Я требую развода, или Как украсть наследника герцога (СИ)

Глава 22

На следующий день мне пришлось остаться дома, поскольку Джастин настаивал на том, чтобы я не посещала приют чаще, чем два раза в неделю и даже успел отдать соответствующее распоряжение охране и слугам. От обиды и злости я и впрямь снова принялась за кукол, чтобы не бродить по дому злой фурией и не пугать впечатлительных служанок.

Несмотря на внезапное заточение почти на целую неделю, одно обстоятельство меня немного утешало. Не знаю, что там произошло в упрямых мозгах герцога, но он не стал торопиться с запечатыванием дара Летти, а пригласил к ней наставника по магии. Оказалось, что она очень быстро осваивала контроль над своей силой, так что Джастину пришлось признать успехи своей дочери официально. Я была безумно рада за Летти, ведь если бы Джастин не передумал я бы до конца своей жизни не смогла смотреть ей в глаза без чувство вины.

Поскольку я была вынуждена торчать в поместье, за исполнение нашего плана взялся Брэндон. Он сумел снять для Греты уютный коттедж, поселил ее там под вымышленной фамилией, нанял служанку, лекаря, двух охранников и обеспечил круглосуточный уход. Насчет охранников у меня, правда, были подозрения, что они были нужны не столько для обеспечения безопасности Греты, сколько для того, чтобы следить, чтобы она не сбежала и не наделала глупостей. Но в любом случае, он проделал хорошую работу, и наш план стал обретать реальные очертания, особенно, когда оказалось, что мы почти на одинаковом сроке. Ведь эта “гениальная” идея — забеременеть от герцога Корнуэлла, чтобы выйти за него замуж — пришла Элизабет и Кэтрин практически в одно время. Неудивительно, что первая так злилась на свою “подружку”, ведь она оказалась гораздо удачливее.

Кроме того, Брэндон еще и успевал немного заниматься делами приюта, что меня, с одной стороны, радовало, с другой, внушало некоторую тревогу, поскольку мне все чаще казалось, что он так старается, чтобы завоевать мое расположение. Я же не могла однозначно сформулировать для себя, как я к нему отношусь.

Мне вроде бы и импонировало его внимание, но в тоже время переходить на новый, более романтический уровень наших отношений я не планировала. Он мне больше нравился в роли помощника и сообщника, чья помощь была очень своевременной и полезной.

Мы опять отправились туда все той же компанией. Даже Летти, несмотря на то, что ей безумно нравились занятия с ее новым учителем магии, уговорила отца отпустить ее со мной, поскольку захотела проведать Жана. И все же, хоть я была рада вырваться из своего домашнего плена, в глубине души меня грызло чувство тревоги.

Это чувство только усилилось, когда лавочка госпожи Кэтрин, куда я решила зайти под предлогом купить амулет, оказалась закрытой. Я-то надеялась отдать ей новую партию кукол, которые успела нашить, но этот источник дохода оказался под вопросом. Судя по огромному замку на двери и заколоченным окнам, закрылась лавка надолго, и я лишь понадеялась, что с ее хозяйкой не произошла какая-нибудь беда.

Ну а уж когда приехали к приюту, оправдались мои самые тревожные предчувствия. В насущных заботах о ребятишках, я так сосредоточилась на бытовых проблемах, пытаясь обеспечить их жильем, одеждой и едой, что практически позабыла из-за чего изначально эти дети оказались в этом ужасном месте. И вот теперь, внезапно, как это обычно бывает, судьба нанесла свой удар.

Диана, вся в слезах и истерике, встретила нас и тут же потянула за руку ко входу, не в силах толком объяснить, что случилось. Но стоило мне увидеть, лежащую на ступеньках Таппенс, из тела которой стремительно вылетали синие светящиеся бабочки, как я сама все поняла. Рядом с ней с брезгливо-высокомерным видом стояла мисс Барни и держала в руках странную трубку из желтого стекла.

— Доброе утро, миссис Корнуэлл, вот вам, пожалуйста, новый приступ, — с плохо скрываемым удовлетворением заявила она, — а я предупреждала, что необходимо регулярно делать забор магической энергии. Теперь, если этот ребенок умрет, кто будет в этом виноват? Я ведь сейчас даже при всем желании не смогу закрыть все каналы, только собрать немного из того, что рассеивается.

— А ну прочь от нее, — вдруг взревел мастер Микаэль и довольно ловко для своего преклонного возраста подбежал к таппенс и взял ее на руки, — да, вс серьезно, я тоже не смогу ничего сделать, — потерянно произнес он через несколько секунд.

— Погоди, давай я попробую, хотя…, — я оглянулась на охранников, — давайте-ка для начала занесем ее внутрь, остальные оставайтесь пока снаружи, а вы, Брэндон, помогите мне, мастер ее вряд ли ее сможет донести.

— Напрасные хлопоты, — обиженно надула губки мисс Барни, — говорю же, тут уже ничем не поможешь, у меня в этом деле большой опыт, я знаю, что говорю.

— Если вы произнесете еще хоть слово, — дрожащим от гнева голосом произнес мастер Микаэль, — я сделаю так, что к богам вы отправитесь гораздо раньше девочки.

— Да вы кто вообще такой? и по какому праву позволяете себе так со мной разговаривать? — противно взвизгнула она.

— Мисс Барни, мне очень жаль, что я не успела сделать это раньше, — сквозь зубы процедила я, — но вы уволены. Охрана, выведите эту женщину за ворота и больше сюда не пускайте.

— Совсем с ума сошли? Вы пожалеете об этом, — еще на полтона выше заголосила медсестра, но мне уже было не до нее, я быстро семенила по коридору за Брэндоном, который нес девочку на руках, пока из нее продолжала стремительно утекать магия в виде красивых бабочек.

— Оставьте ее здесь и никого сюда не впускайте, пока не разрешу, — скомандовала я, и Брэндон аккуратно опустил Таппенс на кровать.

Мастер Микаэль попробовал было остаться рядом с нами, но Брэндон легко выпроводил его за дверь. Я продолжала действовать быстро и четко, словно кто-то гораздо более опытный и мудрый руководил моими действиями. опустив ладони на грудную клетку Таппенс, я закрыла глаза и внутренним взором увидела, как энергетические каналы, пронизывающие все ее тело, светятся множеством маленьких пятиугольных пробоин, через которые магия стремительно вытекала наружу.

Я не просто увидела эту картину, я вдруг отчетливо поняла, что происхождение этих отверстий вызвано совсем не болезнью, это было искусственно созданное порождение чьего-то злого умысла. Правильнее всего было назвать это проклятием, но доказать это было чрезвычайно сложно, не говоря уже о том, чтобы его снять.

Я попробовала мысленно залатать эти пробоины, но их было слишком много, а жизненной силы в девочке оставалось все меньше. Тогда я представила, как все улетевшие бабочки собираются в большой рой и возвращаются обратно в тело, как будто их засасывает обратно. К моему удивлению, это возымело эффект. Сначала медленно и неохотно, но потом все быстрее и быстрее бабочки начали проникать обратно в тело Таппенс, при этом пробоины в каналах постепенно начали уменьшаться.

В какой-то момент они стали настолько маленькими, что Таппенс даже стало больно от того, что энергия больше не может проникнуть через них обратно, и она тихонько захныкала. Я тут же развеяла оставшийся рой и, дождавшись, пока все отверстия в каналах окончательно затянутся, открыла глаза и вытерла вспотевший лоб.

— Брэндон, заходи, — позвала я, — кажется, самое опасное миновало, теперь будет жить. А куда снова подевался мастер Микаэль, кстати? Я хотела с ним обсудить кое-что странное.

— Да демоны его знают! — пожал плечами Брэндон, — то ли обиделся, то ли испугался. Взял да и ушел ни с того, ни с сего. тебе не кажется, что он вообще какой-то чудной? Может стоит подыскать другого доктора?

— Да ладно тебе, он забавный и безобидный, — слабо улыбнулась я, — кроме того, учитывай, что у него совсем другая специализация.

Не успели мы с ним толком обсудить пропавшего мастера Микаэля, как дверь в комнату распахнулась и к нам ввалились Диана, Артур и тетушка Мария.

— Как она? Жива? Ей лучше? Или все? Да нет же, видишь она дышит, — они одновременно загалдели, окружив лежащую Таппенс.

— Все с ней хорошо теперь будет, — пообещала я, — пусть пока поспит, оставьте с ней кого-нибудь одного присматривать, она скоро очнется. А вот мне бы сейчас крепкий сладкий чай не помешал.

— Я сейчас сделаю, — тут же засуетилась тетушка Мария, — Диана, а ты побудь с Таппенс. Артур, пойдем со мной, нечего тут толпой сидеть, или у тебя дел нет? Целыми днями где-то пропадаешь, я уж скоро забуду. как ты выглядишь.

— Она правда будет в порядке, — Артур, не обращая внимания на ворчание тетушки Марии, с безумной надеждой в глазах посмотрел на меня.

— В ближайшее время с ней точно все будет хорошо, — успокаивающе улыбнулась я, — да и потом, надеюсь, тоже. Не хочу вас заранее обнадеживать, но… кажется, я примерно понимаю, как можно бороться с этой напастью.

Мы вышли из комнаты и пошли по направлению к кухне за обещанным чаем. меня немного качало, так что я шла, опираясь на Брэндона.

— Вот бы мне еще посоветоваться с каким-нибудь сильным целителем, специализирующемся на проклятиях, — произнесла я, мысленно все еще вспоминая увиденное.

— Дядя Шепард как раз изучал болезни, вызываемые проклятиями, — задумчиво отозвался Брэндон.

— Хмм, нет, он не подойдет. Я уверена, что он прекрасный доктор, да и ты сам упоминал, что наука для него превыше всего, но я не хочу, чтобы семья Корнуэллов узнала о моем даре раньше времени, сам понимаешь… Но ты можешь узнать у него имена его коллег, и мы сможем побеседовать с кем-нибудь из них.

— Пожалуй, в этом есть смысл, — согласился Брэндон, но тут же добавил, — хотя, я бы на твоем месте вообще не стал пока в это лезть. Неужели ты так переживаешь за этих сирот, что готова настолько сильно рисковать?

— Брэндон, разумеется, я переживаю за детей, но дело даже не в этом, — я огляделась по сторонам и тихонько добавила, — я уверена, что кто-то целенаправленно насылает на детей эту гадость. Вот только никак не могу понять с какой целью.

— Ты уверена? — Брэндон был настроен скептически.

— Да если бы, — вздохнула я, — просто мне так видится. Я ж с этой вашей магией только-только разбираться начинаю. Мне бы наставника хорошего как у Летти, да сейчас не время. Разве что после развода смогу начать изучение своей силы досконально. С другой стороны, этим детям требуется немедленная помощь. Ну вот что мне делать?

— Ну, во-первых успокоиться, — Брэндон ободряюще погладил меня по плечу, — уж ты в бедах этих детей точно не виновата, так что не взваливай на себя груз вины. К тому же сейчас ты должна в первую очередь позаботиться о своем малыше, а то излишним рвением еще ему навредишь. А что касается наставника… я попробую аккуратно разведать у дяди имена хороших целителей. У него полно знакомых, так же как и он посвятивших жизнь науке и не слишком часто появляющихся на публике. Не волнуйся, о тебе не скажу ни слова, придумаю что-нибудь.

— Ладно, — кивнула я, — надо будет понаблюдать за состоянием Таппенс, если с ней все будет в порядке и не начнется ухудшение, мы будем знать, что есть хотя бы один действенный способ помочь. Пусть он и довольно энергозатратный, но… возможно, тут все дело в практике и дальше будет легче. И все же, мне кажется, что я что-то упускаю…

— Все, хватит об этом думать на сегодня, сейчас отдохнешь и мы вернемся домой, вряд ли сегодня ты способна будешь на какую-то работу.

— Но я хотела еще съездить на те развалины, куда миссис Сэтклиф отправляла детей, — возразила я.

— А это еще зачем?

— Ну как зачем? Этот домик все же довольно тесный. ладно еще летом, пока тепло и дети большую часть времени проводят на улице. А что будет зимой? да и сейчас, спать по десять человек в спальне не слишком-то комфортно. Если честно я хотела попросить Джастина выделить деньги на восстановление большого приюта, раз уж это место официально под него выделено.

— Ну не знаю… Это будет непросто, да и хватит ли времени на этот проект? Ты ведь собираешься покинуть герцогство? Или уже передумала?

— Нет, не передумала, но пока я здесь, постараюсь сделать все возможное. А если не успею, пообещай, что ты обязательно закончишь начатое, хорошо?

— Ну я даже не знаю, — взгляд Брэндона стал игривым, — мне-то это зачем? Я уже и так помог достаточно, а никакой награды до сих пор не получил. А теперь ты еще хочешь скинуть на меня это бремя, в то время, как сама упорхнешь в свободную жизнь?

— Не делай вид, что ты прожженный циник, — я сделала вид, что не понимаю намеков, — уверена, что тебе тоже не безразлична судьба детишек, а что касается награды… Я поговорю с Джастином, думаю, он по достоинству вознаградит тебя за труды.

— Меньше всего я хотел бы получить вознаграждение от Джастина, — рассмеялся Брэндон, но, вопреки моим опасениям, не стал развивать тему дальше.

Мне все же удалось уговорить его съездить со мной на место полуразрушенного старого приюта, и осмотр меня обнадежил. Конечно финансовых вложений тут требовалось довольно много, но я надеялась, что Джастин не откажет в моей просьбе восстановить это здание. в конце-концов, официально именно развалины считались приютом святой Ирэн и их плачевное состояние пагубным образом сказывалось на репутации герцогства.

У меня даже настроение поднялось, а когда мы с ним вернулись из нашей короткой поездки, то я и вовсе застала радующую мой взор картину. Часть детей играли с Дианой, часть в меру сил помогали по хозяйству, но большая часть сидели группой на уютной лужайке и слушали мисс Жерар, которая увлеченно им что-то рассказывала.

— Что тут происходит? — шепотом спросила я у тетушки Марии.

— Так урок же, — так же шепотом ответила она, — эта молодая госпожа сообщила, что вы наняли ее учителем. Правда, она сказала, что учебный план пока не утвержден, да и детей лучше распределить на группы по возрасту, но на первое время она просто собирает всех, кто хочет узнать что-то новое и интересное.

— Да, верно, надо бы с ней обсудить как и чему учить детей, — кивнула я, — да и учителей еще нужно будет найти, не может же одна мисс Жерар ими заниматься. Эх, работы еще непочатый край.

— На кухню бы помощников еще не помешало, — робко добавила тетушка Мария.

— Ну это уж я поручаю вам, — улыбнулась я, — те работники, которых вы уже нашли, оказались вполне толковыми, так что я доверяю вам набрать полный штат. Я же займусь подбором учителей и воспитателей. Да, еще бы найти хорошего целителя сюда, но такого, чтобы умел держать язык за зубами.

— Ох, знала я одну женщину, она очень хорошая целительница была, даже тут в приюте какое-то время работала, но потом ушла. Она пыталась доказать, что наши дети не заразны и что им можно помочь, но ее никто не слушал, а потом она и сама сказала, что ошибалась и уволилась.

— Сама уволилась? — насторожилась я, почувствовав, что я нашла новую ниточку в своем собственном расследовании этого ужасного заболевания.

— Да, я ее видела в последний день, она уходила очень грустная и потерянная. Попросила напоследок заботиться о детях, и что она больше ничем помочь не может.

— А больше она ничего не говорила?

— В тот день нет. Но раньше… она говорила что-то странное… что наши детки — это не настоящие “мотыльки”. И что они не должны умирать.

— Как ее зовут? — от волнения я схватила тетушку Марию за руку, — и где ее можно найти?

— Ее зовут госпожа Карина. Слышала, что она где-то в городе лавку открыла и официально уже лечением не занимается, но…

— Похоже, я ее тоже знаю, — разочарованно протянула я, поняв, что эта ниточка оборвалась, не успев начаться. Ладно, спасибо вам тетушка Мария, занимайтесь делами, если что срочно понадобится, присылайте за помощью, я теперь только через несколько дней смогу приехать.

Домой я возвращалась в хмурой задумчивости. Вот уж на кого, а на добрую целительницу госпожа Карина мало походила, но, судя по тому, что дети из приюта продолжали приходить к ней за помощью, пусть и не безвозмездной, говорил о том, что они ей доверяли. К тому же, судя по ее словам, она тоже пришла к выводу об искусственном характере их болезни, а значит мои догадки были верными.

Вот только мне совершенно не нравилось, что она опять исчезла, закрыв свою лавку. Почему-то казалось, что это каким-то образом связано со мной, а еще передо мной маячил зловещий образ жреца в черной маске. И хоть у меня не было никаких оснований связывать таинственного лорда Альберта с госпожой Кариной, интуиция просто вопила, что и к ее пропаже он приложил свою руку.

За всеми этими мыслями дорога пролетела незаметно, и, к моему большому удивлению, нас вышел встречать сам герцог собственной персоной. Я была рада видеть, что их отношения с Летти постепенно теплеют, но, когда он обратил свой взор на меня, то я тут же напряглась. Уж слишком внимательным и заинтересованным он был. Я же планировала, как можно меньше обращать на себя его внимание, чтобы потом мне было проще провернуть свою аферу и сбежать.

Впрочем, сейчас я решила воспользоваться предоставленной возможностью поговорить с Джастином, поскольку мне нужно было добиться его согласия на восстановление приюта. тут он снова меня удивил, поскольку не просто отнесся к этому предложению благосклонно, но начал дотошно выспрашивать подробности и давать весьма дельные советы.

Незаметно для себя, я выложила ему все и про проблемы с персоналом, и про необходимость преодолевать предвзятое отношение к детям со стороны общественности, и про нехватку хороших учителей, по-настоящему заботящихся о детях. Проболтав до самого ужина, мы даже успели обсудить необходимые материалы для строительства и набросать примерную схему. Позже, уже отходя ко сну, я вдруг подумала, что впервые за все время пребывания в этом мире, мой муж не просто не бесил, а даже вызывал некоторое уважение. Разумеется, это никак не могло повлиять на мое решение от него уйти, но давало надежду, что оставшаяся жизнь в поместье не будет такой уж невыносимой. Да и перспектива успеть восстановить за это время приют, стала вполне реальной.