Запретные игры (СИ)

35

Я ощущаю, как внутри меня вспыхивает некая тревога, неожиданное появление Немирова вызывает смешанные чувства.

Мы выходим в коридор, оказываясь наедине. Немиров выглядит уставшим, напряженным, словно на его плечах лежит неподъемный груз. Я молчу, давая ему время собраться с мыслями.

— Почему о произошедшем я узнаю от Ромы, а не от тебя? — наконец произносит Немиров.

— Я хотела написать, но на нервах и впопыхах забыла об этом, — честно отвечаю я.

Мы останавливаемся у окна, за которым рябится зимнее утро. Я смотрю на мрачное небо, пытаясь уловить эмоции на лице Немирова. Он по-прежнему молчит, словно борясь с собой, собираясь высказать то, что накопилось внутри.

— Все наладится, Дарин. Он боец. Быстро станет на ноги, — наконец проговаривает Немиров. — Он всегда такой сильный и упорный. Не думал, что увижу его в таком состоянии.

Я просто слушаю, ощущая все то же самое.

Меня цепляет то, что зная Рому совсем немного, Давид проникся к нему и волнуется. Немиров, который всегда казался непоколебимым и уверенным в себе, теперь проявляет свою уязвимость.

— Нам нужно быть с ним теперь, когда он восстанавливается, — продолжает Немиров. — У меня есть возможность помочь ему вернуться к его обычной жизни, к тренировкам, к его хобби.

Желание Немирова помочь трогает до глубины души.

Я ощущаю, что я не одна.

— Спасибо, Давид, — закусив губу, смотрю на него с искренней благодарностью.

Понимаю, что сейчас это единственный человек, которому вопреки всему я все-таки могу доверять.

Немного подумав, достаю свой телефон, открываю вчерашнее сообщение и притягиваю его Давиду.

— Ты думаешь, это правда он может быть? — ощущая поступающую панику, спрашиваю у Давида. — Это ведь… Совсем ужасно.

— Спокойно, — мягко произносит Давид, хотя выглядит в этот момент максимально напряжённым. — Я разберусь с этим. Вы с Ромой в безопасности.

Немиров неожиданно прижимает меня к себе, обнимая.

Его аромат, уже привычный и успокаивающий, обволакивает.

Мои глаза заполняются слезами. Я не могу поверить, что все это происходит. Возможно, даже в самый темный час может появиться свет. Мне так отчаянно хочется верить в какое-то чудо.

— Спасибо, — я слабым голосом говорю Немирову. — Спасибо, что пришел сюда.

Немиров улыбается и кивает головой. Он берет мою руку в свою, и все вокруг нас кажется таким обнадеживающим.

Целый день мы проводим с Ромой, развлекая его, а ближе к вечеру Давид провожает меня до дома.

В этот раз аж к двери квартиры, только я прошу его не подниматься на последний пролет, чтобы отец точно не увидел нас вместе.

Мы молча прощаемся.

Захожу в квартиру и уже понимаю, что атмосфера слишком гнетущая — отец точно уже дома.

— Как Роман? — он выходит в прихожую, когда я разуваюсь.

— Лучше, — нехотя отвечаю я. — Даже улыбается. Можно я завтра снова поеду к нему?

— Ни в коем случае, — строго отрезает отец. — Завтра на занятия. Скажи спасибо, что сегодня позволил тебе прогулять. У тебя конкурс на носу.

— Ты действительно думаешь, что после произошедшего я хочу в нем участвовать? — вопросительно приподнимаю бровь.

— Я не спрашиваю, что ты хочешь, Дарина, — возмущается он. — Спешу напомнить, что вопрос с закрытым колледжем до сих пор открыт. И в последнее время ты делаешь все, чтобы там оказаться.

Он прекрасно знает, что я этого боюсь. Не хочу оставить Рому одного. Именно поэтому использует эту тактику против меня.

Мое сердце сжимается от страха и беспомощности перед отцом. Он всегда был обладателем власти надо мной, контролировал каждый шаг и решение. Я боюсь его разочарования и возможных негативных последствий для Ромы.

Услышав эти слова от отца, я чувствую, как во мне просыпается ярость. Как он может быть таким эгоистичным? Разве ему не важно, что с Ромой произошло? Разве не видит, как я себя чувствую? Я с трудом сдерживаю свои эмоции, чтобы не разразиться скандалом.

Вместо этого, я смотрю на отца с неподвижным выражением лица и спокойно говорю:

— Я просто хочу помочь Роме и быть рядом с ним. Я не могу думать о конкурсе в такой ситуации.

— Он будет под присмотром. А ты займись учебой. Не порть мое имя и репутацию, — отец возмущенно отвечает.

Слушая его, я понимаю, что он никогда не поймет. Он не видит настоящей меня и не заботится о моих чувствах. Он просто зациклен на своих собственных желаниях и ожиданиях.

Хотя это разговор только усугубляет мою боль, я решаю не отдавать ему силу. Я больше не буду позволять отцу диктовать мою жизнь и мои решения. Я должна доверять только себе.

С этой новой решимостью в сердце, я готова бороться за счастье Ромы и себя. Я знаю, что это не будет легким путем, но я не собираюсь отступать. Мой опыт и доверие к Давиду только подтверждают мою веру в то, что я сделала правильный выбор.

— Водителя нашли, — неожиданно произносит отец.

— Что? Как? — аж подскакиваю на месте.

— По камерам вычислили.

Сердце так стучит, будто прямо сейчас вырвется из груди.

— Кто это? — неужели теперь все угрозы позади?

— За рулем была девушка, — отвечает он. — Поссорилась с парнем, забрала его машину, напилась где-то в местном баре и села за руль. Не сложно было найти. Она въехала в ограждение уже на следующей улице.

Я не могу поверить тому, что слышу.

Какая к черту девушка?

Это ведь точно не мой недоброжелатель?

— А теперь спать иди. Завтра в школу. И уроки не забудь сделать.

Я иду в спальню, ощущая смешение страха и решимости. Я не могу просто смириться с мыслью, что моя жизнь может быть ограничена этими страхами и угрозами.

Получается, тот, кто вчера мне писал, вовсе не связан с этим?

Или связан?

Как, черт возьми, понять.

Ложусь на кровать и закрываю глаза, пытаясь забыть обо всем. Но напряжение в моем теле не исчезает.

Перед сном отправляю сообщение на тот самый номер.

«Это не ты сделал»

Ответа не приходит.

Утро наступает, и я просыпаюсь с волнением в груди. Вряд ли я могу забыть о том, что произошло. Ситуация с водителем, которую отец рассказал, вызывает во мне еще больше вопросов. Кто же был злодей, отправляющий мне эти угрозы и пытающийся влиять на мою жизнь и решения? Я чувствую, как злость и беспокойство заставляют мои мысли кружиться вокруг этого загадочного персонажа.

Тянусь рукой за телефоном и сердце сразу замирает.

Новое сообщение.

«Смекалистая марионетка. Так и быть, за то, что быстро докопалась до истины, добавляю к установленному сроку еще две недели. Мне нравится с тобой играть. Но не обольщайся, это будут самые ужасные недели в твоей жизни»