Запретные игры (СИ)

44

Мама за секунду замолкает, а потом я слышу ее тихие прерывистые рыдания. Мое сердце моментально сжимается. Я хочу быть рядом с ней, чтобы обнять и утешить, чтобы сказать, что все будет хорошо. Мы обе много пропустили в жизни друг друга.

— Конечно, дорогая, я буду ждать тебя, — наконец отвечает мама, голос ее дрожит. — Но будь осторожна, не рискуй ничем ради меня. Твоя безопасность самое главное.

— Обещаю, мам, — говорю я, пытаясь подавить собственные слезы. — Я сделаю все возможное, чтобы ничто не помешало нам увидеться.

Давид молча наблюдает за моим разговором, улыбка играет на его губах. Я ощущаю его поддержку и благодарна ему за то, что он позволил мне созвонится с мамой.

Когда я заканчиваю разговор с мамой, возвращаю телефон Давиду с улыбкой вглядываясь в глазах. Мы молча обмениваемся улыбками.

Я знаю, что предстоящие репетиции и выступления будут нелегкими, но теперь у меня есть мощнейший источник силы и мотивации. Мои страхи и сомнения исчезают вместе с уверенностью, что я смогу увидеть маму.

Мы с Давидом прощаемся у моего подъезда.

У меня в запасе остается пару часов, чтобы заняться своими делами и прибраться дома.

Ровно в тот момент, когда я заканчиваю с этим всем, звучит звонок в дверь.

Подходя к ней, испытываю некоторое волнение, но все-таки открываю её.

Леон стоит передо мной с широкой улыбкой на губах и… с цветами в руках?

Да, с букетом голубых хризантем.

— Привет, — немного растерянно произношу я, немного отступая. — Проходи.

— Это тебе, — он протягивает мне цветы.

Принимаю их, но нахожусь в полнейшем замешательстве.

— А какой повод? — подношу их к носу и вдыхаю аромат. Пахнут просто восхитительно.

— Просто хотел сделать приятно, — пожимает плечами, пока разувается и снимает с себя куртку. — Да и извиниться за то, что тебе придется заниматься со мной. Кажется, ты не горишь особым желанием.

— Вовсе нет, — поджимаю губы. — Все хорошо. Проходи. Вторая дверь направо. Я пока найду вазу.

Пока я иду в сторону кухни, чтобы найти вазу для цветов, Леон следует в мою комнату. В воздухе ощущается легкое напряжение. Я не могу понять, как отнестись к такому внезапному жесту. Ведь не так давно я даже предположить не могла, что мы даже заговорим, а теперь он приходит ко мне домой с цветами, всего лишь извиняясь за свое присутствие.

Я нахожу вазу на верхней полке кухонного шкафа и начинаю наполнять ее водой.

Заканчивая наполнять вазу, я осторожно ставлю в нее букет голубых хризантем. Этот цветок всегда ассоциировался у меня с моей мамой, с ее нежностью и любовью. И теперь он приносит в дом еще больше эмоций и тепла.

Направляюсь в свою комнату, где Леон уже устроился и сел на диван. Он смотрит на меня с улыбкой на лице, и я чувствую себя немного неловко.

Я подхожу к нему и сажусь рядом, а затем ставлю голубые хризантемы на стол перед нами. Взгляд Леона закрепляется на цветах. Мы смотрим на них молча, наслаждаясь моментом.

— Приступим, — вздохнув, все-таки произношу я, раскрывая перед нами учебники. — Тебе нужно пару тестов сделать, чтобы я поняла, где у тебя возникают проблемы.

Мы занимаемся около получаса, после чего у меня возникает вопрос:

— А тебе точно нужен репетитор? — хмурюсь, вопросительно оглядывая Леона взглядом. Я бы не сказала, что у тебя есть какие-то значительные проблемы.

— Английский профильный предмет в том вузе, куда я собираюсь поступать, — произносит он, вглядываясь в учебник. — Поэтому да, репетитор мне точно необходим.

— Ну, — делаю небольшую паузу. — Думаю, даже мои знания не дотягивают до такого уровня.

— Ты просто себя недооцениваешь, Дарина, — подмигивает Леон и мы дальше продолжаем изучать темы.

— Кстати, — Леон останавливается у моей двери, когда уже собирается уходить. — А у вас с Давидом это все серьезно? Ну, с твоей стороны.

— Что ты имеешь в виду? — поднимаю на него вопросительный взгляд. Его последние слова звучат как-то странно.

— Я очень хорошо к тебе отношусь, — он немного мнется, будто не хочет чего-то говорить. — Я уже пытался намекнуть тебе, но, видимо, когда люди влюбляются, они становятся немного слепыми.

Его слова начинают раздражать и поднимают в груди волну гнева.

— Или говори, или уходи, — твердо проговариваю я. — Мне не хочется слушать глупые предположения аля “Вы друг другу не подходите”.

Леон пару секунд молчит, будто бы пытается принять для себя какое-то важное решение. Он выглядит непривычно серьезным, отчего я ощутимо начинаю нервничать.

— Возможно, я не должен тебе этого говорить, — хмурится Леон. — Но и просто наблюдать со стороны за тем, как с тобой обращаются я не собираюсь.

— Ты можешь наконец-то сказать, что происходит? — пытаюсь не выдавать волнения, но голос немного дрожит. — Что случилось?

— Старшеклассники на тебя поспорили, Дарина, — неожидано заявляет он. — На достаточно крупную сумму.

— В смысле “поспорили”? — сужаю глаза.