[Про]зрение

Глава 5 Неоправданные ожидания

Дождь был сильный, но Егор его не замечал. Он вообще не видел ничего, даже дороги. Егор бы и мимо дома Ильи прошёл, как только что прошёл мимо своего.

— Егор?

Оклик по имени вернул его в реальность, и он обернулся. Илья сидел на скамейке.

— А ты как меня...?

— По звуку. У тебя правая кеда чавкает. Куда разогнался?

— А, не знаю. До конца.

— Ну, там река. Купаться или топиться? Или рыбу ловить?

— Я бы утопился с радостью.

— Эво как... Случилось что?

— Да тут такое... В два слова не поместишься.

— Помещай во сколько сможешь.

Егор присел рядом и закурил. Дерево над скамейкой укрывало от дождя не полностью, но асфальт вокруг и сама скамейка были почти сухими.

Он курил и пытался остановить поток эмоций, чтобы перевести в слова. Илья молчал.

— Вчера Настины родители позвали нас на дачу. Она была не в восторге от этого предложения, но возразить маме не посмела. Я в принципе был не против поездки на природу, да и познакомиться с ними нам рано или поздно надо было — всё-таки мы уже три месяца с Настей встречаемся и полтора из них живём вместе. Дача не очень далеко — час на электричке и минут пятнадцать пешком.

Он снова закурил. Илья молча ждал продолжения.

— Ну дошли мы до дачи, познакомились. Вполне милые родители у неё. Настю мама сразу утащила салатики крошить, на стол собирать, пока мужчины мясо жарят. Пожарили мы шашлык, батя её меня порасспрашивал — кто да чем занимаюсь, какие намерения к Насте. "Намерения, говорю, самые серьезные. Проверим чувства бытом, да на свадьбу поднакопим". Как раз — Насте последний курс остался, да там занятий уже мало, можно совмещать, она и сейчас уже на лето работать устроилась. Ну он вроде мне поверил. Дожарили мясо, пошли к столу. И началось... К застолью бутыль прилагалась, причем именно бутыль, самогона, мутного, двухлитровая, как в фильмах показывают. Настя сделала вид, что вообще не пьёт, мать с отцом пили на равных, я после третьей сказал, что мне хватит. Родители её на меня сразу как-то по-другому смотреть начали. Потом батя её на ровном месте раздул спор про налоги. "Вот, к примеру, строят они тут мост новый, миллиарды вбухивают! А у нас в деревне дорога разбита ещё с девяностых. Где логика? На понты деньги есть, а на людей — нет!" Я ответил, что мост — это стратегический объект, он экономику всей области поднимет, и что деньги на дороги должны выделяться отдельно, а не вместо чего-то. "Какая нахрен экономика?! — Отец Насти ударил кулаком по столу. — В карман чинушам, вот куда эти миллиарды пойдут! А ты, я смотрю, их защищать вздумал! Значит, ты с ними заодно! В своём доме я такого не потерплю и Настю за тебя не отдам!" Потом вообще чуть не драться полез. Ну я вышел за калитку и на станцию... Проплутал маленько, но за полчаса дошёл, на последнюю электричку успел. А Настя там осталась... Вот ты что про экономику думаешь?

— Я - про экономику? Если честно — не думаю. Ты закури ещё, а я тебе анекдот расскажу.

«У офисного здания на крыльце нервно курят два претендента на вакансию. Один другому:

— Не взяли?

— Не взяли... Ватник проклятый!! Нормально так всё шло, а потом он бах и спрашивает — а как я отношусь к присоединению Крыма? Я честно сказал, что это всё козни Путина и что Россия ещё заплатит за это. И сразу — всё, до свидания, вы нам не подходите. Нормально, да?!

— Не, подожди, ты путаешь что-то... Этот гад же — либераст полнейший! Он и меня про Крым спросил... Я чётко сразу ответил, что Крым наш и надо пасть затыкать всем, кто только вякнет о целостности нашей территории!! И да, сразу тоже попрощались, что за фигня вообще?

В это время из здания выходит вполне довольный третий претендент. Первые двое к нему:

— Ну что, не взяли?

— Да почему, взяли... Нормальный мужик такой...

— Подожди, а про Крым спрашивал?!

— Спрашивал...

— Ну, а ты что сказал?!

— Сказал, что я на работе политику не обсуждаю...»

— То есть ты думаешь, что он специально меня провоцировал, проверял? Да ну, не. Он не может так продуманно — он же работяга простой, не гроссмейстер, чтоб на несколько ходов вперёд думать.

— Это ты с чего решил? Настя рассказывала?

— Да нет, она вообще про них не особо распространялась. Живут в области, она поступила в институт и жила в общаге. Сейчас вот мы с ней съехались.

— То есть ты по внешности да по самогонке вывод сделал, что они работяги?

— Ну да.

— Горяч ты парень, да скор на выводы. На даче, как и в бане все выглядят одинаково. У моей бабушки сосед по саду был, дядя Витя. Всегда в майке-алкашке и трениках с пузырями на коленках. И с субботы на воскресенье любитель стресс снять, кроме самогонки тоже ничего не признавал. А потом он меня на работу устраивал, на мой первый завод — главным инженером работал. Я его после только в костюме с галстуком и видел... Пойдём-ка лучше кофе выпьем.

Не дожидаясь ответа, Илья разложил трость и пошёл к подъезду, открыл дверь и, придерживая, обернулся. Егор встал со скамейки и побежал к подъезду.

«А правая кеда действительно чавкает», — подумал он на бегу.

Отпустив дверь, Илья вошёл в подъезд и, почти сразу, сложил трость. Он поднимался неспеша, опираясь на перила левой рукой, сложенную трость держа в правой. Егор медленно поднимался следом.

Илья открыл квартиру единственным ключом на брелке, привычно быстро нащупав замочную скважину. На предложение помочь он остановил жестом, подняв руку вверх.

Разувшись в темноте коридора, Илья привычно прошёл на кухню, а Егор замешкался.

— Илья, где выключатель?

— Ох, прости. — он на мгновение задумался и, вспоминая, махнул левой рукой. — Слева, на уровне пояса посмотри... Работает?

— Да, нашёл, спасибо.

— Егор, сам понимаешь, давно не пользуюсь. Меня даже из Энергосбыта приходили проверять как-то — слишком резко показания счётчика снизились. А мне кроме музыкального центра и холодильника больше пользоваться и нечем.

— Давай может я кофе сварю? Я вчера пробовал по твоему рецепту — так действительно вкуснее получается.

— Рецепт? Скажешь тоже. Так, оптимальный набор действий для приготовления хорошего кофе.

— Ну так что? Я сварю? А ты оценишь — получается ли.

— Сваришь, но не сегодня. Кофе впитывает психическую энергию, того, кто его готовит. Вообще любая еда впитывает, но кофе особенно. — Говоря это Илья насыпал кофе в турку и залил водой. — Нет, ты не думай, что после того, как я потерял зрение у меня открылся третий глаз и я стал видеть энергетические потоки. Но то, что вкус кофе зависит от настроения того, кто его готовит я заметил давно, ещё зрячим. От настроения и от отношения к тому, для кого готовит. Поэтому кофе, сваренный не тобой, но лично для тебя, вкуснее почти всегда. Отсюда совет — не заказывай кофе у официанток. Всегда иди за бар и пообщайся с баристой. Если он в тебя не мечет молнии глазами и не рявкает на официанток, то кофе обещает быть вкусным. А ты сейчас в таком состоянии, что кофе тебе лучше пить сваренный другим для тебя.

Закончив говорить, Илья разжег плиту, бросил сахар на кофе и, подождав несколько секунд, и поставил джезву на огонь.

Егор молчал и обдумывал услышанное. Эта информация его как-то странно ошеломила и отвлекла — он совершенно забыл про все события уходящего дня, которые и привели его сегодня на эту кухню. Сейчас ему стало казаться, что что-то подобное, относительно того, кто готовит кофе, он всегда чувствовал, но не осознавал и не придавал значения.

— Кофе готов. Налей, пожалуйста. И пойдём на балкон.

Егор вошёл на балкон с двумя кружками, одну поставил на подоконник, вторую протянул Илье, чуть коснувшись его свободной рукой и негромко позвав по имени.

Илья аккуратно взял чашку наощупь и сделал маленький глоток.

Егор тоже сделал глоток из своей чашки.

— Вкусный кофе. У тебя какой-то особый сорт.

— Самый обычный. Соседка работает в магазине. У них регулярно проходят всякие акции и хороший кофе за полцены продается. Поскольку они почти раз в месяц, то можно всегда пить хороший кофе за полцены.

— А я как-то не отслеживаю эти акции, покупаю какой понравится.

— Если бы всё человечество лишилось визуального восприятия товаров и перестало ориентироваться на внешний вид упаковки профессия маркетологов просто бы исчезла за ненадобностью. Мы очень много воспринимаем через глаза. Иногда чересчур много. Бывают моменты, когда моя слепота становится преимуществом. Но если бы у меня был выбор — я бы выбрал зрение. Даже зная то, что оно меня обманывает и я вижу вещи не так, как на самом деле. Мы живём в плену оптических иллюзий. Вот человек надел дорогой костюм, часы, перстни, галстук и прочие аксессуары и сел в дорогую машину — и он уже нам кажется богатым. А за этим блеском лишь большой кредит и пустая душа. Когда человек не может быть богатым, он пытается казаться. Есть даже психологические уловки, что начни казаться, а потом станешь. Чушь. Воспринимать у нас привыкли по одежке, да, но сущность можно понять за пять минут... Даже не общения. Просто пять минут рядом. И наступает момент разочарования. Разочарование, если ты не задумывался над этим словом, это когда исчезает очарование. А очарование — от слова чары. То есть тебя сначала очаровали, заколдовали то есть, а потом чары развеялись, и ты увидел всё как есть, без прикрас, гипнотического внушения и прочей мишуры.

А ещё разочарование — это неоправданные ожидания. И тут две возможных ситуации — он дал тебе основания этого от него ожидать, или это исключительно твои предположения, потому что ты сам на его месте поступил бы так. В шахматы играешь?

Илья говорил так негромко и размеренно, что Егор был почти загипнотизирован его монологом. Он вздрогнул, словно очнувшись, посмотрел на кружку в руке и сделал глоток.

— Да. Немного. Не очень хорошо, если честно.

— Знаешь, в чём проблема всех играющих «не очень»? Они сразу думают — я пойду так, а он вот так и тогда я так, так и вот так. А противник ходит неожиданно. Неожиданно для тебя, но логично для себя. Он понятия не имеет, что ты ждал совсем другого хода. А шахматы — это ведь упрощённая модель мира. Пусть древнего, персидского, но мира. А принципы мироустройства изменились не сильно. Ну королей сменили президенты. Но если пешка не может прыгнуть далеко вперёд, а лишь только на одну клетку, то и в жизни почти так же. Ни один слесарь ещё не стал президентом. Нужно постепенно дойти до последней горизонтали.

— Если раньше не съедят, ага.

— Ну да. Не каждой пешке удается дойти до конца. Так вот, как говорил Эйнштейн — все мы гении, но если вы будете судить рыбу по возможности взобраться на дерево, то она проживёт всю жизнь, считая себя ни на что не способной. Вся агрессия в мире от неоправданных ожиданий. Мир переполнен ожиданиями. И в этом вся проблема мира. Мы. Все. Чего-то. Ждём. Мы ждем от природы солнечных дней в выходные, но в субботу и в воскресенье идет дождь, мы злимся — природа не оправдала наших ожиданий. Карманник вытащил кошелек. Мы злимся — мы рассчитывали потратить эти деньги, и уже спланировали, как и на что. А еще мы ожидали от других порядочности. Что все окружающие не лазают по карманам. Мы же не лезем в чужой карман? Мы думаем, что все так не делают. Мы думаем, что все люди такие же как мы. Мы не позволяем другим быть собой, мы хотим видеть в них себя. Мы ОЖИДАЕМ, что они такие же как мы. А они — другие... Идём дальше — карманник тоже злится! Злится, что денег в кошельке меньше, чем он ОЖИДАЛ. Его поймали и осудили. Он ОЖИДАЛ, что его не поймают. Его ожидания не оправдались, и он злится. А еще как результат ожиданий есть другой побочный эффект — всё, что тебе дают, делают, что с тобой происходит принимать как должное. Мир мне ДОЛЖЕН давать всего и побольше. И если что-то случилось — то это само собой разумеющееся. И тут, как говорят, кажется, буддисты, нет ожиданий — нет разочарований. Вот ты чего ждал от этой поездки?

— Ну не знаю. Вроде бы ничего. Ну думал познакомлюсь с Настиными родителями, переночуем на даче, проведём выходные на природе и в воскресенье вернёмся.

— Мы ничего не можем знать наверняка, мы можем лишь предполагать исходя из того, что известно. Чем меньше известно, тем ошибочнее предположения. Что ты знал про её родителей?

— Кроме того, что у них есть дача и у её отца скоро юбилей, вроде и ничего.

— Они тоже, вероятно, ожидали, что ты будешь выглядеть по-другому. И вести себя по-другому. Они тоже не могут представить, что есть люди с другой точкой зрения. Что есть люди, которые реальность воспринимают иначе. И факты знают другие. И поэтому их интерпретация отличается. И сейчас ты предполагаешь, что твой уход заставил его задуматься, а он думает, что раз послушался и ушёл — значит слабак, мямля. А с другой стороны, стерпи ты и останься было бы не лучше — прогнулся, точно слабак. Готов соглашаться со всем, чтобы быть с их дочерью. Потому что она — королева, а ты дерьма кусок и их дочь достойна лучшего. Но это всё предположения. Советую выкинуть их из головы и не воспринимать серьёзно. Вот что дальше, как думаешь?

— Не знаю. Сейчас кофе допью и домой пойду. Утром Настя приедет и будет ругаться, что поссорился с её отцом.

— Или она уже дома и места себе не находит, а тебе скажет, что ты молодец и её отец просто хам, который привык, что ему никто не может возразить и ты всё сделал правильно.

— Хм. Даже не верится.

— Ну это почти два крайних варианта. Советую просто их иметь ввиду, как пограничные. Реальность редко переходит крайности, обычно она посередине.

Егор закурил, обдумывая услышанное. Илья молчал и лишь дробный стук дождя по карнизу нарушал тишину.

— Как много информации для одного дня, — Егор выкинул сигарету в открытую створку застеклённого балкона. — Можно я разрушу твои ожидания и не уйду прямо сейчас?

— Можно. Есть хочешь?

— Вообще да. Я же там почти и не поел.

— Сейчас приготовлю.

— Может я?

— Ещё не стоит — тут почти как с кофе. Хотя можешь немного побыть моими руками.

Егор забрал бокалы, и они вернулись на кухню.

Илья достал маленькую кастрюлю из шкафа, наполнил водой из крана, проверил уровень рукой, чуть-чуть отлил, снова проверил и, удовлетворившись, поставил на плиту. Посолил, разжег газ, из другого шкафчика достал коробку, вынул из нее один рис в порционном пакетике, бросил в воду, потом, словно опомнившись, достал и бросил второй.

— Принеси, пожалуйста, котлеты из холодильника.

Холодильник у Ильи стоял в коридоре — на кухне места для него практически не было.

Взяв у Егора упаковку котлет, Илья наощупь оценил их размер, положил на тарелку три, остальные вернул Егору.

— Убери, пожалуйста, в холодильник.

Когда он вернулся, Илья уже щелкал кнопкой СВЧ.

— Двенадцать, тринадцать, четырнадцать. Глянь, семь минут, всё правильно?

— Шесть пятьдесят пять.

— Ну всё, можно пока еще кофе сварить. Вот как-то так я себе и готовлю. При нашем развитии техники сейчас быть слепым не так тяжело. Колоть дрова и готовить в печи сто лет назад было бы для меня практически невозможно. А сейчас легче. Вспомни, как часто ты смотришь на то, что делаешь? Слепота, в данном моменте, добавляет осознанности. При невозможности увидеть даже уровень воды в кастрюле приходится определять это на слух или рукой. Акустически и тактильно то есть, — Илья улыбнулся.

... Егор вернулся от Ильи под утро, когда уже рассветало. Насти дома не было. Он рухнул на диван, не раздеваясь и практически моментально провалился в сон.