Янтарь лорда демонов. Избранная светом

Глава 14 Цена ошибки

К ночи мы прибыли с Роквеллом в тот самый таинственный замок, о котором я так часто вспоминала, думая о его хозяине.

Еще месяц назад я ни за что не вернулась бы сюда по доброй воле. А сегодня, напротив, хотелось рассмотреть его внимательнее, чтобы лучше узнать самого Роквелла Фланнгала.

Я так и не поняла, что с ним происходило: в последние дни он вел себя слишком странно. А сегодняшний инцидент на поляне, неподалеку от гор, так и вовсе озадачил.

Хотя я была бы не против повторить все то, что мы делали дальше…

После того экспромта у меня до сих пор ныли губы, тряслись ноги и тянуло низ живота, хотя это было очень даже приятно, сладко. Но я видела, что Роквелла что-то сильно беспокоит, и это, в свою очередь, беспокоило меня.

Он такой одинокий, ему даже не с кем поделиться наболевшим. Ведь и у демонов есть чувства. И мне хотелось хоть как-то поучаствовать в его жизни, дать капельку тепла и заботы, согреть эту ледяную душу своим женским теплом.

Наивно предполагать, что чудовище вмиг превратится в прекрасного принца. Но так хотелось, чтобы мое желание хотя бы частично сбылось. Я могла бы скрасить его одиночество, разбавить скучные будни. Пусть даже не стану его женой и никогда не рожу ему детей. Я просто хотела жить для него, порой забывая о своей жизни. А потом, когда осознавала реальность, становилось совсем грустно.

Интересно, понимает ли он сам, что значит для меня? Ощущает ли то же самое?

Скорее всего, нет, иначе сказал бы хоть слово, намекнул бы о чувствах. Но лишь от моих поступков зависит, сможет ли Роквелл измениться. Он будто в клетке, и я могу его освободить.

Мечты, мечты…

Наверное, я и правда успела слишком привязаться к этому мужчине. И это не было простой легкой влюбленностью, которую я испытывала прежде.

Чувство стало куда более глубоким, сильным и болезненным для меня. Тем, без которого просто не хотелось жить, потому что невозможно убить в себе эмоции, что захватывают ураганом и несут куда-то вдаль, отрывая от земли, раскрашивая каждое переживание новыми красками. Как на той картине, которую мы недавно повесили в столичном доме Роквелла. Это просто невозможно объяснить словами, как ни пытайся. Потому что пока думаешь одно, в голову приходят сотни других мыслей, и все они путаются, оставляя лишь медовое послевкусие с фрагментами воспоминаний — хороших и не очень, как частички прошлого, что застыли в Янтаре.

Я даже не реагировала на обитателей замка, коих оказалось не так уж и мало.

Язвительного Диверкуса с нами не было. А остальные связываться со мной не решались, потому как Роквелл сразу после нашего прибытия дал четкие распоряжения не беспокоить по мелочам. Да и ночевать мы остались с ним в одной спальне.

— Соня, вставай, иначе все проспишь, — потерся носом о кончик моего носа Роквелл утром, когда я сладко спала, — вчера мы уснули поздно.

— Мм… Я не соня, я Лера, — проворчала, пытаясь нырнуть под одеяло с головой.

Но ускользнуть от рук и губ ненасытного итхара оказалось довольно сложно. Он сдернул с меня одеяло, покрывая поцелуями плечо, ключицу, опустился к животу.

— Завтрак подан, карету уже запрягают. Нам еще ехать в храм, чтобы оформить твой развод, а потом тебе нужно домой.

— Что⁈ Развод? — Я тут же подхватилась, сев на кровати. — Я совсем о нем забыла.

Надо же, прямо как в прошлый раз: тогда я опоздала в суд, не услышав звонок будильника. Разводилась ведь я второй раз, хоть теперь и в другом мире.

— Угумс, — откликнулся Роквелл, но встать не дал, тут же вжав в постель всем своим весом. — И, кстати, у меня на это утро были еще планы.

Я выгнулась дугой, позволяя ему играть с моим телом.

Хотелось чувствовать прикосновения итхара бесконечно долго, ведь в эти мгновения мы были вместе и думали лишь друг о друге, а все остальные проблемы на время отходили на второй план.

— Нам пора ехать, — прошептала я ему в губы, переживая ощущения после того, как все закончилось.

— Да, давай-ка собираться.

— Кстати, я планирую остаться на ночь в доме виконта, — предупредила, пока одевалась. — Хочу пообщаться с ним, узнать немного больше о Лерэйн, о ее прошлом. Ведь теперь мне предстоит жить в ее теле. И с этим как-то нужно смириться.

— Хорошо, если тебе так необходимо, оставайся. Как ты и просила, я нанял извозчика-человека, который отвезет туда и обратно.

— Спасибо! Я тебе весьма признательна.

Я улыбнулась от того, что Роквелл пошел навстречу. Перед тем он долго сопротивлялся моему желанию оставить наши новые отношения в тайне для Рольфа Карвера.

Я слегка нервничала, но оказалось — зря. Поездка в храм Трехликой вышла быстрой, без особого напряжения.

Уже через несколько минут после прибытия я выходила из храма с заверенными документами, с которыми предстояло пройти последнюю инстанцию. Но, по сути, это было уже не столь важно, а требовалось для внесения записи о расторжении брака в общий реестр.

По факту я была теперь независимой женщиной, что не могло не радовать. Развод являлся ценой свободы Дейсара Вилтона, но я все равно не стала бы с ним жить ни за какие обещания или блага. Так что пусть радуется двойной свободе.

— Как же здорово! Ты не представляешь, как хорошо стало. Будто камень с души свалился, — сказала я, сев обратно в карету к Роквеллу. — Нет, это я не о тебе, — добавила, почувствовав движения в сумочке, что висела на плече, — Буля возмущался, услышав мои слова о камне.

— Многие вещи, которые с нами случаются, мы даже не представляли заранее, — уклончиво ответил Фланнгал.

Я промолчала, внезапно задумавшись, как буду жить дальше.

Интересно, сколько мне придется копить на жилье в столице с моей-то смехотворной зарплатой? Принимать помощь от Рольфа Карвера не очень хотелось, ведь я не воспринимала его своим настоящим отцом. От Роквелла — и подавно. Еще пару месяцев я, конечно, могу прожить в общежитии, а дальше нужно искать другой вариант, более комфортный, может, снять квартиру. Видимо, придется найти подработку.

В таких раздумьях я и не заметила, как мы добрались до таверны, что находилась на окраине городка, где-то между родовым замком Фланнгала и домом виконта Карвера.

— Пообедаем здесь, через час за тобой должна прибыть карета.

Я охотно согласилась, к тому же успела проголодаться за то время, что мы потратили на дорогу в храм и обратно. Слегка беспокоила мысль о расставании, но мне просто необходимо было узнать всю правду от Рольфа, иначе не смогу жить спокойно.

Я так и не поняла, что подразумевалось под последними словами оракула. Узнаю ли? Хотелось бы не оставлять пробелов, тем более что убийца вряд ли остановится, и я могу стать следующей жертвой. И даже покровительство лорда Фланнгала не защитит меня от чего-то куда более опасного. Ведь, как сказал сам Роквелл, многие вещи мы даже не представляем, пока они с нами не случаются.

Аппетита особо не было. Ограничилась одним небольшим стейком с решетки и парой ложек овощного рагу. Глядя на меня, Роквелл тоже отставил в сторону тарелки с заказом, попросив подавальщицу все убрать.

— Ну и где та Лера, которую я видел еще час назад? — мрачно поинтересовался он.

— Настроение испортилось, что-то беспокоит, — отозвалась, посматривая на двери таверны. — Наверное, все потому, что я боюсь ехать домой. Ведь это не мой дом.

— Тогда зачем едешь? Могла бы этого не делать.

— Поздно, я уже предупредила Рольфа, что сегодня приезжаю. Отказ будет выглядеть некрасиво. Он ведь любит Лерэйн, а я не хочу признаваться, что не совсем его дочь. Нельзя так вот взять и перечеркнуть все одной жирной чертой. Да и расторжение брака с Дейсаром лучше объяснить ему лично, чтобы избежать домыслов.

Последний аргумент убедил Роквелла.

Мы вышли из таверны на свежий воздух и остановились у двуколки, которая приехала за мной, чтобы отвезти домой.

— Помни про артефакт — ты знаешь, что делать.

— Конечно. Да не переживай ты так, все будет нормально, — заверила я Фланнгала. — Увидимся завтра вечером. А потом вернемся в Грэмвилль.

— Только ради тебя. Если честно, я уже устал от городской суеты. Я бы с превеликим удовольствием остался здесь на некоторое время.

— Работа, что поделать. — Я развела руками, а потом потянулась, чтобы поцеловать лорда на прощание.

В ответ он обнял меня, на несколько минут завладев моими губами. И мне было как-то все равно, что мы стоим посреди площадки, что на нас смотрят. Моим внимание владел только он. Будто на свете не было ничего лучше, чем целоваться вот так, свободно и открыто, не скрывая близких отношений.

Насколько близкими могли они быть с высшим лордом итхаров.

— Лерэйн приехала!

— Наша девочка вернулась!

— Какая радость, жаль только, заранее не сообщила, приготовили бы на ужин что-нибудь вкусное…

Все обитатели замка были искренне рады меня видеть. Я чувствовала, что они соскучились. Но я не знала, о чем говорить с прислугой, и прибыла сюда исключительно из-за Рольфа Карвера и его тайны. А еще из-за уже бывшего мужа — чтобы он не приехал раньше меня и не наговорил гадостей.

— Прекрасно выглядите, Рэйн. Вы прямо расцвели в столице, — раздался добродушный голос Ирнеста, который вышел меня встречать.

Выглядела я и правда отлично: в новом летнем платье, с распущенными волосами, подобранными на затылке заколкой, в удобных туфельках на низком каблуке. Я была довольна собой и, возможно, светилась счастьем, поскольку рассталась с Фланнгалом на положительной ноте. Наверное, мое состояние передавалось и окружающим.

— Благодарю, — мило улыбнулась я. — Кстати, вам идет новый стиль.

За время моего отсутствия Ирнест сбрил бороду и подстригся. От комплимента он засиял. Затем подхватил мою сумку, провожая в дом. Я оглядывалась, вспоминая, где тут что находится, потому как провела в этом доме единственный день и частично успела подзабыть обстановку.

— А где отец? Я думала, он будет сам меня встречать.

— Так вы же не написали, во сколько точно прибудете и с кем. Виконт прождал вас все утро, но тут одна из его любимых лошадей начала жеребиться, возникла проблема, вот он и отошел на конюшню. Скоро придет, не волнуйтесь. Сейчас я сбегаю и сообщу, что вы уже здесь.

— Не торопись, вдруг там что-то важное. Я подожду сколько потребуется.

Я осталась одна в спальне, которую никто не занял в мое отсутствие. Та же мебель, вещи, обстановка. Я бы переставила здесь все иначе, но не видела смысла тратить время, поскольку уже завтра снова уезжаю в Грэмвилль. Но в провинции я ощущала спокойствие, какого не испытывала в большом шумном городе с его вечным движением.

Долго находиться в комнате не смогла, хотелось размять ноги после поездки, ведь я перед этим еще тряслась в карете. Поэтому я все же спустилась на первый этаж. Как вдруг входная дверь открылась. И в дом забежал взъерошенный Рольф в сопровождении своего помощника Ирнеста:

— Где она⁈ Где моя дочь⁈

Он заметил меня, и я инстинктивно бросилась ему навстречу. Мы обняли друг друга, и я уже потом осознала, что это был мой личный порыв, а вовсе не показательная радость. От Карвера пахло конюшней, сеном и летними цветами. А еще веяло теплом.

— Моя девочка Лерэйн здесь! Почему ты не написала заранее? Почему вдруг приехала в Северогорье одна, без Дейсара?

— Папа, мне нужно сказать тебе что-то важное.

— Что-то случилось? — Он отстранился, внимательно глядя на меня. И этот взгляд напомнил мне взгляд Лаки, когда тот узнал о Роквелле.

— Все в порядке. Новости скорее хорошие, чем плохие. Просто я… расторгла брак с Дейсаром Вилтоном, — выпалила, решив не откладывать. — Поэтому пришлось ехать в храм подписывать документы.

Рольф нахмурился, не зная, что сказать. А потом выдал:

— Ладно, сейчас я переоденусь, и ты мне все обстоятельно расскажешь. Заодно попробуешь, какие пирожки испекла наша кухарка, — пальчики оближешь. Жди меня в столовой.

Я кивнула и пошла в столовую, присев на стул за пустым столом. Неподалеку на кухне разговаривали слуги. Оттуда тянуло ароматами выпечки. И хотя я недавно поела, почему-то захотелось попробовать, что же там за пирожки такие, раз Рольф их хвалит. В горле пересохло. И я решила попросить стакан воды, пока нам накроют стол.

Из подсобки рядом с кухней доносился приглушенный разговор, и я замерла, прислушавшись. Узнала голос той самой служанки, которая помогала переодеваться в день свадьбы, когда меня забирал Роквелл.

— Нет, ты представляешь, Адэлис! Она с ним развелась.

— А тебе-то что, Лейя? — раздался голос другой горничной, брюнетки.

— Это значит, что Дейсар теперь не приедет к нам ни под каким предлогом. И я его больше не увижу.

— Дался тебе этот граф Вилтон! Вон сколько мужиков холостых вокруг, тот же Ирнест! А ты все на аристократов засматриваешься. Не ровня ты ему, запомни это. А что развелись молодые — так это их дело. И не суй свой нос, куда не просят. Дейсар переспал с тобой пару раз — и на этом все. Он ради теисы Лерэйн сюда приезжал, запомни это…

Раздалось всхлипывание, и я прикусила губу, чтобы не фыркнуть вслух. Оказывается, Лейя — та еще штучка! Спала с женихом молодой хозяйки, когда этот повеса бывал в доме виконта.

Что же она так спроваживала меня потом к лорду Фланнгалу? Уж не нарочно ли, чтобы именно тот лишил невинности, желая хоть как-то досадить? В кобелиной натуре Дейсара я и так уже не сомневалась. Но вот она…

Я все же взяла себя в руки и прошла дальше, на кухню, чтобы попить воды. А когда вернулась, виконт уже ждал меня в столовой.

Вскоре нам принесли ужин, и на какое-то время пришлось отвлечься от беседы. Пироги с капустой правда оказались замечательными. Нечто подобное моя мама готовила когда-то. Другие блюда тоже попробовала, уж больно Рольф уговаривал, желая угодить.

По нему было заметно, как он соскучился.

А когда на столе остался только чай, Рольф начал беседу. Спрашивал, как я жила и чем занималась, интересовался бароном Ристардом и его делами. Требовал пояснить, чем вызвано мое решение разойтись с Дейсаром. Всего я рассказать не могла, но о заговоре и его походе в злачные места все же поведала.

— Конечно, от Дейсара можно было ожидать такого, — сказал Карвер после минутного молчания. — Но ведь причина не в этом! Вижу, что ты недоговариваешь.

Конечно, мимику своей дочери он знал слишком хорошо.

— Дело в том, папа, что я люблю совсем другого мужчину. Я не стану жить с Дейсаром, не хочу иметь с ним никаких дел. Я ошиблась, сделала неверный выбор. Только не требуй ничего объяснять. Может быть, потом… потом я расскажу.

Я тяжело вздохнула.

— Дочь, я приму любое твое решение, — ответил он и заботливо обнял.

— Я хотела тебя спросить, папа… — Я не знала, как подступиться к нужной теме. — Помнишь тот замок, из которого ты меня вытащил? Замок лорда Фланнгала. Ты знал там все, будто не раз там бывал. Даже лучше хозяина, Роквелла Фланнгала. Я слышала, что прежний лорд погиб. Скажи, это ты был тем охотником, который его убил?

— Что⁈ Откуда у тебя подобная информация?

Виконт выглядел изумленным, но ничего не отрицал.

— Просто мне в руки попалось одно письмо, где говорилось об охотнике. Я долго думала, сопоставляла факты. Ты ведь ненавидишь итхаров.

Рольф сглотнул, будто готовился сказать нечто важное.

— Дело вовсе не в этом. Я действительно не раз бывал в том замке. Но по иной причине: я провел там детство, а лорд Эндрас… он был моим отцом. Моя мать умерла при родах, и спустя некоторое время он забрал меня к себе. Официально все считали меня сыном другого итхара из его клана, но Эндрас рассказал мне о себе.

Мужчина выдержал паузу, будто не решался сказать всю правду, но затем продолжил:

— Несколько лет спустя, когда мне исполнилось шестнадцать, он помог вернуть замок, что раньше принадлежал моему деду. Я получил титул виконта. А вскоре после моей свадьбы и твоего рождения Эндрас погиб. Но я не имею к этому никакого отношения. Я не мог так поступить, потому что я… любил своего отца и ненавидел итхаров за их традиции. Я подозреваю, что его и убили за то, что где-то всплыла правда. Правила для высших лордов устанавливает Конгломерат, они не имеют права их нарушать. Членам Конгломерата нельзя заводить детей, нельзя жениться.

— Да, я знаю.

Я всхлипнула после рассказа Рольфа. Отцу не было никакого смысла мне лгать, тем более выдумывать родство с лордом. И это объясняло наличие у меня темной магии.

— Я давно хотел рассказать, но не мог, все никак не получалось: в твоих жилах течет кровь высшего лорда итхаров, как и в моих, — признался виконт Карвер.

— Да, а еще у меня есть Янтарь, — тяжело вздохнула я.

— Я знал, что рано или поздно с ним возникнут проблемы, тем более в сочетании с кровью итхаров. Поэтому и отправил к Марку Ристарду. Он расшифровывал записи мага, основателя академии, и, возможно, найдет способ тебя защитить.

Постепенно все становилось на свои места.

— Выходит, Эдраса убил кто-то из своих? — спросила я, выстраивая в голове более полную картину.

Рольф Карвер развел руками. Он действительно не знал.

— Возможно, и правда работал какой-то охотник. Я ведь на тот момент уже не жил с отцом, хотя незадолго до его смерти мы тайно встречались.

Все это было крайне подозрительно, но многое прояснилось.

— А за что тебя выгнали из академии? — все же поинтересовалась я.

— Глупо вышло… Мы тогда учились вместе с Марком на четвертом курсе. Занятия после каникул только начались, и я вернулся из дома. Марк как раз познакомился с одним из Осведомленных, и мы вместе пошли на встречу. Он попросил нас достать некие записи из кабинета бывшего ректора, и я вызвался, желая показать себя. В общем, меня поймали на горячем. Сам, идиот, попался, да еще и магию применил не к месту. Да что уже, я все равно не хотел оставаться в королевской гвардии, ведь меня ждала любимая женщина.

Мы с Рольфом проговорили до поздней ночи. И когда я засыпала, прокручивала в голове услышанное. Дело было даже не в тех интригах, что годами велись между итхарами, осведомленными и самим Конгломератом, о котором по секрету поведал мне виконт.

Я боялась подставить Роквелла своими же чувствами. Вдруг он тоже ко мне неравнодушен, но не может в этом признаться?

Да что я размечталась, наивная! Чудес ведь не бывает.

Однако все мое существо тянется к единственному мужчине, с которым никогда и ничего не сложится, потому что я ему не нужна.

Но ведь он наверняка и подговорил служанку шпионить, чтобы выяснить про Янтарь (пусть теперь это останется на ее совести)! А та и рада была стараться.

Роквелл Фланнгал ничего не делал просто так. Он не повторит ошибки своего предшественника. Все, чего он добивается, — моя квинтэссенция.

Он и так уже занял все мои мысли. Еще немного — и полностью сломает защиту. Это всего лишь игра. Игра с моими чувствами!

Нужно взять себя в руки и попытаться отдалиться от этого демона, пока не слишком поздно, пока я не утратила себя. Ведь ради Янтаря он пойдет на что угодно, будет заговаривать мне зубы, плести свои паучьи сети, чтобы потом нанести решающий удар.

Мы не останемся вместе. Ведь это даже не мезальянс, а то, чего априори быть не может! Роквелл не особо скрывает наши отношения от других итхаров. А значит, все знают и ждут…

Ждут, когда он принесет в копилку Янтарь. Последний Янтарь, если то, что сказал перед смертью оракул, — правда!

Как бы ни было больно, стоит сделать все возможное, чтобы этого не случилось.