Зловещий художник

Глава 11

Больше всего на свете мне хотелось провалиться сквозь пол, улетучиться через крышу или на худой конец пробить стену и удрать куда-нибудь подальше. Увы, ни один из этих вариантов не был доступен. Я даже не мог выскользнуть в коридор не привлекая лишнего внимания. Из-за тесноты все пути отступления были перекрыты. Считая меня, здесь собралось семеро — дядюшки, отец, кузен, полицейский врач и успевший примчаться из деревни следователь. Для такой маленькой комнатушки это был явный перебор. Даже удивительно, как все мы туда втиснулись. К тому же, в коридоре под дверью ещё торчал дворецкий. Отступать мне было некуда, да и бессмысленно. Схватить с кровати альбомный лист и спрятать в карман — тоже. Его, конечно, уже успели заметить. Тем более, в комнате несчастного слуги не было других предметов, привлекающих внимания.

Будто читая мои мысли, следователь протянул руку и поднял с кровати лист.

— Любопытно. Надо же, все выглядит прямо как настоящее? Я, конечно, не разбираюсь в искусстве… Но, кажется, отличная работа. Что, этот малый умел рисовать?

— Понятия не имею, — пожал плечами отец и позвал дворецкого.

Тот шагнул в комнату и застыл на пороге. Свободного места просто уже не оставалось. На прямой вопрос ответил:

— Я ведь не знаю, чем занимаются все слуги в свободное время, господин граф. Так, только в общих чертах. Но по-моему скромному мнению, вряд ли это его рук дело. Да и где бы он достал такую бумагу? Сразу видно, что дорогая… В деревенской лавочке не купишь.

Наш дворецкий, несмотря на отдельные недостатки, был довольно мудрым человеком и обладал здравым смыслом. Этого у него не отнять.

Следователь по-прежнему заинтересованно рассматривал рисунок. А вот все остальные хранили мрачное молчание. И я догадывался, почему. Вероятно, стоило вести себя как можно тише и незаметней, но я не выдержал:

— Это опять дурацкое совпадение! Меня здесь не было. Вообще никогда! А рисунок украли из моей комнаты!

— Вот как, — пробормотал Зиммель.

— Да, именно так! Просто кто-то старается меня оклеветать. Не знаю, зачем.

И вновь нависла пауза. Судя по лицам дядюшек, обоих так и подмывало заговорить, причем очень громко и темпераментно. Однако они сдерживались из последних сил, чтобы не усугубить обстановку. Если бы не присутствие постороннего человека да ещё и сыщика, точно разразилась бы бурная сцена. На отца я старался не смотреть.

Следователь кашлянул. Я подумал, что сейчас прозвучат какие-то совсем уж запредельные обвинения в мой адрес…

Однако он выдал то, чего я совсем не ожидал.

— Господин граф, я вынужден… — слушатели напряглись, — я вынужден отказаться расследовать это дело.

— Что?! — переспросил отец. — Почему?

— Прошу прощения, но это все не мой уровень. Слишком уж причудливо и запутанно. Мне не по зубам. И выше головы не прыгнуть, — Он положил альбомный лист обратно на кровать и развел руками. — Вот украденное найти или разобраться, кто кого в пьяной драке в трактире убил — это сколько угодно. А такое… нет, не сумею.

— То есть расследование не будет проводиться?

— Нет, господин граф, это невозможно. Два убийства, как-никак. Я отправлю рапорт в город, запрошу помощи. Надеюсь, уже к вечеру вопрос решится. Пусть столичные сыщики приезжают. А я что? Простой сельский следователь. Мне бы до пенсии доработать…

Я пока ещё точно не определился, однако догадывался: это плохая новость. Очень плохая. Видимо, отец придерживался такого же мнения. А я как обычно не смог удержать собственный язык за зубами.

— Пускай приезжают, раз вы некомпетентны. Может, люди со стороны разберутся, почему меня здесь обвиняют во всех грехах! Хотя я ничего плохого не делал!

Кузен Дорф недоверчиво хмыкнул, но под взглядом своего отца поскорей состроил серьезный вид.

— Что ж, господа, — заметно повеселевшим голосом произнес Зиммель, — Теперь остаётся только ждать сыщиков из города. А пока большая просьба никому не покидать замок. Вы же понимаете, это вынужденная мера.

— То есть мы все под подозрением? — уточнил Мариос.

— Так уж положено, оставаться на своих местах. Извините.

— Да никто и не собирался сбегать. Мы же одна семья. В тяжёлые времена нужно держаться вместе.

— Вы совершенно правы.

Зиммель довольно ловко для сельского обитателя поклонился. Вообще после того, как он устранился от расследования, то явно испытывал облегчение.

— И еще, я бы пока опечатал эту комнату. Вы не возражаете, господин граф?

Он обернулся к моему отцу.

— А разве у меня есть выбор?