили оставаться в постели. Видимо, старший из них, входил в дом первым. Он поздоровался с жильцами дома, еще не зная, кто в доме присутствовал и, обращаясь к моей матери, сказал:

— Хозяйка! Мы партизаны отряда «За свободу» Второй Калининской партизанской бригады. Командир нашего отряда Мартынов Иван Андреевич. Я командир данной группы. Моя фамилия Жуков. Сегодня мы пришли в вашу деревню. Теперь в вашей деревне мы представляем советскую власть. Мы будем действовать в вашей местности. Хозяюшка, сегодня я от имени советской власти попрошу оказать партизанам помощь в организации питания. Дело в том, что партизаны не могут получать питание из-за фронта. Нет такой возможности. Самолетами нам доставляют боепитание. Что может нам пригодиться? Если у вас есть возможность, нам выделите одну овцу, мешок картофеля и мешок зерна. Если возможности нет, то мы не настаиваем.

Жуков кончил. Мать с удовольствием согласилась. Она добавила, что это можно сделать. У нее есть запасы пищи. Немцы, боясь партизан, не рисковали в деревне ничего брать. Она попросила партизан помочь ей в сборе продуктов. Я осторожно наблюдал за партизанами. Я заметил, что партизаны хорошо вооружены. У них было два ручных пулемета и три автомата Шапошникова. К тому времени в оружии я хорошо разбирался и понял, что у партизан оружия достаточно, чтобы бить врага успешно. Один партизан, одетый в бекешу, посматривал на мою кровать. Убедившись в том, что я не сплю, он направился, улыбаясь, ко мне. К моему удивлению он наклонился над кроватью и тихо сказал: — Ты помнишь, где лежит наш пулемет? Вдруг в этом партизане я узнал Сашу Позднякова. Удивительно меняет человека одежда. Она сделала своего человека, друга, внешне совершенно чужим человеком. Я не заметил, что он был без оружия. Он продолжал стоять, после того, как я ответил утвердительно. — Надо сейчас показать место, где он лежит. Я совершенно забыл то место, — сказал Поздняков. Вскакивая с постели, я ответил утвердительно. Через считанные минуты я уже выходил из дома. Матери я сказал, что Саше должен показать, где лежат патроны. Разговор у нас с Сашей долго не клеелся. Как-никак, но у нас разный социальный статус! Он мне рассказал, что в его деревню Гречухи партизаны явились вчера ночью. В отряд ушло несколько человек. Он продолжал: — Год тому назад мы несли пулемет втроем. Макарик сделал много для того, чтобы пулемет работал. Интересно, что будет с ним?

Я рассказал о последнем разговоре с Макариком, в тот день, когда он мне приносил свои вещи. Но Саша сказал: — Не решится он на такой шаг. При его положении, для него это невозможно. Я не верю, что он рискнет. На этом наш разговор окончился. Мы пришли к месту, где лежал пулемет. Он был никем нетронутый. Мы легко освободили место от хвороста. Саша свободно взвалил пулемет на плечо и бодро зашагал вперед. Он посоветовал мне идти домой, а сам направился в деревню Гречухи. По дороге никто мне не встретился. Я думал, что вся деревня набита партизанами. К моему удивлению, у нас в доме никого не оказалось. Все ушли. Было грустно. Мы обменялись новостями с матерью. Нас успокаивало сознание того, что на следующий день полицейские и немцы не придут расследовать происшедшее ночью. Их просто нет и не будет в деревне. Во всяком случае, в обозримом будущем. На следующий день стало известно, что из нашей деревни Байкино ушли в партизанский отряд следующие жители. Много людей ушло в партизаны со всех деревень колхоза «Свобода». Называем фамилии по порядку, в котором стоят дома, начиная с востока.

1. Ляхнов Михаил Власович, 1923 г. рождения.

2. Склюдов Иван Павлович, 1923 г. рождения.

3. Ляхнов Андрей Кириллович, 1902 г. рождения.

4. Бурдуков Николай Афанасьевич, 1923 г. рождения.

5. Ширяков Григорий Сергеевич, 1911 г. рождения.

6. Козлов Михаил Поликарпович, 1925 г. рождения.

Из деревни Булахи:

1. Ерохин Василий Филиппович, 1924 г. рождения.

2. Яночкин Алексей Степанович, 1924 г. рождения.

3. Ерохин Сергей Нестерович, 1898 г. рождения.

4. Козлов Кузьма Кириллович, 1900 г. рождения.

5. Козлов Алексей Федорович, 1925 г. рождения.

Из деревни Гречухи колхоза «Свобода»:

1. Поздняков Александр Васильевич, 1925 г. рождения.

2. Поздняков Павел Алексеевич, 1924 г. рождения.

3. Козлов Василий Михайлович, 1923 г. рождения.

4. Борисова Инна Алексеевна, 1926 г. рождения.

5. Окунев Арсентий Михайлович, 1908 г. рождения.

6. Гречухин Николай Никандрович, 1925 г. рождения.

7. Гречухин Матвей Терентьевич, 1907 г. рождения.

8. Гречухнн Александр Матвеевич, 1925 г. рождения.

9. Еремеева Елена Михайловна, 1924 г. рождения.

10. Горянская Мария Григорьевна, 1922 г. рождения.

11. Ильенко Семен Евлампьевич, 1900 г. рождения.

28 июля 1943 года в отряд пришло трое мальчишек из колхоза «За свободу»:

1. Шемелев Алексей Трофимович, 1928 г. рождения, из деревни Байкино.

2. Вавилов Александр Васильевич, 1928 г. рождения, из деревни Байкино.

3. Дядин Александр Макарович, 1928 г. рождения из деревни Ярыжино.

Таким образом, количество колхозников колхоза «Свобода» в партизанском отряде «За свободу» было много. Название — случайное совпадение. Во время массового вступления в партизанский отряд лишь один житель деревни Гречухи уклонился от этого. Это Поздняков Александр Дмитревич. Впоследствии, он вместе со своей женой пошел на службу к фашистам. Количество предателей составляло незначительное количество. В конкретных деревнях они составляли единицы.

Постоянная база отряда «За свободу» находилась в деревне Шерстово Poccoнскoгo района Витебской области. Уже по пути в Шерстово Жуков приглядывался к новому пополнению. Он прикидывал, приглядывался к тому, кто, что может делать. Сам Жуков был из деревни. До войны он работал бухгалтером колхоза в деревне Острильно Новосокольнического района. Дома он имел дело с такими крестьянами. Поэтому он быстро нашел контакт с такими же людьми, каким он был сам.

По приезде в деревню Шерстово, Жуков встретился с командиром разведвзвода Байковым Алексеем Григорьевичем. В данном случае они выполняли боевое задание сообща. И вернулись из него почти одновременно. Байков охранял отделение Жукова, чтобы тому не помешали полицейские. Правда, операция завершилась благополучно. В то время полицейским было не до партизан. Они сами устраивались на новом месте, в Сутоках. Немцы же уехали на фронт.

Жуков и Байков ушли в штаб отряда докладывать командиру отряда. Вновь прибывшие в партизанский отряд были разведены по квартирам и приступили обедать. Жуков и Байков в штабе были долго. На второй день, утром, командир знакомился с каждым персонально. Расспрашивал о работе в колхозе. Ведь сам Мартынов Иван Андреевич до войны был председателем колхоза в Великолукском районе. Произошло знакомство с комиссаром отряда с Лукиным Леонтием Алексеевичем. После знакомства Лукин попросил коммунистов остаться. В колхозе «Свобода» не было своей организации. Она существовала на территории сельсовета. Коммунистами являлись Козлов Кузьма Кириллович, бывший председатель колхоза «Свобода» и прибывший из Сенявино, торфоразрабатываемого производства в свою деревню, на родину — Ширяков Григорий Сергеевич. Произошло знакомство вновь прибывшего с Лукиным, комиссаром отряда.

Лукин Леонтий Алексеевич, кстати, до войны был председателем колхоза в Великолукском районе. Было знакомство и с другими товарищами. Это командир второго взвода Богданов Петр Елизарович, начальник штаба Коновалов Иван Дмитриевич. Знакомство состоялось и с командиром четвертого взвода Ивановым Александром Ивановичем, бывшим до войны машинистом паровоза в ст. Великих Луках. После знакомства и беседы, наступило время перекура. Многие из новичков не курили. Многие имели свой самосад. Некоторые из старых партизан угощали новичков трофейными сигаретами. Среди вновь прибывших партизан были люди из всех колхозов сельскою совета, куда входили четыре колхоза: «Свобода», «Дуброво», «Заря» и «Красный рыбак». Колхоз «Красный рыбак» был представлен бывшим председателем колхоза Агеенко Иваном Ивановичем. Во время перекура жители бывшего Лопатовского сельского совета (Пролетарского), а ныне Лопатовской волости вблизи увидели и общались с ним, с Гультяевым Никанором Сидоровичем, писарем Лопатовской управы. Это был сюрприз для многих новых партизан. Они были шокированы новой ролью писаря волости. Гультяев Никанор вел себя с бывшими жителями волости, а теперь партизанами, фривольно. Он фамильярничал со всеми, пытался вступить в разговор. Доказывал тем, кто слушал его, что он пришел к выводу, что служить фашистам — это подло. Только теперь он почувствовал себя человеком. Иногда он замолкал, словно думал, правильно ли он ведет себя. Эта встреча обеспокоила многих жителей Пролетарского сельсовета. — «Ох, неспроста, писарь пришел в отряд». Но не располагая фактами о его деятельности в отряде, нельзя было что-нибудь предпринимать. Во всяком случае было высказано мнение своим командирам. Они требовали проверить Никанора в деле. С этим нельзя было не согласиться. Вновь прибывшие в отряд были распределены по взводам. Там они знакомились с оружием (с нашим и трофейным, с подрывным делом).

Уже на вторую неделю некоторым из новых партизан были поручены несложные боевые задания, под руководством бывалых партизан. Так, Василий Козлов выезжал в свою деревню со старыми партизанами. Им было поручено организовать встречу с Поздняковым Александром Дмитриевичем и поговорить с ним, что в такой обстановке фашисты обязательно привлекут его к борьбе против партизан. Необходимо ему уходить в партизаны. Тем более, его год призывной. Он обязан служить в рядах Красной Армии. Партизаны помогут ему перейти фронт. Партизаны зашли в дом Позднякова А. Д. Но его жена опять ответила, что Александр ушел в гости. Было ясно, что время для гостей не подходящее. Партизаны поняли, что Поздняков налаживает связь с Сутокским немецко-полицейским гарнизоном. По тону ответов жены партизаны поняли, что в такой связи заинтересована она сама. И это подтвердили дальнейшие события. В этот день командир взвода Байков приказал своему бойцу Гречухину Матвею Терентьевичу, жителю деревни Гречухи, забрать сено, находившееся в сарае Поздняковых и принадлежащее хозяину дома, для партизанских лошадей. Тогда не придал этому факту большого значения. Это послужило толчком к дальнейшему озлоблению Домны, жены Александра, к Матвею, с которым у нее были недружелюбные отношения. Кроме этого задания — были и другие. Так, Козлов Василий, Василий Ерохин, вместе с другими партизанами, которые в этой местности воевали, давно выезжали в деревню Волково. Эта деревня была на южной стороне озера Неведро. В этой деревне были арестованы Зайцев Владимир и Коноплев Андрей. Они служили в немецкой полиции. Их доставили в отряд. Впоследствии они согласились работать на партизан, были отпущены домой с партизанским заданием. Они честно служили нашему общему делу. Некоторым молодым партизанам приходилось помогать опытным в налаживании работы связных, информирующих партизан о действиях врагов. Во время одной из таких поездок Василию Козлову пришлось познакомиться с легендарным партизаном Москалевым Иваном Федоровичем. Этот герой-одиночка в начале своей деятельности сам нападал на марширующие по дороге немецкие части. Он взрывал мосты, обстреливал ночью из пулемета немецкие гарнизоны. Совершив дерзкое нападение, он уходил в лес. К нему присоединился второй Иван — местный житель Ильченко Иван.

Предполагалось помочь Москалеву в создании отряда. В этой поездке, в которой был В. Козлов, участвовала группа партизан из нескольких отрядов Второй Калининской бригады. Когда партизанский сборный взвод подъехал со стороны Нащекино к большаку, идущему из Суток в Лопатово, партизаны остановились, чтобы напоить лошадей. У колодца стояли женщины, которые узнали Москалева. Они сообщили ему, что в Сутоки в помощь полицейским приехали немцы. Их много. Они просили Ивана быть осторожным. Вместо того, чтобы внять этому предупреждению, Москалев громко выругался в адрес оккупантов. Оказалось, что фашисты сидели в засаде, недалеко от них.

Напоив лошадей, партизаны тронулись в путь. Вскоре они выехали на большак. Их цель движения была деревня Лопатово. Они выехали на дорогу в конце селения Сутоки. Партизаны проехали несколько строений в конце Суток. Среди пассажиров первых саней были Москалев и Козлов. На последних санях ехали Д. Масленок, помощник начальника штаба отряда «Народный мститель». Когда последние сани отъехали мет ров сто от крайнего строения, из него раздалась длинная очередь из пулемета. Партизаны моментально соскочили с саней и открыли ответный огонь. Гитлеровцы тотчас прекратили стрельбу. Партизаны на обоих санях собирались продолжать путь. Но Москалев не вставал, чтобы сесть в сани. Его положили в сани и отъехали от Суток до деревни Старицы. Остановившись у деревни, партизаны к своему ужасу убедились, что Иван Москалев мертв и помочь ему было невозможно. Таковы были последние минуты жизни Москалева. Нелепо, глупо было погибнуть при таких обстоятельствах, но так все и произошло. С тяжелым чувством партизаны возвратились в деревню Шерстово. Похоронили Москалева Ивана Федоровича, бесстрашного партизана в белорусской деревне Шерстово, недалеко от большого здания школы.

Проходили боевую школу молодые партизаны из других взводов. В январе партизанская группа взвода № 2, где командиром был Богданов, двигалась от железной дороги, после минирования полотна, на свою постоянную базу. В пути партизанам стало известно, что перед ними в том же направлении проследовал отряд гитлеровцев человек двадцать. Решили проследить за врагами. Впоследствие от населения стало известно, что фашисты заночевали в деревне Тимоново, в здании школы. В этом селении нередко стоял большой гарнизон неприятеля. Солдаты, по каким-то причинам покидали деревню, то возвращались. Сюда они прибывали периодически. Но считали эту деревню обжитой, своей. Оказалось, что на этот раз они прибыли, чтобы убедиться в том, что в деревне дело обстоит нормально. Предполагалось прибытие большого отряда. От местных ребят партизаны узнали, что фашисты установили секретный дозор где-то у пустовавшего колхозного коровника. Командир группы выделил пять человек для выявления и захвата постового. Группа приступила к выполнению задания. Приблизившись к коровнику, группа разделилась на две части. Трое остались охранять здание коровника, двое — Поздняков Александр и Поздняков Михаил (по прозвищу Кукса) тихо вошли внутрь помещения. Два Поздняковых решили идти по чердаку. Стояла темная ночь. Мороза не было, но с неба сыпалась какая-то крупа. Партизаны медленно двигались по чердаку. Неожиданно до слуха партизан донеслись неясные звуки. Эти звуки были похожи не то на приказы, не то на восклицания, постоянно повторяемые. Партизаны насторожились. Еще осторожнее продолжали продвижение в сторону звуков. Когда они подошли вплотную, стали вникать в смысл звуков. Теперь партизаны поняли, что постовой согревался, путем охвата руками своих плеч. Свои движения он сопровождал словами: «Рус — собака». Навес, в виде козырька над дверью в торце коровника мешал им рассмотреть в темноте того, кто произносил слова. Незаметно для себя, партизаны оба оказались на «козырьке». Не говоря между собой ни слова, партизаны пришли к выводу, что данный человек и есть постовой. Один из партизан попытался рассмотреть человека, стоящего под «козырьком». На вес не выдержал двух человек и рухнул. В один миг оба партизана оказались внизу. Они упали на немецкого часового. От неожиданности падения партизаны не сразу сообразили, что произошло. Уже внизу, лежа на часовом, они поняли, что рухнул «козырек». Они пытались разобраться, кто есть кто? В конце концов они нашли друг друга, и теперь вдвоем приступили к выяснению отношений с немцем. Но немец не подавал признаков жизни. Партизаны подхватили немца под руки, и как, мертвого, потащили к проруби. В проруби они окунули голову часового в воду. Немца положили на снег. Вскоре он зашевелился. После этого разведчики, забрав своих товарищей, вернулись к своей группе. Там доложили о выполнении задания. Впоследствии оказалось, что пленный — чехословак. Мы с трудом понимали друг друга. Уже прибыв в отряд, мы ближе познакомились с пленным. Он извинялся за слова, которыми сопровождал свою физзарядку. Уж очень промозглая была погода. Вспоминал он и о том, как на него упали партизанские разведчики вместе с крышей. Он помнил, что в одно мгновение подумал: «конец света». Видимо, тогда я потерял сознание. Вскоре словака отправили самолетом за фронт. Но события в деревне Тимоново на этом не закончились. Путь к железной дороге проходил как раз около д. Тимоново. Вскоре партизаны второго взвода проезжали верхом на лошадях мимо деревни Тимоново. Поздняков (Кукса) вспомнил прошлый случай, предложил Позднякову Александру проверить «старых знакомых». А вдруг нам повезет! — добавил он. Командир, предупредив Поздняковых об осторожности, разрешил им заехать в деревню. Это было так же вечером. Решили заглянуть в школу. Там обычно останавливались вражеские команды. У местных жителей спросили о наличии полицейских в школе (на всякий случай). Себя партизаны не назвали. На них были одеты плащ-палатки. Им ответили, что «вроде бы перед вечером в школу заходили какие-то люди. Но сейчас не знаем, есть ли они там». Партизаны решили узнать больше. Вскоре они привязали коней в кустах, а сами стали пробираться к школе. Решили представиться полицейскими. После этого пошли прямо в школу. Дверь смело открывает Поздняков Михаил. Они вошли в коридор, освещенный тусклым огоньком от стеориновой коптилки. В трех метрах от Позднякова (Куксы) следует Поздняков Александр. Увидев в коридоре человека, у которого был накинут то ли халат, то ли одеяло, партизаны со словами «полиция», направился к этому человеку. Тот же радостно со словами «Полицай!», кладет на плечи Позднякова обе руки. Поздняков не ожидал такого теплого приема, пятился назад. Они, выражая чувства друг друга, приближаются к Позднякову Александру. Тот сделал шаг к стене, чтобы пропустить мимо себя «друзей». К этому времени Кукса свои руки тоже положил на плечи немца. Александр мгновенно выхватил кинжал и, когда они поровнялись с ним, с силой бьет фашиста в шею. Лезвие кинжала прошло по ключице. Раздался пронзительный крик немца, он бросился за угол коридора. Крик «партизанен» повторялся несколько раз. Поздняковы быстро выбежали во двор и побежали к своим лошадям. Было темно. Но они нашли их. Вскоре ракеты осветили деревню. Разведчики же быстро удалялись от школы. Стрельба, которую открыли немцы, не причинила партизанам никакого вреда. Доехав до своей группы, партизаны отправились на свою базу.

В это время овладевал мастерством своего нового положения и учился играть свою новую роль Никанор Сидорович Гультяев, бывший писарь управы волости. Он имел поручение установить связь с полицией гарнизона Сутоки. Эту задачу он исполнял по своему. Как нельзя кстати была такая работа. Он нашел путь для информации фашистов о положении в партизанском отряде «За свободу». У него связь работала исправно. Правда, усилия направлялись не на достижение информации о положении гарнизона гитлеровцев, запертых в селении Сутоки, а о том, чем живет народ в отряде, противостоящем гарнизону. Это не могло пройти мимо внимания командования отряда. За Гультяевым было установлено наблюдение. Начальник разведки Второй Калининской бригады Константинов был знаком с заданием, которое получил Гультяев. Он интересовался тем, как выполнял этот приказ Гультяев. У него вызвало беспокойство тот факт, что работа шла не в том направлении. Так, было замечено, что Никанор слишком часто стал посещать деревню Зекры, что рядом с деревней Малахи. Необходимо было выяснить причину этого. Проследили за сестрой Никанора Феклой. Казалось, что все идет по плану. Это значило, что Никанор привлек в качестве своего связного свою сестру. Кто же может быть надежнее? Чутье разведчика заставило Константинова проверить эту легенду. А поступил он следующим образом. Однажды в деревню Байкино приехал взвод партизан Богданова. Вместе с этим взводом был и командир отряда Иван Андреевич Мартынов. Местом пребывания взвода избрали дом Склюдова, ушедшего в партизанский отряд «За свободу» и дом Ляхнова Власа Кирилловича. Его сын Михаил также был в этом отряде. При этом, Ляхнов Влас был в родственных отношениях с Гультяевым Никанором. С прибытием таких гостей Влас Кириллович не преминул поставить на стол самогон. Богданов с частью бойцов находился в доме Склюдова. Мать Ивана Склюдова угощала своих гостей. Тут угощение носило бескорыстный характер. Влас Кириллович все стремился выведать цель прибытия такого высокого гостя. Правда, ему этого сделать пока, что не удавалось. Никанор Гультяев был посажен рядом с командиром отряда Мартыновым. Иван Андреевич знаком показал двум партизанам, чтобы те ехали в назначенное место. Те незаметно удалились из дома. Через некоторое время они возвратились. Отозвав Мартынова от стола в дальний угол комнаты, они эмоционально что-то говорили командиру. Тот, подогретый парами алкоголя не менее эмоционально реагировал на рассказ партизан. Наконец, загадочно произнося какие-то слова, Мартынов приказал партизанам, которые только что ездили, выехать снова в д. Зекры. Какой-то партизан, который сидел за столом, вызвался поехать вместе с теми двумя. Мартынов с этим согласился. Он напутствовал словами: — «Делайте так, чтобы все было по умному». В доме, несмотря на оживление запахло опасностью. Вдруг Мартынов, выпив очередную рюмку громко заявил, обращаясь к Никанору: — А ведь, предателю не место с нами. Теперь не только чувствовалось, что в доме опасность. Дело уже шло к расстрелу. Застолье расстроилось. Все вышли из-за стола.

Не мог сидеть и стоять на месте Никанор Гультяев. Он имел основания волноваться. Именно он написал информацию немцам об отряде своей рукой и отвез сестре Фекле в дом, в деревню Зекры. Его информацию завтра должна его

сестра отнести в Сутоки немецкому командованию. А ведь там все написано об отряде, Фекла при Никаноре спрятала донос вместе с пропуском за образами, под полотенцем. Ведь партизаны не делали обыска у жителей. «Неужели попался? И именно теперь, когда готовится такая большая акция против отряда, да и не только против отряда. Речь идет об операции против всего партизанского края».

На этот раз партизаны возвратились быстро. Мартынов спросил:

— Ну как дела?

— Выполнили Ваш приказ, — ответил старший.

Иван Андреевич, повернувшись к Никанору, сказал:

— Вот так будет со всеми предателями!

Никанор спросил с вызовом:

— Меня тоже сейчас расстреляете?

— Ты партизан и тебя будем судить в отряде.

Только теперь Влас Кириллович понял, что происходило в его доме. Никанор понял, что его сестру только что партизаны расстреляли. Он попросил указать место, где лежит тело сестры, чтобы родные могли ее похоронить. Мартынов приказал своим подчиненным назвать место. Оказалось, что те расстреляли Феклу недалеко от дома, за деревней.

Впоследствии узнали, что партизаны поводом для обыска в доме Феклы назвали их стремление найти Государственный заем. Он необходим для сдачи государству. На самом деле они знали, что Фекла является сообщницей в этом предательском деле. Несмотря на правое дело со стороны партизан, террор против предателей среди населения нашей деревни и других селений раздавался ропот неодобрения против такого легкомысленного подхода к этому серьезному делу. Особенно осуждали люди Мартынова за то, что он лишил малолетних детей матери.

Да, слишком жестоки были приняты меры по отношению людей. Речь не идет о борьбе с предательством. Но разве такие методы не могли не вызвать протеста. Да и поведение самого Мартынова уже позже было осуждено в высших кругах партизанского руководства. Ему припомнили пьянство во время решения важных вопросов, уже не говоря о его пьянстве во время пребывания во главе партизанского отряда.

В тот день после расстрела Феклы, Мартынов, дал приказ всем покинуть Байкино и возвращаться в Шерстово. Никанора разоружили и посадили между четырьмя партизанами. Когда партизанский обоз ехал через Крещенский лес, Гультяев, выбрав момент, сбежал. То, что не снесла его сестра Фекла гитлеровцам, снес лично сам Никанор. Спрашивается, кого же нужно было расстреливать? Короче говоря, какую цель достигал расстрел Феклы?

Никанор прибежал ночью в деревню Малахи. Забрал свою семью, корову и другое имущество. Его брат дал ему свою лошадь, но сам ехать в Сутоки отказался.