Зловещий художник

Глава 18

Такая похвала со стороны постороннего человека в другое время стала бы бальзамом на неизбалованную душу творца. Но сейчас буквально все казалось сомнительным.

— Вы уверены насчет точности?

Инспектор широко улыбнулся, блеснув мелкими и ровными белыми зубами.

— Ещё бы! Лично я сразу узнал того паренька, чей труп видел совсем недавно с разных сторон. Ну а вам-то он и вовсе попадался на глаза не один год.

— То есть это убитый слуга?

— Естественно! Присмотритесь хорошенько. Неужели не узнаете? Комната тоже довольно четко прорисована.

Да, если приглядеться, силуэт был знакомым. Конечно, сложновато опознать человека по затылку и лопаткам, но все же… Кусок убогой комнатушки тоже оказался вполне узнаваемым.

— Кстати, — добавил инспектор, — след от удушения был скрыт воротом рубашки. Когда тело нашли на земле под окнами, никто не заметил тонкую полосу на шее. Не было сомнений, что парень разбился. Настоящая причина смерти стала известна лишь полиции. А вот вы угадали, что того бедолагу сначала задушили. Только потом выкинули из окна.

— И что из этого следует?

— У меня пока имеются два предположения.

— Поделитесь?

— С удовольствием. Первая версия: вы действительно обладаете уникальным даром предугадывать преступления. Только выражается оно не через видения или сны, а с помощью рисунков и картин. Никогда прежде не слышал о таком. Но чего только не случается в жизни. Чрезвычайно интересное явление.

Он вдруг замолчал на несколько секунд. Пауза показалась мне бесконечной. Не хватало терпения ждать. А инспектору, видимо, доставляло удовольствие наблюдать за собеседником.

— Почему вы молчите? Договаривайте, раз начали…

— Вторая версия: ваша преступная натура проявляется ещё и в творчестве. Выдает с головой помимо вашей воли. Сперва проявились планы и мечты, связанные с убийствами. А сейчас — воспоминание со совершенном.

— Это ложь!

— Всего лишь версия. Не надо обижаться и так возмущённо смотреть на меня. Тем более, я не рассматриваю ее как главную.

— Ещё бы!

— Вы знакомы с теорией профессора Гринцена? О том, что подсознательное вылезает из человека, как бы он ни старался это скрыть?

— Да кто же не слышал о теориях чокнутого профессора, которого с треском уволили из университета!

— На самом деле у Гринцена много здравых и полезных идей. Просто он не очень удачно их подаёт и не умеет налаживать связи с начальством. Зато в столичной полиции уже лет пять успешно используют некоторые его теории и опросники.

— Поздравляю вас.

Инспектор кивнул, будто не уловив иронии, и продолжил:

— Но, мне кажется, в вашем случае теория Гринцена не подходит. Слишком уж глупо было бы так выдавать себя. А вы не производите впечатление настолько недалекого молодого человека. Скорее, наоборот. Бросать вызов окружающим — это тоже было бы полным идиотизмом. Ведь вы отлично знаете, что не пользуетесь здесь любовью и популярностью. Все скорее поверят в вашу виновность, чем в невиновность.

— А, вы уже успели собрать все сплетни?

— Это часть моей работы. Предлагаю заключить союз. Ваши уникальные способности и знание здешней обстановки плюс мой богатый опыт. Вдвоем мы быстрее распутаем сложное дело. Согласны?

Я задумался над заманчивым предложением. Под ним мог скрываться хитроумный капкан, инспектор мог обвести меня вокруг пальца и обвинить во всех грехах. И все же были шансы наладить с ним хорошие отношения и найти настоящего преступника. Или преступников. Для меня это стало бы оправданием и спасением. И тетя Годория тогда хотя бы была отомщена. Ее убийца не ускользнет от наказания. Ведь можно всерьез на это рассчитывать?

— Хорошо, согласен. С чего начнем?

— Великолепно, я даже и не сомневался в вашем ответе, — Инспектор казался вполне довольным. — Помочь восстановить справедливость — это ведь гораздо лучше, чем сидеть сычом в своей комнате и злиться на родню?

— Да что вы себе позволяете?!

— Не обижайтесь, я просто неудачно выразился. Будем считать, что у вас прекрасные отношения со всеми.

— Отношения ужасные. Но это не касается посторонних.

— Дорогой господин Шэнс, полицейский детектив — не посторонний, а почти что родня. Я должен знать об обитателях замка абсолютно все. Вы мне в этом поможете.

— Я думал, мы будем исследовать места преступлений…

— Они уже исследованы от и до, уважаемый коллега. Я ведь не сидел сложа руки. Дальше работа пойдет своим чередом. Между прочим, могут пригодиться теории профессора Гринцена.

— Ладно, вам виднее…

— А у вас нет соображений, кто хочет вас подставить?

Я пожал плечами.

— Да кто угодно.

— Вы уже довольно много рассказали мне ночью. Но этого недостаточно. Важны все мотивы и отношения. Итак?..

Вот тут я задумался еще глубже. Откровенно говоря, и раньше возникал такой вопрос, но я от него отмахивался. Слишком уж печально осознавать, что любой человек в доме может желать мне зла. Вернее, почти любой.

— Давайте сначала исключим тех, кто в этом НЕ заинтересован. Разве таких людей в замке нет?

— Ну… моя мать, возможно. Она даже заступалась, когда все на меня набросились. Я имею в виду ту дурацкую сцену в кабинете отца… Тогда дворецкий доложил о слуге, который встретил меня в коридоре возле спальни тети Годории. Хотя… если честно, мать тоже меня терпеть не может. Однажды, уже давно, из-за меня рассталась со своим поклонником. У них намечался бурный роман, а я устроил публичный скандал. Правда, это было семь лет назад. Но мать до сих пор меня ненавидит. Наверняка.