Янтарь лорда демонов. Избранная светом

Глава 16 Уйти нельзя вернуться

Мысли закружились вихрем тьмы, и я совершенно ничего не понимал! Догадки путались, оставляя недоумение.

Неужели Шайн Дерент выжил из ума и пошел на крайние меры: сначала убил оракула, затем приказал Алиссии отравить Леру, уничтожив улики? Я не верил в это, Дерент всегда был трусом. Или же я слишком плохо его знал?

Стайв Рэнгвар разбирается в межмировых порталах. Наверняка знает, и где находится противоядие. Он единственный, кто может сейчас помочь.

Нельзя терять ни минуты!

— Диверкус! Срочно сюда! — рявкнул я, подав сигнал через кольцо.

Где же носит этого упрямого итхара, когда он так нужен⁈ Стоило сразу позвать его с собой, в академию, я поздно спохватился, думая только о Лере.

— Не кричи так!

Мой помощник внезапно вошел в приемную и прищурился, глядя на мертвую Алиссию:

— Смотрю, Дерент решил избавиться от шпионки.

— Хорошо, что ты уже здесь! — встрепенулся я, радуясь сообразительности своей Тени. — Мы вылетаем в Квинториум, мне нужно доставить туда Лерэйн.

Услышав это, Диверкус замер на месте, в его глазах блеснул огонек.

— Надо же, ты решил наконец-то разобраться с Янтарем? Похвально.

— Ее отравили! Противоядие от норгамуса есть лишь в башне Порога. Нужно спасти Янтарь! — Я не стал вдаваться в подробности случившегося: объяснил цель предстоящего полета, но не сказал лишнего.

Я не стал даже дотрагиваться до тела Алиссии, чтобы не оставить ненужных следов, пусть с ней теперь разбирается маг-поисковик. Вышел из кабинета, лишь сообщив по пути, что она мертва.

За Райаном Лестером, который после учебного года перед новым набором взял выходные, уже отправили гонца, и он вскоре должен был прибыть в академию вместе с жандармами. Но мне некогда с ним разговаривать и все объяснять.

Меня волновала только Лера.

Я искренне не понимал, как могло случиться, что она покинула меня в тот самый день, когда я осознал свои чувства и смог их принять.

Ощущал себя влюбленным, одиноким. И бесконечно несчастным.

Внутри поселилась пустота. Как только я вспоминал, что Леры больше нет в Арделе, сердце заполнялось тянущим чувством потери.

Первый и единственный раз в жизни я влюбился настолько, что решил пойти против всех правил. И сразу потерял все, чего смог добиться.

Если бы я еще вчера затолкал подальше свою гордость и рассказал Лере, что не стал забирать ее Янтарь и ищу пути выхода из положения, все могло бы случиться иначе. Не стоило вообще отпускать ее в академию, нужно было задуматься еще после смерти Арчиса Лэнара, что неведомый враг не остановится.

Отчаяние нахлынуло с новой силой, когда я забирал бездыханное тело девушки из лечебного корпуса. В нем едва теплилась жизнь, сердце стучало так редко и тихо, что я постоянно прислушивался. Но хуже всего было другое — пустая оболочка без души.

Чтобы спасти тело и вернуть в него Леру, если это вообще реально, придется попросить помощи у Рэнгвара, но для начала проникнуть в башню Порога за противоядием.

Возможно, Стайв и другие лорды узнают правду. И я пока не понимал, что делать дальше. Одно знал наверняка — никому не дам Леру в обиду.

Только бы вернуть ее обратно, только бы сказать о своих чувствах…

Тихо… Так тихо, что слышно, как воздух звенит.

Пошевелила руками, ногами. Вроде все целое, только на голове ушибленное место ноет. Интересно, откуда взялась шишка? И где я нахожусь?

Села, принялась ощупывать себя и поверхность. Кажется, на мне надеты куртка и джинсы, а подо мной… каменный пол. Я в пещере⁈

Быть такого не может! Я только что шла по коридору академии магии. А потом… Ой, а потом мне стало плохо, надо мной все бегали, кричали, и даже Роквелла принесло. Меня отравили. И я, кажется, умерла…

А теперь снова на Земле! И если память мне не изменяет, это та самая пещера, откуда я провалилась в Ардель. И я вновь в своем теле. Моя одежда, моя прическа…

Трындец!

Охая и ахая, я поползла на коленях по камням. Впереди мерцало что-то похожее на призрачную стену оранжевого оттенка. Но свет от нее почти не распространялся — его будто поглощала тьма вокруг. Я спотыкалась о сырые камни и даже в лужу влезла, но вдруг наткнулась на свой фонарик.

Тусклый луч осветил небольшой участок пещеры.

Несколько минут ушло, чтобы отыскать остальные вещи. Даже телефон в кармашке рюкзака оказался заряжен.

Мелькнула догадка, что я вернулась на Землю в тот же самый момент, отчего стало не по себе. Будто все, что случилось, — лишь плод моего воображения.

Я сглотнула обиду.

Но предыдущие размышления подтолкнули к мысли, что Оксана с нашим сопровождающим где-то здесь. Возможно, они ищут меня.

Как только миновала зал, обернулась, желая рассмотреть получше светящуюся штуку, но ничего не обнаружила — она словно испарилась.

Удивительно.

— Оксана! Алексей! Вы здесь? — крикнула и прислушалась.

Но ответом послужила лишь тишина.

Да где же они? Неужели ушли далеко? Или вовсе покинули пещеру?

Несмотря на то что чувствовала себя не очень хорошо, я упорно шла вперед, постепенно вспоминая план этого места. И уже через полчаса добралась до выхода, у которого стояла неизменная деревянная лестница. Проверила ее на устойчивость, а потом вцепилась руками и выбралась наружу.

В глаза ударил яркий солнечный свет.

Вокруг цвели одуванчики, чирикали пташки. Сочная зеленая трава покрывала поляну, около которой и был вход в пещеру.

Оглядываясь, я побрела по тропинке в сторону проселочной дороги. Периодически доставала телефон и крутила им, но сеть здесь не брала. Так я и дошла до места, где мы оставили машину.

Но никакой машины не было.

Я даже головой помотала, будто от этого мог появиться тот уазик.

Нет, что-то здесь не то. Но что именно?

Снова достала телефон, и взгляд остановился на дате — восемнадцатое сентября, в тот день мы поехали смотреть пещеру.

Я сглотнула, глядя на распускающиеся цветы черемухи. Да здесь, похоже, начало лета. Неужели я пролежала в той пещере несколько месяцев и никто меня не нашел? Возможно, даже думают, что я погибла? Но как тогда зарядка в телефоне еще осталась? Хотя черт с ней, с той зарядкой — мало ли что там в этих новых телефонах напичкано. Вот тело как сохранилось⁈ Я даже ощупала себя еще раз, убедившись, что настоящая.

Ладно, телефон есть, деньги вроде тоже. Как-нибудь до дома доберусь. Заодно дождусь, пока появится сеть, позвоню и выскажу подруге все, что думаю. Будет знать, как бросать меня на произвол судьбы!

С горя присела на обочину, достала из рюкзака «просроченный» бутерброд, оказавшийся вполне съедобным. Налила горячего чая из термоса.

Снова вспомнились последние события, и от этого стало горько и грустно. Интересно, не мое ли воображение подбросило весь тот мир? А если Ардель реален, то как отреагирует Роквелл на то, что меня больше нет? Он ведь так и не получил свой Янтарь.

Чтобы не думать о плохом, пошла вперед. Через пару часов я выбилась из сил, но продолжала идти, пока не добралась до трассы.

Машины здесь проезжали редко. Чтобы поймать попутку, потребовался еще час, я махала руками и кричала, пока водитель старенького грузовика все же согласился подвезти до райцентра. И я уселась рядом с мужчинкой, глядя в телефон, когда он все же поймал сеть. Но с оплатой, как выяснилось, беда. Я не могла никому ни позвонить, ни сбросить сообщение. Кажется, этот номер вообще отключили.

Меня высадили у придорожной забегаловки, отдаленно напоминающей кафе.

— Есть вай-фай? — спросила я первым делом, заглянув внутрь.

— Нет никаких вай-фаев, тут вам не столица. Попривыкали, — проворчала женщина в переднике, что выполняла функции продавщицы, уборщицы и официантки одновременно.

— И все же… Мне очень нужен Интернет. Может, раздадите ненадолго? Я заплачу.

Она посмотрела внимательно: наверное, слишком умоляющий был у меня взгляд и лицо расстроенное.

— Да не надо мне твои деньги. Что ж я, просто так хорошему человеку Интернета не раздам? Делай заказ, что-нибудь придумаем, — махнула рукой тетенька.

Заказывать ничего не хотелось. Но чтобы не обижать добрую продавщицу, купила пирожок с мясом и растворимый кофе.

— Вот, принимай связь. Только ловит тут плохо…

Я уже набирала телефон Оксанки через соцсеть. Руки дрожали, и я не знала, что говорить, потому как понятия не имела, что случилось за время моего отсутствия. Надо как-то аккуратно завести разговор издалека, не рассказывая ничего о мире, в котором побывала. Не по телефону точно.

— Да… Кто это?

— Оксана, это же я! — Голос дрогнул.

Вызов завершился тут же, я даже ничего добавить не успела. Вот же идиотка, а еще подруга, называется. Стало обидно.

Но тут мой телефон зазвонил.

— Лерка, это правда ты? Скажи, что это не имитация голоса, — зашептала Оксанка в трубку.

— Какая еще имитация? Это действительно я.

— Живая, надо же! Живая! Лерка! — Она завизжала так, что я даже телефон от уха отстранила.

— Да живая, живая, — успокоила ее. — Не могу долго говорить. Я приеду ближайшим поездом.

— Твоя квартира опечатана, — шепотом сообщила подруга. — Давай-ка лучше ты пока ко мне. Заодно все расскажешь. Боюсь даже спрашивать, где ты провела все это время.

Ну да, в бункере у маньяка. А что, всякое в жизни бывает. Представляю, как все сбились с ног, разыскивая меня. Но вот почему не нашли, интересно?

— Со мной такое случилось — не поверишь, — выдохнула я. — Но ты не волнуйся, просто это очень… необычно.

— Пришли сообщение, каким поездом будешь ехать, я тебя встречу. Хочу узнать все первая, пока тебя не вызвали в полицию давать показания.

— Ладно. — Я отключилась и задумалась.

Это ведь столько проблем теперь возникнет, если я в розыске. Придется объясняться. А я совершенно не хочу сейчас никому ничего рассказывать. Да и кто поверит в переселение души и другой мир? Никто. Как и в то, что мое тело чудом осталось целым в пещере, где меня наверняка искали. Еще, чего доброго, в психбольницу отправят на реабилитацию. А я совершенно не чувствую себя сумасшедшей.

Я и сама не понимаю, как так вышло, но, похоже, время для меня стояло на месте, и для моих вещей тоже — мой телефон тому подтверждение. Словно то место какое-то заколдованное. Поэтому никто меня и не заметил.

Вот и не верь после этого в магию…

Мне нужно хотя бы несколько дней, чтобы вновь адаптироваться в этом мире и прийти в себя. А уж потом можно восстанавливать жизнь, репутацию и… израненную душу. Ведь чувства в ней остались прежними, и надо как-то смириться с тем, что рядом не будет обаятельного негодяя Роквелла Фланнгала.

Он считает, что я умерла. Не этого ли я хотела — навсегда исчезнуть из его жизни, уйти от него? Все ведь так и сложилось. И он не найдет меня на Земле.

Но почему так больно осознавать, что мы никогда с ним не увидимся?

Время всегда тянулось для меня медленно, лениво листая страницу за страницей моей жизни. А сейчас летело ураганом, и я не успевал опомниться, поскольку сильно боялся, что опоздаю и этому телу уже не понадобится хозяйка.

Всю дорогу вспоминал прощальные слова Леры о том, чтобы я оставил ее в покое, — в них было столько боли и нерастраченной любви.

Она сама тянулась ко мне. А я, ослепленный желанием получить Янтарь, всеми правдами и неправдами сопротивлялся своим чувствам.

Глупец!

Теперь я лишился самого дорогого, что каким-то чудом смог заполучить. И смысла в безграничной власти больше не видел. Зачем она вообще нужна, вся эта власть, если она не даст счастья, не поможет вернуть любимую и я буду сгорать в муках все оставшиеся мне дни?

А вдруг душа не вернулась в тело, а перешла в состояние чистой энергии, и моей Леры больше нет? Ведь нет никаких гарантий того, что она вернулась в свое тело, в свой мир.

В глазах потемнело, и я лишь сильнее заработал крыльями, крепко сжимая девичье тело, как тряпичную куклу. Несмотря на магию, оно не могло протянуть без души долго, и я это осознавал. Как и то, что сама Лера, если она еще существует, может отказаться вернуться в Ардель. Она ведь так хотела попасть домой. Там никто не претендует на квинтэссенцию. И трепать нервы не станет, как делал я все это время.

Но никто не будет любить ее так сильно! И я должен ответить на вопрос, который задала она вчера. Чтобы потом дать право на выбор. Даже если Лера мне откажет, я буду хотя бы знать, что пытался все исправить.

Башни Порога мелькнули чернотой в радужных облаках заката. Чем ближе к ним я подлетал, тем страшнее становилось, ведь я сам нес ничем не защищенный сейчас Янтарь туда, где он больше всего нужен. Мало того, собирался доверить тайну Рэнгвару.

В последний момент стало казаться, что верить вообще никому нельзя. Но и в одиночку справиться с задачей не представлялось возможным.

Как странно, все высшие лорды ратуют за одно, но при этом каждый из нас сам по себе. Мы ведь даже поговорить начистоту друг с другом не можем, опасаясь, что этот разговор станет последним. Рэнгвар поступал так же, как и я, хоть я и видел в нем нечто особенное. А мне, чтобы вытащить Леру обратно, придется почти напрямую заявить, что я против этой системы и собираюсь нарушить одно из главных ее правил.

Силы великого Даргейна, у меня ведь и выхода нет!

Если ничего не получится, то не нужен мне этот титул и жизнь тоже не нужна. Без Леры она утратила всякий смысл.

Неужели я обязательно должен был потерять ее, чтобы все понять? Или это наказание за мою гордыню, за всех предыдущих девушек, которых я использовал? Они выполнили для меня свою миссию, и я отпустил их, не став убивать, как иногда делал Дерент. Даже не знаю, что с ними стало, с момента последнего раза прошло уже несколько лет, я обеспечил их деньгами и забыл. Кажется, две из них еще живы, но эта жизнь лишена красок. Как, впрочем, и моя теперь.

На некоторое время мы залетели в дом клана, где я переоделся в более комфортные для итхара вещи. Но при этом не спускал глаз с тела Леры, все казалось, стоит отвернуться — и оно тоже исчезнет. Потом вышел на террасу, где ждал Диверкус, который всю дорогу посматривал на меня так, будто я ненормальный. Наверное, таким я и выглядел — слегка ненормальным от любви, что не могла найти себе выход и терзала душу.

— Лети во дворец Совета Конгломерата, выясни, кто сейчас находится в Квинториуме, только очень осторожно, не создавай шум, — быстро приказал помощнику.

— А ты куда? Долго будешь возиться с этой девкой? Мой тебе совет: забирай Янтарь, пока она в отключке, сам же говорил, защиты почти нет. И сразу лети в зал Чаши. Иначе эта девица принесет тебе одни проблемы.

— Нужно кое с кем встретиться, потом поговорим, — уклонился я от прямого ответа.

Не слишком мне понравился тон Диверкуса. Конечно, он часто бывал резким, но сейчас в нем прозвенели новые фанатичные нотки, которые насторожили.

Диверкус прищурился, а затем взмахнул крыльями, направляясь к центру Квинториума. И вскоре скрылся в темноте, набросившей на город плотное покрывало, сквозь которое сегодня даже не просвечивали звезды.

Я тут же вылетел, сделав обманный маневр, пролетел низко над пропастью и пошел на сигнал артефакта, почувствовав через него зов Рэнгвара.

Мы встретились со Стайвом неподалеку от башни Порога, на улице города, большинство зданий которого давно пустовало.

Квинториум всегда выглядел мертвым, оживляясь лишь при собраниях Конгломерата. Итхары расселились по Арделю, здесь оставались те, кто прислуживал высшим, либо совсем старые жители. Но почти каждый из наших мужчин хоть раз да бывал в Квинториуме — совершал паломничество в город предков, чтобы узнать, кто мы такие и за что боремся.

Я и сам когда-то прилетел сюда с отцом. И помню свое восхищение грандиозными строениями, аналогов которых не было в Арделе. Тогда я впервые осознал наше превосходство, понял, ради чего крутится каждый винтик в сложном механизме управления, ключом от которого был, несомненно, Янтарь. Тогда я еще не знал, куда приведет меня фэргарра — личный путь каждого из нас, или Судьба. Не думал, что стану высшим лордом Конгломерата. И уж тем более не догадывался, что буду готов бросить все это ради любви, рискуя жизнью.

Ведь еще никого не выпустили из этой системы просто так.

— Что происходит, Рок? — выступил из тени Стайв Рэнгвар. — Кого ты принес? — Он хотел было съязвить, но заметил мою обеспокоенность. — Что-то серьезное случилось?

— Мне нужно спасти эту девушку. Маги из грэмвилльской академии применили чары, задерживающие ее смерть. Ее отравили норгамусом, — хрипло ответил я.

— Она для тебя так важна?

— Очень важна, — признался я. — Рэнгвар, я больше не могу никому сказать. Мне кажется, ее отравил Шайн Дерент. Не сам, конечно, а хотел убить с помощью своего агента. Перед этим погиб королевский оракул, и это тоже сделал кто-то из итхаров, хотя столь важные действия обычно обсуждаются на Совете. Странные дела происходят. Я пришел сюда один, никто не знает, где я, даже Диверкус. Я отправил его в здание Совета. Я никому не верю.

— Вижу-вижу. Впервые ты такой странный, — задумчиво почесал он когтем лоб.

— Помоги с противоядием, прошу. Потом расскажу тебе остальное.

— Ладно. Идем отсюда, пока нас не заметили. Не стоит афишировать присутствие человечки в Квинториуме. — Стайв поманил меня за собой. — Я знаю, что это за яд, в хранилище под башней было от него противоядие.

— Да, мы ведь использовали его однажды, чтобы спасти Менгара, принца Вастхальда, когда произошла ошибка. Именно поэтому я к тебе и обратился.

— А мне кажется, не только поэтому. Долго длится это состояние? — указал он на мою ношу.

— Часов десять, я вылетел сразу же, как только смог ее забрать, — поморщился я, с болью вспоминая, как все было. — Магистр сказал, чар хватит на несколько дней, но нет гарантии, что они не закончатся раньше, ведь и действие норгамуса непредсказуемо.

Мы вошли в подвал какого-то здания, и Рэнгвар толкнул двери, которые я бы даже не заметил. Несомненно, он лучше меня знал Квинториум, поскольку часто здесь бывал, изучая различную информацию. Раньше я не понимал, зачем копаться в старых зданиях, где давно никто не проживает. Часть из них разрушена; другие, такие, как главные строения города, еще держались, но лишь за счет магии.

За дверью оказался коридор без единой лампы, но мне и не требовался свет. Я шел вслед за Рэнгваром, иногда передергивая крыльями и по-прежнему прижимая к себе тело Лерэйн. Именно оно служило напоминанием, как мало времени мне отведено на самом деле. И как много нужно сделать, чтобы вернуть мою Леру.

Оказавшись в новой части подземелья, я понял, что оно относится уже к другому зданию. Это хранилище, где нам иногда приходилось бывать, чтобы взять то или иное магическое средство. Мы попали в него изнутри, миновав охрану.

Отреагировав на передвижения, включился свет. Я огляделся, рассматривая полки, заставленные такими зельями и снадобьями, что людям даже и не снились. Многие из них еще ни разу не использовались. Итхары любили неожиданно менять тактику.

— Положи девушку, что ты вцепился в нее, как тиор в свою жертву? — Стайв указал на стеллаж. Сам он открыл древнюю книгу, чтобы найти нужное снадобье в списках.

Мне пришлось дать себе мысленного пинка.

Я оторвал от себя девушку, как бесценное сокровище, опустил на гладкую поверхность, сам присел рядом, сжимая когтистой рукой ее едва теплые пальцы, словно пытался таким образом не потерять связь. И вдруг нащупал что-то твердое, чего не заметил сразу. В подкладке юбки оказался внутренний карман, а в нем — тот самый камень, что она везде таскала с собой. Так вот где она его прятала!

Я сжал камень в лапе, вдруг почувствовав надежду. В кварците заключался кусочек важной для меня души Леры. И этот камень был единственным, что теперь нас связывало, как артефакт для передачи.

Стайв покосился на меня и усмехнулся:

— Вот, нашел противоядие, сейчас достану.

Я неотрывно смотрел, как этот итхар отыскал нужную полку, взял зелье. Он протянул его мне с пытливым выражением лица.

— Только медленно. Вливай по одной капле до самого конца, пока она не очнется.

— Кхм… — Я даже закашлялся, но средство все же взял. — Она не очнется, Стайв. Это только тело, в нем нет души. Я недаром спрашивал тебя о Земле. Так вот, в теле этой девушки была душа из того мира. Но в момент шока после отравления душа ушла. Кажется, она вернулась в свой мир. А мне нужно найти ее. И я… я хочу вернуть ее обратно.

— Вот в чем дело! Ты с ума меня сведешь. Лучше говори, как есть, а то я совсем запутался.

— Вот и я запутался, Стайв, — вздохнул я, уже вливая в рот неподвижного девичьего тела противоядие, как и велел Рэнгвар.

— А она действительно непроста. Иначе ты бы так с ней не возился. Кажется, в теле есть Янтарь? — довольно резко спросил Стайв Рэнгвар.

Он шагнул ближе, желая взглянуть на мое сокровище. Я дернулся, накрывая девушку своим телом, — сработала реакция защиты.

— Рок, да что с тобой? Я не трогаю ее. И уже тем более не претендую на твой Янтарь. Я помочь тебе хочу!

— Я люблю ее, — мотнул я головой. — Ту… которая ушла в свой мир. И с ней связана тайна, которую я должен разгадать. Из-за нее и оракула убили. Это что-то важное для нас всех, иначе Дерент бы так за ней не охотился.

В оранжевых глазах лорда мелькнуло изумление.

— Я ее не трону. Обещаю. И никому тебя не выдам. Но если хочешь, чтобы я помог тебе, то должен мне верить. Иначе ничего не получится. Знаю, это сложно, но ты сам уже сделал первые шаги.

Я нервно ударил по полу хвостом. Потом кивнул.

— Ты понимаешь, что нас самих используют? Никогда об этом не задумывался? Откуда, по-твоему, в Арделе взялся Янтарь?

— Понятия не имею. Никогда этим не интересовался.

— А я интересовался, еще как. Нас будто специально отдаляют друг от друга. Мы живем общинами, при этом каждый итхар другому враг или подчиненный. Эта вертикаль власти создавалась намеренно. И Янтарь — важное звено, чтобы держать все под контролем. Дурман, ради которого мы готовы на любые жертвы. Почему высшим лордам запрещено заводить семью, испытывать обычные чувства? Это делает нас такими же, как и остальные, зависимыми от кого-то. И девушки-носители не виноваты, что им досталась эта квинтэссенция. Будто кто-то специально разбросал ее во времени и пространстве ради какой-то цели. Но вовсе не той, о которой знаешь ты или знаю я.

Я резко повернулся, взглянув на Рэнгвара. Было неожиданно слышать от него подобные речи. Я и сам частенько задумывался над тем, что происходит, и он будто расставил по полочками мои рваные догадки.

— Давай вернем ее.

— Знать бы, как это сделать. Нужно как минимум создать новый портал. А на это требуется энергия. Думаешь, все так просто? Я сам еще разобрался, хотя нашел довольно много заклинаний.

— Кристаллы башен Порога несут огромный запас энергии.

— Я о них и подумал. Заканчивай с противоядием, пойдем в северную башню, главное, чтобы никто нам не помешал.

— Прости, что втянул.

— Да я и сам хочу выяснить правду, зря, что ли, здесь ошиваюсь, забросив все дела. Кажется, эта ночь будет не самой простой.

Перво-наперво мы заскочили в тайное жилище Стайва.

Помимо зданий, в которых останавливались члены его клана, он оборудовал себе уютный уголок в одном из заброшенных помещений, где хранил найденные магические артефакты, старые книги. Перед тем как открыть дверь, Рэнгвар остановился, посмотрев на меня. И в этом взгляде я прочитал следующее: «Теперь мы с тобой заодно и должны доверять друг другу, мы не можем отступить и просто сдаться».

Он прихватил несколько книг, свои записи с заклинаниями, пересыпал в кожаный мешочек небольшие кристаллики, назначения которых я не знал.

Мы не стали задерживаться.

— Никого, можно выдвигаться.

— В северную башню? — уточнил я, всматриваясь в темноту. Почему-то постоянно казалось, что за мной следят. У меня уже развивалась фобия.

— Именно. Содержимое башен Порога сильно отличается друг от друга. Кристаллы силы — все, что их объединяет. Одним из них мы и воспользуемся.

— Уверен, что получится? — осторожно спросил я.

— Я ни в чем не могу быть уверен, это эксперимент. Но ты ведь хочешь вернуть свою женщину, поэтому придется рискнуть. В конце-то концов, если портал не откроется, мы ничего не потеряем. Полетели, ночь ведь не бесконечная, днем незаметно проникнуть в башню будет куда сложнее. Там почти нет охраны, и в башню Порога никто не сунется без одобрения одного из высших лордов. А сегодня в Квинториуме из лордов Конгломерата ты да я.

Действительно, и чего это я так испугался? Лордам разрешено посещать башни Порога в любой момент. У меня уже совсем ум за разум заходит. Я ведь один из главных итхаров Арделя, мне дозволено все. Хотя боялся я не за себя, а за то, что кто-то может мне помешать.

Неподалеку от башни действительно дежурили трое итхаров.

Пока я держался в стороне, Рэнгвар отправился к ним и о чем-то стал говорить. В этот момент я активировал звуконепроницаемый щит из воздуха и пронес девушку внутрь. То, что башню решил посетить один из лордов, не вызовет подозрений. Вот два одновременно, да еще и с человечкой на руках, — это уже странно. А так никто не будет знать, что я нахожусь здесь.

Стайв догнал меня через несколько минут, когда я уже поднимался по лестнице. Мы вместе вошли в зал, под потолком которого крепился большой кристалл силы. Высотой с итхара, прозрачный камень в этот момент выглядел почти черным, ведь за круглыми окнами простиралось лишь ночное небо. Днем кристаллы меняли цвет в зависимости от погоды и прочего.

Я еще не бывал в этой башне и всегда полагал, что они одинаковы. Но понял, что это далеко не так, как и говорил Рэнгвар.

Серый каменный пол, отшлифованный до зеркального блеска, — вот и все, что я тут увидел. Никакой мебели и прочих предметов интерьера.

Все остальные помещения находились на нижних этажах. Но в окна сверху видно только сам кристалл. В них не протиснется ни один итхар. Пока мы в относительной безопасности, если учесть, что в ближайшие дни встреч Конгломерата не намечается.

— Отличное место для ритуала. Что ж, мне понадобится твоя помощь. — Рэнгвар опустился на колени, открыв свою книгу.

Я наконец-то расстался с драгоценной ношей, положив ее на пол, сам подошел к Стайву.

— Здесь нарисована схема, которую нужно воспроизвести.

Я заглянул в записи, оставленные неизвестным итхаром, заметив изображение пятилучевой звезды.

— Хочешь собрать ее под кристаллом?

— Именно так, причем центр ее должен попасть под пересечение лучей, чтобы энергия распределялась равномерно. Там будешь находиться ты. Попав обратно, души займут свои тела. Мне кажется, это не очень сложно.

— А мне самому зачем там быть? Ты недоговариваешь!

Рэнгвар оторвался от книги и ухмыльнулся, оскалив клыки.

— Интересно, и как ты хотел отыскать нужную душу? А? Ты об этом ни разу не задумывался?

Я расправил крылья, пытаясь стряхнуть напряжение.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что тебе придется отправиться за ней на Землю лично. Найти, сделать так, чтобы ее душа согласилась выйти из тела. Иначе ничего не получится. Вы не сможете просто общаться через портал.

— И как я ее найду? Я даже не знаю толком, как она выглядит в том мире! — опешил я от его слов.

— Что-то ты ведь о ней знаешь? — Он вопросительно взглянул на меня. — Неужели она ничего о себе не рассказывала?

— Имя настоящее знаю — Лера. Еще некоторые факты. Но вряд ли они мне помогут, — проворчал я, совершенно не понимая, как быть дальше.

Когда просил Стайва о помощи, все казалось элементарным: я вызову душу Леры, мы пообщаемся, и я уговорю ее ко мне вернуться. Даже не представлял, что этот хитрый итхар хочет забросить меня в совершенно незнакомый мир.

— Хорошо бы сразу направить портал в нужное нам место, как можно ближе к женщине. Но для этого понадобится нечто… что может привести к ней. Как компас, магнитная стрелка которого всегда указывает север.

Я встряхнулся, а потом уставился на тело девушки, пребывающее в состоянии, близком к смерти, когда все органы работали на минимуме, лишь поддерживая в нем жизнь. А потом, как молния, пришло озарение.

Я достал из сумки на поясе камень, подав его Рэнгвару:

— Она его одушевила, в нем ее частичка. Он укажет верное направление!

— Где ты его взял? — удивился Стайв, рассматривая кварцит.

— Не важно!

На несколько секунд Рэнгвар задумался, а потом воскликнул:

— Гениально, Рок! Мы включим его в магическую схему, использовав как переходник. Душа потянется к душе, создав переход не в случайном месте мира, а выберет из всех слабых точек в межмировой оболочке ближайшее к твоей Лере! Ты ведь помнишь, я рассказывал тебе, где чаще всего образуются порталы. Но таких вариантов много, любой может сработать.

— Конечно, это облегчает мне задачу. И как долго, по-твоему, портал продержится открытым?

— Сильно не обольщайся. Трое суток, не больше. Но сразу учитывай, что в том мире время может идти иначе.

— Великий Даргейн! Во что я ввязываюсь? — Когти впились в ладони, прорывая кожу. — Наверное, это самая безрассудная идея, что могла прийти мне в голову.

— Это самая умная мысль, которую ты когда-либо изрекал. Ты совершенно прав: девчонка непроста, раз кто-то ей так сильно интересуется. И нам нужно вернуть ее обратно. Я останусь здесь, буду контролировать процесс и прослежу, чтобы никто не сунулся в башню. Но ты уж постарайся побыстрее. Сам понимаешь, как мы оба рискуем. Но раз кто-то из древних уже делал это, то и у тебя получится. Пока портал открыт и магия действует, ты можешь вернуться в любой момент.

Он еще что-то объяснял, я запоминал на автомате.

Я уже и так принял решение — во что бы то ни стало найти свою Леру. Даже если застряну в том мире навсегда. Пусть даже на поиски уйдут годы, все равно отыщу ее, чтобы больше никуда не отпустить. И мне совершенно все равно, как она там выглядит и как буду выглядеть я. В прошлый раз Стайв говорил, что тело, в которое может попасть душа, должно иметь схожие показатели. То есть я в любом случае попаду в тело мужчины, как и Лера попала в тело Лерэйн. А там уж как-нибудь…

В тот момент я настолько отчаялся, что был готов остаться на Земле, поскольку не видел никакой радости от существования здесь без Леры.

Обида на обстоятельства душила, злость на себя самого разрывала изнутри, и я понимал, что сделал все не так, как должен был. Стоило сразу прислушаться к своим необычным чувствам, а не уверять себя, что они пройдут, как только заполучу Янтарь.

Да как я мог не рассмотреть, что все эти эмоции — настоящая любовь, которую итхар способен обрести лишь раз и навсегда⁈ Именно поэтому каждого нового высшего лорда сразу предостерегают о последствиях, советуя держаться подальше от соблазнов. А я так заигрался, что сам не заметил, как влюбился. Но я ни о чем не жалел.

Стало понятно, зачем Рэнгвар взял те кристаллики: он раскладывал их на полу, под артефактом башни Порога, вырисовывая нужный узор по сложной схеме из древней книги. Я помогал, если он просил, но думал при этом о своем. И чем больше думал, тем страшнее становилось.

Однако изменять решение уже не собирался. Я принял его не просто так, понимая, что иначе буду проклинать себя все оставшиеся дни, пока не умру от тоски по Лере.

— Вот и все. Должно получиться. Главное — верь в себя, — хрипло прошептал Стайв, указывая место, которое в этой магической головоломке должен занять я. — Иди, пора начинать. Скоро рассвет. Первые лучи проникнут в кристалл Силы, оживив его, дальше увидишь.

Я кивнул, собираясь с мыслями. И лег на пол, глядя на огромный кристалл, который мог бы придавить своей массой, упади он на меня невзначай. Но граненый прозрачный камень прочно крепился в пазах. Чтобы достать его оттуда, нужно разрушить башню Порога, защищенную древней магией.

В окошке забрезжило утро; небо постепенно светлело. Облака к утру ушли, позволяя видеть на темно-синем фоне последние звезды. Я ждал, пока первый луч доползет до верха башни, чтобы зажечь своим теплом могущественный артефакт.

Страха больше не осталось — только твердая уверенность, что смогу найти Леру. Ведь не зря со мной оказался ее кварцит. Я повернул к нему голову:

— Не подведи! Слышишь? Ты должен помочь вернуть хозяйку!

Будто поняв меня, камень шевельнулся на месте и замер в готовности.

Пока Рэнгвар читал заклинание, я настраивался на переход. Артефакт над головой насыщался оранжевым, пурпурным, лиловым; вниз устремился луч, передавая магию по цепочке маленьким кристаллам. Вокруг вспыхивала магия, закручивая хитросплетение потоков энергии, проникающей и в меня, отдаваясь в каждой клеточке. Меня даже приподняло в воздухе.

Тело Лерэйн лежало чуть в стороне, ведь, пройдя портал, душа по-любому устремится в него как в подходящую свободную оболочку. А пока было важно отправить меня в незнакомый странный мир. Но если Лера адаптировалась в новой реальности, то и я смогу. Ради нее.

— Кажется, получилось. Портал… Я его чувствую, — раздался голос Рэнгвара.

Я прикрыл глаза, пытаясь поймать поток энергии, а потом тоже нащупал своим сознанием нити, потянув за которые, стал отрываться от тела.

Странное ощущение. Тебя нигде нет, но в то же время понимаешь, что это настоящая свобода. Когда не видишь ничего вокруг себя, но все чувствуешь.

Меня подхватило направленным потоком силы, и душа устремилась через портал перехода между мирами.

Казалось, это конец и я навечно исчезну из всей системы мироздания. Но ни о чем не сожалел. А потом и вовсе потерялся в мыслях, образах и картинках. Пока не почувствовал, что меня куда-то затягивает…

Яркий белый свет мешал сосредоточиться на своем состоянии. Сначала расплывчатый, постепенно он обретал очертание нескольких симметрично расположенных кругов, которые я видел через… чьи-то закрытые веки.