Адвокат Секса

18. Признание юной девы

Но всё решилось гораздо проще. Пока Альфред занимался математикой, Розмари в один из ненастных осенних вечеров, когда небо над городом затянули тучи, со стороны океана потянуло холодом, а на душе было грустно и одиноко, зашла к нему в комнату с подносом в руках, чтобы предложить их гостю выпить горячего чая с печеньем, да так там и осталась.

Как оказалось, юная дева влюбилась в высокого импозантного мужчину с благородной сединой на висках практически с первого взгляда. Но всё это время она пыталась держать себя в руках, пока мысль о предстоящей разлуке (а Альфред и вправду начал подумывать об отъезде, как единственном способе решить возникшую проблему) наряду с охватившим её чувством безмерного одиночества не привели мисс Роджерс к решению объясниться с предметом своей любви. О последствиях этого решения Мари думать совсем не хотелось. Ведь для всех девушек в этом романтичном возрасте больше всего на свете хочется любить и быть любимыми. А остальное? Как получится!

Устоять перед юной девушкой, которая сама признаётся, что не мыслит без тебя жизни, — это, конечно, было нереально даже для такой старой акулы, как Альфред Рассел, который в бизнесе проявлял железную хватку и твёрдость характера, благодаря чему он сделал себе большое состояние за сравнительно небольшой отрезок времени. И Альфред не устоял.

С голодным волчьим блеском в васильковых глазах, хищно раздувая ноздри породистого носа, нетерпеливо покусывая свои тонкие губы, он бросился на девушку, сделавшую ему любовное признание. Розмари как раз только закончила говорить и, облегчив себе душу признанием, встала, намереваясь выйти из комнаты. Быть может, Мари и хотелось какого-то романтического продолжения истории, но, по понятиям девушки, воспитанной в строгих правилах, она и так переступила черту дозволенного. Но Фред её опередил.

Девственница, которая и сама толком не представляла, что происходит, когда женщина и мужчина остаются наедине, испугалась и попыталась оттолкнуть от себя мистера Рассела. Однако остановить мужчину на пике его возбуждения ещё ни одной женщине на свете не удавалось. Фред пошёл напролом. Поджарый мужчина Альфред Рассел, против тоненькой, как тростинка, Розмари Роджерс, был подобен быку, которого очень долго не подпускали к аппетитной тёлочке, дабы осеменение не прошло впустую. Поэтому, абсолютно не думая, что он сейчас имеет дело с девственницей, Фред повалил её на постель и жадно впился в нежные нецелованные губы страстным поцелуем.

Растерянная Розмари, только сейчас вдруг осознав, чем может закончиться её встреча с Фредом, попробовала вырваться из его железных объятий. Но мистер Рассел уже столько раз представлял себя в постели с юной девой, что теперь он не готов был отпустить её даже, если бы ему за это угрожал расстрел. Всякому воздержанию рано или поздно приходит конец. А мистер Рассел, хоть уходил порой вечерами из дома, как в поисках любовных приключений, так и надеясь вызвать у Мари хоть какое-то подобие ревности, уже давно не занимался сексом. И вот пробил заветный час.

Повалив Розмари на постель, он закрыл ей рот таким глубоким поцелуем, что бедняжка чуть не задохнулась. Тем временем нетерпеливые руки мужчины принялись расстёгивать пуговицы на её рубашке цвета утреннего неба, который придавал хорошенькому личику Мари необыкновенную свежесть. Мари осталась в джинсах и в бюстгальтере. Безусловно, Альфред не остановился на этом. Несколько секунд — и перед восхищённым взором Фреда предстала маленькая, безумно трогательная грудь девственницы, до которой никто до него не только не касался руками, но не видел, и вообще не представлял, как она выглядит. Руки Рассела задрожали от возбуждения, и кончиками пальцев он легонько дотронулся до соска левой груди, а потом — правой.

Встрепенувшись всем телом и выгнувшись дугой, Розмари негромко застонала, испытав доселе неведомые ей ощущения. Отчасти они напомнили ей движение крыльев бабочек, которые, когда с книгой в руках Мари сидела в саду на скамье, порой касались её лица. Тем не менее порхание бабочек нельзя было сравнить с тем, что она испытала, оказавшись в постели с Фредом. Лёгкое прикосновение мужских рук оказалось гораздо сильнее взмаха крыльев бабочек. Судорога наслаждения волной пробежала по её хрупкому телу. А ведь Мари понимала, точнее — догадывалась, что это было только начало.

Фред нежно поцеловал девичью грудь, так нежно, что Мари обмякла и уже не пыталась ему сопротивляться. И если неопытной девушке сейчас чего-то и хотелось, так это, чтоб то, что сейчас Альфред с ней делает, продолжалось как можно дольше. Но поцелуи девичьей груди ещё сильнее распалили мужчину, который три недели не делил постель с женщиной. Поэтому, с трудом сдерживая себя от более решительных действий, Рассел стал спускаться в своих исследованиях женского тела всё ниже и ниже. Мари застонала, а её руки коснулись светлых волос Альфреда, на которые она так часто засматривалась, сидя за столом. Своим алчущим удовольствия языком Рассел впился теперь в беззащитный пупок девушки.

Почувствовав, как Мари вздрогнула, когда его рука коснулась пуговицы на её джинсах, он не стал медлить и, чуть приподнявшись над девушкой, с двух сторон взялся за их пояс, чтоб как можно быстрее высвободить её из одежды. К удивлению Фреда, распалившаяся в ходе их любовной игры Розмари сама чуть приподняла свою попу, чтоб любовнику было удобно снять с неё джинсы. Разумеется, он не замедлил этим воспользоваться и ловко стянул с неё оставшиеся две преграды: джинсы и настолько крохотные трусики, что светло-коричневые волоски образовали ровную каёмку над белой тканью с кружевной вставкой посередине.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ До предела возбуждённый Фред издал звериный рык и, избавившись одним движением руки от собственных джинсов, навалился всем телом на хрупкую девушку. Мари задрожала в предвкушении сокровенной тайны, которая вот-вот должна была ей открыться. Конечно, подруги, у которых был опыт любовных отношений, говорили ей, как это здорово, однако говорили намёками, не вдаваясь в подробности. Крайне деликатная по своей натуре Мари их не расспрашивала, да ей это и не было особенно интересно, пока она не повстречала на своём пути Альфреда Рассела.

Уверенный в себе, красивый красотой зрелого мужчины, Альфред заставил биться сердце неискушённой девушки буквально с первой минуты своего появления в их доме. Он бывал у них и раньше, но тогда Мари была маленькой. Теперь она могла только вспомнить, как сидела у дяди Фреда на коленях и болтала ножками, пока её отец общался с другом. Потом мистер Рассел пропал на долгие десять лет. Точнее, он с Полом Роджерсом поддерживал отношения, но по телефону. И вот, решив сделать другу сюрприз, приехал.

Сюрприз удался. Но Полу на следующий день нужно было уехать по делам его компании из страны. Зная, что у Альфреда близких людей в Калифорнии не осталось, мистер Роджерс предложил другу погостить в его доме. Мистер Рассел, у которого впервые в жизни было много свободного времени, не стал отказываться. Однако главной причиной, из-за чего он принял предложение Пола, явилась восемнадцатилетняя дочь хозяина дома.

Даже самому себе Альфреду было неловко признаться, что красавица Розмари вскружила ему голову. В его памяти она осталась маленькой прехорошенькой девочкой. Не подумав, что люди меняются, мистер Рассел привёз ей в подарок большого плюшевого медведя, а увидев перед собой взрослую девушку с роскошным каштановым волосом, тонкой талией и умным взглядом пронзительных серых глаз, он так растерялся, что не знал что ей сказать. Хорошо, подошёл Пол, и повёл Фреда показывать, какие изменения он произвёл в доме за последние годы. Альфред слушал друга вполуха, потому что перед глазами стояла хрупкая нежная красавица, которую хотелось крепко прижать к своей груди и никуда не отпускать.

Правда, первые дни ему ещё как-то удавалось внушать себе мысль, что его отношение к Розмари носит исключительно отеческий характер. В такие моменты Фред держался более уверенно, благодаря чему Мари до последнего оставалась в неведении относительно его истинных чувств к ней. Стиснув зубы до боли в скулах, мистер Рассел шёл рядом с Розмари по улицам города и делал вид, будто ему интересно, что она ему рассказывает об истории тех или иных мест, куда воспитанная дочь мистера Роджерса водила их гостя, чтобы он ненароком не заскучал.

Иногда Альфред даже задавал ей какие-то вопросы, и Розмари с удовольствием на них отвечала. Глядя на то, как она улыбается, как мило поправляет свои волосы, а после того, как на скамье в парке они съедали мороженое, старается незаметно отвернуться в сторону, чтобы подправить губную помаду, Рассел представлял девушку в своих объятиях.

Но когда ему становилось совсем невмоготу, Фред уходил в свою комнату, где валился на постель и до изнеможения мастурбировал, чтоб получить хоть какую-то разрядку. Впервые в жизни Альфред Рассел — сильный, уверенный в себе мужчина, у которого за его жизнь было множество любовниц, настолько сильно хотел женщину.

Обычно женщины хотели его: кто-то из-за денег, а кто-то из-за исходившей от Альфреда мужской силы, которая, как магнит, притягивает женщин и девушек разного возраста. Фред выбирал самых красивых, самых горячих, чувствуя, что он — состоявшийся в жизни человек и очень сексуальный, интересный мужчина, имеет на это полное право.

И вдруг Фред засомневался в себе, встретив совсем юную девушку, за которой готов был бежать босиком на край света, если бы она просто поманила его пальчиком. Как человек с большим жизненным опытом, как бизнесмен, сумевший построить бизнес в чужой стране, Альфред Рассел пытался понять, чем его могла так сильно привязать к себе Розмари? Да, красивая. Да, неглупая. Но ведь Розмари не одна такая на свете. Может, Альфред цеплялся за неё в преддверии ожидающей его старости, когда хочется почувствовать, что ты ещё на что-то способен? Но ведь мистер Рассел не настолько уж стар, чтоб начинать думать о таких вещах. Может быть, в ней есть что-то, чего нет в других женщинах?

Однако Мари слишком юна, чтоб ожидать от неё чего-то необычного в постели. Альфред знал женщин, которые действительно поражали его страстностью и изобретательностью. Но тогда почему ему до острых колик в животе хочется трахнуть Розмари?!

Наконец, Альфред набрался смелости, чтоб признаться себе, что Мари ему очень сильно напоминает свою покойную мать Саманту Роджерс, в которую когда-то он был влюблён. С Самантой Фред познакомился, уже будучи женатым человеком. Всё началось с того, что его друг Пол прислал Альфреду и его жене приглашение на свадьбу. Но Салли отказалась ехать, сославшись на недомогание, и мистер Рассел отправился в Лос-Анджелес один. Никаких подробностей предстоящего мероприятия он не знал, и поэтому представлял, как, увидев Пола, он попеняет ему за позднюю женитьбу. Фред считал, что он сам с этим делом малость припоздал, хотя ему шёл тридцать третий год, когда он обзавёлся семьёй, а Пол решился на это только в 44 года. Теперь Фред объяснит Полу, как он был неправ!

Однако при виде невесты друга у Альфреда пропал дар речи. Саманта была такой нежной и красивой, что он стоял и молча смотрел на неё. В её серых глазах, кажется, можно было запросто утонуть; в роскошных каштановых волосах потеряться, забыв обо всём на свете; а её пухлые губы с чувственным изгибом были просто созданы для поцелуев. Заметив, какое впечатление произвела на Альфреда его невеста, Пол рассмеялся и сказал, что совсем не зря он так долго жену себе выбирал. У мистера Рассела испортилось настроение. Его Салли, которой в тот год исполнилось 37 лет, вдруг показалась ему некрасивой и старой на фоне двадцатилетней Саманты. Больших трудов Фреду стоило тогда остаться на свадьбе Пола.

Через несколько дней он уехал обратно в Калгари. А через месяц вернулся опять под тем предлогом, что ему нужно обсудить со своим отцом новое оборудование. Пол обрадовался приезду друга, но поскольку он нередко был занят на работе, то Рассел, который приехал в город, зная, что его отца нет в Калифорнии, едва ли не каждый день навещал молодую супругу Роджерса, чтоб ей не было скучно одной в большом доме. Мистер Роджерс ничего не имел против визитов Альфреда. В конце-то концов, друг не виноват, что мистер Рассел-старший выехал по делам из Лос-Анджелеса. Между тем покупка нефтяного оборудования — вещь очень серьёзная. Чтоб вложить куда-то деньги много ума не надо, а вот сделать так, чтобы каждый вложенный в дело цент работал, тут нужно хорошо пораскинуть мозгами! И мистер Рассел продолжал навещать миссис Роджерс без каких-то угрызений совести.

Но однажды, гуляя в саду, Фред объяснился в любви Саманте. Он приехал в Лос-Анджелес просто увидеть лишний раз поразившую его своей красотой и утончённой чувственностью женщину, но за время их ежедневного общения Рассел так влюбился в жену своего друга, что готов был ради неё развестись с Салли, поставить крест на их отношениях с Полом, а к ногам Саманты бросить всё, что у него есть, лишь бы иметь в своём безграничном владении эту роскошную, необыкновенную женщину. Но Саманта в ответ на его пылкое признание ответила, что она любит своего мужа, и потребовала от Фреда впредь больше не поднимать эту крайне неприятную ей тему.

Альфред был просто раздавлен её словами. Он никак не мог понять, что в низкорослом, лысом и полноватом Роджерсе нашла эта тонкая, хрупкая женщина, походка которой явно свидетельствует, нет — кричит, кричит во весь голос о необычайной страстности её натуры? Да Фред на фоне Пола — это, можно сказать, модель для обложки глянцевого журнала! Как она этого не видит? Он, именно он, должен трахать Саманту! До потери пульса, до сладкой боли, которая после классной ебли охватывает всё тело женщины так, что она теряется во времени и в пространстве. Но тюфяк Роджерс ничего такого ей дать не может. В его лысой голове крутятся одни цифры и нет места даже самым безобидным эротическим фантазиям.

Заскрипев зубами от злости, Рассел попытался объяснить миссис Роджерс, что она теряет, отказываясь от его любви, от тех изысканных наслаждений, которые ей может дать только он. Но Саманта посмотрела на Альфреда с таким холодным презрением, что он вздрогнул и замолчал. А она с гордо поднятой головой направилась по узкой садовой дорожке к дому, и больше он никогда её не видел.

Спустя пять лет из газет Фред случайно узнал о её смерти. В тот день он выехал за город и до самого вечера просидел на берегу реки Элбоу. Мистер Рассел не мог поверить, что миссис Роджерс больше нет на свете. Ведь в глубине души он надеялся, что однажды, когда он наберётся смелости и появится в Лос-Анджелесе, Саманта встретит его совсем иначе, потому что за время супружеской жизни она полностью разочаруется в своём супруге и поймёт, что потеряла, отказавшись от Рассела. Как человек благородный, он, конечно, не станет ей ничего припоминать, а просто возьмёт за руку и уведёт с собой. Ведь над такими женщинами, как Саманта Роджерс, время не властно, а значит, супруга Пола всё такая же яркая, красивая, сексуальная. Но оказалось, Альфред ошибался.

На похороны миссис Роджерс Фред не поехал. В Лос-Анджелесе он появился спустя года три после смерти Саманты. Теперь он мог спокойно говорить с Полом о его покойной жене. А потом мистер Рассел опять исчез. В мире случился нефтяной кризис, и у всех нефтяников была куча работы, которая принесла им кучу денег. Заработав всё, что только можно было, мистер Рассел решил, наконец, пожить для себя. Как это нередко бывает в зрелом возрасте, он захотел прикоснуться к тому, что могло бы ему напомнить о самых лучших годах жизни, и полетел в Лос-Анджелес навестить Пола Роджерса.

И вот Фред в городе своей юности, первых любовных побед. Альфред гордо расправил плечи, едва успев сойти с трапа самолёта. А потом… потом он встретил Розмари — дочь той, которую Рассел забыть так и не смог. Не сказать, что Мари была копией Саманты, однако чувственность своей матери она унаследовала сполна. Значит… Значит, Альфред Рассел сможет взять реванш! И это будет честно и справедливо.