Обряд очищения после исцеления от цараат и смысл этого обряда

Обряд очищения после исцеления от цараат и смысл этого обряда

В один прекрасный день подвергнутый изоляции обнаруживал, что признаки нечистоты (два белых волоска

или участки живого мяса на пораженной области) исчезли. Тогда он призывал коэна, дабы тот осмотрел его.

Коэн обязан был прийти в тот же самый день; если он не находил никаких признаков нечистоты, то сразу же

начинал обряд очищения.

По его приказу приносили глиняную чашу, не бывшую в употреблении, и двух живых птиц, одинаковых по

внешнему виду. Он наполнял чашу свежей ключевой водой и умерщвлял над ней одну из птиц, выжимая из

нее кровь до тех пор, пока эта кровь не окрашивала воду. Тело птицы закапывали, ибо мясо ее было

запрещено к употреблению.

Затем коэн соединял вместе четыре предмета, которые надо было окунуть в смешанную с кровью воду:

1) ветку кедра,

2) травинки иссопа,

3) шерстяную нить, окрашенную в темно-красный цвет,

4) живую птицу.

Темно-красной нитью он связывал вместе кедровую ветку и иссоп.

Держа в одной руке их и птицу, он одновременно окунал все это в глиняную чашу. Затем этой связкой он

семижды окроплял тыльную сторону ладони очищаемого. И, наконец, за городской стеной птица

выпускалась на волю.

Мистический духовный смысл этих действий, предписанных Творцом для очищения от цараат, лежит вне

нашего разумения.

Но, тем не менее, опираясь на высказывания мудрецов, мы понимаем, что каждая часть этого обряда

являлась прощальным напутствием очищаемому, заново начинавшему свою жизнь в обществе.

Вот эти нравственные наставления:

<> Птицы используются при очищении, чтобы напомнить: “Знаешь ли ты, почему постиг тебя цараат? Ты

слишком много болтал! Посмотри на эту птицу, что все время щебечет! Не был ли ты в прошлом подобен

бездумно щебечущей птице?”

<> Из двух птиц одну умерщвляли, а другую выпускали на волю, что наводило очищаемого на

размышления: “Если ты сохранишь свои духовные достижения, то болезнь не настигнет тебя снова, — так

же, как и умерщвленная птица никогда не оживет. Но ежели ты вновь впадешь в грех, болезнь может опять

вернуться к тебе, — так же, как и выпущенная птица может возвратиться назад!”

<> Связывание нитью ветки кедра, самого высокого из деревьев, и иссопа, самой низкой из трав, дает понять

очищаемому, что Ашем наказывает высокомерного, считающего себя “кедром” среди людей, ввергая его в

презренное состояние больного цараат, такое же приниженное, как иссоп.

<> Красная нить — символ совершенного греха, ибо грех уподобляется багряной нити (Йешаяу 1:18).

“Раскайся, и ты обретешь очищение!” — напоминала нить.

Кроме того, нить окрашивали кровью червя, чтобы побудить грешника в будущем воздерживаться от

порочных деяний, напоминая ему о конце, уготованном каждому человеку, — кормить своей плотью червей.

<> Хрупкая глиняная чаша напоминает положение человека в этом мире. Он подобен всего лишь глиняному

сосуду, непрочному и уязвимому.

<> Наконец, свежая ключевая вода уподоблялась мудрецами Торе. Грешника окропляли водой семь раз, что

подразумевало необходимость заниматься Торой, состоящей (по мнению наших мудрецов) из семи Книг (в

некотором аспекте книга Бемидбар состоит из трех книг). Число семь напоминает также — прегрешениях,

вызвавших болезнь, ибо, согласно Гемаре, цараат обрушивается на человека, совершившего один из семи

грехов.

После того, как живую птицу выпускали на волю, коэн брил очищающегося, срезал бритвой все волосы у

него на теле. Если он пропускал хотя бы два волоска, то бритье считалось недействительным и его

приходилось повторять заново, прежде чем начинать следующий шаг очищения.

Бритье ознаменовывало очищение кожи, на которой и появились когда-то признаки цараат.

Затем очищаемому надо было окунуться в микву и окунуть туда свои одежды. После этого ему снова

разрешалось входить в города, обнесенные стенами. Тем не менее он все еще оставался нечистым и считался

источником нечистоты (ав атума), осквернявшим других при прикосновении. Ему не разрешалось ни жить с

женой, ни подниматься на Храмовую Гору, ни вкушать от жертв или другой освященной пищи. Такое

положение продолжалось шесть дней, а на седьмой день коэн брил его еще раз, и он повторно погружался в

микву и. окунал туда свои одежды.

Завершающее очистительное действие происходило на восьмой день и заключалось в том, что

очищающийся приносил жертву. Только после этого он достигал полного очищения.

Загрузка...